Аделаида

Я люблю тебя по-прежнему. Если бы ты был рядом, я бы наверняка признавалась тебе в любви каждую минуту за всё молчание в разлуке. Счастье моё, если бы ты был рядом.

***

Аделаида и её соседи по кабинету – Маринин и Бережков – собирались на обед. Маринину позвонили.

— Алё, — он ответил на звонок. – Ну. Да. Ага. Всё, — потом повернулся к Бережкову и закончил парцелляцию: — Кира.

Маринину звонила жена. Её звали не Кира, а Алёна. Слово «Кира» обозначало «Кобра». Приятели разговаривали при Аделаиде на секретном языке. Она давно знала все его значения и понимала, как Маринин называет жену. Бережков звал свою жену Скорпионом, уточняя при этом: «Она по гороскопу Скорпион». Но Аделаида и тут знала, что кличка родилась не только из-за гороскопа.

Аделаида боялась себе представить, как её саму называет муж в мужской компании. Возможно, Гадюкой.

Все пошли на обед. Аделаида сдала на вахту ключ от кабинета. Вахтёр в это время разговаривал по служебному телефону.

— …что же делать? – он взял у Аделаиды ключ, не прекращая разговор. – СССР развалили.
Аделаида раз и навсегда запретила себе думать о распаде СССР. Счастливые моменты нужно ценить и уметь искать их всегда, а не тратить свою жизнь на ностальгию.

Придя вечером домой, Аделаида ещё из прихожей услышала скандал мужа и сына.

— Что у вас случилось? – спросила она, входя в комнату.

— Не твоё дело! – огрызнулся сын.

— Ты как с матерью разговариваешь? – отец ударил его по голове и обернулся к Аделаиде: — От кого ты его нагуляла, зараза? Мой сын не мог родиться таким!

— Каким? – не поняла Аделаида.

Её муж разразился гневной речью – «Если бы был Домострой, я бы его высек на площади!» — и наконец возмущённо объяснил: «Он мне сказал: «До восемнадцати лет я буду только целоваться с девушками, а там посмотрим».

Аделаида успокоила их с большим трудом.

К сыну приходили две девочки. Они учились в параллельном классе. Их звали Тая и Валя. Девочки были подругами, носили спортивную одежду с элементами субкультуры – тяжёлые ботинки, бижутерия с черепами. Таины волосы покрашены в чёрный цвет, схожий с цветом гелевой пасты, Валины – смесь естественных тёмных и светлой краски. У Вали хорошенькое лицо, но полные бёдра, обтянутые джинсами. Фигура Таи красива, а вот её лицо угрюмо и неприглядно, трудно поверить, что ей четырнадцать лет. Аделаида дружески заговаривала с этими девочками, они раскрывали ей свои тайны. Аделаида не глядела на них свысока, как глядят рафинированные дамы на пацанок. Валя и Тая были для неё прежде всего детьми, а потом уже – крикливыми матершинницами. Очаровавшаяся Валя тоже тянулась к Аделаиде. Тая же строго держала дистанцию. Дочь властной матери и алкоголика, она не была склонна радоваться вниманию постороннего человека, зная, что у каждого есть свои проблемы. Но у них с сыном Аделаиды была первая любовь, так что дружить с родителями жениха можно и даже нужно. Муж Аделаиды обожал смущать сына вопросом: «Какая из двух девушек тебе больше нравится?» Но сын всегда отвечал с достоинством: «Тайка».

***

То, что было у нас с тобой, называют первой любовью. Я совсем недавно поняла, насколько неправильно это словосочетание. Ведь не бывает второй любви, третьей, десятой. Любовь встречают лишь однажды. Моя любовь – это ты.

***

Аделаида уходила из здания турбюро, где работала. Нужно было сдать на вахту ключ. Вахтёр не обернулся в сторону Аделаиды, заглядевшись, как рядом Бережков и три молодые женщины репетируют новогодний номер. Дамы нарядились в умопомрачительные туалеты. Бережков немолодой, с жёлтыми зубами и непомерно тощей шеей, одет в светло-зелёную рубашку и чёрные джинсы. В жизни им не очаруются красивые женщины, но сейчас трио поёт:

— Не имей сто рублей, а имей сто друзей…

А Бережков отвечает:

— А моё рассужденье такое:
Не имей сто друзей, а имей сто рублей…

И доканчивают вместе:

— А лучше – и то, и другое!

Перед новогодними каникулами Аделаида и её муж побывали на маскараде в школе сына. Проводилась дискотека для седьмых классов. Сын пошёл в костюме вампира. Тая, Валя и их третья подруга, как ни странно, изменили в тот день молодёжной мрачности, лишь оставили по колечку с черепами. Тая пришла в золотистой балетной пачке, Валя – в белом платье. За их спинами трепетали белые крылья – у Таи костюм феи, у Вали – ангела. Их одноклассница, почти незнакомая Аделаиде, в роскошном красном платье принцессы. Родители глядели на танцующих подростков, сидя за банкетным столом.

— Платье в стиле Скарлетт о’ Хара, — похвалила Аделаида красное платье.

— Она не Йохара, а Йоханссон, — уточнила одноклассница Таи и Вали. – Но всё равно спасибо.

***

Любимый, какой же я стала старой. Ты когда-то сравнивал мои глаза со звёздами, но сейчас они уже не похожи на звёзды. С нашего расставания прошло много лет. Я стала старше, осмотрительнее и скучнее. А ты остался молодым и красивым. Я перешла рубеж нашей молодости, а ты не перешёл его. Если бы ты юный увидел меня нынешнюю, ты бы не узнал меня.

***

Аделаида читала «Мастера и Маргариту». Это была её любимая, обожаемая книга. Раньше ей просто нравился фантасмагорический сюжет, линии праведного Иешуа и пугающего Воланда. А теперь она поняла, что всё больше и больше восхищается темой любви Маргариты и Мастера. Аделаида мечтала встретить такую же чарующую любовь, ради которой она отринет интеллигентное существование, сядет на метлу и полетит на бал к сатане.

К Аделаиде подошла крупная тёмно-серая кошка. Одно её ухо прижималось к голове. Кошку звали Васей, Василисой. Сначала Аделаида и её муж считали кошку Василием, но она оказалась девочкой. «Ведьминская кошка у меня уже есть», — подумала Аделаида, гладя Васю. Также Аделаида любила читать Чехова. Что угодно – рассказы, повести, пьесы, смешное, грустное – без разбора. Она тоже жила жизнью чеховских героинь, становилась поочерёдно то одной, то другой, примеряла на себя разные образы и судьбы – от Нины Заречной до Терезы Гольдауген.

Кошка Вася вывела Аделаиду из оцепенения. Аделаида встала с кресла и пошла в комнату к сыну. Он тоже читал.

— Что ты читаешь? – спросила Аделаида.

— «Ледяной дом», нам задали. Вот, послушай, — и сын прочитал вслух: — «Василий Кириллович рассказал за тайну, что её сиятельство была очень скучна, узнав, что его превосходительство сделался нездоров, что она расспрашивала, все ли красавицы петербургские ездят ко двору и нет ли какой в городе, ей неизвестной; когда ж Василий Кириллович, как новый Парис, вручил ей золотое яблоко, она казалась очень довольною».

— Ты знаешь, что означает крылатая фраза «вручить золотое яблоко»?

— Ага, это объявить самой красивой.

К ним заглянул и муж Аделаиды, держащий в руках тарелку с фруктами.

— Вручи мне золотое яблоко! – велела Аделаида.

Муж протянул ей яблоко с тарелки.

Аделаида вполне заслуживала золотое яблоко Париса. Её лицо всегда очаровывало людей. Удлинённая форма, большие голубые глаза, прекрасные естественные брови, не широкие и не тонкие. Когда Аделаиду видели в коллективе, коллектив воспринимался лишь безликим окружением её, царицы. Она не любила строгих троек, носила струящуюся одежду пастельных тонов – крем, роза, какао. В её костюмах часто присутствовали банты и цветочные рисунки разных размеров. Аделаида славилась своей нелюбовью к «полезным» подаркам. Она способна принять фигурное мыло, пластмассового ангелочка, фоторамку, но всерьёз обидится, получив в подарок разделочную доску.

Один раз в продуктовом магазине Аделаида услышала за своей спиной, отойдя от прилавка, слова продавщиц:

— Одета в норку, а торгуется из-за рублей.

— Хм… потому и в норке.

Аделаида тогда надела свою единственную дорогую шубу. Шуба была её гонораром, вот за что. На улице к ней подошёл мужчина и спросил: «Вы хотели бы сняться на фото для вывески магазина меховых изделий?» Аделаида посмеялась, а он начал уверять, что это всерьёз и не шутка. Мужчина привёл развеселившуюся Аделаиду в магазин, там они зашли в отдельную комнату, он принёс ей шубу, коробочку с пудрой, чуть-чуть тронул пудрой её щёчки и сказал: «Всё, больше ничего не надо, готовая Мона Лиза». Щёлкнул фотоаппаратом раз, другой, потом попросил её прийти в тот же день через неделю. Аделаида забыла бы об этом, вспомнила лишь случайно, проходя мимо этого магазина. Ради смеха зашла. Фотограф отдал ей снимки и сообщил, что лицо Аделаиды выбрано для вывески. Вскоре появилась и вывеска с Аделаидой, а гонорар ей отдали шубой.

Аделаида была ожившей прекрасной куклой, о которой вожделенно мечтают дети, а взрослые поражаются, как можно создать такое чудо, и которая примелькалась сыну и уж точно низачем не нужна мужу.

В новогодние каникулы Аделаида почему-то вспомнила летний отпуск. Казалось бы, она провела его так ужасно, а помнит, словно в жизни не было ничего лучшего. Аделаида тогда приехала в огород одна. На соседнем дачном участке она заметила что-то женоподобное, лежащее на земле. Это оказалась соседка по огороду, видимо, тоже оставшаяся одна. Аделаида подошла к ней, нащупала пульс, потрясла соседку. Соседка открыла глаза и что-то промычала. Не то что повеяло, а прямо ударило запахом алкоголя. Аделаида еле-еле перетащила соседку в дом, уложила в постель и сама осталась там. Аделаида даже удивлялась, как соседка дошла до жизни такой – вежливая, хорошенькая. Они обе не были святыми, что правда, то правда, но чтобы так…

Проснувшись, соседка пожаловалась на головную боль. Аделаида дала ей бутылку и стакан. Соседка большими жадными глотками выпила всё из бутылки и снова легла на кровать. Аделаида ужаснулась. Но соседка уже ничего не понимала. Перед её глазами плыли тысячи, миллионы сверкающих радуг, а испуганные восклицания Аделаиды слились с остальными звуками в прекрасную симфонию.

Соседка беспробудно пила каждый день, неизвестно откуда доставая бутылки. Кроме того, она точно так же курила. Аделаида не видела ничего нелепее. Соседка подолгу курила сигареты пачками, жадно затягиваясь. Она походила на подростка, которого родители оставили одного, и он «отрывается» за это время. Один раз она проговорилась Аделаиде: «Я разведусь с мужем и отсужу свою часть квартиры». Аделаида всё поняла. Сосед по огороду ей всегда чем-то не нравился, её семья с ним почти не общалась.

Аделаида когда-то угрожала мужу разводом. Угрожала – это громко сказано. Он не хотел, чтобы она встречалась с оренбургскими друзьями, и тогда Аделаида сказала: «Если будешь на меня давить – мы разведёмся». Сказала и испугалась. У них романтика быстро сменилась привычкой, муж мог ответить: «Ради Бога». Но всё же фраза Аделаиды возымела своё действие.

За три дня до их отъезда соседка перестала пить и курить, даже работала на грядках. Когда они уезжали, соседка уже была той аккуратной женщиной, какой её знала Аделаида. В её сумке лежали сигареты, но она объяснила, что просто не хочет оставлять добро.

— Ты не бойся за меня, — говорила соседка. – Я несколько дней потерплю, и больше мне этого не захочется. Знаешь, почему люди становятся алкоголиками и курильщиками? Они просто не могут остановиться. А я знаю, когда нужно перестать.

Аделаидина обаятельная соседка в жизни была интеллигентной, робкой. В её присутствии коллеги стеснялись говорить пошлости, все скашивали глаза в сторону её рабочего стола. А тут она словно бы отомстила всем, думая со злорадством, что никто не узнает, что на самом деле эта милая женщина – смердящий зверёк. Причём ни она, ни Аделаида уже не почувствовали стыда.

***

Я тоскую о тебе, мой избранник. Никогда не перестану оплакивать нашу любовь. Я постоянно вижу тебя в мечтах, но страдаю от невозможности обнять тебя. Каждый день я буду горевать о тебе, как бы это ни было бессмысленно. Я словно печальная вдова, застывшая в своём горе.

***

На работу к Аделаиде пришёл сын. Они разговаривали в вестибюле.

— Мам, я не знаю, что делать, — сказал сын. – Меня Тая бросила.

— У вас просто бурные страсти! – улыбнулась Аделаида, но, увидев мрачность сына, посерьёзнела: — Ну, давай я её приведу к нам на чай.

— Она не придёт. Ей предки запретили со мной встречаться.

— Что это за слово – «предки»? Почему запретили?

— Ну, ей мама сказала не встречаться со мной, что ей ещё рано. И Тая ушла от меня.

— Рома, ты, наверное, неправильно её понял. Тая любит тебя, как она могла так быстро с тобой порвать?

— Да она меня не любит, она любит только своих предков. Родителей. У неё папа алкаш, а она такая счастливая делается, когда о нём говорит. А на меня смотрит, как на пустое место. А теперь мама ей запретила быть со мной.

— Ну, хорошо, я поговорю с Таей. Разберусь, что за история с мамой и папой.

— Что ж это за пирожки с котятами… — выдохнул сын в пустоту. – Вот у Тайки такие психованные родичи, а она на них готова молиться. А у нас вроде нормальная семья, а любви нет.

— Ромочка, ну, что ты! — Аделаида обняла сына. – Ведь мы же тебя любим!

Он поднял на мать огромные голубые глаза, схожие с её глазами:

— Но я-то вас нет.

Когда сын ушёл, Аделаида чуть-чуть поплакала. К ней подошёл вахтёр.

— Не расстраивайтесь, — он улыбнулся и положил руку ей на плечо. – в вашей семье всё утрясётся.

— Как вы думаете, что лучше, — спросила Аделаида, — жить с плохими родителями и любить их, или жить с хорошими, но не любить?

— Лучше жить с хорошими и любить, — ответил вахтёр. – Самый оптимистичный вариант.

Аделаида созвонилась с Таей и назначила ей встречу у школы. Аделаида всё ещё обдумывала слова сына. Он сказал матери горькую правду, она не могла этого не понимать. Сама Аделаида не конфликтовала с родителями, но она ведь и уехала юной из своего родного Оренбурга. Ссор с родителями не случилось просто потому, что они не жили вместе.

Пришла Тая.

— Таечка, привет! – поздоровалась Аделаида. – Мне тут Рома рассказал, что вы поссорились. Он тебя очень ждёт, переживает. Может быть, ты зайдёшь к нам? Мы бы поговорили.

— Спасибо за приглашение, но я больше не буду с ним встречаться, — отказалась Тая.

— Почему, Таечка? Прости, Рома мне признался, что у тебя какие-то проблемы с родителями. Я могла бы с ними пообщаться, успокоить их.

— Аделаида Николаевна, я не собираюсь дальше дружить с вашим Ромкой. Мне рано что-то решать без родичей, без семьи.

— Но неужели ты так изменилась? Ты же любила Рому.

— Таких пацанов у меня будет ещё до фига, а отец и мать – только одни.

— Нельзя же настолько зависеть от мнения родителей. Ведь любовь не подчиняется приказу.

— Вы верите в Бога?

— Да. Скорее да, чем нет.

— Помните легенду о сыновьях Ноя? Когда пьяный Ной лежал голым, один из его сыновей посмеялся над отцом, а другой прикрыл. Я должна соглашаться во всём с родителями, и если мама мне запрещает общаться с Ромкой – значит, так надо. Простите, Аделаида Николаевна, у нас уже всё кончено.

Они разошлись в разные стороны. Но Аделаида увидела Таю ещё раз. Тая и пьяный человек стояли возле продуктового магазина. Обычно угрюмая Тая целовала его руки и истерично кричала:

— Папочка, пойдём домой!

Аделаида оттащила Таю от пьяного.

— Никогда так не делай! — сказала Аделаида.

— Ах ты, погань! – крикнул мужчина. – Мне нечего есть, а тебе платят брюликами!

Волосы Аделаиды скрепляла стразовая заколка, которую отец Таи, видимо, посчитал с пьяных глаз бриллиантовой. Он сорвал заколку. Русые пышные кудри упали на лицо Аделаиды.

Тая стояла рядом и смотрела в сторону.

Ночью Аделаида не могла заснуть, ворочалась, думала то об отце Таи, то о соседке по огороду. Они должны были скоро сравняться. Аделаида шептала: «Это не я, это не я». Она и её муж уже давно спали на разных постелях, но в эту ночь муж проснулся от её слов.

— Что у тебя произошло? – спросил он.

— Я сегодня видела девочку с пьяным папой, — ответила Аделаида. Ответила обтекаемо, не уточняя, что видела Таю, а то ещё и её муж запретит детям встречаться.

— Какой кошмар. Давай спать.

— И я подумала: а что бы было, если бы я пила так же, как её папа? – Аделаида опять ответила обтекаемо: она думала так и о себе, и о соседке по огороду.

— Тогда бы я с тобой развёлся и отобрал у тебя ребёнка. Спи.

Муж отвернулся к стене.

***

Где же ты? Ответь! Я слышала фразу: «Гора с горой не сходится, а человек с человеком сходится». Но я не встречаю тебя на своих дорогах. Когда же ты вернёшься? Был ли ты когда-нибудь? Я мечтаю, чтобы ты опять появился рядом со мной. Прости меня за всё, ведь раньше я многого не знала. Не знала, что любовь приходит только один раз, не знала, что после замужества не забуду тебя, не знала, что ту любовную записку моей подружке написал не ты, а она сама…

***

Утром Аделаида вышла из дома на час раньше, чтобы зайти на работу соседки по огороду. Они встретились у здания. Соседка показалась Аделаиде немного другой в пальто, отороченном мехом и пушистой розовой шапке – ведь на огороде женщины видели друг друга в футболках и потёртых джинсах.

В разговоре Аделаида осторожно напомнила про случай в огороде.

— Я уже от этого отказалась, — смутилась соседка. – У меня же дети четырнадцать и двенадцать. Прямо боюсь отпускать их в школу. Если я сорвусь, то и они попадут в какую-нибудь компанию.

Успокоенная Аделаида пошла к себе в турбюро.

После обеденного перерыва ей захотелось покурить – сказалось волнение. Аделаида купила сигареты, но зажигалки у неё не было – она же не часто курила, обычно просила зажигалку у кого-то. Сейчас попросила у вахтёра. Пока Аделаида курила, на её глазах выступили слёзы – может быть, от дыма, может быть, от переживаний.

— У вас всё хорошо с сыном? – к ней подошёл вахтёр.

— Да, спасибо.

Вахтёр не уходил. Аделаида отдала ему зажигалку:

— Спасибо.

— Как ты изменилась, — сказал он. – Куришь. Раньше ты с таким ужасом смотрела на курящих. Я поэтому курил в подвальчике, а ребят просил тебе не говорить.

Аделаида резко повернулась.

Почему она никогда не вглядывалась в лицо вахтёра? Она впервые видит его глаза в глаза. Они у него карие. Вахтёр, оказывается, симпатичен. Аделаида всегда считала, что он мог бы быть её старшим братом, но теперь видит, что он её ровесник. Мужчину старит его печаль.

— Ты… ты?.. – наконец выговорила Аделаида.

Он молча царапал зажигалку.

— Но… но как же?..

— У нас не такой уж большой город, чтобы мы не встретились в одном здании.

— Прости. Ты давно меня узнал?

— Сразу. Ты совсем не изменилась, всё такая же прекрасная.

— Послушай…

Аделаида тронула его руку, но он отстранился.

— Успокойся, успокойся. Считай, что ты меня сегодня не видела. Живи так же, как жила.

Он отошёл. Аделаида, опустив глаза, вышла из здания. Она перебежала через дорогу, забежала за угол магазина и резко остановилась. Аделаида стояла, дрожа, тяжело дышала. Пожалуй, это было первое смятение Аделаиды за четырнадцать лет, точнее, за пятнадцать – замужество плюс беременность.

Она вернулась в здание. Увидев её, он встал и шагнул вперёд. Аделаида, приблизившись, обняла его.

Мы наконец-то вернулись друг к другу. Наша любовь всегда была с нами, только мы забыли о ней, а сейчас вспомнили. Я люблю тебя. У нас одна судьба.

63
0
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...
Конкурс для авторов с призовым фондом 1500 руб. >>

Автор публикации

2

графоманка

Комментарии: 7Публикации: 106Регистрация: 05-03-2018

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.

Прокомментировать запись

 
avatar
5000