Медвежуть. Глава 09. С возвращением, Пимкинс!

Пимкинс ждал Соню под ёлочкой, и ей казалось, что он подмигивал ей своими большими глазами.

Пока Соня приходила в себя, голос бабушки, который раздавался эхом где-то за пределами сознания девушки, доносил до неё информацию о том, как медвежонок попал обратно в дом.

Оказывается лесничий, что жил в их посёлке и знал каждого жителя не только по имени, гулял по лесу в тот же день, когда Соня бросила Пимкинса в лесу.

Дядя Вася (так звали местные лесничего), видел девушку в лесу, испугался, что она заблудилась, а потому пошёл к ней и позвал по имени. Голос у него тогда был простуженный и хриплый. Когда он попытался выкрикнуть имя, то закашлялся.

“Так вот, что напугало меня тогда! – подумала Соня – Я-то от страха уже подумала, что это игрушка со мной говорит.”

Девушка шлёпнула себя рукой по лбу, когда подумала об этом и нервно засмеялась. Она вспомнила, как улепётывала из леса со всех ног, забыв про навигатор и обо всём на свете. Кто бы мог подумать, что дядя Вася, премилый старик, который часто сам выводил заплутавших людей из леса, мог напугать Соню до полусмерти.

И всё же найденная им игрушка почему-то Соню не радовала. Казалось, в медвежонке затаилась обида и злость на неё за то, что она так скверно поступила со своим плюшевым другом. Пимкинс-то знал правду. Он всё знал! Он помнил! Такое предательство простить сложно. Бросить друга одного в холодном и мрачном лесу! Ещё и второй раз. Да, первый раз это произошло нечаянно, как заверяла сама Соня. Но второй раз был не случайный. Второй раз она это сделала намеренно.

Бабушка закончила свой рассказ на том, что дядя Вася пошёл в то место, где была недавно Соня и поднял с земли игрушку. Он подумал, что девушка испугалась, и поэтому выронила мишку. Лесничий отряхнул медведя, засунул в подмышку и отнёс к себе домой.

Он не вернул его сразу, потому что то случай не подворачивался, то забывал передать при встрече, а то и вовсе не мог почему-то найти, когда Лидия Евгеньевна сама вдруг заглядывала в гости.

Дядя Вася для большинства пожилых жителей был хорошим другом и собеседником. Он был профессором биологических наук и знал всё о растениях, животных и грибах. Иногда к нему приходили за советом, а иногда просто поговорить.

Ещё дядя Вася хорошо разбирался в психологических и парапсихологических аспектах. И этим люди пытались воспользоваться задаром, но дядя Вася всегда ловил их на полуслове и говорил так:

– Про грибы да ягоды я могу сколько угодно трепаться языком. А если пришли свои проблемы разгребать, платите деньги, да занимайте очередь.

Был дядя Вася для людей кем-то вроде народного лекаря, при чём снимал недуги как физические, так и душевные. Но не все подряд, выборочно, на кого сил хватало и времени.

Время вернуть утраченное пришло где-то на середину декабря. Тогда дядя Вася нашёл мишку, почистил его получше, надел на него бантик, будто тот франт какой-то, да понёс хозяйке.

Дверь дяде Васе открыла Лидия Евгеньевна. Ей-то лесничий и всучил мишку, а потом поинтересовался, где Соня. Бабушка Сони обрадовалась находке:

– Батюшки-светы! Это же любимая игрушка Сони! Вот маша-растеряша! Верну ей, когда приедет. Вот она обрадуется. Она его так любит!

После всех обычных старческих причитаний Лидия Евгеньевна спохватилась, что держит гостя на пороге:

– Ой, хоспаде Исусе! Проходи Вася в дом, не мёрзни. Я тебя чаем отогрею с вареньем. А ты мне расскажешь заодно, где игрушку-то нашёл. Да и у самого как дела…

Пока они сидели за столом, бабушка Сони и узнала, что дядя Вася нашёл медведя в лесу, да никак отдать не получалось. Сам же лесничий узнал, что внучке Лидии Евгеньевне взбрело в голову в город перебраться, да подносы пойти разносить за деньги. Самой Лидии Евгеньевне это не особо нравилось, внучка её никак не обременяла. Пожилая женщина больше бренчала от переживаний и беспокойств. Но дядя Вася своим хриплым басом смог успокоить старушку. Мол, пусть встает девка на ноги, раз решила. Всё правильно делает, а если что у неё не получится, она всегда знает, куда вернуться может.

– Ты порадуйся за неё, мать! Вспомни, мы в её годы на заводах спины гнули, да ходили в одних портках да подштанниках. А ты ещё постарше меня будешь, пади помнишь, когда хлеба выдавали толщиной с мой ноготь на мизинце, да помои с лужи пить приходилось, чтобы не сдохнуть.

– Тьфу на тебя! И вспоминать не хочу! Свят-свят! – Лидия Евгеньевна перекрестилась. – Не дай бог, им такое будущее. Ты прав, что это я распереживалась. У них вон и гаджеты всякие тама есть. Сейчас даже учиться можно через мобильник этот. А я только вот что и умею, что на кнопочки нажимать, да трубку поднимать. Знаешь, до сих пор предпочитаю стационаром пользоваться. Там всё просто – трубку поднял, номер набрал да жди, пока ответят.

Воспоминания нарисовались в голове Лидии Евгеньевны о той встрече с дядей Витей как картинка на мониторе, такая же яркая и живая. Выдернула из них её Соня:

– Так! Бабушка! У меня-то для тебя тоже подарки есть! Давай распаковывать уже.

Чуть позже постучал в дверь Коля. Он пришёл с пакетами, в которых были как угощения, так и подарки для Сони и её бабушки. На голове у него была ярко-алая шапка с белой окаёмкой и помпоном, а на лице блистала ватная борода.

Сначала, он нараспев поздравил всех с праздниками, а потом тоже прошёл к столу.

Соне он подарил изящный кулон в виде мышки с мешочком в лапках. Это был символ года, но сам парень растрактовал его так:

– Это Сонька-сплюшка! То есть ты!

Соня нахмурилась и сдвинула шапку на глаза, этим только рассмешив парня и бабушку.

– То есть, ты хочешь сказать, что я много сплю?

Еле сдерживая хохот, Коля всё-таки выдавил:

– Не, ну похоже же! Вот колпак для сна на голове, а это смятая подушка в руках!

– Это Новогодний колпак, как у тебя, дурень! А это мешок с подарками!

Соне хотелось на него обидеться, но почему-то не получалось никак. Она даже поймала себя на мысли, что вместо этого улыбается. Коля не стал ждать, пока она дальше будет критиковать его подарок и просто заткнул губы поцелуем. На мгновение Соне показалось, что вино, которое она ещё даже не открывала, уже почему-то охмелило её и ударило в голову так сильно, что она не поняла, что произошло. Когда Коля оторвался от её губ, она даже задала вопрос:

– Что это было сейчас?

Мороз, который нарисовал на Колиных щеках румянец хорошо замаскировал тот факт, что парень сам смутился от того, что только что сделал.

– Ну я… Поздравил тебя так с праздником! Дружеский поцелуй, а что? И ещё это означает, что я рад тебя видеть.

– Хм… А я и не знала, что друзей целуют в губы.

У Сони не было морозного румянца, поэтому чтобы Коля не заметил, как он появляется, быстро отвернулась. Хорошо ещё, что он не почувствовал, как её всю обдало жаром. Соне казалось, что её прям в шубе закинули в хорошо протопленную баньку, а там на камни ещё и воды плеснули. Хотелось кричать “Какого чёрта!” и задыхаясь раздеться и побежать в ледяную прорубь, чтобы тело сбросило с себя этот жар. Вот так она себя чувствовала после поцелуя Коли.

Лидия Евгеньевна, ещё когда Коля заявился, поняла, что ей не место на кухне, тихонько шмыгнула в свою комнату.

Пара вернулась обратно к столу. Соня подала Коле штопор и тот откупорил благородную бутыль с кровью спасителя.

– Пора плоть откушать христову, да выпить его крови. Сочельник всё-таки. – говорил Коля, разливая по бутылкам Кагор.

– Ой, а мой подарок в рюкзаке валяется. Там, конечно, всё скромней, но зато за свои кровные.

– Мне всё равно, что ты мне подаришь, хоть носки! Я если честно, больше ждал твоего возвращения. Давай сначала выпьем за праздник, а потом расскажешь, как ты там жила без нас в Питере.

Соня сделала пару глотков. Горячий напиток проскользил по горлу, затем опустился на уровне пищевода. Так кровь скользит по артерии от головы к шее. Вино плюхнулось в желудок и там зашипело, растворяясь в желудочном соке и смешиваясь с пищей.

Казалось, что Коля следил как сканер за этими движениями. Потому что его взгляд прошёл ровно такой же путь. Сначала от губ на шею, потом скользнул в зону декольте, а затем запнулся в зоне живота и вернулся обратно к глазам. Ему не хотелось слушать Сониных рассказов! Он искал повода, чтобы можно было за ней молча наблюдать, пока та рассказывает про бессонные рабочие будни и жалуется на пьяных клиентов.

Но Соня начала свой рассказ не с этого, а совсем с другого:

– Ой, ты не поверишь, кто к нам вернулся! Коля, загляни под ёлку, тебя ждёт сюрприз!

Коля не сразу понял, кто такой мог вернуться, кого он не то, что не видел всё это время, но и кто мог так тихо сидеть под ёлкой. И почему под ёлкой? Но глаза его округлились и сам он чуть не скатился со стула, когда увидел сидящего там медвежонка.

– Как?! Но ты же… Но мы же… А как он…

Соня разразилась истеричным хохотом. Теперь она выглядела не как милая девушка, а как остервенелая валькирия, которая заманила свою жертву в ловушку.

– С возвращением, Пимкинс!

Она подняла за медведя бокал. Свою истерику Соня смогла погасить только допив свой бокал до конца. Ей приходилось громко прихлюпывать, потому что смех не хотел сам проходить. Потом, когда ей удалось его загасить вторым бокалом вина, она наконец-то успокоилась и вернулась за стол.

– Держись крепче за стул, Коля! Я сейчас расскажу тебе очень интересную историю…

20
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...
Понравилось? Поделись с друзьями!

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments