Гауптвахта и её обитатели

Я свободный сержант в  учебном взводе. На 1-м курсе  я исполнял должность ЗАМКА – заместителя командира взвода, к концу года мне и всем командирам отделений присвоили младших сержантов. А я вот взял да написал рапорт об отстранении меня с должности, поскольку мне, в связи с командованием, не хватает времени на учебу. Рапорт мой удовлетворили, а вот  сержантские лычки не сняли ибо не за что было. Так я стал свободным сержантом. В принципе мое срежантство никому не мешало по службе, вот только с караулом наметилась проблема. Все должности в нашем карауле были рассчитаны на  стандартный сержантский набор:  замкомвзвод шел  помначкаром, комоды (командиры отделений) разводящими, а меня куда девать? На пост не поставишь ибо тогда, согласно уставу надо делать всю смену сержантской, а их брать неоткуда. Вот мне и придумали  караульную должность постоянную на 2 года – выводной на губе.

Да, служба была та еще. Губа у нас была гарнизонная, т.е.  сидели на ней не только наши курсанты но и солдаты-срочники и офицеры из воинских частей всего гарнизона, в том числе  подследственные военной прокуратуры –те кому светил дисбат.

Начальником губы (начгубом) был прапорщик Поздникин, который  ездил на ушастом запорожце, который прозвали БМП (боевая машина Поздникина). Вот сколько помню, вечно у этой БМП была проблема с глушителем, починит он глушак, чуток поездит и снова   машина ревет как трактор. Ну  губарям то это было на пользу – заранее слышат как Поздникин едет.

Ну порядки у нас на губе были довольно жесткие, как и положено по  уставу губарей  либо гоняли  по строевой либо отряжали на работы, их конечно  наряд на работы устраивал больше – там сачкануть  намного больше вариантов.

Особенно  жёсткие порядки были на самой губе – для арестантов из числа срочников. Камера на губе  представляла собой бетонный  прямоугольный мешок с гладкими стенами и высоким (сантиметров  30 порогом). Окошко как водится в верху с решеткой, посредине вмурован в пол  так называемый стол металлический прямоугольник примерно 30х100см. высотой около 0,8м, вдоль него 2 швеллера шириной  около 10см. – это типа лавки. Ширина камеры была несколько  больше 2 метров и по обеим длинным сторонам на высоте стола был установлен металлический уголок примерно 3см. шириной.

После вечерней поверки, арестантам давалось 5 мин.  Чтобы разобрали нары и шинели. Ну шинели – это чтобы укрываться, а вот нары….  Нарами были  доски шириной около 30см. заключенные в раму из  металлического уголка. Эти нары в камере устанавливались торцами как раз на уголки  вдоль длинных стен и вот так надо было спать. Одному арестанту полагалась одна нара.

Если  Поздникин в камере обнаруживал бычок от сигареты, то самым популярным наказанием было – ведро воды с хлоркой, которое выливалось  внутрь камеры. Затем  ведро с тряпкой оставляли внутри – чтобы  воду собрали и пол вымыли, а камера закрывалась. На уборку отводилось 10 минут, если не успели – ведро  с водой и хлоркой могло быть повторено. Бывала и строевая подготовка с вещмешками набитыми  щебнем. Ну  чему тут особо удивляться, гауптвахта  это наказание.  На моей памяти побегов с губы не было. Да и то – кому  с неё бежать и куда? Курсанты и солдаты-срочники прекрасно понимали, что в случае побега им  уже светило дезертирство, а  это уже дисбат где  нравы пожестче.  Могли конечно попробовать сбежать подследственные военной прокуратуры – но вот за ними выводные бдили уже всерьез.

***

Еще будучи выводным я для себя решил, что надо как-то попасть на губу на пару дней – чтобы иметь собственное представление как это – мне  же потом на офицерской службе тоже может придется кого-то на губу сажать.  Но довелось мне посидеть не в нашей губе а в  г. Казани. А было это  так.

Пятый курс, у нас практика на предприятиях промышленности, приехали в славный город Казань. А в Казанском химико-технологическом институте учатся  мои  одноклассники да и  просто знакомые ребята из моей школы (традиция была такая – у нас завод химический вот родители и отправляли детей учиться). Вобщем встретились, познакомились  ну  студенты с курсантами, и ребята нас повели в местный  примечательный  пивной бар Бегемот. Вообще то  название было другое (кажется Подворье), но на вывеске красовался  шикарный бегемот с подносом  с пивом, вот и звали его местные Бегемотом.

Бар оказался что надо, пиво вкусное, закусь –  селедочка шикарная,  скрипач промеж столов ходит, в общем отдохнули славно.  Вышли из бара и двинули в общагу где нас поселили, и тут к нам стали вязаться  местные.  Слово за слово  и пошло махалово, и тут к нам подлетает ментовский газон, и нас начинают паковать, большая часть народа разбежалась, из наших взяли троих  в т.ч. Меня, двух местных и одного студента КХТИ.

Привезли в вытрезвитель, двух местных увели сразу куда не знаю, а я подсел к столу доктора, а у него под стеклом фотки ну таких алакашей – просто капец. Я и начал с доктором общаться  на эту тему и так прилично, интеллигентно. В общем через 5 минут нашего разговора – доктор  ментам говорит – мол, зря вы этих троих привезли, ну запах от ни есть но на алкашей они не тянут. Тут мы еще и военные билеты предъявляем – мы же курсанты –на практике, практика на военном заводе, потому  в гражданке.

Начали менты с нами общаться – тут мы нашего студента отмазали – мол  это вообще левый чувак , вот с теми двумя да  махались так они же первые и начали, а это так мимо проходил. Студент тоже  сразу понял фишку и в отказ, мол я никого не знаю шел мимо, тут драка, забрали случайно. В общем студента таки отпустили, а нам  фортуна не улыбнулась, пришел капитан мент и сказал вызывать  военную комендатуру. Сдали нас менты комендачам, те привезли  к дежурному по караулам гарнизона, тот коменданту позвонил – и решили нас  посадить на губу до выяснения обстоятельств ( всё-таки  мы в гражданке, не стриженные, да еще и менты забрали, говорят мы дрались).

И вот привели нас на гарнизонную губу, а  она у них старой постройки еще царская, построенная закоулками  (с первого раза если  выйдешь из камеры не поймешь куда бежать). Посадили в камеру  и тут  я начинаю офигевать: камера просторней  чем у нас, посредине обычный деревянный стол 6-местный, по бокам обычные деревянные лавки, а к стенам приделаны откидные нары – как полки в поезде, стены отделаны «шубой», но когда я потом днем пригляделся – в этой  «шубе» куча бычков натолкана. А еще  на губе стоит громкий селектор – когда начкар выводному что-то говорит  слышно прекрасно.  А когда утром выводной после подъема открыл камеру и сказал: «Мусор бумажки и БЫЧКИ выбрасывайте» я  просто выпал в осадок. А днем приехал комендант, удивлялся,  что мы в гражданке и это официально, затем пугнул что просидим минимум 10 суток и уехал.

В общем и целом мы просидели на губе двое суток, пока там начальство наше не разобралось с гарнизонным начальством, тогда нас и выпустили. Особенно запомнилось, что питание на губе было отличное, котлеты, жареная печенка – в Казани в те времена в столовой такого не купишь.

Вот так  сложилось мое знакомство с губой изнутри, и я тогда не подозревал что на эту губу еще разок вернусь.

***

А вернулся я на Казанскую губу вот как.

После выпуска из училища я попал служить на Центральную артиллерийскую базу хранения порохов которая находилась в п. Аракчино города Казани, и назначили меня на должность начальника транспортного участка ( при  том что я в автомобилях разбирался как свинья в апельсинах). Потом мне  знающие люди объяснили  что командир частенько новых офицеров прогонял через транспортный отдел – там крутиться надо,  сразу видно  чего человек  может, те кто выдерживал без залетов  потом переводись на  более спокойные должности.

Так вот, у транспортного отдела была обязанность – раз  в месяц направлять офицера для дежурства по ВАИ гарнизона. Само дежурство было не особо напряжным. Днем надо было стоять на отведенном месте – тормозить военные машины, проверять кто куда зачем едет, ну и  найти какие-то нарушения в бумагах или по  правилам дорожного движения. Список машин с водителями вечером  предъявляешь  начальнику ВАИ, а он уже сам разбирается кого как наказать.  Все бы ничего, но  оказалось что  нужно  ночевать в помещении ВАИ, а там никаких условий для ночевки – ни топчана ни матраса.

В общем помыкался я и пошел к дежурному по караулам чайку попить. В наряде стояли  курсанты  ракетного училища, то есть практически коллеги. Ну попили чайку,  поболтали, анекдоты потравили, и я между делом поплакался что мне в ВАИ спать негде.  И ту начкар мне и говорит: «Так ты иди  к нам на губу. Там в офицерской части постели нормальные, поспишь утром встанешь в  ВАИ уйдешь.»  Для меня это был самый тот вариант. Пошел на губу и завалился спать на нормальной кровати с белым бельем и одеялом. Ну я  совсем то уж наглеть не стал, все-таки в наряде, потому лег спать в рубашке, только китель, ремень с пистолетом да сапоги снял.

И вот посреди ночи меня будит помначкар, весь какой-то перепуганный, говорит мол быстро вставайте, а то  приехала проверка, сказал и убежал.  Я пока  зенки протирал, сапоги  натягивал – бац вваливается полковник – танкист (за спиной начкар мне рожи корчит). Ну я как есть в рубашке и сапогах вскочил смирно и  представился: лейтенант И…, начальник транспортного участка в/ч №ХХХХ.

Полковник интересуется  – что я тут делаю, а я объясняю, мол я  дежурный  по ВАИ гарнизона, а там  спальных мест не оборудовано, вот мол я и попросился у начкара на губе переночевать.

Полковник бровями подумал, и говорит: «продолжайте  отдыхать товарищ лейтенант», повернулся и вышел.

Я посидел малость на кровати да и залег дальше дрыхнуть, время-то было 3 часа ночи. Утром  начкар мне объяснил, что это приезжал  проверять караулы начальник гарнизона – начальник Казанского  танкового училища. И рассказал, что полковник прямо из караулки вызвонил начальника ВАИ гарнизона и вставил тому клизму: сказал, что если тот еще раз оставит ночевать дежурного по ВАИ, а место для отдыха не оборудует, то с утра сам поедет на губу суток на 10.

С утра начальник ВАИ верещал как поросенок на меня по этому поводу, но с тех пор больше меня ночевать в ВАИ не заставляли.

127
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments