Приключение в поезде

Часть 1

Стоял жаркий летний день. Вокзал жил своей повседневной сутолочной жизнью, принимая и отправляя поезда с пассажирами и товарняки. Длинные механические «змеи» поездов расползались по всем направлениям.

Диспетчер по громкой связи сообщила, что поезд «Москва-Nск» отправляется с первого пути, через двадцать минут.

Андрей пришел в купе первый, попутчиков у него еще не было, переодевшись в спортивный костюм, он вышел на перрон, достал сигарету, закурил. Вокруг сновали пассажиры и провожающие, толкая друг друга, пытаясь попасть на уже почти отбывающий поезд.

Андрей сделал глубокую затяжку и посмотрел на проводницу, у которой поднимающаяся в вагон грузная тетка своим чемоданом выбила из рук, чей-то паспорт. Проводнице пришлось присесть, чтоб поднять его. И без того узкая юбка натянулась, обтягивая округлые формы бедер проводницы и Андрею показалось, что вот, вот юбка лопнет. Но юбка выдержала, предательски проявив черты резинок колготок и стрингов.

Проводница, была среднего роста, со стройной для своих 35-38 лет фигурой, синяя жилетка подчеркивала ее талию и округлости ее пышной груди. Белая блузка, под воздействием объектов созерцания многих мужчин, расходилась между пуговиц, и сквозь видимую прореху можно было видеть пышность ее прелестей. Почувствовав на себе взгляд Андрея, она на мгновение оторвалась от проверки проездных документов очередного пассажира и как бы, между прочим, сказала: «Поторапливаемся, поезд через десять минут отходит», бросив в сторону Андрея вопросительный взгляд, приподняв бровь, получив улыбку от Андрея в ответ, продолжила контроль входящих пассажиров.

Когда последний пассажир уже поднялся в вагон, проводница, обратившись к Андрею, спросила: «Так и будем стоять, глазки строить, или уже в вагон зайдешь? ». Андрей, кинув окурок в урну, быстро заскочил в вагон. Проводница опустила порог, выглянула в еще раскрытую створку дверей, и подняла желтый свернутый флажок. Из ретрансляторов заиграла музыка и поезд, стукнув автосцепками, тронулся в свой путь.

По вагонам продолжалась мышиная возня, кто переодевался, кто накрывал на стол, а некоторые отправились в тамбур, покурить на дорожку.

Открыв дверь своего купе, Андрей обнаружил двух своих попутчиков, вернее попутчика и попутчицу – женщину, лет 35-ти, и молодого парня лет 16-ти. Что-то подсказывало Андрею, что это мать и сын.

Женщина была очень стройная, многие двадцатилетние кокетки бы ей позавидовали. Пышная копна соломенных волос обрамляло гладкое личико с ярко выраженными глазами с густыми длинными ресницами, карие глаза пленили своей загадочной глубиной, ее тонкий нос чуть заостренный на конце, подчеркивал ее аристократичную натуру, ярко накрашенные губы манили к себе своей чувственностью. Нежная тонкая шея плавно уходила под красную, слегка просвечивающуюся блузку, под которой просматривался чуть темнее цвета блузки кружевной бюстгальтер. Ткань бюстгальтера покрывала две трети груди (размера третьего). Блузка имела декольте, и верхняя часть груди чарующе была оголена. Ее упругие бедра были обтянуты в черную юбку – карандаш, которая не доходила до колен сантиметров десять, а на ногах у нее были ярко красные лаковые туфли на тонком каблуке – шпильке.

Женщина, чуть наклонившись, что-то искала в чемодане, а молодой человек с густой волнистой шевелюрой, одетый в черную майку с изображенным на ней черепом, и плотно сидящих на нем потертых, местами порванных, джинсах, отречено смотрел в окно и слушал музыку в наушниках. Из наушников можно было услышать визжащие гитары и безумный бой барабанов. «Похоже на рок» – подумал Андрей.

Вся эта картина была на фоне проплывающего в окне мимо, перрона вокзала.

– О, у нас есть попутчик?! – улыбнувшись, сказала женщина, обращаясь к молодому парню у окна, смотря на вошедшего Андрея из полусогнутого положения. Парень бросил безразличный взгляд на вошедшего попутчика, и вновь отвернулся к окну.

– Извините – опять улыбнувшись своей обезоруживающей улыбкой, обратилась женщина к Андрею, – вы бы не могли бы подождать немного за дверью, я хочу переодеться в более подходящее к этому (она сделала круговое движение рукой, как бы показывая на все купе) месту одеяние?!

– Да, да, конечно, без проблем – ответил, вышедший из окаменения от ее чар Андрей, и отправился в тамбур, покурить.

Колеса ритмично стучали на стыках рельс и Москва с ее нескончаемой суетой, уносилась, вдаль. В тамбуре возле одной входной двери уже курили двое разновозрастных мужчин одетых в «поездные костюмы», состоящие из маек и трико, а так же две женщины одетые в халаты. Они о чем-то бурно спорили, «Видимо они из одной компании» – подумал Андрей и, подойдя к противоположной двери тамбура, безучастно отвернулся к окну.

Минут через пять в тамбур вошел «курчавый», так для себя определил своего соседа по купе Андрей. Оценив обстановку, «курчавый» подошел нехотя к двери тамбура, где курил Андрей, и попросил прикурить.

– Забыл на столе, – как бы оправдываясь, сказал «курчавый», разминая пальцами сигарету, – а возвращаться неохота.

«Да, не набегаешься, – подумал Андрей, ведь наше третье купе находилось в начале вагона», но в ответ лишь понимающе кивнул.

– Далеко едите? – так, из праздного любопытства поинтересовался Андрей.

– Домой – однозначно ответил «курчавый».

– М-м-м, это значит далеко – съязвил Андрей, понимая, что разговор не ладиться, и затушив окурок о пепельницу, прикрученную к преграждающим планкам на окне двери тамбура, пошел в направлении купе.

Подойдя к купе, Андрей, увидев, что дверь закрыта, из вежливости постучал. Дверь распахнулась и лицом к лицу, он встретился со стоявшей попутчицей на миг, замершей над ее головой поднятой в руке расчёской.

Попутчица сейчас была одета по классической поездной «моде», на ее лице уже не красовался яркий «боевой раскрас», но это даже больше привлекало, своим естеством – отметил для себя Андрей. Из одежды, на ней была футболка телесно-розового цвета с принтом на груди в виде сидящей небольшой собаки. Собака была неопределенной породы с длинными ушами, на ее туловище была одета тельняшка в красную полоску, а на морде у собаки были одеты большие солнцезащитные очки с прозрачными голубыми стеклами.

«Гламурненько» – с улыбкой умиления, про себя подумал Андрей. Футболка имела чуть больше вырез, чем у обычных футболок, он открывал полностью шею женщины и слегка выступающие ключицы. Плавные линии выступающих ключиц подчеркивали особенности строения ее тела, и это ее совсем не портило, а наоборот, придавало определенный шарм.

«Если бы ей это не нравилось в себе, то она бы не оставила этот участок открытым», – продолжал оценивать про себя Андрей.

Футболка на ней была довольно длинная и прикрывала верхнюю часть бедер, которые в свою очередь, были покрыты обтягивающими, темно серыми легинсами, по самую голень.

Теперь Андрей видел все «гастрономические» прелести женщины, ее упругие, подтянутые бедра говорили о том, что она уделяет свое время занятиям фитнесом, а ухоженная кожа на ногах и педикюр на пальцах ног, говорили о том, что женщина стремилась выглядеть привлекательно в любой ситуации, в любое время…

– Ой, извините, я тут чего-то с марафетом подзатянула. – извиняющимся тоном смутилась соседка по купе.

– Да нет, что Вы, занимайтесь, занимайтесь – парировал Андрей, подумав про себя: «еще бы, это же ваше женское любимое занятие, перед зеркалом вертеться»…

– Я только бумажник возьму, и в вагон-ресторан пойду, чтоб Вам не мешать, – продолжил Андрей.

– Подождите, так сейчас же билеты будут проверять – продолжила диалог женщина – а вас на месте не будет.

«Да, конечно, как я мог забыть, да и пастельное нужно приобрести, ехать то до самого Nска – подумал Андрей – а потом в вагон-ресторан, пивка поцедить, а то чувствую с такой компанией будет как-то не комильфо».

– Тогда я в коридоре подожду, – сказал Андрей и, развернувшись к окну, тупо стал смотреть на проплывающие мимо стройные ряды лесных деревьев.

По коридору начала свое движение проводник, отмечая проездные документы и принимая плату за постельное белье. Подойдя к третьему купе, проводница заигрывающим голосом спросила у Андрея: «Что, дамский угодник, постельное брать будешь? Или весь путь проведешь по чужим полкам, да купе?!»

Женщина с интересом посмотрела на проводницу и на Андрея. Проводница, поймав вопросительно-удивленный взгляд женщины продолжила: «ну да, а как иначе, я таких с лету «щелкаю», издержки производства, ну или правильнее сказать, глаз наметан. Посмотрите на его проницательный взгляд – обратилась проводница к женщине, – в его глазах утонуть можно, как у удава, который смотрит на кролика перед тем, как его съесть. Вам повезло с таким галантным попутчиком – сказав это, проводница подмигнула женщине.

Женщина, с румяными, от таких речей, щеками непроизвольно посмотрела на Андрея, и тут же смутившись, опустила глаза вниз.

– Ладно, красавчик, давай свой билет и плату за белье, а там посмотрим на твое поведение – то ли с укором, то ли с подтекстом сказала проводница, Андрей не понял.

В это время вернулся в купе «курчавый», и без лишних слов плюхнулся за стол возле окна, на этот раз он смотрел какой-то фильм на своем смартфоне.

– Да у вас тут прям… хотела продолжить свою мысль проводница, глядя на «курчавого», но соседка Андрея по купе перебила ее и сказала резко: «Это мой сын! ».

– А, ну бывает – задумчиво протянула проводница и пошла дальше по другим купе, раздавая в каждом свои резкие шуточки.

– Вот тетка дает, – первой от шока отошла женщина, – надо же так мозги заср..ть, с ходу не перелезешь, – риторически вымолвила в полголоса женщина.

– Да, рентген ходячий – сказал Андрей первое, что пришло ему в голову, и улыбнулся, глядя в поднятые на него глаза этой, как показалось Андрею, идеальной и правильной женщины.

– Ладно, я в бар – пытаясь отогнать от себя порочные мысли, сказал Андрей, и пошел через вагоны по направлению к шестому вагону. Идти ему пришлось через три вагона к заветной цели.

Еще вчера, когда Андрей брал билет, он заметил редкое совпадение чисел и цифр, поскольку билет ему достался на 03 марта 2010 года, на трехчасовой поезд, третий вагон, место в третьем купе, и место у него было двенадцатое, которое в сумме давало число три… «чертовщина какая-то, – подумал Андрей – а может знак?!». Он даже и не предполагал, о каком «знаке» предупреждала его преследуемая цифра «3».

В вагоне-ресторане было безлюдно, лишь скучающие официантки, слушая музыку, играли в карты. Завидев клиента (потенциальную жертву развода на деньги) официантка подошла к Андрею и предложила меню.

– Нет, спасибо, – вежливо отказался от меню, Андрей, – у вас есть бархатное пиво?

– Да, конечно, све-е-жее, – как бы смакуя у себя в голове, протяжно ответила официантка;

– тогда мне три бутылочки, две из них пока пусть будут в холодильнике, и две пачки фисташек – сделал свой заказ Андрей.

– И все? – недовольно спросила официантка, от такого мизерного заказа;

– Пивком можно было и в купе побаловаться, – продолжала неугомонная официантка, здесь кушать приходят, и благородные напитки употреблять;

– От пивка до рывка лишь один только шаг, – философски отшутился Андрей, – дорога дальняя, глядишь и к «благородству» душа ляжет…

Удовлетворенная таким ответом, официантка ушла.

В вагоне-ресторане зажгли свет, за окном уже смеркалось, монотонный пейзаж озарялся алым заревом уходящего солнца.

– Опять жара завтра будет, подумал про себя Андрей.

От угасающего вида за окном Андрея отвлек стук поставленной бутылки на стол и поставленного блюдца с фисташками. Официантка с безразличием сказала Андрею, что если что, то она у стойки бара.

Насыщенный плотный вкус холодного пива, наполнил приятной сладковатой горечью рот, как оказалось испытывающего небольшую жажду, Андрея. На языке заиграл множеством оттенков солодовый напиток. Андрей выпил залпом половину бутылки, и холодок окутал его разгоряченное тело. Разжевывая положенные в рот две фисташки, безупречно гармонировали с этим приятным напитком.

Разные мысли посещали Андрея, о том, как наконец-то он сдал эту клятую сессию, и что, наконец, пусть лишь на месяц, но все равно попадет в отчий дом, где можно было просто расслабиться от этой всей суеты городской и окунуться в деревенскую жизнь с головой. Деревушка, где жили его родители, была небольшая и располагалась она вдоль бурной горной речки, дорога к ней вела через поле, на котором рос в одиночестве величавый столетний дуб. Ствол его был полым, он выгорел, когда в него попала молния, но дерево не погибло, и в его кроне по малолетству детвора любила устраивать свои игры, а купаться бегали на озеро. Озеро напоминало блюдце, такое же круглое и неглубокое. Вода прогревалась очень быстро, и поэтому купаться начинали уже в июне.

Воспоминания вернули Андрея в детство, и от приятных воспоминаний этого защемило сердце… Скорее домой, скорее…

– Позвольте за Ваш столик? – сквозь грезы услышал Андрей знакомый женский голос.

Обернувшись на голос, Андрей увидел стоящую рядом со своим столиком соседку по купе. Оглянув весь вагон-ресторан быстрым взглядом, Андрей ответил: «да, конечно, пожалуйста» и он указал на место за столом, напротив себя.

С большой неохотой, официантка подошла и положила, на стол перед женщиной, меню развернувшись, уходя, бросила: «ПОЗОВЕТЕ».

– Да, сервис, как всегда на высоте – как бы высказывая вслух свои мысли, взяв меню в руки, произнесла женщина, и цокнула языком.

Андрей улыбнулся. Подняв на него взгляд, женщина тоже, как бы украдкой от официантки, заговорчески улыбнулась в ответ.

– Двадцать первый век, а меню средневековое, зато цены космические, продолжала ерничать женщина, и, подняв руку, позвала официантку.

Официантка подошла и приготовилась принять заказ.

– Мне, пожалуйста, греческий салат, на горячее стейк из семги в сливочно-икорном соусе, и грамм пятьдесят коньячка.

Получив такой «богатый» заказ, официантка воспряла духом, и чуть не бегом поспешила его исполнять.

– А где ваш сын, поинтересовался Андрей у прелестной своей соседки? Почему он не пошел ужинать?

– Володька, что ли? Да ну его, поколение NEXT, сидит в купе, чипсы с колой поглощает, уткнувшись в свой телефон – ответила соседка, махнув образно в сторону своего сына – а Вы, что тут в одиночестве скучаете? Могли бы и с нами в купе пиво пить, Вы нам не промешали бы.

– Понятно, значит, сына Вашего зовут Владимир, простите за наглость, а как Вас зовут? – поинтересовался Андрей.

– Меня, молодой человек, – как бы намекая, что он первый должен был представиться, раз уж весь из себя такой галантный, – зовут Елизавета Владимировна, но это для коллег, а в жизни просто Лиза, а Вас?

– Простите, что сразу не представился – поняв свою ошибку, произнес Андрей, – мена зовут Андрей.

– А для отчества, как говорят, я еще не дорос – добавил он, улыбнувшись – а вообще по батюшке я Викторович.

Тут официантка принесла коньячный бокал, графин, заказанный салат и поставила на стол перед Лизой.

– Да, будьте так любезны, обратилась она к официантке, принесите мне, пожалуйста, приборы, а то у меня клюв не вырос, подмигнув Андрею, попросила Лиза.

– Щас принесу, у меня не десять рук, – в претензионной форме огрызнулась официантка и ушла на кухню.

Наполнив свой бокал из графина коньяком, Лиза, немного поболтав бокалом, вдохнула букет ароматов исходящего из него и предложила тост: «ну что Андрей, давай за знакомство?!»

– Давайте за знакомство, – поднося горлышко пивной бутылки к краю бокала, поддержал Андрей.

Отпив глоток из бокала, Лиза кончиками наманикюренных ногтей подцепила кубик сыра из салата и закусила им. Андрей, отпив из бутылки, закинул себе в рот пару фисташек.

Официантка принесла приборы, положив их Лизе возле тарелки, пожелала приятного аппетита, и удалились к своим подругам, игравшим в карты, за первым возле барной стойки, столом. Перешепнулась с ними, явно обсуждая клиентку, поскольку те дружно посмотрели в сторону сидящей к ним спиной Лизы.

– Кости моют? – спросила Лиза у Андрея, кивнув в сторону официанток,

– Ага, железно, – с улыбкой ответил он.

– Давай по второй, – предложила Лиза – и давай без фамильярностей, – продолжила она, – давай, на «Ты»!

Немного опешивший от такой свободной речи, от неожиданного со стороны его спутницы предложения, Андрей немного покраснел, но тут же взял себя в руки. Он был не из робкого десятка, но иногда мог войти в ступор от неожиданности. Что сейчас и произошло. Таких предложений с последующим продолжением он делал сам уйму, но что бы, так… что бы его?! Это у него впервые, и новые и очень приятные чувства наступающего неизвестного нахлынули на него. «Почему неизвестного, – сам себя спросил Андрей, – все даже известно» и от этого ему стало жарко.

– Давай – согласился Андрей, и улыбнулся Лизе. Смотря прямо ей в глаза. Лиза пригубила бокал, не отрывая взгляда от Андрея.

Действительно, права была проводница, обратив внимание Лизы на глаза Андрея, они у него маняще бездонные и смотря в них, тебя будто затягивает в черную дыру. И желания вырваться из этих двух омутов, разжигающих внутреннее томление, не было!

Осушив бутылку до дна, Андрей поднял руку чтоб попросить принести вторую бутылку, однако когда подошла официантка, то его желание перебила Лиза, она сказала официантке: «пиво из счета уберите, пожалуйста, а повторите мой заказ, но это уже для молодого человека, и коньячку грамм триста, да, еще лимончик нарезкой, ну вот, пока все». Официантка, окрыленная таким заказом, быстро ретировалась на кухню.

– Не возражаешь, – спросила Лиза у застывшего от удивления, в попытке было повторить свой заказ Андрея.

– Да в принципе нет, вот только не привык, что меня женщина угощает, а не я ее, – ответил Андрей.

– А что, часто приходилось угощать? – с интересом, заискивая, поинтересовалась Лиза.

– Да уж приходилось, – специально не уточняя сколько раз, ответил Андрей.

Он почувствовал, что эта реально сексапильная женщина, решила просто с ним поиграть, так сказать пощекотать молодому человеку нервы и внутреннее его ЭГО, да и самой развеяться от безделья в этом поезде. Видимо эти мысли большими буквами проступили у него на лбу, поскольку Лиза улыбнулась и сказала: «да не бойся ты так, я тебя не съем, просто ты мне приглянулся, да и на вид ты порядочный человек, я вижу людей, как сказала проводница: «профессионально глаз наметан»», – и улыбнулась.

– А Вы, то есть Ты, по случаю не в милиции работаешь? – в шутку поинтересовался Андрей.

– А, что грешки есть? – так же в шутку ответила Лиза, – нет, я руководитель маркетинговой компании.

В это время официантка принесла Андрею салат, а Лизе ее стейк из семги. Взяла со стола практически пустой графин, поставила на стол полный.

– Э, нет голубушка, – остановила ее Лиза, – эти остатки мы с молодым человеком сами допьем, вас в свою компанию не принимаем. Не разевай роток, на чужой коньячок, – перефразировала народную пословицу Лиза, и забрала графин у официантки. Официантка, фыркнув в ее сторону, опять пошла к своим подругам.

– За ними глаз да глаз нужен, так и норовят «нагреть» нашего «брата» со злорадной ухмылкой констатировала Лиза.

– Ну, таки Андрей, давай ухаживай за барышней, налей ей коньячку – игриво потребовала Лиза.

– Сей момент – подхватив игру, отозвался Андрей. – Вам сударыня белого вина иль красного, ах да, сегодня в нашей ресторации подают прекраснейшие коньячные напитки, не желаете испробовать?

– А ты, я посмотрю оригинальный выдумщик, я думаю, нам будет весело – удивленно обрадовалась Лиза.

– Я в этом не сомневаюсь! – уже с полной уверенностью ответил Андрей – а давайте третий тост я подниму за любовь!

– Ну, ну ты прям так быстро, сказку не сокращай, Андрюша – уже смеясь (вспоминая анекдот про ворону и лису) сказала Лиза.

– Я просто следую традициям пития – засмеявшись, оправдался Андрей.

– А потом, что на брудершафт будем пить – не успокаивалась Лиза – а потом на либеншафт, что ли?!

– Оно дело конечно хорошее, даже можно сказать интересное.

– Можно сказать, интересное? – перебила его смеющаяся Лиза – Что вообще, в твоем понимании, может здесь, в этом поезде, в этом вагон-ресторане, быть интересного? Ты разве сюда за интересом пришел? Или просто от скуки, и нудных соседей по купе?! – не унималась Лиза.

– Все верно – пытался парировать активное Лизино нападение на себя Андрей, – я ушел от идеальной семейной пары, дабы не мешать их идиллии, а здесь я, потому что больше негде, спокойно попить пивка.

– А я вот наоборот, хотела побалакать с кем-нибудь, Володька мой, отстранился от меня давно, вот и живет окруженный своими гаджетами, а я так для него – покорми, постирай, спать положи, хорошо, что сиську, уже не просит. Он и женится, наверное, на компьютере, – уже с неподдельной грустью констатировала свое одиночество Лиза.

– А как же муж? – поинтересовался Андрей – неужели и он не уделяет внимания?

– А что муж, был муж, да весь вышел – повернула голову Лиза к окну, словно просматривая кино про свою жизнь, – он на работе, я на работе, он по командировкам, я допоздна на работе, вот так и пропала семейная идиллия, остался плод нашей страстной молодости в виде «компьютеризированного» индивида по имени Владимир.

