Одна маленькая жизнь

— Мам, а ты так и не сменила замок.

— Серёжка! Сыночек! Ты почему не сказал?! Я бы встретила!

— Да ладно, ма. Я сюрприз хотел сделать.

Миловидная женщина заливаясь смехом и слезами бросилась к высокому, крепко сложённому парню в голубом берете. Материнские руки обнимали так, как он мечтал долгих два года. Наконец Сергей почувствовал себя спокойно. Мама рядом.

Душманы, горы, марш-броски, высота, грязь и кровь — все осталось позади. Парень обнял мать и ещё долго стоял так.

Она — самая близкая и родная, пахнет молоком, свежим хлебом и домашним печеньем. И он — возмужавший, повидавший за два года столько, что хватит, наверное, на всю оставшуюся жизнь. В красиво сшитой форме, немного запыленный с дороги. Загоревшими, мозолистыми от автомата руками обнимает ее так крепко, как только может. Она всегда рядом. Она никогда не предаст. Не пришлет письмо с тремя строками. Мама. Мамочка.

Сергей крепче прижал к себе мать и позволил себе пустить скупую слезу. Теперь все будет хорошо. Впереди университет, хорошая работа и счастливая жизнь. Он со всем справится. Потому что, мама рядом.

***

Девушка шла по мосту, немного шатаясь. Прохожие отворачивались от нее. Ещё бы. Косметика расплылась, волосы растрепались, одежда явно несвежая. Но, на бродяжку не похожа. Она встала перед перилами и подняла глаза к ярко-синему небу.

— Милая, с тобой все в порядке? — девушка обернулась и посмотрела на маленькую, сухонькую старушку.

— Доченька, пойдем, не стой здесь. Пойдем ко мне, я тебя чаем с земляничным вареньем угощу. А то, одна я, старая, и поговорить то не с кем.

Старушка взяла девушку под руку и ласковыми уговорами повела подальше от моста. Девушка покорно пошла следом.

***

— Вот будешь теперь омлет есть. А предупредил бы, так я бы пирожков твоих любимых напекла. — женщина шутливо ворчала, ласково ероша волосы сына.

— Ма, я у тебя с детства гвозди перевариваю. И твой омлет самое вкусное, что может быть. — она улыбнулась и села напротив, с любовью глядя на парня.

Два долгих года она ждала его. Не выключала телевизор с каналом новостей.

Чечня. Одно лишь это слово уже доводило матерей до истерик, а отцов до дрожи и сжатых кулаков. Проводила его на поезд и не знала, встретит ли. Письма приходили перебоями. То нет неделями, а то за один день приходила сразу целая стопка. В письмах ее мальчик всегда держался молодцом. Шутил, описывал природу.

И ни слова о том, что страшно. О том, что больно.

О том, что Васька из соседнего дома, с которым они вместе гоняли на велосипедах и дёргали девчонок за косы в школе, вернулся домой глубоким инвалидом. Мина забрала у красивого, молодого парня возможность ходить и видеть.

О том, что лучший друг Пашка, попавший в те же войска, но в другой взвод, сорвался с обрыва во время разведки и никогда уже не вернётся домой. Не смогли достать даже тело.

А Димка-олух, редкостный раздолбай, вернулся домой. Закрытым грузом двести. У него только отец был. Так тот после похорон с ума сошел и пулю себе пустил. А ведь уважаемый человек был. Сильный. Военврач бывший.

Много их, таких молодых, весёлых, красивых забрала Чечня. А скольких забрали девчонки, что не дождались.

Мать Сергея чуть инфаркт не получила, когда узнала, что Маша ему письмо отправила. Другого полюбила. А сын ни слова не сказал. Все шутил. Про собаку и дачу собственную писал. И вот вернулся.

Сидит, омлет уплетает за обе щеки. Дома. Он дома. И теперь все будет хорошо. Может и впрямь собаку завести? Овчарку например. Будет с ней Серёжка заниматься.

***

Старушка стояла под окнами роддома и кричала:

— Марин, у тебя молоко то есть?

— Есть, баб Нюр.

— Ты ж смотри, ребенка то хорошо корми. Я тебе там сумку передала. В ней продукты, вещи дитю. И тебе тоже. Я завтра ещё приду.

Баба Нюра шла домой и улыбалась. Справятся они. Всякое в жизни бывает. А Маринка — девка сильная.

Вспомнила, как привела ее к себе домой. Дрожала та, как воробушек. Маленькая, чумазая. И глазами большими смотрит устало. Муж выгнал. Любовницу в дом привел. А она — сирота. На работе сократили. Чуть не сломалась девчонка. Старушку аж дрожь пробрала, как поняла, что могла и не пойти в тот день на прогулку. Приютила у себя ее, работу помогла найти. Благо, образование у Маринки было. Развод оформили ей. Марина гордая. Не простила мужа. Хотя он и приходил. Прощения просил.

А потом узнали, что Маришка беременна. Сразу ремонт сделали. По блату вещей достали. Детскую отделали в теплых тонах. Кроватку да коляску даже удалось достать финские. Беременность Марина нормально отходила. На последнем месяце только положили на сохранение. А теперь вот, баба Нюра бежала домой, готовить вещи для малыша. Стирать, гладить. А то, через два дня выписка. Бывшему мужу Марина сообщила. Но, фамилию свою дала. А ему и дела нет. Бог ему судья.

Через два дня порог квартиры переступил новый член маленькой, но дружной семьи.

Серёжа. Три двести.

***

— Ма, надо к бабе Нюре сходить. — парень медленно пил чай с медом и слегка грустно улыбался.

— Сходим, мой хороший. Обязательно. — Марина встала и начала убирать со стола. — Ложись иди, сынок. Спокойной ночи.

Сергей уснул быстро, едва голова коснулась подушки. Можно не бояться, что подорвется от ора ротного или звука стрельбы. Даже привычка, что выработалась за два года — спать вытянувшись в струну, отступила и парень свернулся калачиком, как в детстве. Подложил уголок одеяла под щёку. Можно спать спокойно.

Марина тихонько зашла в комнату сына. Постояла на пороге, несмело подошла и аккуратно присела на стул у изголовья кровати. Провела рукой по коротко стриженным каштановым волосам. Поправила одеяло. Наклонилась и мягко поцеловала в лоб. Сергей пошевелился и на губах появилась мягкая улыбка. Марина сморгнула слезинку. Ее сын все так же улыбается во сне, когда она целует его в лоб.

Женщина вышла из комнаты, притворила дверь и зайдя в зал, подошла к комоду, на котором стояла большая фотография. На ней была изображена худенькая старушка в опрятном платье, с красивой прической.

— Спасибо, баб Нюр. Спасибо за Серёжку.

— Ну, здравствуйте, баб Нюр. Вот, с армии вернулся. — Серёжа до сих пор обращался к ней на «Вы». Парень погладил белый мрамор.

— Возмужал так, баб Нюр. Стал таким, как ты и говорила. В институт поступать решил. Работу уже нашел. — Марина сажала новые бархатцы вокруг могилки.

— Вы простите меня, баб Нюр. Простите, что раньше не пришел. Не мог я. Армия. Чечня, чтоб ее. Вы учили родину любить и защищать. Я свой долг выполнил. И главное, как Вы и в письме просили — живым пришел. Спасибо Вам. За маму. За меня. За жизни наши. Глядишь, свидимся ещё. Ведь правда же?

***

— Поздравляю, папаша. У Вас девочка. Три четыреста. Здоровенькая. Как назовёте то?

— Аня.

Сергей принял на руки маленький свёрток.

— Ну здравствуй, Нюра.

*Нюра производное от имени Анна

Автор: Алёна Лапа

111
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...


Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
avatar
5000