отрывок “Мечтатель”

Погода в Димитровграде была не ясной, то ветер, чуть приносящий прохладу, то палящее солнце до костей, от которого укрыться практически невозможно.

Мишка сидел за письменным столом, у раскрытого окна. «Все равно, прекрасно жить на первом этаже» – подумал невзначай Мишка – «тут тебе куст черемухи, который дает тебе насладиться этим сладким ароматом ранней весны. Тут же городская суета, к которой так хочется прильнуть,… Как же писал там Пастернак: «… Мне к людям хочется в толпу, в их утреннее оживление…».

От размышлений отвлек звук с улицы, видимо невнимательный автомобилист чуть – чуть не наехал на старушку, которая казалась хрупкой и очень зажатой. Но увидев через несколько секунд реакцию старушки, на это нечаянное покушение, то все мысли о ее слабости отпадали.

Окно семьи Ирисовых выходили на детскую площадку. Площадка немного была заросшая, но всегда многолюдная. Возле стареньких подъездов разводили палисадники, чаще всего сажая туда тюльпаны. Вот и на сей раз посадили, сейчас они колыхались от порывов ветра, и очень – очень слабо благоухали. Тот самый куст черемухи, который загромождал выходящее окно семьи Ирисовых, он был единственным во дворе, за ним особо не ухаживали, но, каждый к нему подходил и срывал веточку. Особо настырные собирали букет, любопытные, срывая, заглядывали в раскрытые окна, но сразу уходили, как от прокаженных.

Так было и на сей раз. Миша не мог сосредоточиться на задание, которое ему дали в школе. «Как порой сложно писать сочинение, когда на улице такая прекрасная погода!» ворчал «Мика». Так его прозвала младшая сестренка, часто смеясь, кричала: «Мика, Мика, побежали со мной!»

Тема сочинения была скучной: « Проблемы и основные мысли в вашем любимом романе». Не то, чтобы сложной была тема, нет, Мика книги читать очень сильно любил, просто трудно было сосредоточиться. Осмотрев с потолка до пола комнату, решил, что лучше ему будет перекочевать на кровать, которая была старой, и при каждом соприкосновении с телом молодого человека скрипела, мол, умоляла не мучать ее. Это иногда пугало мальчика.

Недочитанный роман Пастернака лежал у подушки. «Доктор Живаго… Это очень интересное произведение»- мысли окутали сознание Миши – « писать может про этот роман, а если…»

Везде и все прерывало мысли и внутренние диалоги мальчика. В комнату вошла мать, часто кричавшая на всех и все ее окружающие. Возможно, это были нервы. 1994 год был и в правду не легким. Мария Ивановна на сей раз вошла торопить сына:

– Вот, опять, они все отдыхают, а я работаю и только готовлю – начала мать – Мне надо идти на завод. Работа бухгалтера ужасна.

Мария Ивановна сорока лет женщина, давно не имевшая талию и худобу. О таких говорят: «дородность им идет. Для них это сладкая пелена, закрывающая все недостатки». Именно так выглядела Мария. В юности живя в Москве, смогла поступить в серьезное учебное заведение, но, полюбила Евгения Александровича, будущего отца Мишки и Анютки. Евгеша, как называла его невеста, уговорил ее уехать в Димитровград, и жить в спокойствие и в мире, она согласилась. Любовь между ними была страстной, хотя, возможно это было мимолетное влечение и не больше. Но, уйти от друг друга, после 20 лет совместного проживания не смогли…

Между ними уже давно не было любви. Давно не было страсти, которая так часто проскакивала искоркой. Да, возможно не тот возраст, а может все погрязло в быте, который так нещадно губит многие чувства. А может и мимолетное влечение. Если это влечение, то, во всяком случае, оно привело к двадцати летнему браку, двум детишек и квартирой с машиной. Во всяком случае, детей они точно любили.

И вот, календарь, наконец, показал 8 мая, полным ходом шла подготовка ко дню Победы. На улице, старые рабочие белили бордюры , люди по моложе помогали бабушкам работать в палисаднике. Они пололи клумбы с ростками еще неизвестных цветов, носили воду для поливки. Кто – то заиграл на гармонике, и запели песню «Валенки». Голос молодой, и старческий.

Во двор, прям перед самым окном Мишутки, заехала грузовая машина. «Видно кто – то заезжает в квартиру»- думали многие работавшие в импровизированном огородике.

Миша не заметил же этого, он уже как пять минут сидел в квартире один. Мама убежала на работу, отец в командировке. Скучно.

Раздался звонок телефона в соседней квартире, послышался голос громкий, кричавший, но наполненный обыденностью, «Привет, как дела», «огород засеян, а у вас?». Миша решил, что сочинение подождет его, и пошел на улицу.

Птицы щебетали сладкими и звонкими мелодиями. Ветерок подхватывал молодую травку, веточки березы, подхватывал аромат черемухи, и развеивал его по всему двору. Заиграла другая мелодия, сначала никто ее не узнал, но как завопили старушки «Мне в землянке холодной…» сразу начали подпевать и сидящие на скамейки молодые семьи, работающие женщины, и даже дети, бегающие по улице.

-Ах, как красиво!- сказала молодая девушка, вышедшая из грузовика. Низкого роста, с красивым и милым личиком. С пшеничною косой, которая была подвязана красной шелковой лентой.- Неужели, такая красота может быть не только в Москве! Мама, Папа, смотрите, смотрите на этот куст черемухи. Какой благоухающий- Она подошла к кустику, сорвала одну маленькую веточку.

-Опять ты ведешь себя как маленькая, Лена, ты испачкалась, вот смотри-сказала уже стареющая женщина, по – видимому мама ее – Лена, брось эту ветку, нам кроме просмотра квартиры нужно еще идти в магазин, занять очередь.

– Мама, успеется еще, давай я схожу прямо сейчас занять эту очередь?

– Вообще- то я хотела идти с тобой, но ты верно быстрее дойдешь… Ладно, вот тебе деньги – Отсчитав жадно несколько тысяч рублей, дала дочери три купюры помятых денег – Только торопись.

Подол голубого платья вдруг начал подниматься, оголив прямые и стройные ноги девушки. Она, пугливо озираясь, начала держать его, и уже не такой легкой походкой пошла в магазин.

Все это время, Мишка стоял в темном подъезде, и смотрел на всю эту картину от туда. Темень, которая скрывала мальчика, была настолько черна, даже при ярком – ярком солнце. «Вот это девочка!»- начал восхищаться, и приходить от оцепенения Мишка. «Интересно, она в моем подъезде будет проживать?»- этот вопрос мучал хоть не так долго, но уже так нещадно. Ноги сами понесли мальчика в сторону улицы, он не увидел, куда пошла девчонка, но чувствовал, что встретит ее обязательно еще раз.

2

– Я всю жизнь такого не видела – возмущалась Мария Ивановна – что же это за проказа? Работаешь на них полжизни, а они лишают зарплаты. Тьфу ты!

Уже стоял вечер, душный, но зато не такой шумный. Как светлячок мигала лампа, стоявшая в беседке двора, в ней сидели молодые ребята, играли в карты. Даже странно, от них не было шума, гама, лишь иногда доносились громким басом словосочетания: « Бито!», «Беру, конечно!», «Не везет мне, ей Богу».

Миша сидел на кухне, вместе с матерью. Мать вела монолог, как лишили весь завод зарплату, мальчик же мало слушал ее, он был огорчен своим бездействием по отношению той самой Лены. Она больше не появлялась за этот день, как и ее родители.

«А если они уехали, и больше не приедут? А если они все – таки приедут, дай да Бог, дай да Бог!» Запахло жареными котлетами и отварным картофелем, мысли все перемешались, и Мишка начал слушать мать:

– Ты представляешь, работать месяц без зарплаты, на что нам жить то?! Хорошо, что дача еще есть, хоть это радует!… Ой, котлеты!- суетливо переворачивала подгоревшие котлеты мать – ведь дело в том, что ладно мы, мы то еще обеспеченные, но как же молодая семья? Как им то жить?

-Многие сейчас плохо живут, и ничего, терпят.

-Тьфу ты, котлеты!

Рука Миши потянулась за кусочком огурца, который был небрежно порезан впопыхах матерью. Стол был не таким барским, но что – то, да было! Малосолёные огурцы, Помидорки, нарезанный ржаной и белый хлеб, горчица в позолоченной тарелочке, тарелка пюре на воде, и две котлеты, которые были такими ровненькими, такими упитанными, что казалось они из чистого мяса. Теперь мать, наконец – то села за стол, взяла вилку, которою уже начала ломать котлету, и хотела уже начать есть, как вспомнила что – то важное.

-Ах, у меня же сегодня подарок тебе.… Да и не только тебе… – Мать вышла из комнаты, Мишка в предвкушении подарка оставил вилку и ждал, ждал чего – не знал.

-Вот, смотри! – открыв газетную бумагу, показалась докторская колбаса.

– Мама, где такое счастье найденное? – с удивлением спросил мальчик – Неужели в магазин завезли хоть что – то?

-А вот секрет, меньше знаешь, больше спишь!

Они начали трапезничать, иногда перебрасывались парою фраз: «Как вкусно!», «Мммм», «Ой, а огурчики то какие!».

Раздался шум со стороны двора, молодые парни начали ругаться. Миша решил, что ему как – то не по себе от той мысли, где же взяла мать колбасу. Лишь вечером открылась тайна:

-Я дружу с директором магазина, вот и презент мне маленький ко дню Победы!

Наступила глубокая ночь. Часы тикали, лишь иногда замолкали, на мгновение. Со стороны улицы раздался машинный шум. Кто – то подъехал так близко к окну, что свет фар проникал в закрытое окно комнаты. Миша встал с кровати, и открыл окно. Свежий ветер ворвался в комнату, запах ночной сырости, недавно прошедшего грибного дождя. Машина оказалось грузовой, той, утреней. Из нее вышла та самая девочка Лена, та же самая женщина, и тот же мужчина. Поменялась только их одежда. У мужчины появился дорогой костюм, с лаковыми туфлями, которые уже запачкались грязью с клумбы. Мать была одета в строгое платье бордового цвета, с красивою шляпою, и туфлями черного цвета. При ее фигуре, а она была женщиной стройной, выглядело прекрасно, как и платье, так и она сама. Но лицо было у нее уставшее, и даже начала проявляться седина в ее черно – угольных волосах.

Девочка платья не сменила, но при тьме оно выглядело еще элегантнее, чем тогда, утром. Ее белые босоножки уже не сверкали той белизной, какая была утром. Ее коса растрепалась, но висела та же ленточка из шелка. По ее лицу было видно, она чем – то расстроена, а может и просто уставшая. Молодая семья молча направились к подъезду, и, словно мышки, без единого шума поднялись по деревянной лестнице. «На какой этаж?» – думал мальчик с сильною жаждою спать. И, зевая, направился на свою постель. «Ах, я завтра обязательно с ней увижусь! Обязательно!»

Сны были мрачными, волнительными, как море перед бурей. Возможно, так действовала на него Елена. Он не знал ее лично, но увидев, почувствовал в ней родственную душу. Как он хочет к ней подойти, спросить ее что-нибудь, пройтись по парку, который только начал зарождаться в новом облике, в облике весны.

3

Окно было открыто, серенькая шторка, развиваясь вуалью, пропускала в душную комнату свежий ветер 9 мая, ветер свободы и преддверия лета. По синему – синему небу летали птички, какие они певучие, однако! На улице было тихо, но пахло чем – то вкусным, слышалась суета жителей дома, но настолько тихая, что ее можно сравнить с комариным визгом. «Пирог вишневый мама заделала что – ли?» – думал Миша. Он давно не спал, ждал прихода в комнату матери, или первых визгов ребятишек на улице.

Но, никто не шел. В квартире было тихо, а запах шел с улицы. Мишка встал с постели, и, направляясь к окну, увидел у беседки собрание многих старушек, дедов, и даже молодых семей.

Они занимались столом, со старых подъездов выходили полные и потные люди с блюдами. Воистину они были царскими, особенно если говорить о дефиците. Именно сейчас о нем не думалось.

Окно мальчик решил закрыть, и пройти на кухню.

«Хм… Странно, никого нет дома…». Мика решил вспомнить вчерашний день, что мать говорила вчера…

-Она перед сном говорила что – то о даче… Может она поехала туда? – спросил у пустоты Мишка.

Дача, дача для него было что – то родное и милое, как село для деревенского мальчишки. Он с детства был на ней, рос. Помнил, как воровал зеленые яблоки у соседей, и съедал их, как только приходил обратно к своему участку.

Длинные – длинные сосны, которые при порыве ветра качались вправо влево. Птички щебечут прекрасную музыку. Пахло жареным мясом и жженой травой. Вот эти воспоминания пронеслись у Мишки.

«Как же хочется есть!».

Вдруг на улице послышался смех, ропот и удивленные выкрики. Оказывается, во двор пришла известная артистка Димитровграда – Анна Иосифовна Дмитрова. Многие любили ее исполнение «Валенков» и «Землянка». Начался концерт, конечно, без особой роскоши. Сцена была оборудована на зеленой полянке, где только недавно появилась густая трава. Вместо цветов начали дарить одуванчики, некоторые умудрялись сорвать тюльпаны. Посыпались аплодисменты, и целое море похвалы.

Анна запела «Валенки». Ее темные волосы, которые были заплетенные в русскую косу, и подвязанную в «Кокошник» на голове. Ее полнота была шармом для нее. Национальное платье, платок на голове и дешевые бусы. Многие заметили дорогое кольцо, золото с рубином, о богатстве артистки говорили многие, но не каждый мог объяснить, откуда это все.

Кончилось очередное исполнение концерта, многие начали подходить к артистке. Такие скудные и обыденные вопросы задавали: «Здравствуйте, а неужели это вы?!» Меньшее количество людей разбрелось по двору, гуляли подле куста черемухи, палисадников с тюльпанами, а кто – то решил скрыться от палящего солнца в вечно прохладном подъезде.

Миша уже стоял в подъезде, он хотел вдохнуть жару милой весны, прогуляться по парку, сходить по пути на дачу. Выйдя на улицу, солнце ударило своими яркими лучами по глазам мальчика. Будто от ослепления зажмурил глаза и, постояв несколько секунд у подъезда решил, что сначала пойдет в Старый город, который славиться магазинами, где выбрасывают на прилавок хороший товар.

56
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...
Понравилось? Поделись с друзьями!

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments