«Короткое лето».

1

Вспоминаю часто прошлое лето. Не только потому, что оно было тёплые и солнечное. Главным образом я вспоминаю его за историю, которую я хочу вам рассказать. Это случилось в середине июня. Был тёплый вечер пятницы – и потому захотела погулять после работы, а заодно сходить в любимое кафе, что почти в двух шагах от моего дома. Да и кто дома меня ждал? Муж бросил, узнав, что я родила мертворождённого ребенка и больше не смогу рожать, сёстры живут далеко своими семьями, мама умерла… Даже Джонни, любимый мой пёс, издох в конце той весны. Так что кто бы меня дома ждал! В кафе я сидела у окна, смотрела на вечерний город, пила чай с пирожными и грустила обо всех понемногу.

– Женщина, вам не плохо? – спросила меня какая-то девушка, легонько хлопая меня по плечу. Я взглянула на неё: это была невысокого роста блондинка с длинными волосами и милым личиком, на котором были светлые, тонкие брови, светло-серые глаза, маленький, заострённый носик и такие же маленькие, тонкие губы. Ей-богу, куколка, а не девушка!

– Нет, мне не плохо, спасибо, – отвечаю я. – А вы присаживайтесь ко мне за столик, пожалуйста!

– Спасибо, – сказала девушка, очевидно, удивляясь неожиданному приглашению. – Я лишь своё всё заберу.

Не прошло и двух минут, как мы уже сидели вместе. Какое-то время девушка молча смотрела на меня.

– Что-то не так? – спросила я, прервав эту паузу.

– Нет, – отвечает девушка. – Просто мне нравится ваше лицо. Особенно глаза. Да, у вас красивые, большие, светлые я бы сказала даже, глубокие глаза. Только почему-то они у вас грустные.

– Ого! – удивляюсь я. – Да вы, девушка, художник?

– Почему? – спросила собеседница.

– Да просто художникам дана такая наблюдательность, – говорю я.

Девушка смущённо улыбнулась.

– Увы, но я к художникам не имею никакого отношения, – сказала она. – Я училась два года на псих-факе, потом бросила. Работаю в такси диспетчером. Не жалею, если, по совести. Кстати, а ничего, что мы не познакомились?

– Давайте это исправим! – сказала я. – Меня зовут Валерия Ивановна. Можно тётя Лера и на «ты».

– А я Елена, – сказала девушка. – Можно Ляля и тоже на «ты». А чем ты занимаешься?

– По образованию я учитель иностранного языка, – сказала я, – а по специальности литературный переводчик в издательстве.

– А почему там работаешь? – спросила Ляля.

– Да просто пару лет назад решила поменять профессию, потому что просто надоело, – сказала я. – А что! Ни тебе планов, ни тебе тетрадок с ошибками детей, никакого тебе другого «геморроя».

Ляля невольно хохотнула.

– Что такое? – спросила я её сквозь свой смех.

– Прости, конечно, просто нечасто от взрослой женщины услышишь такие словечки. Они как-то более к лицу нам, молодым, – сказала Ляля.

– Знаешь, Ляля, – говорю я, – я не скажу, что являюсь поклонницей молодёжной культуры речи, но если слышу от молодых какое-то интересное словцо или какую-то остроумную фразу, то беру на вооружение. Спросишь – зачем?  Да чтобы иногда украсить ими свои статьи по прочитанным или переведённым мной книгам или путевые заметки. Иначе говоря, если хочешь, сделать их привлекательнее не только для старших, но и молодых.

Моя собеседница удивленно вытаращила на меня свои глаза.

– Так ты и пишешь? – спросила она.

– Немного, – ответил я. – И даже публикуюсь на одном литературном сайте. Но это так, хобби моё. А ты чем увлекаешься?

– Самое больше моё увлечение – спорт, – сказала Ляля. – Причём, в любом его виде: летом – плаванье, бадминтон, ролики, гимнастика на воздухе; а зимой – коньки. Но больше всего люблю собрать пазлы. Книги читаю по настроению. А что ты переводишь и с какого языка?

– Я перевожу проз и пьесы в прозе, – отвечаю я. – Основной язык у меня – английский, а так я знаю ещё и французский. А ты на псих-фак почему пошла?

– В своё время, когда я была школьницей, Варвара Ульяновна, наш психолог, читала психологию так интересно, что я влюбилась в этот предмет и твёрдо решила учиться на психолога, – сказала Ляля.

– А что ж бросила? – спросила я.

– Позволь, я не буду это говорить, – сказала Ляля после недолгого молчания. – Но поверь мне, это далеко не из-за лени.

– Дело твоё! – сказала я.

– А родители у тебя есть? – спросил я.

– Нет, я сирота, – сказала Ляля. – Отца я вообще не знала, а мать у меня непутёвая была: пила – ну и допилась сперва до того, что я в детдом попала, а потом до того, что ей в ссоре башку пробили.

– Ой, прости! – сказала я.

– Ничего, – ответила Ляля. – Одно немного утешает – жить есть где.

Ляля глянула на часы.

– Ты куда-то спешишь? – спросила я её.

– На автобус, – сказала она.

– Подожди немного! – сказала я. Найдя ручку и блокнот, я записала телефон и дала Ляле этот листок. – Позвони, если захочешь.

– Спасибо, – сказала Ляля с улыбкой. – Рада была познакомиться!

– Взаимно! – ответила я, и мы расстались.

Что я думала себе, идя домой, – бог его знает! Но домой я уже шла совершенно другая: да, дома меня никто не ждёт; но в тот вечер я шла с надеждой, что я не одна, что тогда я встретила человека, которому могла подарить своё сердце, свою любовь… Пусть даже он одного со мной пола. В конце концов, этой девочке тоже не сладко. Так почему бы мне её не обогреть, не приласкать!.. Возможно, это будет самым радостным моим воспоминанием на пороге моей смерти.

2

Было солнечное субботнее утро. Я уже не спала, но с наслаждением нежилась в постельке, радуясь, что не нужно со всех ног бежать на работу. В моих планах было проваляться часов так до 11-ти, после чего всё же выползти из-под одеяла, пойти наводить на лице марафет и готовить завтрак. А после завтрака – гулять, гулять и гулять!.. Лучше всего – в парк. Едва я всё распланировала, как зазвонил телефон. Это была Ляля.

– С добрым утром! – бодро сказала она мне в трубку. – Не разбудила?

– Нет, Ляля, я уже не спала, – ответила я, задавая свой вопрос. – Как ты ночь провела?

– Хорошо, – сказала Ляля. – А ты?

– Да тоже неплохо, – ответила я. – А что ты хотела?

– Да я хотела пригласить тебя покупаться со мной, позагорать, – сказала Ляля. – Или у тебя какие-то свои планы и дела?

– Да нет, – отвечаю я, – я сегодня свободна и с удовольствием поплаваю.

– Тогда давай встретимся у той кафешки, где мы вчера с тобой познакомились через часик-полтора, – предложила Ляля.

– Ну, хорошо, – согласилась я.

Повесив трубку, я выползла из постели и стала приводить себя в порядок. Раздевшись догола, я встала перед зеркалом, которое висело у меня в бельевом шкафу, и стала рассматривать себя: «Господи, Валерия, ты же белая, как поганка! – говорила я себе. – На кого ты похожа вообще? Тебе чуть-чуть за сорок, а глаза, как у глубокой старухи. Хотя и фигура красивая, и плечи у тебя прямые, и грудь ещё ничего, и попка аппетитная… Давай, надевай самый дерзкий купальник и вперёд на пляж – и подрумянишься, и мужиков, может быть, заинтересуешь!..»

Приняв душ, выпив чая, собрав все нужные вещи и одевшись, я поехала к кафе, где меня ждала уже Ляля.

– Привет! –сказала я, выйдя из машины и целуя её. – Давно ждёшь?

– Не очень, – сказала Ляля.

– Поехали? – спросила я.

– Поехали! – сказала Ляля.

Мы сели в машину и тронулись.

***

Тот пляж, куда мы с Лялей приехали, был загородный. И, увидев, как там люди – от малышей до взрослых отдыхают, я поняла, почему: все ходили голышом. Признаться, хотя я сама не монашка, но всё же нечто вроде лёгкого шока я испытала. И тут дело не в том, что я вообще ничего не слышала про нудизм; а я не думала увидеть это живьём. Было некоторое время впечатление, что меня вырвали из нормального общества и забросили в племя к дикарям.

– Что-то не так, тётя Лера? – спросила Ляля.

– Да просто я никогда не думала, что можно вот так запросто ходить голышом, – сказала я.

– А почему бы нет! – сказала Ляля. – Если ты ведёшь себя пристойно и ничего неприличного не делаешь, то пожалуйста!

– Ну, просто я считала, что если человек ходит голый, то у него не все дома, – сказала я.

– Ну, смотря, где он ходит! – отозвалась Ляля. – Если он в таком виде по городу шляется или в серьёзное какое-нибудь учреждение заявился, тогда его точно ждут люди в белых халатах; а если он спокойно лежит и загорает, то он и не опасен. Да и нет ничего плохого в том, чтобы побыть голым ни с моральной точки зрения, так как мы богом так созданы, ни с точки зрения здоровья – закалка будет крепче.

Найдя себе место, мы расстелили наши полотенца. Ляля вмиг разделась. Никогда не забуду, с каким по-детски милым бесстыдством она явила моему взору своё юное тело – округлые плечи, среднего размера грудь, прямую спину, прекрасно подтянутые ноги, живот и ягодицы… Глядя на мою хорошенькую бесстыдницу, я с улыбкой вспомнила любимый мой рассказ Юрия Нагибина «Эхо», где Витька, главная героиня, купалась и загорала вот так же, нагишом, нисколько не стесняясь даже мальчика Володи, и была сама собой.

. – Что-то не так? – спросила Ляля.

– Ничего страшного! – сказала я и стала раздеваться сперва до купальника. – Мне тоже до всего раздеться? – спросила я Лялю.

– Как хочешь! – ответила она. – Я тебя не заставляю. Ты попробуй один раз, а там сама решишь, как тебе лучше.

«А пусть будет, что будет!» – подумала я и сняла купальник. Хотите – верьте, хотите – нет, но я, вопреки ожиданию, не чувствовала какого-то дискомфорта от того, что лежала обнажённой под солнцем. Напротив, в этом было даже что-то приятное; если угодно, ощущение, что мать-природа гладит твоё тело тёплыми ладонями и целует его с головы до пят. И тебе хочется насладиться этой лаской всей кожей; ты лежишь, забыв о проблемах и суете, лежишь на земле, словно ребёнок на тёплой груди матери, и тебе в этот миг не надо ничего, кроме того, чтобы эта мать обласкала тебя и утешила. И один бог знает, о чём ты думаешь в этот сладкий момент!.. А, может быть, ты просто тихонько дремлешь…

Мы с Лялей лежали, молча глядя друг на дружку и улыбаясь.

– Тётя Лера, тебе хорошо со мной? – спросила она, наконец.

– Очень, – ответила я, – а тебе со мной хорошо?

– Мне с тобой тоже очень хорошо! – сказала Ляля. – Заешь, чего бы я сейчас хотела?

– И чего же? – спросила я.

– Чтобы ты меня ещё раз обняла и поцеловала, – сказала Ляля.

– Да пожалуйста! – сказала я. – Иди ко мне!

Ляля подползла ко мне и я, обняв её, оставила у неё на щеке два своих тёплых поцелуя. Ляля ответила мне тем же.

– А ты, оказывается, киска, – сказал я.

– Есть такое, очень люблю ласку, – сказала Ляля. – Всё бы отдала тому, кто подарил бы мне хоть немного любви и нежности! Даже если этим человеком будешь ты. И сама бы любила его, как только могла, как самого дорогого на свете человека…

Тут Лялин голос наполнился слезами и она припала к моей груди. Я её нежно погладила по голове – и Ляля понемногу успокоилась. Наконец она подняла на меня своё лицо и осторожно как-то поцеловала меня в губы. О, как был сочен и сладок этот поцелуй!

– Я тебя люблю, – сказала мне Ляля.

– И я тебя, – сказала ей я.

– Идём купаться? – спросила Ляля.

– Идём! – сказала я.

Мы купались и резвились в воде, как дети! Давно мне не было так хорошо и весело, как в то лето. И едва ли я это забуду. Едва ли я забуду и сам тот тёплый субботний день, и как мы с Лялей, купаясь, брызгались друг на дружку водой и заливались звонким, долетавшим тогда до небес, смехом, и с каким наслаждением мы потом грелись на солнышке…

После вторичного купания мы с Лялей решили поехать в город, так, как и солнце стало изрядно припекать, и у Ляли неожиданно выплыло одно дело.

– А мы ещё увидимся? – спросила она, прощаясь со мной в центре.

– Конечно! – сказала я. – Хочешь, поедем завтра вместе на дачу!

– Хочу, но не обещаю, – сказала Ляля. – Посмотрим, что у меня сейчас будет.

– Ну, позвонишь, – сказала я Ляле.

– Конечно, – ответила она, целуя меня. – Пока.

– Пока, – сказала я, и мы расстались.

3

Как и было уговорено, в тот же вечер Ляля позвонила мне и сказала, что в воскресенье она работает, потому что у напарницы сын приболел, – и мы не сможем вместе поехать на дачу. Мне стало грустно, потому что я очень хотела взять эту девочку с собой. Да, я в неё влюбилась. Понимайте эти мои слова, кому как нравится, и пошли бы к чёрту все зануды-моралисты!.. Так что в воскресенье на дачу я уехала с лёгкой неохотой и ощущением, что мне немножечко не достаёт любимого мной человека. Пусть мы знакомы недолго, но он мне дорог.

На даче, сами знаете, пропасть дел: полить, прополоть, прибрать, мусор сжечь… Единственное, что я не делала с тех пор, как развелась, я не сажала картошку. Просто я посчитала, что мне и помимо неё хватит ягод, зелени и овощей, чтобы заниматься; а если я ещё и картошку на себя повешу – то слягу со спиной и массажный кабинет будет моим вторым домом. Уж лучше я картошку буду покупать понемногу на рынке.

Я уехала рано утром, чтобы не так жарко было. Первое, что я всегда делаю, приезжая на дачу, надуваю на заднем дворе бассейн и набираю его водой (благо, водонапорная колонка есть!), потому что в жаркую погоду, да ещё после работы, очень охота освежиться. Кстати, и то воскресенье не было исключением в смысле жары: где-то к 10-ти часам начинало припекать. Переодеваясь в комнате на втором этаже дома, я была некоторое время в раздумье: надеть ли купальник или обнаглеть слегка и работать голышом? С одной стороны, на своей земле я имею право даже голой ходить, если так уж захочу; с другой, увидят соседи – решат, что у бабы мозги слетели. Лучше я в огороде поработаю в купальнике, а купаться могу и голой. По крайней мере, купание объяснит мою обнажённость. Так я и сделала. Купаясь после трудов праведных, я прибывала в том, давно забытом блаженстве, которое бывает у ребёнка, когда его приласкает мать; вот как она, обняв своего шалуна, гладит его по голове и телу, успокаивая после долгой беготни, и сорванцу в итоге делается так хорошо, что он, забыв свои подвиги, затихает, расслабляется в тёплых маминых руках, а то и вовсе задрёмывает… Вот я, погружённая в воду, чувствовала себя, как в объятьях матери. Причём матери-природы! Вода быстро сняла с меня пуды усталости, освежила, расслабила – и из бассейна я вылезла, можно сказать, помолодевшей. Было пять часов вечера. Я, прибрав всё, решила ехать в город, как вдруг зазвонил мобильник. Это была Ляля.

– Здравствуй, тётя Лера! Как ты?

– Привет, малыш! Я к дому еду. Ты что-то хотела?

– Хотела, тётя Лера: поужинать с тобой. Я соскучилась по тебе.

– Ляля, девочка моя, и я по тебе соскучилась. Давай у меня и поужинаем!

– Давай!

– Всё, жди меня у кафе!

– Окей! Пока.

– Пока.

Повесив трубку, я едва ли не на всех парах поехала в горд, потому что меня там ждали. Дорогой я ещё заехала в ближайшую продуктовку, купила пельменей и много какой ещё вкуснятины. Ляля ждала меня возле кафе. Увидев меня, подъезжающую к ней, она сперва радостно махала рукой, а после, сев в машину, обняла меня и поцеловала в губы. Я и сама была рада и ей, и её объятьям, и её поцелую.

– Давно ждёшь? – спросила я Лялю.

– Да не особо, – сказала она. – Я сама относительно  недавно сюда добралась из-за пробки на Олимпийской: там несколько машин так нехило кокнулись, что мама, не горюй! Дай бог, чтоб хоть без погибших!

– Дай бог! – согласилась я. – Ну, и мы поедем с богом!

Приехав домой и, поужинав  от души, мы просто сидели и разговаривали о всякой всячине.

– Может, ты ещё чего-то хочешь? – спросила я Лялю спустя время.

– Хочу, – сказала она. – Поцеловать тебя ещё раз хочу!

– Пожалуйста! – сказала я и тотчас между нами случилось нечто, о чём и стыдно, и почему-то радостнее всего вспоминать: целуя меня, Ляля запустила свою руку в моё декольте и стала там ласкать мне грудь.

– Что ты делаешь? – спросила я.

– Не бойся! – сказала она мне на ухо. – Я больно не сделаю. Мы просто немного поиграем с тобой. Давай перейдём в спальню!

Мы перешли в спальню. Разобрав постель, я подошла к Ляле и, целуясь, мы стали раздевать друг друга, после чего легли в кровать и предавались самой нежной и страстной любви, забыв обо всём! Знаете, ловлю себя на мысли, что ещё ни с кем из мужчин я не занималась любовью с большим удовольствием, чем с этой девочкой, и никого я с такой нежностью не целовала, как её. Мы любили друг дружку, как хотели, и, по-моему, натурально сходили с ума от той дикой, невыразимой, вырывающейся из наших горл страсти! Самое интересное, что мне нравилось целовать её лицо, губы, загорелое тело – плечи, грудь, живот, ноги… Равно, как Ляля получала удовольствие, лаская меня и целуя во все места, в которые хотела. Наконец наши силы иссякли, и мы просто уже лежали голышом в постели и болтали.

– Тебе понравилось? – спросила Ляля. Я не знала, что ответить. – Ну, скажи что-нибудь, пожалуйста!

– Знаешь, я впервые в своей жизни попробовала любовь с женщиной; хотя и читала про это, и слышала… Я пока немного в шоке, – ответила я.

– Понимаю, – сказала мне, усмехнувшись, Ляля. – Сама в первый раз в шоке была, когда со мной этот фокус проделали, а потом понравилось – и я уже без этого жить не могла.

– А кто с тобой этот фокус проделал? – осторожно спросила я Лялю.

– А я тебе расскажу! – уверенно ответила она.  – Всё началось после детдома. Я уже стала работать в такси и среди нас работала одна женщина, наверно, помладше чуть тебя. Звали её все просто Олеся. Кстати, и я её так называла по её просьбе. Она жила одна, никого в свою былую жизнь не впускала – и потому я не знаю ничего о её родне. Но при этом Олеся была весёлым, добрым и нежным человеком и ни на что не жаловалась! И вот однажды как-то Олеся пригласила меня на выходные к себе домой. Я согласилась, не предполагая того, что меня ждёт. В субботу утром мы с Олесей поехали на пляж, где накупались и назагорались, потом мы заехали к её подружке на огонёк, где пробыли тоже немало времени… Словом, домой мы попали уже вечером. И вот тут начались чудеса: едва мы вошли – Олеся тут же стала меня обнимать, гладить моё тело и целовать. Я возмутилась: «ты что, на солнце перегрелась?». Она спокойно отвечает: «нет, я в порядке! Просто я тебя люблю». Я так и офонарела. А она продолжает: «чего смотришь на меня так, будто перед тобой инопланетянка или кто-то в таком роде? Да, я женщина; однако внутри я не чувствую себя ей, а наоборот, там я мужчина и мне хочется любить женщин и девушек… Я не знаю, почему это так вышло, но я с этим живу и даже не чувствую себя ущербной». Я послала её к чёрту и хотела, было, уйти, но Олеся меня остановила, говоря: «дурёха! Ты с начала попробуй, что это такое – любовь с женщиной! Поверь мне, это не менее прекрасно, чем любовь с мужчиной! А если тебе не понравится – я тебя оставлю в покое. Обещаю!». Словом, она завела меня в спальню, мы там разделись догола и занялись любовью. Никогда не забуду, как Олеся нежно меня ласкала и целовала, а я сходила с ума от страсти и хотела ещё ласки и поцелуев. Закончив, наконец, мы с ней, как с тобой, просто валялись голышом молча, не глядя друг на дружку. Как сейчас  помню, Олеся спросила меня после некоторого молчания, мол, понравилось ли мне то, что  было? Я тогда сказала зачем-то нет, оделась и ушла домой. После того случая мы с Олесей неделю толком не общались; но всю эту неделю я почему-то вспоминала всё произошедшее… Вспоминала не без отвращения, точно это было самое лучше событие в моей жизни. И в конце концов я однажды заявилась к Олесе сама, и буквально с порога стала её целовать, поняв, что не могу без неё, что я хочу её любви…

       И с тех пор мы просто жили вместе то у неё, то у меня, пока Олесю одна сволочь в её подъезде не подрезала. До си пор не пойму, как я пережила смерть Олеси…

Тут рассказ прервался слезами. Я поспешила приласкать  Лялю и успокоить, что получилось довольно скоро, после чего мы лежали, молча, пока не заснули.

4

Утром я проснулась в самом хорошем настроении, даже при том, что был будний день и нужно было на работу. Не спеша, я встала, взяла всё чистое и пошла в душ. Моясь, я подумала о том, что мы с Лялей делали минувшим вечером. И вот здесь я, пожалуй, повторю за Лялей: мне не было почему-то мерзко и гадко от этих воспоминаний, даже хотелось ещё той любви, которая была между нами. Да, я поняла, что Ляля лесбиянка; но уж лучше я подарю ей всю мою любовь и нежность, что буду выть одна в пустой квартире. В конце концов, какая разница, с кем в постели валяться и в роли кого при этом там быть – в роли самца или в роли самки? Самое главное, что ты кому-то на этом свете стал нужен. Я готова была подарить ей хоть весь день (да что там день – жизнь бы подарила!), если она пожелает, и не пожалела бы об этом ни разу! Что бы мы делали весь этот день, где бы мы его провели – это не важно! Самое главное – мы бы были вместе и нам было бы хорошо. Вернувшись в спальню, я увидела вставшую Лялю. Она делала гимнастику. Причём совершенно обнажённой! Знаете, меня этим зрелищем не удивить и не возмутить, потому что из курса истории мне памятно, что древнегреческие спортсмены в таком виде в играх участвовали, а потом я и сама иногда себе такое позволяю. Надо бы сказать, Ляля все движения делала так красиво, что я невольно засмотрелась. Окончив упражнение, Ляля подняла на меня глаза.

– Доброе утро! – сказала она. Я, подойдя к ней, поцеловала её в губы.

– Доброе утро! Встала уже?

– Да, – сказала Ляля нехотя. – Хотя не скрою, было так неохота это делать, а хотелось ещё чуток поваляться в постельке!

– Так валялась бы! – сказала я Ляле. – В чём дело?

– Так тебе ведь сегодня на работу, – ответила Ляля. – Это я выходная, а ты нет.

– Девочка моя, – начала я, обняв её. – Одно твоё слово – и мы будем вместе весь день! Хочешь этого?

– Хочу! – уверенно сказала Ляля.

Я позвонила моей директрисе и объяснила ей, что немного приболела, и беру один день, чтобы подлечиться. Так как и директриса меня ценила, и на мне никаких проступков не было, то она меня отпустила без шума. Знаю, что очень нехорошо то, что я сделала… Но если нам обеим хотелось побыть ещё немножко вдвоём, полюбить друг друга и так далее – то почему иногда нельзя послать к чёрту всё и всех ради этого? Однако я даже представить не могла, какой дорогой окажется плата за этот один день любви. И едва ли представляла это Ляля. А пока что, закончив разговор, я с нежной улыбкой подошла к моей девочке, обняла и снова поцеловала её в губы.

– Ну, вот, теперь весь день наш! – сказала я, гладя Лялю по телу. – Давай сейчас ещё разок поиграем, как вчера!

– С удовольствием! –сказала Ляля и, сняв с меня халат и трусики, увлекла меня в постель, где мы снова с неописуемой страстью и радостью занялись любовью.  И вновь в нашей кровати бушевали настоящие бури, пока не забрали у нас все наши силы, и не отступили, оставив нас, абсолютно обнажённых и уставших, на постели, точно выброшенных в шторм на берег морем. Мы лежали молча.

– Есть хочешь? – спросила я Лялю, наконец, уже придя в себя.

– Хочу! – твёрдо ответила она.

– Овсянку сварю – будешь? – спросила я.

– Да, конечно! – сказала Ляля.

– Ну, и хорошо! – сказала я и, набросив халат, пошла на кухню. Ляля тем временем, взяв всё своё, пошла в душ. Увидев это, я бросила на время кашу, сходила в спальню за чистым полотенцем и отнесла его Ляле. После этого я вернулась в кухню и продолжила варить кашу. За завтраком мы обсуждали, как мы проведём наш общий день, и я предложила сперва погулять в парке, а после проехать в сторону моей дачи на озеро, где бы мы могли позагорать и поплавать, ну и на дачу можно заехать, чтобы чуть-чуть отдохнуть и чтобы Ляля увидела всё, чем я богата.

–А если мы сразу поедем на озеро и на дачу? – спросила Ляля.

– Ну, хорошо! – ответила я ей. – Как захочешь, моя девочка!

Покончив с завтраком и взяв с собой большие полотенца, мы с Лялей тронулись в путь. Однако, доехать до озера нам было не суждено: по дороге туда мы попали в страшную аварию. Последнее, что помню я, это то, что нам в машину влепилась какая-то иномарка. Остальное я узнала от врачей: и про свои травмы, и про то, что Ляля умерла… Думаю, излишне  говорить, в каком я тогда была отчаянии. Вот с того дня для меня закончилось всё и навсегда: и лето, и жизнь. Я плакала почти каждый день и не хотела идти на поправку и жить дальше… Да и теперь не хочу жить, потому что не для кого. Я каждый день проклинаю бога за то, что хожу по этой земле, ем, пью и сплю… Потому что я всё это делаю одна, без Ляли, любимого мной человека… А Ляля мне нередко снится, всё такой же юной, весёлой, озорной и заводной, и лишь во сне мы с ней смеёмся, обнимаемся, целуемся… А, проснувшись утром, я опять плачу. Господи, да лучше бы ты нас обеих на тот свет забрал! Так нет, тебе надо было, чтобы я жила и мучилась от горя, одиночества и пусты, чтобы я страдала до конца дней. Хватит! Пора прекратить это подобие жизни. Сейчас я допишу последние слова моих записок, уберу тетрадь и сброшусь с окна. Прощайте все, кто меня знал, и простите, если что-то было не так.

2-го июля 2019г.

5 680
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
1 Комментарий
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
Иваныч
Иваныч
4 месяцев назад

Автор! Хоть и написано от лица женщины,но написано все по уму…Правда я не думаю,что она выбросится из окна ?
Ведь она женщина с ХАРАКТЕРОМ,а это дорого стоит.👍👍👍👍👍….