Партитура

Пролог

Кукольный город

В одной семье родилась девочка. Внешне она была такая же, как все дети, но в её груди не было сердца. Её родители боялись, что люди будут сторониться девочки без сердца, и молили небеса, чтобы у неё были хоть какие-то достоинства.

Их молитвы были услышаны. С каждым годом девочка становилась всё лучше и лучше. Наконец она превратилась в девушку. Она была красавицей, умницей, всегда изящно двигалась и могла поддержать любой разговор. Когда она пела, казалось, что ангел спустился с небес. Любой человек считал за счастье хоть одним глазком посмотреть на такую девушку. Но… как бы прекрасно она ни выглядела, сердца у неё не было.

Бессердечная красавица издевалась над людьми, любившими её. Они страдали, мучились, сходили с ума, а она оставалась спокойной и весёлой. И каждый, над кем она издевалась, говорил ей:

— Ты бессердечная кукла! Хоть бы ты ушла жить в Кукольный город, где куклы живут Кукольной жизнью!

В конце концов девушке это надоело, и она сказала:

— Хорошо! Если вы все так хотите, я уйду отсюда!

И она ушла. Вместе с ней ушли ещё несколько человек, у которых не было сердца. Они основали Кукольный город и стали жить там кукольной жизнью. Королевой кукол стала бессердечная красавица.

Однажды в Кукольный город попала принцесса Милагрос. Она посмотрела на жителей города и поняла: она живут неправильно. Принцесса пыталась научить кукол любить, думать, чувствовать. Особенно ей понравилась Королева кукол, и Милагрос хотела увести её к людям и эмоциям. Но Королева кукол не понимала, какую лучшую жизнь хочет дать ей принцесса Милагрос – для неё лучшая жизнь была та, в которой не надо жалеть, любить и сострадать. Другие куклы тоже тупо смотрели на принцессу, не понимая, о чём она говорит.

И принцесса поняла: бесполезно уговаривать кукол вести человеческую жизнь. Наоборот, бессердечных людей надо отправлять в Кукольный город, чтобы они не портили жизнь никому.

«А теперь, — подумала Милагрос, — нужно уйти подальше от этого города и от красавицы Королевы, иначе я стану такой же, как она».

И принцесса Милагрос ушла из Кукольного города. Ушла, чтобы никогда в него не вернуться.


1 ЧАСТЬ

Крещендо

1 глава

Выпускница

Чтобы знать, что произошло сейчас, нужно знать о том, что случилось раньше. А случилось многое…

***

Ксаида, ученица десятого класса, готовилась к уроку истории. Она с трудом доживала последние дни школьной жизни. Скорее бы самостоятельность! Ксаида даже подумала: не махнуть ли на всё рукой да и не почитать ли под партой книжечку? Нет, нельзя, надо учиться, скоро экзамены. Этот урок ведёт практикантка. Интересно, что из этого получится. Ксаидины одноклассники не особенно любят учиться, наверное, устроят концерт. Сама она хочет стать учителем.

Прозвенел звонок. Вошла крупная девушка с грубоватым лицом, одетая в обтягивающее жёлтое платье. Ксаида видела её и раньше у себя во дворе. Возможно, девушка чья-то старшая сестра.

— Здравствуйте, — сказала практикантка. – Меня зовут Морла. Я буду вести у вас историю.

— Морла, Морла, — дурашливо запел один из мальчиков, — если бы диво…

— Случилось, и стала ты вдруг некрасивой! – весело подхватило несколько голосов.

Вокруг засмеялись, и поднялся шум.

— Будет тишина? – властно спросила практикантка и хлопнула журналом по столу. Ученики немного растерялись, а Ксаида с интересом посмотрела на практикантку.

— А ну, все рты позатыкали! – Практикантка замахнулась на кого-то журналом, сказав при этом непристойное слово. – Кто не хочет на моём уроке сидеть – катитесь отсюда! Я вас могу подбросить до кабинета завуча! Что вы на меня так смотрите? Я с вами чикаться не собираюсь!

Ученики худо-плохо, но успокоились, Морла тоже пришла в нормальное состояние и стала объяснять материал. Ксаида подумала, что учитель, сидящий в ней, не стал бы говорить такие простые, как три рубля, слова, но в какой-то степени практикантка – молодец! Потому что другие студентки бежали бегом из их бешеного класса.

Кончилась история, кончились уроки. Получилось так, что Ксаида и Морла вышли из школы одновременно.

— Ой, Морла! — закричала Ксаида. – Давайте пойдём вместе! Нам по пути!

Она любила ходить из школы с кем-нибудь и обсуждать прошедший день.

— Слушайте, здорово вы на уроке! – восторженно сказала Ксаида. – И как у вас это получается?

— Обыкновенно, — ответила Морла. – Наорать на них как следует, сразу все заглохнут. Главное – не нянчиться и не рассусоливать.

— Да, они не скоро позабудут этот урок! А где вы научились, Морла?

— Кончай! – вдруг сказала практикантка. – Говори мне «ты». В твоём дворе меня называют так.

— Морла! – рассмеялась Ксаида, растрёпывая волосы своей собеседницы. – Морла, ну, где ты научилась?

— У тётки. Моя тётка опыт имеет – брат-нахлебник, муж-алкоголик и трое бестолочей от этого алкоголика.

— Хорошо бы мне тоже научиться чему-нибудь такому… — Ксаида покрутила в воздухе рукой.

— Тебе-то зачем? Ты же школу закончишь и будешь приходить только на вечера встречи.

— А вот и не угадала! Я собираюсь делать карьеру педагога!

— Ишь ты! Карьеру… И какой предмет ты собираешься преподавать?

— Ну, не знаю, музыку, наверное…

— Решено! – говорит Морла. – Буду помогать тебе работать – объясню правила выживания среди малолетних бандитов. Иначе ты на своих уроках быстро оглохнешь.

Девушки ещё немного почирикали, распрощались и пошли каждая по своим домам. Ксаида вспомнила, что надо подумать о наряде на выпускной вечер. Едва зайдя в квартиру, она бросилась на шею своей маме и сказала:

— Мамочка! Ты обещала, сегодня мы идём покупать мне платье!

***

Выпускной бал. Из танцующих выделяется красавица в чёрном платье с блестящим корсажем. Это Ксаида. Она танцует то с одним, то с другим партнёром и изредка кивает Морле, одиноко стоящей у стены.

Недалеко от Морлы стоят Ксаидины родители. Ксаидина мама косится на мужа и думает: «Уж костюму этому в обед двести лет, так тебе, паразит, всё равно, что надевать». Сама она надела платье с рисунком в мелкий горошек, так как это единственное платье, скрывающее многочисленные штопки на чулках.

Ксаида наслаждается праздником. Позже она будет учиться в пединституте, у неё появится близкая подруга Огламар, обе они встретят свою любовь…

2 глава

Большое чувство

Огламар, Ксаидина подруга, была девушкой ветреной и непостоянной. У неё всё время появлялись новые кавалеры, она всем им отвечала любовью на любовь, и это у неё называлось «поиск идеала». Ксаида, в общем-то, тоже вела развесёлую жизнь, но каждого нового кавалера она заводила, когда исчезал старый, а Огламар способна была крутить любовь с несколькими парнями сразу. У Огламар репутация секс-бомбы, парни, не имеющие больших претензий, подходят к ней знакомиться. Имидж Огламар соответствовал внутренней сути – дешёвая яркая бижутерия, вишнёво-красная помада, чёрные тени на веках карих глаз, обтягивающие мини-платьица, ничего не скрывающие, да и не предназначенные скрывать… Короче, мечта всех парней, которым не надо большего.

В тот осенний день Огламар тоже провожали до дома два кавалера. На правой руке у неё висел брюнетик, на левой – парень в потёртых джинсах, с очень некрасивым профилем, да и в фас если смотреть – тоже не самое большое наслаждение для глаз. Брюнетик – Хинрек, с некрасивым профилем – Хисбальд. Огламар-ветрогонка не знала, кого из них выбрать, кому отдать предпочтение. С одной стороны, Хинрек довольно тупой, а Хисбальда хоть каким-то умом небеса одарили. Но, с другой стороны, Хинрек хоть симпатичный, похож на классического героя, а Хисбальд, мягко говоря, не очень красивый и не следит за собой вообще. Но если ещё подумать, Хисбальд волевой, решительный, а классический герой Хинрек – рохля. Соплёй перешибёшь. Нет, если выбирать, чьей второй половиной она станет, лучше Огламар отдаст своё сердце Хисбальду – с ним жить, как за каменной стеной, а Хинрек просто слюнтяй какой-то. Беда в том, что для Хинрека-то Огламар – и жизнь, и счастье, и всё, а Хисбальд в упор её не замечает… Хисбальд, гадость носатая! Быстро повернись и посмотри, какая модница-прелестница идёт рядом с тобой! Либо повернись и гляди на неё с любовью, либо она будет девушкой Хинрека!..

— Огламар, привет, а я как раз к тебе иду!

Возле подъезда Огламар стояла Ксаида. В руке она держала туфлю с отломанным каблуком. Лицо Ксаиды было закрыто капюшоном грубой осенней куртки. Куртка была старая и некрасивая, но из-под неё струились чёрные кружева.

— Привет, Ксаида. Разреши представить тебе моих женихов – это Хисбальд, это Хинрек. Мальчики, знакомьтесь – моя лучшая подруга Ксаида.

— Огламар, ты понимаешь, у меня тут проблема, — заговорила Ксаида. – Я из гостей возвращаюсь, а недалеко от твоего дома у меня каблук сломался. Может быть, ты мне дашь какие-нибудь туфельки?

— Ничто человеческое мне не чуждо! – восклицает Огламар. – Пойдём ко мне. Хисбальд, Хинрек, вы тоже идёте в мою квартиру.

— Чего я там не видел? – бурчит Хисбальд.

— Ах ты, … ! Кто обещал пойти ко мне домой и развлечь меня своим присутствием?

— Это я обещал, — подаёт голос Хинрек.

— Да, кстати, Огламар, — щебечет Ксаида, — ты мне дай такие туфли, чтоб подходили к моей юбке.

— Вы слышали? – кричит Огламар. – Дай ей такие туфли, чтоб подходили к юбке. А колготки ажурные тебе не надо?

— Ой, а как ты догадалась, что у меня ещё и колготки порвались? – Ксаида застенчиво улыбнулась.

Женихи Огламар отреагировали на Ксаиду по-разному. Хинрек, можно сказать, никак не отреагировал – из женщин для него существовала только Огламар. Хисбальд сразу мысленно назвал свою новую знакомую недотыкомкой. Внешний вид этой девки сразу вызвал у него брезгливую насмешку – грубая куртка, кружевная юбка, рваные колготки и сломанный каблук. Так по-идиотски выглядит, а ещё кочевряжится: «Дай такие туфли, чтоб подходили к моей юбке». Сколько таких недотыкомок в нашей Фантазии?

Сидя на диване в квартире Огламар, он всё ещё делил женщин на потаскух и на тех, у кого ни кожи, ни рожи.

— Ну, как? Мне идёт?

Из другой комнаты вышла Ксаида. Не та растопыра, какой её увидел Хисбальд, а совершенно другая. Кудрявая, тоненькая, нарядная. Кружевная чёрная юбка открывала стройные ноги в тонких чулках и хорошеньких туфлях. Ксаида не подходила под характеристики, которые Хисбальд давал женщинам и девушкам. Она оказалась ангелочком с приторной открытки.

Дальше случилось то, что должно было случиться.

Хисбальд влюбился в Ксаиду. Он называл всех красивых женщин – «потаскухами», всех некрасивых – «недотыкомками». Ксаида была красивой, но ни одно поганое определение к ней не подходило. По сравнению с девчатами типа Огламар Ксаида была карамелькой-гимназисткой.

— Кто показал тебе сюда дорогу?

— Её нашла любовь. Я не моряк,

Но если б ты была на крае света… Что там дальше?

— Не медля мига, я бы, не страшась.

— Не медля мига, я бы, не страшась,

Пустился в море за таким товаром.

— Моё лицо скрывает темнота,

А то б я, знаешь, со стыда сгорела… Так! На моём плече для тебя ничего интересного нет!

Что ты узнал так много обо мне.

Хотела б я тра-та-та-тра-та-та-та,

Да поздно, притворяться ни к чему.

3 глава

Любовь – не картошка

Ксаида и Огламар пришли в гости к Морле. Она встретила их в подавленном состоянии.

— Привет, — поздоровалась Морла. – Я не готовила сегодня, смотрела сериал. Заключительная серия.

— Понимаем, — кивнула Огламар.

— Можно, я Хисбальду позвоню? – спросила Ксаида.

Получив согласие, она позвонила домой.

— Привет, Хисбальд. Мы дошли. Передаю от тебя привет Морле. А, ты знаешь, к ней приехал брат. Я, наверное, тут до вечера останусь.

— Ксаида, слушай, у меня идея, — сказал Хисбальд, подумав. – Давай я возьму с собой Хинрека и мы завалимся на вашу вечеруху. А то у вас там один мужик на троих… Вы же его в куски порвёте!

— Даже не думай, — запретила Ксаида. – Сегодня мы отдыхаем от мужей.

— Ксаида! Ты меня знаешь! Если он… то я…

Ксаида бросила трубку, оставив Хисбальда наедине с его мрачными мыслями.

— Люблю издеваться над мужской любовью! – засмеялась Ксаида.

— Девки, вы что, на переговорный пункт пришли? – спросила Морла. – Проходите в комнату, а я сейчас чего-нибудь сварганю вам покушать.

— Морла, а, знаешь, — с подозрительной поспешностью заговорила Ксаида, — не надо тебе суетиться, ты, наверное, переволновалась после сериала… В общем, я всё приготовлю сама.

— Я тебе помогу, — предложила Огламар.

— Спасибо, Огламар, но твоими фирменными блинчиками с капустой я тоже уже сыта по горло, — отказалась Ксаида.

Она пошла на кухню и раскрыла холодильник. В холодильнике Морлы лежали три яйца, сыр и колбаса. Яйца Ксаида поставила вариться, а сыр начала тереть на тёрке. Тут в кухню вошла Огламар.

— Ты не видела, у Морлы молоко есть? – спросила она.

— Посмотри, в холодильнике есть, наверное. Ты уже пить хочешь?

— Да, — Огламар налила молоко в большой бокал.

— Ой, напрасно я Хисбальда разыграла! – подумала вслух Ксаида.

— Почему?

— В лучшем случае он будет звонить сюда и катить на меня бочку. В худшем – придёт в Морлину квартиру и устроит небольшой террористический акт.

— Так это ж хорошо! Ревнует – значит, любит!

— Так-то оно так, но, когда Хисбальд меня ревнует, он ведёт себя неадекватно и делается похож на психа.

— Вот и чудесненько!

— Очень чудесненько! Мешает мне расслабиться!

— Ксаида, если муж таким образом проявляет свою ревность – это красота! – Огламар мечтательно закатила глаза. – Твой Хисбальд – сам темперамент! А вот мой Хинрек вообще ревновать не способен. Если я где-нибудь задерживаюсь и говорю, что со мной мужчина, он ни разу не приходит устраивать мне скандал. Ни разу! А когда я возвращаюсь домой – он сидит на кухне и курит, хотя обычно этим не занимается, а лицо у него такое, будто он плачет. Я как-то спросила: «Хинрек, почему ты такая тряпка?» А Хинрек говорит: «Огламар, тебе когда-нибудь стыдно бывает? Я же так мучаюсь…» И дальше пошёл рассказ о его «душевных терзаниях».

— Как хорошо вы живёте! – вздохнула Ксаида, нарезая колбасу для салата. – Так тихо! А мой Хисбальд готов убить каждого, кто ко мне подойдёт. Если я его вовремя не остановлю, он устраивает громкие скандалы. Я люблю его, но предпочитаю никуда с собой не брать.

— Ты предпочитаешь никуда не брать с собой Хисбальда, но любишь его, — сказала Огламар. – А я в последнее время никак не могу разобраться в наших отношениях с Хинреком. Иногда мне кажется, — Огламар понизила голос, — что я нашла не тот идеал.

Обе подруги уже были опытными педагогами. В школе они мучились с учениками, а дома голова шла кругом от мужей и детей. Ксаида соединила свою судьбу с судьбой Хисбальда. Со дня первого знакомства до нынешнего времени он не изменился в своём поведении и убеждениях, просто циничный парень стал циничным человеком среднего возраста. Ксаиду он любил, но был жутко ревнивым. Стоило какому-нибудь мужчине подойти к Ксаиде – Хисбальд рвал и метал, желая посягнуть на благополучие, здоровье и даже жизнь несчастного ухажёра. Но достаточно было Ксаиде сказать пустячную угрозу, чтобы её агрессивный муж пришёл в нормальное состояние. Сама она любила Хисбальда и их с Хисбальдом дочку Анечку, но какой-то странной любовью – любила за то, что они её обожали. Если бы семья Ксаиды не отдавала должное её обаянию и непосредственности, Ксаида бы обиделась и пошла искать человека, который будет её баловать. Но всё сложилось хорошо, Ксаида жила в любящей семье.

Огламар же никак не могла найти того единственного и неповторимого и в конце концов вышла замуж за Хинрека, для которого она всё ещё была самой лучшей и любимой. С годами классический герой подурнел и огрузнел. Темпераментная Огламар всё больше и больше была недовольна тем, что Хинрек никак не выражает свою ревность. Он не держал на неё зла, да и вообще всегда всё ей прощал. Что касается Морлы, она не нашла мужа.

— Подруги! – Морла зашла к Огламар и Ксаиде. – Жратва готова?

— Не жратва, а еда, — поправила Ксаида.

— Да называй как хочешь, главное, давай скорее.

Позже, когда учительницы ели салат из яиц, колбасы и сыра, Морла сказала, что это самый вкусный салат в её жизни.

— И как ты можешь такие офигенные салаты делать? – спросила она Ксаиду. – Я как-то пробовала такой же приготовить – такой отстой получился.

— Я знаю, почему отстой получился, — встряла Огламар. – Ты тогда разбила в салат сырые яйца, а Ксаида их сварила, порезала и только тогда уже положила. Кстати, вы хотите попробовать моё новое блюдо?

Если бы Огламар сказала просто «моё блюдо», её подругам стало бы не по себе. Ну, а раз это было ещё и новое блюдо, их в буквальном смысле пробрала дрожь.

— Пейте! – Огламар пододвинула стаканы с молоком, в котором плавала шоколадная стружка.

— Огламар, — Морла отхлебнула из своего стакана, — ты нам что налила? Помои?

— Начинается! – закричала оскорблённая в лучших чувствах Огламар. – Откуда ты знаешь, какие на вкус помои? Ты их пила, что ли?

— Извини, Огламар, — Ксаида выплюнула напиток обратно в стакан, — но твой коктейль я бы даже бомжу не предложила.

— Идите вы обе! Ничего изысканного не понимаете! Это коктейль из молока, сахара и шоколада!

Огламар сделала глоток, но тут же поперхнулась и закашлялась.

— Ничего не понимаю, — прошептала она. – Что я сделала не так?

— Ты, кулинарка фигова, испортила моё молоко и угробила мою шоколадку! – не выдержала Морла.

— Чего? Знаешь, что…

— Девочки! — Ксаида положила руки на плечи своих подруг. – Успокоились? А теперь: во-первых, прекращайте. Во-вторых: Огламар, я видела тот рецепт. Там имелось в виду, что к молоку добавляется напиток из шоколадного порошка.

— А я чего сделала? — до Огламар всё ещё ничего не дошло.

— А ты накрошила в молоко Морлину шоколадку!

— Вот бестолочь, всегда мне продукты портит… — заворчала Морла, но в дверь позвонили. Морла сорвалась с места и побежала открывать. По восторженному визгу в коридоре её гостьи поняли, что пришла лучшая подруга Морлы – учительница географии, Айола.

— Девчонки, привет! – поздоровалась географичка. – Чем занимаетесь?

— Пробуем коктейль Огламар, — ответила за всех Ксаида.

— А-а… И как, вкусно?

— Это коктейль Огламар.

— А-а! – поняла Айола.

— Айола, помоги нам решить проблему, — сказала Огламар. – Какой мужчина лучше – то, который устраивает жене сцены ревности или тот, который вообще не проявляет никаких эмоций?

— Вам новая дурь в голову ударила? – поинтересовалась Айола. – Лучше – нормальный мужик, который ревновать ревнует, но на криминал из-за этого не пойдёт.

— А если такового нет?

— Тогда не знаю. Сериалов вы насмотрелись, что ли?

— Это не сериалы. Это жизнь. Но всё же, — Огламар повернулась к Ксаиде, – мне нравятся мужчины, которые способны сойти с ума от ревности, которым не наплевать, с кем ходят их женщины!

— Спасибо! – воскликнула Ксаида. – А меня как-то больше устраивают мужчины, которые не долбают женщин своей бесконечной ревностью.

— Не спорьте! – говорит Морла. – Все мужчины – кобели.

Все четыре женщины работали в школе. Морла преподавала историю, Айола – географию, Огламар — математику, Ксаида – музыку. Морла с Айолой были близкими подругами, и Огламар с Ксаидой – тоже. Если они встречались вчетвером, они никогда не могли прийти к единому мнению ни в одном вопросе. Вот и сейчас – все считали, что идеал мужчины есть, просто он для всех разный, а Морла не соглашалась и говорила, что все мужчины плохие.

Её можно было понять – её мужчины обошли вниманием. Она была некрасивой располневшей бабой с грубыми руками. Морла бравировала своей некрасотой – коротко подстригала волосы, носила мужские свитера и брюки с широкими ремнями, не признавала каблуков.

С внешним видом Айолы была похожая история. Хотя, если подумать, Айола была всё же посимпатичнее за счёт юбок, косметики и других вещей, обозначающих принадлежность человека к женскому полу.

Огламар имела облик деловой женщины с симпатичным лицом. Сан учительницы и матери семейства обязывал её одеваться в скромном стиле, но всё равно временами становилось видно не подчинённое возрасту обличие институтской секс-бомбы. Ксаида же была красивее всех своих подруг. Нет, не Мисс Вселенная (где среди нас вообще Мисс Вселенная?), но в ней было обаяние кокетливой барышни. Хорошенькое личико, завитые волосы, оборочки, каблучки. В Огламар была прелесть двусмысленного анекдота, в Ксаиде – прелесть классического стихотворения.

Учительницы, красивые и некрасивые, учили детей каждая своему предмету.

Огламар и Айола – учительницы шумные, вздорные; если Огламар злится на своего ученика, из неё вылетают угрозы – пойдём, мол, в коридор, я тебя отметелю без свидетелей, а если Айола жизнью недовольна, она с криком швыряет предметы, каким не повезёт подвернуться под её горячую руку; кроме того, обе дамочки, если они на нервах, могут сказать слова из ненормативной лексики.

В отличие от своих подруг и сотрудниц Ксаида грубых слов на уроках не употребляет вообще. Кричит, конечно, во время уроков, но – в строгих рамках цензуры. В школе её, можно сказать, любили. В самом деле, за что её не любить? Интеллигентная, и в то же время непосредственная, весёлая, а главное, хорошенькая – что ещё надо? Среди учеников к Ксаиде, Огламар и Айоле сформировалось вибрирующее отношение – одним они нравились, другие их недолюбливали, для третьих они не имели значения.

А вот Морлу не любил никто. В школу она пошла потому, что не могла никуда больше устроиться, а там как раз историка недоставало. Она преподавала историю, не любя детей и выплёскивая на них всё своё зло из-за неудавшейся жизни.

— Не спорьте! – говорит Морла. – Все мужчины – кобели.

— Знаешь, подруженька, — смеётся Айола, — тебя послушать, так весь мир из кобелей одних состоит.

Зазвонил телефон. Морла взяла трубку.

— Алло, Морла, — в голосе Хисбальда едва сдерживаемая ярость, — скажи своему братану, если он свои грабли распустит куда не надо, я…

— Заткни рот своему мужу, — прошипела Морла, передавая трубку Ксаиде.

— Хисбальд, привет, — заговорила Ксаида ангельским голосом. – Что ты там говорил относительно грабель? А хочешь, я сегодня уеду к маме?

— Ксаида, ты меня не так поняла! Я просто хотел узнать, как ты развлекаешься, не нужно ли чего-нибудь…

— Нужно, — подтвердила Ксаида. – У нас в зале лежат на столе тетради пятых и восьмых классов. Проверь их, пожалуйста.

— Ксаида, я именно это и собираюсь сделать. Только объясни, пожалуйста, я всё забываю: вот Гулак и Артемовский – кто из них композитор, а кто – драматург?

— Это композитор, — железным тоном произнесла Ксаида.

— В смысле – оба композиторы?

— В смысле – это один и тот же человек! С двойной фамилией! Сколько я должна тебе объяснять?

— Да успокойся, успокойся, я понял. То есть одна фамилия – девичья, другая – после замужа. Хорошо, я всё проверю.

— Ужас какой-то! – сказала потом Ксаида. – Вечно ему напоминать надо, чтоб тетради мои проверил. Да ещё несколько раз спросит, какую музыку сочинил Кола Брюньон.

— Сочувствую, — вздохнула Огламар. – А вот моего Хинрека даже просить не надо. Как приду, он сразу же: «Ты устала, малышка? Полежи, отдохни, посмотри сериал, я за тебя тетради проверю. Он алгебру, как семечки… И за Кристу домашнее задание делает…

— Везёт тебе! А моего Хисбальда за уши надо к тетрадям тащить. Я ему говорю: «Проверяй тетради! Проверяй тетради! Проверяй тетради!» — а он их проверяет в самый последний момент! И с Анюткой то же самое. Я ей говорю: «Учи уроки! Учи уроки! Учи уроки!» — а она вообще не учит, берётся за задание где-то в десять часов!

Когда подруги уходили от Морлы, Ксаида сказала:

— Теперь мы снова зарядились позитивом на неделю!

4 глава

Милена и её ощущения

В то время, как три учительницы уходили от Морлы, пятиклассница Милена носилась по своей квартире.

Милена носилась по своей квартире. Её переполняло новое чувство – огромное, рвущееся из её сердца наружу. Это было мучительно, странно и приятно – пожалуй, больше приятно, чем мучительно и странно.

В этом году Милена пошла в пятый класс. У неё начался переходный возраст, о котором говорят: «Уже не ребёнок, но ещё не девушка». А Милена трактует этот возраст немного по-другому – полуребёнок-полудевушка. И вот, когда у Милены началась эта стадия, с ней произошло такое, что хоть стой, хоть падай.

В один прекрасный день она вышла из кабинета изо во время перемены. Вышла и увидела в коридоре Ксаиду, учительницу музыки. Увидела и испытала странное чувство, близкое к тому, какое испытывает железка, если рядом магнит. Милене очень захотелось пойти за Ксаидой. И она пошла. Перемена кончилась. Милена вернулась в класс изо, помазюкала красками по бумаге. И вдруг она снова почувствовала себя железкой, которую примагничивает. Милена выскользнула в коридор, добежала до класса Ксаиды, постояла, послушала и пошла назад.

Всё бы ничего, если бы на этом дело кончилось. Но чувство примагничивания не проходило. Стоило Милене увидеть в коридоре изящную фигурку Ксаиды, Милена сразу же хотела идти за ней, видеть её, быть с ней рядом. Ксаида такая очаровательная, хрупкая, так приятно на неё глядеть!

Милена не может толком объяснить, что с ней происходит, когда рядом Ксаида. Становится мучительно и прекрасно одновременно. На хорошеньком бледном лице Милениного смысла жизни выделяются тёмно-карие глаза, блестящие слегка сумасшедшим блеском. В такие зеркала души хочется глядеться и глядеться, в такие тёмные омуты хочется нырнуть и не выныривать.

***

Ксаида — мама Ани. Об этом не знают Анины одноклассники. Сама Аня тоже забывает, когда рядом с ней – учительница, а когда – мама. В школе она называет маму на вы и по имени-отчеству. У Ани благополучная семья. Но Ане неуютно. Она понимает, что ей не стать такой же привлекательной и талантливой, как мама. Мать и дочь получились непохожими. У Ксаиды – худенькое лицо. Если говорить правду, состоящее из небольших изъянов. Нет густых ресниц, нос немножко вздёрнутый, нижняя губа выдаётся вперёд верхней, поэтому лицо Ксаиды в профиль выглядит обиженным. Но обычно Ксаида – весёлая и смеющаяся. К её стройности очень идут классические костюмы. Чёрные прямые волосы до плеч Ксаида завивает разнообразными способами. Коллеги часто говорят ей комплименты. У Нади высокий голос – в жизни он кажется немного визгливым, но голос Ксаиды красиво звучит в пении. Аня – крупная и круглолицая, тяжеловесная по сравнению с лёгкой мамой. У неё русые волосы и маленькие карие глаза. Мрачное лицо Ани похоже на лицо усталой женщины, в то время как Ксаида выглядит оживлённой девушкой. Ане не хватает раскованности и оптимизма, присущих её маме. Аня хочет уметь то же, что и мама. Она записалась в школьный хоровой кружок, стала учиться играть на пианино. Ксаида следит за делами дочки. Правда, не столько хвалит Аню, сколько указывает на недостатки. Кажется, ещё ни разу не промолчала и не указала на просчёт.

5 глава

Путь к сердцу мужчины

После работы Ксаида и Огламар шли домой к Ксаиде. В квартире Огламар шёл ремонт. Огламар говорила, что у неё аллергия на физическую работу. Она любезно предоставила мужу Хинреку и дочке Кристе разбираться с обоями и шкафами. Огламар пережидала ремонт у Ксаиды. Там Огламар предлагала подруге приготовить новое экзотическое блюдо. Ксаида соглашалась, скрепя сердце. Конечно, готовка Огламар равносильна стихийному бедствию. Когда человек, не имеющий таланта писателя, пишет книги, его называют графоманом. А вот как назвать человека, который не имеет таланта повара и готовит еду?

— Один раз у меня не работали каналы по телевизору, кроме «Культуры», — болтала Огламар на кухне. – Сериалы накрылись, но показывали «Самую обаятельную и привлекательную». Оттуда я вынесла истину, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок.

Ксаида и Огламар понесли приготовленные блюда в комнату, где Хисбальд и Аня смотрели телевизор.

— Угощайтесь! – объявила Огламар.

— Что это? – спросила Аня.

— Бутерброды с майонезом, посыпанные чесночком! Кто попробует первым?

Первым отважился Хисбальд и тут же сморщился:

— Девчонки! Вы же хлеб кефиром намазали!

— Разве? — удивилась Ксаида, пробуя бутерброд. – Ой, точно… Ну, ладно. Аня, иди на кухню, там пирожки есть. Покушай.

— А пирожки с чем? – полюбопытствовал Хисбальд. – Тоже с кефиром?

— Про пирожки забудь, — сказала Огламар. – Пирожки для нежных девушек. Лучше угостись моей фирменной запеканочкой для интересных мужчин.

Интересный мужчина покосился на неаппетитное по виду сооружение, – слой картошки, слой лука, слой сосисок, слой сметаны – испытал это сооружение на вкус и закашлялся.

— Огламар, — закричал он, прокашлявшись, — извини за грубую мужскую правду, но засунула бы ты эту запеканку куда-нибудь… Её же есть нельзя, ты пробовала жрать отходы?

Огламар в который раз подумала, что мужчины ничего не понимают в готовке, и поделилась этой мыслью с Хисбальдом.

6 глава

Деликатес из крахмала

Ночью Милене приснился сон. Во сне одноклассница будто бы спрашивала учительницу по изо, как та к ней относится. Учительница по изо сказала, что хорошо. Тогда Милена спросила у Ксаиды: «А как вы ко мне относитесь?» Ксаида ответила: «Ты самая лучшая девочка в нашей школе».

Теперь Милена везде ходит за Ксаидой. Ксаида уже заметила это и, когда Милена появляется возле неё, смеётся и обжигает поклонницу взглядом тёмных омутов. Милене в такие минуты делается не по себе и хочется убежать на край света.

Она в последнее время боится взглядов. Ей так и кажется, что уже вся школа знает о её любви и глядит на неё бесстыдными глазами. Дочь Ксаиды смотрит на Милену странным, гипнотизирующим взглядом. Они с Ксаидой непохожи, а взгляд у них одинаково пугающий. Милена теперь понимает, почему люди боялись «дурного глаза».

На Новый год Милена подарила своему предмету календарик с рисунком яблоневых цветов. Кажется, Ксаиде понравилось. Она сказала: «Спасибо, Милена, я тебя тоже поздравляю». Её глаза вновь действовали на Милену одурманивающе.

***

Огламар пришла к Ксаиде. Аня открыла ей дверь.

— Привет, малыш, — сказала Огламар. – Где мама?

— Мама где-то шатается, — ответила Аня. – Папа пялится в телик, я – в комп.

— Аня, хочешь вместо компа поучиться готовить? – поинтересовалась Огламар, раздеваясь.

— А что поготовить?

— Я сегодня из дома принесла новый рецепт, — Огламар повлекла Аню на кухню. – Это книга такая старая, там всякие рецепты записаны. Правда, Хинрек всё там успел чем-то закапать, но настоящему кулинару будет понятно всё! Вот… У тебя по технологии-то сколько?

— Колеблется между тройкой и четвёркой.

— Понимаю! – Огламар положила на кухонный стол растрёпанную книжку из отдельных листков. – У меня по домоводству сроду выше тройки не стояло, да и ту еле натягивали. У меня пятёрка всего один раз была. Я салатик принесла с экзотическим острым запахом, так училка мне сразу пять поставила, лишь бы я унесла свой кулинарный шедевр… Жаль, что из меня самой технологички не получилось.

— Какое блюдо мне готовить? – вяло спросила Аня.

— Вот, – непризнанная кулинарка подала ей заляпанную страничку. – Тут какой-то рецепт, не знаю, правда, как называется.

— «В чашке холодной воды, чтобы не было комков, разведи одну-две ложки… картофельного или рисового», — прочитала Аня. – Картофельного или рисового чего?

— Это, наверное, рецепт теста или каши, — предположила Огламар. – Рис есть?

— Есть.

— Тащи рис, сваливай его в чашку с холодной водой и мешай. Риса побольше бери, воды – поменьше, чтоб кися-мися получилась.

Аня без особого энтузиазма стала размешивать рис в воде, а Огламар села на табурет и занялась чтением журнала «Гламур». Через несколько минут её отвлекла Аня: «Огламар, я что-то не врубаюсь».

— Во что ты не врубаешься, ребёнок?

— Тут написано: «То, что получилось, влить в крутой кипяток, на столько-то стаканов кипятку – столько-то столовых ложек»… этой самой киси-миси. А сколько ложек и сколько стаканов, я не знаю, тут всё чем-то заляпано…

— Короче, — сказала Огламар, — бери всё, чего у тебя размешалось, и бухай это в кипяток. Кашу кипятком не испортишь.

По страницам «Гламура» расстилалась красная дорожка, по которой ходили звёзды. Огламар закрывала пальцами головки звёзд и воображала на месте пальцев свою голову над дорогими шмотками. Нам так хочется быть на красной дорожке в шмотках от Дольче энд Габбана, и неважно, что у нас просвечивает седина в крашеных волосах, живот заплыл, а локти приобрели красноватый оттенок – главное, что идём по красной дорожке.

— Огламар, — Аня спустила Огламар с небес на землю.

— Аня! Ты готовишь или не готовишь? Что тебе ещё надо?

— Огламар, а тут написано: «Получится густой прозрачный кисель»…

— Вари кисель! Вари, что хочешь, только отстань!

Раздался звонок. Огламар пошла открывать. Это пришла долгожданная Ксаида. Подруги начали целоваться, и в это время из кухни послышался громкий визг.

— Что вы делаете на моей кухне? — закричала Ксаида.

Огламар развернулась и увидела Хисбальда.

— Стоять, Штирлиц, — сказал он. – Что происходит?

Огламар устремилась на кухню. Её друзья побежали за ней и увидели следующее. На плите стояла кипящая кастрюля, из неё выплёскивался кипяток с крупинками риса. Аня не знала, что ей делать, стояла в стороне и визжала. Ксаида кое-как выключила газ, заглянула в кастрюлю и спросила:

— Ну, и что вы тут готовите? Зелье приворотное?

— Мне Огламар дала рецепт киселя, — плачущим голосом объяснила Аня, — а кисель взорвался…

— Дай посмотреть.

Ксаида внимательно изучила запачканную ободранную страничку с рецептом, и её бровки удивлённо поднялись вверх.

— Анечка, — сказала она, улыбаясь, — ты знаешь, что тебе дала тётя Огламар? Это рецепт приготовления крахмала.

— Какого крахмала?

— Того самого, который раньше использовали вместо стирального порошка.

— Да это Хинрек, …, мне всю книжку извозил, я и не поняла, что крахмал, — начала было Огламар и вдруг осеклась: — Ой…

— Что – ой? – спросила Ксаида.

— Я ведь кушанье готовила из этой книги, — объяснила Огламар, — попробовала – а оно со вкусом клея получилось.

— Я не удивлюсь, если когда-нибудь у тебя получится кушанье со вкусом штукатурки, мрачно произнёс Хисбальд. – Куда ваше зелье будем девать?


2 ЧАСТЬ

Диминуэндо

1 глава

Семиклассница

Милена учится в седьмом классе. Она иногда вспоминает поступление в пятый и удивляется – как давно и недавно она входила в среднюю школу! Проучилась пятый, шестой, классы, теперь вот седьмой начинается. И непонятно – то ли до этого она училась два дня, то ли два века.

Милена по-прежнему любит Ксаиду. Когда Ксаида выходит в коридор, вокруг неё собирается небольшая толпа учительниц. Она умеет и поговорить, и посмеяться. Из неё бьют ключом жизнь, энергия и привлекательность.

С Ксаидой всё хорошо. Милена очень счастлива.

2 глава

Квана

Милена пришла в гости к лучшей подруге Кване. Квана – девочка с острым личиком и рыжими кудряшками. Они с Миленой похожи на части одного целого. Квана критически смотрит на жизнь, Милена – наивно-романтично. Порознь они доходили бы в этом до крайности, но вместе им удаётся объективно смотреть на жизнь. К тому же, их сравнивает учёба в одном классе.

— Здравствуй, Квана!

— О, привет! Как дела?

— Ой, у меня всё так плохо…

— Что случилось?

— Ты помнишь мои стихи с буквой «К»?

— Помню.

— Так вот, эта буква «К»…

Милена рассказала о своих непростых рабоче-семейных отношениях. Квана расхохоталась, а вслед за ней и Милена.

— Квана, ну, что… — начинала Милена и смеялась.

— Милена, ну, извини, — оправдывалась сквозь смех Квана. – Я понимаю, что тебе в тот момент было не смешно…

— Ты и меня расхохотала тоже, я не могу…

— Нас только юмор и спасает!

Квана посоветовала Милене забыть о Ксаиде, – «пошли они все!..» — меньше читать умных книг, концентрироваться на себе.

— Я вообще забуду про Ксаиду! — отрезала Милена. – Она же только с Морлой дружит!

— Да ну, с Морлой? Не поверю. Морла такая громоздкая, а Ксаида такая воздушная…

— А я один раз спрашивала у Ксаиды: «Вам нравится Морла, историчка?» А она говорит: «Да, нравится».

— Вот крыса! Ах, да, извини.

— Да ничего. Я сама её теперь называю разными словами.

3 глава

Без Ксаиды

Милена уже давно ходила к Кване. Поначалу у Милены была установка: забыть Ксаиду. Но вскоре она поняла, что не сможет жить без человека, вросшего в её сердце. Если бы был какой-то способ снова наладить контакт! У Ксаиды подружки подобрались какие-то бандитки, прости Господи. Айола, которая в большой злости и орёт, и сквернословит, и вещи с парт скидывает; Огламар, она в Миленином классе не преподаёт, но Милена слышала от неё непристойное слово, да и вообще, скандальная особа; Морла – это уж вообще без комментариев. Ксаида добрая, но в практической жизни не ориентируется, этим раздолбайкам легко её учить Бог знает чему.

В школе Милена по-прежнему старалась быть там, где находилась Ксаида. Как-то раз Милена пошла в столовую в то же время, что и Ксаида. Милена пила компот, а разлюбезная Ксаида сидела в компании двух учительниц.

***

Ксаида и Аня сидели дома у Ургл — Ксаидиной подруги по работе. Ксаида схватила подушку с дивана и стала комкать её в руках.

— Ненавижу! – воскликнула она со слезами в голосе.

— Мама, ну, что ты… — Аня потянула подушку из маминых рук.

В комнату вошла Ургл с телефонной трубкой.

— Ксаида! Твой любимый муж ищет тебя. Что ему сказать?

— Скажи, что я умерла!

— Ксаида на небесах, — сказала Ургл Хисбальду по телефону. – В смысле, под землёй.

Семья воссоединилась. После того, как Хисбальд купил Ксаиде блузку, жакет, юбку и брюки. Причём за очень большие деньги.

4 глава

Беседа

Она уже не казалась мне больше прозрачною лунной феей, какою явилась мне в ту памятную ночь в лазарете, — нет, это была уже не прежняя, немного мечтательная, поэтичная фея Ирэн, а просто весёлая, смеющаяся, совсем земная Ирочка, которую, однако, я любила не меньше и которую решила теперь «обожать» по-институтски…

«Княжна Джаваха», Л. Чарская

Каждый раз, когда Милена приходила к Кване, они вели практически один и тот же разговор.

— Милена, я вообще не понимаю, что ты нашла в этой Ксаиде, — говорила Квана. – Она старомодная! Я специально к ней присматривалась. У неё такие туфли старомодные, сумка сто лет не мытая…

— Какие туфли? У меня примерно такие же есть…

— У неё зубы гнилые. Она слюной брызжет, когда говорит.

— Квана, ты так внимательно присматриваешься к Ксаиде, — сказала как-то Милена, — ты, случайно, не заметила, какое она носит нижнее бельё?

— Уж не знаю, какое, — поджала губки Квана, — но, думаю, какое-нибудь дешёвенькое.

— Да что тебе такого сделала Ксаида? – недоумевала Милена.

— Ничего, но голос… Такой скрипучий голос! – морщилась Квана. – А вообще – нормальная тётка…

Милене было легко только в то время, когда она разговаривала с Кваной. Диаметрально противоположные взгляды на Ксаиду Милена объясняла разными эталонами красоты. Милена любит старомодность. Ну, а по Кване видно, что ей нравится стиль авангардизм.

5 глава

Встреча Нового года

Без пяти двенадцать. Ёлки наряжены ещё не побитыми игрушками, а если у кого-то таковых игрушек совсем мало, пустые места на ёлке закрываются снежинками из ваты и длинными блестящими нитями, которые продаются в киосках за пять рублей. Подарки заготовлены ещё со вчерашнего дня. Жареная курица не сгорела, ну, а если кто-то всё же не сумел проявить кулинарные способности – что ж, есть ещё мандаринки и тортик. Шампанское вскорости откроют – женщины смогли удержать своих мужчин до двенадцати часов.

Ксаида пригласила к себе встречать Новый год всех своих близких подруг – Огламар, Айолу, Морлу и Ургл. Весело встречать Новый год вместе! Минусы в этом видят только члены Ксаидиной семьи, — Ане кажется, что она находится в школе, а Хисбальд чувствует себя лишним мужчиной на девичнике – да кто ж их спрашивает?

Двенадцать часов!

Новый год наступил!

6 глава

Новогодние каникулы

— Что читаем? – Хисбальд сзади обнял Ксаиду за плечи.

Аня подошла к ним, жуя конфету.

— Ученица свой рассказ дала, — пояснила Ксаида. – Хотите, вам почитаю?

— Ой, нет, если ученица – тогда уволь, — поморщился Хисбальд.

— Тебе дали, ты и читай, — подтвердила Аня.

В синем блокноте, который Аня держала в руках, был записан рассказ Милены.

— … Аня, я тортик достану? – долетает из другого мира голос Хисбальда.

— Доставай, пап! – это говорит Аня. – Хочу сладенького!

«Люди добрые, помогите! Аня оказалась рядом с тортом!»

— Без меня не начинать! – кричит Ксаида, вскакивает с дивана и бежит на кухню – отвоёвывать кусок торта.

Эпилог

Дайна

В одной семье родилась девочка. Внешне она была такая же, как все дети, но в её груди не было сердца. Её родители боялись, что люди будут сторониться девочки без сердца, и молили небеса, чтобы у неё были хоть какие-то достоинства.

Их молитвы были услышаны. С каждым годом девочка становилась всё лучше и лучше. Наконец она превратилась в девушку. Она была красавицей, умницей, всегда изящно двигалась и могла поддержать любой разговор. Когда она пела, казалось, что ангел спустился с небес. Любой человек считал за счастье хоть одним глазком посмотреть на такую девушку. Но… как бы прекрасно она ни выглядела, сердца у неё не было.

Бессердечная красавица издевалась над людьми, любившими её. Они страдали, мучились, сходили с ума, а она оставалась спокойной и весёлой. И каждый, над кем она издевалась, говорил ей:

— Ты бессердечная кукла! Хоть бы ты ушла жить в Кукольный город, где куклы живут Кукольной жизнью!

В конце концов девушке это надоело, и она сказала:

— Хорошо! Если вы все так хотите, я уйду отсюда!

И она ушла. Вместе с ней ушли ещё несколько человек, у которых не было сердца. Они основали Кукольный город и стали жить там кукольной жизнью. Королевой кукол стала бессердечная красавица.

***

Поэтесса Дайна Короткова с недавнего времени преподавала словесность в школе. Школьные психологи рассказали ей краткую информацию о её классе, 8-м «А», не называя ничьих имён.

Дайна успела провести всего два урока литературы и один классный час. Не давал покоя и ещё один факт. В прошлом году Дайна читала стихи на концерте в этой школе, и тогда ей со всех сторон совали блокноты со стихами в надежде на хорошую оценку компетентного человека. Один из блокнотов был в синей обложке, в нём был записан рассказ. В других блокнотах были записаны фамилии и телефоны, а в этом – нет. Блокнот так и лежал у Дайны. В душе Дайна надеялась найти хозяйку блокнота. Несомненно, это девочка. Дайна приглядывалась к творческим работам учениц – вдруг у одной из них есть характерные цветочки, виньетки и картинки, похожие на те, что она видела в том блокноте.

Одна из учениц, Милена, рассказала о своей тоске.

— Моя мама для меня – учитель и жизни. Я всё время стараюсь достичь её уровня, но у меня никогда не получается делать всё так же хорошо, как она. Мама и поёт, и играет, и готовит… Я чувствую себя недостойной её. Что бы я ни делала, она никогда меня не хвалит.

Милена разговорилась с Дайной. Девочка-восьмиклассница стала писать стихи в унылом настроении.

— У меня было такое… Мои папа и мама в разводе. Я жила у тёти, потому что устала слушать крики. Но у меня были конфликты и с тётей. Она постоянно строила меня, указывала, что я должна делать, заставляла читать и заниматься танцами. Причём, сколько бы я ни старалась, она всё равно говорила, что это ещё не идеальный результат. Хотя мне и это стоило усилий. Я не выдержала и ушла. Сейчас я живу с мамой.

Дайна взяла Миленины стихи.

Творчество девочки заставляло Дайну задуматься. Дайнина семья была редким образцом любви. Но Дайна видела много разных семейных проблем, работая в школах. Две истории, рассказанные поэтессой, странно переплетались. Конфликт матери и дочери – конфликт тёти и племянницы. Благополучная семья – разведённые родители, с которыми дружит тётя. Кокетливая мама и замкнутая дочка – тётя и племянница обе строгие и самолюбивые, возможно, это мешает им. Милена стремится уметь всё, что умеет мама, но не встречает сочувствия, раздражается оттого, что она выглядит незаметной рядом с тётей. Красивая, умная, талантливая, Дайна старалась найти какую-то разгадку, общую для обеих ситуаций.

И Дайна смогла сделать общий вывод (конечно, если девочка сказали ей правду). В некоторых семьях есть женщины, уверенные в себе и настроенные на успех. И есть девочки, блеклые рядом с ними. Женщины много требуют от своих детей, любят их согласно выполненным заданиям, а не просто за то, что они есть. Но неправы и девочки. В восьмом классе уже можно было бы собрать багаж знаний, чтобы с ними тоже было интересно. И не нужно ставить себя в положение девочек на побегушках, не нужно позволять кому-то так себя воспринимать.

Дайна постаралась деликатно сказать Милене, что внутреннее богатство – дело рук нас самих. Можно брать что-то от другого человека, но девочки должны сами осознавать то, что им интересно и близко. Девочки могут и сами открыть для себя что-то ценное. Из своего и чужого опыта складывается кругозор. Взрослые люди достойны уважения, и девочки тоже достойны уважения. Надо дать понять старшим, что девочки уважают их и ждут такого же уважения к себе. Дайна и вслух, и мысленно пожелала удачи Милене.

Милена узнала в Дайне Золотоглазую Повелительницу Желаний. А Дайна узнала в Милене таинственного автора рассказа из синего блокнота. Фантазии, претворённые в книги, подарили Дайне и Милене много радостных моментов. А происшествие с Ксаидой кончилось, забылось и человеческому счастью больше не мешало.

69
0
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...

Автор публикации

не в сети 3 дня

leonida.bogomol

1
Комментарии: 5Публикации: 94Регистрация: 05-03-2018

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.

Прокомментировать запись

 
avatar
5000