В это время в вагон-ресторан ввалилась шумная компания из трех мужчин и двух женщин. Все они были, как говорят в народе «навеселе». Заняв один столик, они начали спорить, о количестве бутылок водки, которое смогло бы скрасить их вечер. К ним подошла официантка (та же, что обслуживала Андрея и Лизу) и поинтересовалась по поводу заказа.

– Вам предложить меню? – протягивая заламенированнный лист бумаги, сидящему с краю бородатому толстячку, спросила она.

– Надо же, – захохотал коренастый мужчина с пышными усами, плавно огибающими верхнюю губу и заканчивались тонкими линиями по краям подбородка – ты Степаныч сегодня реально везучий, выиграл куш в картах, а тут прям сразу официантка на шею лезет, – продолжил он свой стеб и шлепнул своей ладонью по слегка округлой ягодице официантки, как бы подталкивая ее к бородачу Степанычу.

– Клешни убери, – резко ударив по руке усатого, рявкнула официантка, – а тоя тебе в водку пургена насыплю.

– Ты сама себя предложила, а теперь на попятную? – Продолжал свой ржач неуемный усатый, вновь протягивая свою руку к официантке.

– Отвянь, урод! А то ментов позову, они тебя быстро угомонят – уже с агрессией заявила она.

– Ладно, ты тут обслуживать поставлена, вот и обслуживай, а не ляжками сверкай – со злобой ответил усатый.

– Хватит Романыч, пусть девка работает – встрял в перепалку третий, худощавый мужчина, – нам пельмени, без бульона, селедочку под луком, овощную и фруктовую нарезки.

– Водочку одну нам сейчас подай, а еще три в морозилку положи, – продолжал худощавый, – да, про нарезку не забудь, – подмигнул он официантке.

– А нам шампанского, – подала голос одна из женщин, одетая в домашний халат, похожая своей прической на одуванчик, – и шоколад, добавила она.

– Не хрен тут из себя прынцесс изображать, если бухаем, то бухаем – перебил ее Романыч, – компот будешь на новый год пить.

– Да ладно тебе Зин, не дразни его, а то наберется за шиворот, лови его потом по поезду, греха не оберешься, – предупредила вторая женщина, раза в два толще Зины, с короткой стрижкой под мальчика.

– Давайте, девушка одинаковый заказ на всех, только еще сок апельсиновый нам принесите, – обратилась она к официантке.

– Эта компания из нашего вагона – обратился Андрей к Лизе, кивая на вошедших.

– Да, – многозначительно протянула Лиза, – повезло нам с соседями, ночка видимо будет веселой.

Официантка, приняв заказ, пошла на кухню. «Стерва», долетело ей в след, но она не подала знака, что услышала.

– Может, покурим? – предложил Андрей Лизе.

– Нет, спасибо, не курю – улыбнувшись, ответила Лиза, – нет, если ты хочешь то сходи, я не убегу.

Андрею не хотелось оставлять Лизу в одиночестве, да еще эта «чумная» компания, если честно, Андрей хотел больше в туалет (попросилось на выход, выпитое пиво), но так прямо об этом Лизе сказать не решился.

Выйдя в тамбур, Андрей увидел там бородача Романыча и официантку, причем Романыч держа кисти официантки, с багровым от злости лицом, всем видом и возможно предшествующим разговором подавлял, испугавшуюся не на шутку девушку.

– Ты поняла меня, – услышал обрывок разговора Андрей, – будешь, как мышь сидеть, и по одному моему взгляду исполнять то, что я захочу…

– Уважаемый! По-моему, Вы пьяны, и не адекватны – обратился Андрей к Романычу – шли бы спать от греха подальше.

– Опочки, кто здесь такой умный? – в пьяном угаре испытал удивление Романыч – ты бы малец шел бы в люлю, да у мамки своей сиську соси, а во взрослые разговоры не лезь, – рявкнул Романыч и хотел было поднести Андрею кулак под нос, но тут же оказался уткнутым в пол с заломленной рукой за спину.

– Пусти сцука, – завизжал поверженный Романыч, – я тебя порву гадёныш, но тут же еще больше взвыл от боли, от усиленного давления на болевом приеме, проведенного Андреем.

Андрей любил восточные единоборства, в отдельных, достиг определенных успехов, но никогда этим не кичился. Вот и в этот момент, он применил свои навыки в целях своей безопасности и защиты девушки.

– Все, все, я понял, – продолжал выть поверженный бородач, – пусть живет эта б…, но, не договорив, опять взвыл от причинённой Андреем боли, – короче я отстал!

– Извинись перед ней, – указывая на официантку, потребовал Андрей от бородача, и для профилактики еще сильней провел захват.

Скуля от боли и унижения, бородач процедил: «Извини, не прав был, перебрал».

Лицезревшая все это действо, ошарашенная официантка, обращаясь к Андрею, выдавила из себя: «Спасибо большое» и поцеловав его в щеку, убежала, прикрывая рукой заплаканное лицо.

Отпустив бородача, Андрей предупредил его, что если еще тот организует, какой-нибудь кипишь, то сильно об этом пожалеет.

Романыч встал с колен, держась за плечо и бурча, удалился в вагон-ресторан. Андрей закурил сигарету, забыв о том, куда шел, сделал глубокую затяжку.

В тамбур забежала Лиза, на ее лице была гримаса испуга. Увидев спокойно курящего Андрея, она опешила.

– Что у вас здесь произошло? – взволнованно спросила она Андрея.

– Да ничего особенного, а что ты так напугалась? – скрывая свое взволнованное состояние, ответил Андрей.

– Да в ресторане кипишь, официантка прибежала вся в слезах, да и бородач пришел, хромая, держась за плечо, заявил, что сейчас все здесь дерьмо разгребет, и напал на повара. Пришли милиционеры и увели дебошира, а частная компания, продолжила без него веселье, даже не вступились за своего другана, сказав, что поделом ему.

– Да все нормально, просто поговорили о поведении в общественных местах и отношении к женщинам и разошлись, – скромно ответил Андрей.

Лиза подошла к Андрею, обхватив его за руку, прижалась к нему.

– Я очень сильно испугалась, – шепотом призналась она, и положила голову ему на плечо.

Андрей, возбужденный от происшедшего до прихода Лизы, молча прижал свободной рукой ее голову к себе.

Погасив о пепельницу сигарету, Андрей, хотел уже двинулся в вагон-ресторан, но тут его расслабленное состояние привело в действие, давно запущенный процесс.

– Извини меня Лиза, но мне необходимо уединиться в сокровенной комнате, – завуалировал свое огромное желание сходить в туалет, озвучил Андрей.

– Конечно, но я от тебя не отойду, пойдем вместе, утвердительно сказала Лиза, – мне тоже нужно привести свой возбужденный организм в норму…

Андрей опешил, но отвергать предложение не стал, Лизе, желающей провести спокойный, и быть может, романтический вечер, портить не стоит. И они, пройдя пять шагов очутились возле входной двери в туалет.

Андрей, проявляя галантность, предложил Лизе пройти первой, после минутной паузы она скрылась за дверью W/C. Посмотрев в открытую фрамугу окна попытавшись в кромешной темноте чего-нибудь рассмотреть, Андрей вдруг услышал странные звуки и-за двери туалета, подойдя к ней, Андре обомлел, из-за дверей слышались тихие постанывания Лизы, нет, она не плакала, она??? испытывала удовольствие!

Андрея охватила волна сильного возбуждения от двух вещей, от того, что за этой тонкой дверью, спящего вагона, влекущая его женщина испытывала оргазм, и от того, что он все это подслушивал…

– Лиза, у тебя все хорошо, – на всякий случай спросил Андрей;

В ответ была полная тишина, и вдруг щелкнул поворот замка двери, и Андрей услышал приглашающий тихий голос Лизы: «Да, зайди»…

Войдя в помещение туалета, Андрея взорвала его сущность, он увидел стоящую на одной ноге Лизу возле умывальника, а вторая нога была поднята и уперта в стульчак унитаза. Она была безумно возбуждена, с одной ноги у нее были сняты легинсы, колготки и тонкая полоска ткани трусиков La Perla. Ее начисто выбритая киска, текла своим соком, который стекал по наполовину погруженным в нее двум пальцам…

Андрея уговаривать не пришлось, он присев под Лизу, прильнул губами к ее киске и, поглощая ее нектар, начал жадно ласкать ее языком, проникая все глубже и глубже в ее лоно, ласка каждую его складочку.

Язык Андрея ласкал и щекотал нежные губки киски, не забывая пощекотать плотный заветный бутон ее. Нежно посасывая ее клитор, Андрей теребил его языком. Его пальцы проникли внутрь ее киски, и Андрей ощутил ее горячую влагу пульсирующего лона. Лиза, застонав, закрыв глаза, ощутила прилив новых ощущений и в порыве страсти прижала с неистовой силой голову Андрея к своей киске, наслаждалась, всепоглощающим нахлынувшим на нее, незабываемым оргазмом. Андрей задыхаясь, как пловец, периодически выныривая, носом вдыхал и вновь окунался в обжигающее лоно Лизы. Она забилась в судорогах экстаза, как птица в силках и издала неистовый, но приглушенный стон полного ее наслаждения. Оргазм взорвал ее тело миллионами молний.

– Боже, я чуть не потеряла сознание от твоих ласк, мальчик мой!!! – еле дыша, выдохнула Лиза, протянув трясущуюся, от затухающего возбуждения, руку к его лицу, нежно взяв запыхавшегося Андрея за подбородок, подняла его лицо к своим губам, и жадно впилась в его безупречные губы покрытые ее нектаром….

– Какая же я эгоистка, – вдруг встрепенулась Лиза, – в тебе же пиво играет, а одни за другими причины тебе не дают разрядиться – извиняющимся тоном произнесла она.

Его трико предательски в причинном месте образовало форму холма, поскольку его стержень уже буквально плавил ткань плавок и трико своим страсти жаром. Да, за всеми событиями Андрей так и не решил вопрос о своем мочевом пузыре. Но как это реализовать при Лизе?! – задал он вопрос себе. Не закончив свои размышления, Андрей ощутил руки Лизы на поясе своих трико, которые плавно сползали до колен…

– Я тебе помогу – тихо, буквально шепотом, сказала Лиза – расслабься.

Но расслабиться Андрею не получалось, поскольку показалось, что вся его кровь прилила к возбужденному до предела органу. Лиза, горячо дыша, прильнула в поцелуе своими губами к головке этого безупречного мужского достоинства, по телу Андрея прошла мелкая дрожь от такого прикосновения, дрожь блаженства. Лиза продолжала ласкать Андрея, уже полностью приняв в рот головку его члена делая поглаживающие движения языком, одновременно лаская рукой его набухшую от перевозбуждения мошонку, второй рукой, она крепко вцепилась в упругую ягодицу Андрея.

Андрей чувствовал, как его плоть полностью погрузилась в рот Лизы, коснувшись ее горла, и от этого ощущения, на него нахлынуло волна оргазма. Мышцы ягодиц напряглись и уже инстинктивно Андрей сам начал насаживать Лизу на свой стержень. Сильная струя его кисло-сладкого нектара ударила Лизе в горло, но она не остановилась и продолжила с удовольствием и подступившей новой волной возбуждения поглощать весь нектар Андрея до последней капли.

Поднявшись, Лиза с томлением в глазах, обратилась к Андрею: «Тебе понравилось, милый? »

– Да, я в своей недолгой жизни пробовал многое, но такие эмоции, я испытал впервые, не знаю что это, может я влюбился?! – дрожащим от возбуждения голосом прошептал Андрей.

– Перестань, – поцеловав его в щеку и положив указательный палец к его губам, – шепнула Лиза, – это эмоции, они пройдут, и все будет опять как прежде, и будем мы разными людьми, в разных городах со своей жизнью.

– Жаль, – с грустью ответил Андрей, – но я безумно тебя хочу, хочу всю до последнего вздоха.

– Ух, чего ты захотел, а меня ты спросил? – с сарказмом спросила Лиза.

– А разве ты этого не хочешь? – искренне удивился Андрей.

Лиза обняла Андрея, страстно поцеловав его в губы, шепотом выдохнула ему в ухо: «Очень хочу! »

Лиза уже год, не имела близости с мужчиной, да, ее хотели и всегда вниманием мужским была окружена, но желание в ней просыпалось очень редко, а так, быть пользованной ради чьего-то удовольствия, она не хотела. Постоянного мужчины у нее не было.

И вот, встречается ей этот молодой человек, будто мечта из грез, и вскружил ей голову, хотя нет, не он, а она сама при виде Андрея потеряла голову, и чтоб так она сама в безумном желании пользовала его, у нее было впервые. Пусть в ее действиях и могут просмотреть что-то аморальное, но если эти внезапно вспыхнувшие эмоции и желание приобрели взаимные отношения, значит это нормально и естественно.

– Пойдем в вагон-ресторан, пока наш заказ официантки не выпили, – одеваясь, предложила Лиза, – а ты давай расслабься, а то мочевой лопнет, подмигнув, добавила она.

Наконец Андрей решил свою проблему, вымыв руки, отправился в вагон-ресторан. Там надрывались Лепс с Аллегровой, про то, как они друг другу не верят.

В вагоне-ресторане все было как раньше, только шумная компания при появлении Андрея, притихла, провожая его взглядом, а подойдя к своему столику. Андрей увидел бутылку коньяка на столе и обновленный заказ.

– Нет, ну это жестко, обратился Андрей к Лизе, – я же не заказывал.

– Я тоже, – ответила с удивлением Лиза, – это официантка в знак признательности тебе, за спасение от этого идиота, пьяного.

Андрей, было, вскочил к официантам, но Лиза его остановила: «Нет ее, отправили спать, отдохнуть от пережитого стресса, да и от греха подальше».

– Я устала здесь сидеть, – с усталостью предложила уйти Лиза

– Я тоже, – согласился Андрей, – сейчас что-нибудь придумаем.

Андрей встал, подошел к барной стойке, и тут же к нему подошла официантка.

– А можно нам все, что на столе переместить к нам в купе? – спросил он официантку.

– Конечно, – с какой-то непонятной улыбкой ответила она, – но за первый заказ и пиво необходимо рассчитаться сейчас, а все оставшиеся мы вам немедленно принесем.

– О’кей, – ответил Андрей и достал портмоне.

– С вас пять тысяч сто двадцать рублей, – посчитала официантка.

–Да, кучеряво посидели, – в пол – голоса высказал свое удивление Андрей, – протянув пятитысячную купюру и две банкноты по сто рублей, пошел к столику.

– Пойдем в купе, – предложил Андрей Лизе, протягивая ей свою руку, – нам сейчас все принесут.

Встав из-за стола, они пошли в купе своего вагона.

В вагоне было тихо, во всех купе сопели, и издавали естественные звуки, спали пассажиры. По коридору распространялся совокупный запах грязных носков и перегара. Из отдельных купе раздавался едреный храп «усталых» пассажиров.

Андрей и Лиза зашли в свое купе. В купе было темно и тихо. Владимир спал на верхней полке. Он так и спал с наушниками в ушах. Войдя в купе за Лизой, Андрей закрыл за собой дверь и, повернувшись, уткнулся носом в копну волос Лизы. Аромат волос, безумно возбудил Андрея и он, обняв Лизу, охватил своими руками ее грудь.

Тут в купе постучали. Андрей нехотя оторвался от Лизы и открыл дверь. Это им принесли незаконченный ужин. Андрей, забрав контейнеры с едой и бутылку коньяка, поблагодарив официантку, закрыл дверь купе на замок.

В купе горели два подголовных светильника. Лиза сидела на левой нижней полке и раскрывала контейнеры с едой.

– Давай может все-таки, выпьем на брудершафт? – чарующе таинственным голосом предложила она.

– Я только, за! – усаживаясь напротив, с улыбкой, ответил Андрей и, взяв графин, разлил коньяк по бокалам.

Выпив и закусив стейком из семги, Андрей пересел к Лизе. Подсев рядом он посмотрел Лизе в глаза. Еще никогда вот так в непринужденной обстановке не находился рядом с женщиной которой от него ничего не было нужно, и ему было приятно, что вот так она сидит с ним рядом и он наслаждался бы ее присутствием.

– Ну и где же твой, пресловутый, либеншафт? – взяла на себя инициативу Лиза.

Андрей разлил по бокалам коньяк и уже с другим, более сокровенным подтекстом предложил Лизе выпить на либеншафт и выключил свет. Глаза его горели от неподдельного вожделения сидящей перед ним женщины. С непреодолимым желанием продолжения этой традиции она согласилась.

Выпив коньяк из бокалов, они слились в страстном поцелуе.

Уже без особого стеснения Лиза обнимая Своего любовника, гладила его по спине, зарывалась в его густую шевелюру желая насладиться его каждой клеточкой.

Андрей, никогда не мог себе представить, такого, что вот так в случайной попутчице он найдет свой идеал женщины, нет, не тот пресловутый идеал 90-60-90, а идеал внутреннего и внешнего соответствия его фантазийным и реальным представлениям о женщине.

Рука Андрея легла на грудь Лизы, вторая поддерживала ее хрупкое тело. Бюстгальтер Лизы имел кружевную структуру, и Андрею было трудно ощущать нежную грудь ее. Но зато он отчетливо чувствовал, рвущиеся на свободу упругие, томимые в желании ласк жемчужинки сосцов. Изловчившись поддерживающей рукой, Андрей нащупал место соединения крючков и петлей. Большим и указательным пальцами сделав резкое щипковое движение, Андрей расстегнул бюстгальтер. И возбужденная грудь Лизы избавилась от преграждающего путь ласкам одеяния.

– Какой шустрый малый – оторвавшись от страстных губ своего юного любовника, прошептала Лиза. И тут же ощутила под бюстгальтером на груди горячую ладонь Андрея.

Андрей нежно сжимал, гладил, упругую немного не совпадающую по размеру с его ладонью, грудь Лизы. Пока Лиза в томлении ловила каждый вздох, он склонился к ее груди и начал покрывать на половину оголенную грудь, своими распаленными поцелуями. В страстном порыве Лиза начала собирать к голове Андрея его футболку и с диким остервенением одним рывком стянула ее, через голову и поднятые вверх руки Андрея. Воспользовавшись моментом, Андрей повторил туже процедуру и с Лизой, срывая вместе с футболкой и уже оставшийся висеть на бретельках бюстгальтер. Прижавшись друг к другу разгоряченными телами, они ласкали друг другу спины, плечи, слившись друг с другом в страстном поцелуе.

Рука Андрея аккуратно проникла под материю нижнего белья Лизы и плавно, но страстно начала гладить и сжимать ее ягодицы. Лиза издала приглушенный стон и подалась к Андрею всем телом, прогибаясь в пояснице и отводя свои бедра на встречу, ласкам его руки.

Лаская одной рукой грудь Лизы, другой ее ягодицы, Андрей начал целовать вторую ее грудь, щекоча кончиком языка, ореол соска, теребя его и посасывая.

Лиза двумя руками схватилась за спину Андрея, и словно кошка, выпустив коготки, начала гладить его. Андрей, привстав на колено, одной рукой держа за поясницу, а второй подхватив за шею, подтянул Лизу на середину полки и положил ее, сопровождая эти действия глубоким поцелуем в губы. Положив, таким образом Лизу, он прилег боком к ней и начал покрывать ее тело поцелуями. Одной рукой он уже пробрался к горячей и мокрой киске Лизы, от прикосновения его пальцев к набухшим от желания лепесткам ее цветка, мелкая дрожь прошла по всему ее телу, и волна наслаждения нахлынула на нее с ног до головы. Непроизвольно отдаваясь своим ощущениям, Лиза развела ноги, и рука Андрея покрыла полностью ее цветок любви.

Андрей начал ласкать Лизу, сначала только задевая края лепестков ее цветка, затем все глубже и глубже погружая свой средний палец в горячее, бурлящее соком любви ее лоно, большой палец его руки круговыми движениями начал играть с ее отвердевшим от прилива крови клитором. Закусив губу постанывая от наслаждения, Лиза еле сдерживалась от крика.

Андрей круговым движением руки снял с бедер агонизирующей в экстазе женщины легинсы, колготки и стринги. Покрывая, нижнюю часть живота поцелуями и сопровождая их ласками языка, Андрей нежно, гладя бедра и щиколотки Лизы, снял полностью с нее одежду. Лиза лежала совсем нагая и в свете проплывающих фонарей, она казалась Андрею невесомой, созданной из ночной дымки, плодом его воображения.

Приподнявшись на руку, Лиза увлекла на полку Андрея, а сама легла на него всем телом. Покрывая крепкое молодое тело Андрея, Лиза одной рукой гладила его грудь, другой гладила по бедрам, слегка, приспуская его трико

Но одной рукой снять с Андрея трико и плавки было проблематично, поскольку его возбужденный до предела орган, словно крюк, цеплялся за резинку трико. Поэтому целуя живот Андрея, плавно садясь на колени, не поднимаясь, Лиза оказалась лицом над манящим холмом, образованным материей трико и плотью Андрея. Плавно слегка оттягивая вверх за резинку трико и плавки, Лиза стянула с бедер Андрея его облачения, и перед ее взором предстал вздыбленный его красавец. Стянув уже небрежно с ног Андрея трико и плавки, Лиза с неистовством набросилась на самое прекрасное, в ее жизни, мужское достоинство. Лаская его, Лиза сжимала в руке его ствол, и кончиком языка слизывала выступающую из головки смазку, богато орошая его своей слюной. Вскинув свою голову и выпрямившись, Лиза одним движением, перекинула через Андрея ногу, и с вожделением направила себе в набухший от желания цветок любви его плоть.

Андрей почувствовал, как пульсирующие стенки влагалища плотно обхватывают его стержень, и он проникает в лоно Лизы практически полностью, упершись головкой члена в свод ее лона. Вцепившись одной рукой за край верхней полки, а другой, в грудь Андрея, Лиза совершала ритмичные движения, принимая упругую плоть Андрея в свое изнывающее от желания лоно…

Лишь изредка пробегающие за окном фонари, вырывали из кромешной тьмы два тела, под стук колес, слившихся в едином танце страсти.

Андрей, лаская грудь вожделенной им и вожделеющей его женщины, стонал от наслаждения и молил про себя, чтоб этот миг не кончался никогда.

Лиза склонилась к устам Андрея и жадно впилась в них, безумным поцелуем. Андрей одну руку переместил на бедро Лизе и в такт ее начал движения бедрами на встречу, ей. Как птица феникс, вдруг Лиза, прогнулась, назад вскинув за спину голову, издала рыдающе-приглушенный вскрик и все тело ее начало дикий оргазменный танец. Андрей ощутил, как его тугую плоть, будто железными тисками, сжали внутри Ларисы, и частые волны оргазма начали туманить его разум.

Упав без сил, Лиза, не отпуская постепенно увядающий стержень Андрея, положив голову ему на грудь, нежно целовала его кисть руки, прошептала: «ты самый лучший мужчина на свете!!! », так они лежали, наслаждаясь, близостью друг друга еще долго…

Проснувшись от палящего солнца, Андрей сквозь еще не полностью открытые глаза кинул взгляд на соседнюю полку и испуганно вскочил с постели. Нижняя полка была пуста, ни матрасов, ни соседей в купе не было. Андрей сначала подумал, что все это ему приснилось, однако, когда его взгляд упал на стол, то он под початой бутылкой коньяка, заметил сложенный вдвое, белый лист бумаги. Раскрыв его, Андрей обнаружил пятитысячную купюру, и текст такого содержания: «Дорогой мой Андрей, спасибо тебе, за то, что ты есть, спасибо тебе за то, что ты дал почувствовать мне себя женщиной! Женщиной, которой восхищались и любили не за ее регалии, и не за то, что так надо, а просто за то, что она такая, какая есть. Я желаю тебе быть самым счастливым человеком на свете, пусть женщину которую ты найдешь для того чтоб прожить с ней всю свою жизнь, была самой счастливой, самой любимой и желанной в твоей жизни! ».

Ниже текста был отпечаток губ в губной помаде, будто она посылала ему воздушный поцелуй и подпись – «С любовью, Лиза».

Андрей налил себе в бокал немного коньяка, сделал из него глоток, и задумчиво повернулся к окну.

КОНЕЦ 1-ой части

Часть 2-я

Накинув полотенце на шею, взяв мыльно-рыльные принадлежности, Андрей пошел умываться. Перед, утренним моционом (это для Андрея было утро, а на часах уже был полдень) он решил выкурить сигаретку.

Выйдя в тамбур. Андрей встретил вчерашних «знакомых» двух женщин и «худощавого». Перекинувшись с ними взглядом, Андрей подошел к противоположной двери тамбура и закурил, глядя в окно.

– Из-за тебя Романыча ссадили с поезда, – хриплым голосом (видимо тоже только проснулся) высказал в адрес Андрея «худощавый».

– Из-за себя самого, – безразлично ответил Андрей, – не хрен было на людей кидаться, а если выгуливаете свою «скотину», то намордник одевать надо.

– Ну, надо же, какой праведник нашелся, – вскипела «одуванчик» Зинка, – будто сам никогда не перепивал.

– Бывало, не отрицаю, но, по крайней мере, не кидался на людей, – уже со злобой ответил Андрей.

– И вообще, какого лешего ко мне прицепились, идите, похмелитесь и успокойтесь, – с нарастающей злобой продолжил Андрей.

С первого взгляда могло показаться, что он сейчас устроит скандал, но на самом деле, эта троица просто мешала, впадать в еще свежие воспоминания о Лизе.

– А мы уже… – было продолжил «худощавый», но его одернула пышная спутница и, махнув в сторону Андрея рукой, сказала: «Да ну его, козла малолетнего, героя из себя корчит, у нас что, не о чем другом поговорить?!»

Андрей, погасив сигарету, пошел в туалет, умываться.

Приведя себя в порядок, Андрей пошел в вагон-ресторан за живительной влагой под названием «Пиво».

Андрей вообще коньяк не очень любил, и сколько бы он его не выпил, результат все один – утренняя головная боль.

Войдя в вагон-ресторан, Андрей увидел за барной стойкой, стоящую спиной к нему «спасенную» им вчера, из лап «Романыча», официантку. Подойдя к барной стойке, Андрей поздоровался и попросил пару бутылочек холодного пива и фисташек.

Резко обернувшись, официантка с улыбкой поздоровалась в ответ с Андреем.

– А ты опять с пива начинаешь, – съехидничала она, – а где твоя спутница? – продолжала расспрос официантка.

– Не много ли для начала вопросов, – с улыбкой ответил Андрей? – А как же: «накорми, напои, да спать положи» – процентировал Андрей фразу народных сказок.

– Ух ты какой, а тебе палец в рот не клади – укусишь, – блеснула своими знаниями народных пословиц официантка.

– Нет, ну вот привязалась, – опять процентировал фразу из отечественного мультфильма Андрей, – пиво-то дай!

Официантка, открыв бутылку, подала ее вместе с пакетиком фисташек.

– Иди, садись, сейчас блюдце и бокал принесу, – остепенившись от подколок, проговорила официантка.

Андрей подошел к тому столику, где он сидел с Лизой, сев на ее место, отвернулся к окну. Сделав большой глоток, Андрей ощутил, как по всему его телу растекается всепоглощающая волна приятного блаженства. И сразу, у него перед глазами поплыли картинки прекраснейшего вчерашнего вечера.

– Вот, пустую тарелку на стол, ставит нельзя, я тебе еще и рыбки положила, – с кокетством вымолвила официантка.

Оторвавшись от своих грез, Андрей повернулся к ней.

– Сядешь? – приглашая, спросил Андрей

– Ну, если на минуточку, пока посетителей нет, – с большим удовольствием в голосе, согласилась официантка.

Андрей опять сделал большой глоток и кинул в рот, пару фисташек.

– Ну, – решила продолжить допрос официантка, – куда ты дел свою спутницу?

– А как ты думаешь? Мы же не у меня дома сидим, а в поезде едем, кто-то выходит, кто-то заходит – сумничал Андрей.

– А-а-а, а я подумала вы вместе едете – задумчиво промолвила официантка.

– Все, верно, ехали вместе, а сейчас, она уже приехала, а я все еще еду, – опять ударившись в воспоминания, проговорил Андрей.

– А меня зовут Лариса, – как бы в продолжение разговора, между прочим, сказала она.

– Оригинально, – улыбнулся Андрей, – а меня Андрей.

«Какое то, дежавю нарисовывается»: подумал Андрей, и посмотрел на Ларису.

Лариса была на вид старше Андрея лет на пять, рост у нее был средний, она была по плечо ему, личико смазливое обрамленное рыжими, длинными волосами, но веснушек у нее не было. «Крашенная», – подумал Андрей.

Светло-бежевая блузка, выдававшая очертания небольшой груди Ларисы, не совсем гармонировала с ее черной юбкой, утягивающей широкие бедра, но эти ее пропорции совсем не портили, а наоборот придавали какой то шарм. В целом фигура Ларисы была очень гармоничная.

– А ты только пивом питаешься? – продолжала свой «познавательный» опрос Лариса.

– Да, если у вас завтракать, обедать и ужинать, то без штанов можно остаться, – констатировал Андрей, имея в виду высокие цены на блюда в вагоне – ресторане.

– Ну, положим без штанов можно остаться и, не питаясь, в нашем ресторане, – с ехидством выдала Лариса, и продолжила:

– А что, до Nска будешь одной лапшой питаться? – продолжала Лариса.

– Не понял, – удивился Андрей, – ты откуда знаешь, куда я еду?

– Мир слухами полниться, – интригующе ответила она.

Закинув еще две фисташки в рот, Андрей спросил: «интересно тут в вашем мире, а чего еще тут про меня известно? »

– Да, в принципе и все, – откровенно засмеялась она, – Ты, когда ушел со своей спутницей, попросил все с вашего стола отнести к вам в купе, было?

– Да, было – припоминая сказанное официантке, ответил Андрей, – точно, я же ей ни вагон, ни купе не назвал, – шлепнул себя по лбу и засмеялся, – тогда как нашли?

– А как вы ушли, то этот тощий в майке, сказал своим «кошёлкам», что видел тебя в их вагоне в тамбуре, и обозвал тебя «уродом», а дальше дело техники – гордясь, продолжила рассказ Лариса.

– Ну а я, из праздного любопытства, поинтересовалась у проводницы вашего вагона, до какой станции ты едешь. – Завершила Лариса свой «детективный» рассказ. От нее же я узнала, и что этого «гоблина» высадили из поезда, чему была безумно рада. Поделом ему, «козлу» такому. А еще она как-то хитро меня спросила, что-то типа: «что, на «красавчика» охота началась? », я то подумала, что эти слова относились к вечернему инциденту, и что тебя, его дружки ищут, а когда она добавила: «Ох, смотри Ларисон, голову не потеряй», догадалась, что она в действительности имела в виду.

– И что именно, проводница имела в виду? – уточнил Андрей;

– Всякие всякости, не для твоих ушей, это бабские разговоры, – решив не говорить правду, с улыбкой ответила Лариса, переводя разговор на другую тему, продолжила:

– А ты «красавчик», не испугался, спасибо огромное. Если бы не ты, я даже не знаю, что могло произойти, – произнесла Лариса и шмыгнула носом.

– А вот давай без этого мокрого дела, – цыкнул на нее Андрей, – было и было, но прошло, выкинь из головы, вот будто такого у вас не бывало раньше?

– Нет, чтоб так нападали, нет, не было – утвердительно заявила Лариса. И передернулась всем телом, будто съела лимон целиком – б-р-р-р.

– А теперь будет, – с улыбкой сказал Андрей, отпивая из пивной бутылки.

– Ладно, уговорила, позавтракаю у вас, яичницу у вас подают? – с ехидством поинтересовался Андрей, – нужна же растущему организму белковая пища.

– Для тебя все, что угодно, – оживившись, ответила Лариса, выскочив из-за стола, на ходу продолжила, – сейчас скажу повару.

Андрей допил одну бутылку пива, и пока не подали завтрак, решил сходить покурить. Выйдя в тамбур, Андрей закурил сигарету. Под потолком клубился табачный туман. В тамбуре курили двое молодых людей, обсуждающих технические характеристики импортных автомобилей.

– Ну, вот опять исчез, – донесся из открытой межвагонной двери, голос Ларисы, – а что позвать с собой девушку, не судьба?

– Да как-то отрывать от работы не хотел, – сказал Андрей, первое, что пришло в голову в качестве оправдания, и улыбнулся.

Лариса подошла к Андрею, и попросила сигаретку.

– «Цюзые», вкуснее, – на ломаном русском языке изобразила Лариса, и засмеялась.

– Халяву любишь? – с сарказмом поинтересовался Андрей.

– Ой, ну так прям уж, халаву, одинокой девушке приходиться, самой изыскивать возможность сэкономить и без того небольшой свой бюджет, – изображая обиженность, ответила Лариса.

– А что так, не уж-то подходящих кандидатов нет, – продолжал ерничать Андрей.

– Вот как раз «подходящих» и «отходящих», а в промежутке «имеющих», таких полно, а нормальных, желающих иметь семью и не боящихся ответственности, таких вот, надо днем с огнем искать, а я по месяцам в разъездах, поэтому и не нашла еще. Улыбаясь сквозь грусть, ответила Лариса.

– А что так, неужели кочевая жизнь тебе больше нравиться, чем оседлая? – поинтересовался Андрей, – ты же можешь в торговле и в городе работать.

– Конечно, но здесь я в разы больше зарабатываю, а там… А там и за жилье плати, и за проезд плати, разные штрафные баллы, и от зарплаты остается «кот наплакал».

– А сама-то ты откуда? – поинтересовался Андрей.

– Я из Nска.

– Да ладно, – опешил Андрей, – а район какой?

– Энергетики, – улыбаясь, ответила Лариса.

– Ничего себе, – почесав затылок, пробубнил Андрей, – а я с рейдовой, там где «панельки» стоят. Охренеть.

– Ну, таки привет, землячка! – протягивая руку Ларисе, обрадовался Андрей.

– Ну, таки прювет, сосед! – спародировала она Андрея и протянула ему руку в ответ.

Они пожали друг другу руки и засмеялись.

– Да, шарик у нас маленький, куда не плюнь, в своего попадешь, – философски, заметил Андрей

– А ты не плюй, вдруг жениться придется, – перефразировав народную пословицу – смеясь, сказала Лариса.

– У, ты ка-ка-я, – протянул Андрей, и добавил, – там моя яичница скоро засохнет, пойдем, и обнял Ларису за плечо.

Но так пройтись им не позволил дверной проем межвагонного прохода, и один за другим они пошли в вагон-ресторан.

– Ну и где вы ходите молодой человек, – раздался голос повара из кухни, – яичница подогревов не любит, а потом скажете, что плохо приготовлено.

– А понятно, – увидев, вошедшую за Андреем Ларису, выпалил повар, – Лорка, ты, что парню мозги паришь, хочешь, чтоб он голодным и злым остался?

– Не рычи Палыч, – подойдя к повару и чмокнув его в небритую щеку, – парировала его «наступление» Лариса, – я земляка встретила, и более того, практически соседа.

– Так ты бы ему тогда не яичницу резиновую заказала, а лучше бы ему колбаски порезала, мяска – «по-боярски», капустки квашенной, оливок насыпала, да грамм сто беленькой налила, а то подчуешь его этой жженой кислятиной, да ржавой рыбой с фисташками.

– Я же не могу навязывать посетителям сервис, они сами, по состоянию души и толщены кошелька, должны выбирать себе меню, – подняв указательный палец перед собой, как школьный учитель, продекларировала Лариса, сделав жест, будто поправляет очки, и засмеялась.

Андрей заулыбался от сказанного и сел за «свой» столик. В ресторане были редкие посетители, и они каждый меж собой вели беседы, и на то, что происходило возле стойки, не обращали никакого внимания.

– Официант, – с «деловым» видом подняв руку вверх и щелкнув пальцами, позвал он Лизу, – будьте любезны…

– Сию минуту, – поддержала игру Лариса и, подойдя к Андрею, продолжила, – чего изволите?

– Ну, раз пошла такая «пьянка», в честь встречи двух земляков, желаю, грамм сто водочки, и небольшого ассортимента закусочки к ней, – сделал заказ Андрей, – да и рюмочки две, будьте добры;

Многозначительно посмотрев на Андрея, Лариса чуть склонилась над ним, и спросила: «а, вторая зачем? »

– Для моего земляка, кстати, позовите его, то есть «ЕЕ», – попросил он.

– Мне нельзя, я на работе, – прошептала Лариса и сделала обиженное лицо. В ее глазах отчетливо было видно желание присесть за один стол с Андреем и разделить с ним этот полный неожиданностей для нее день.

Может в ней играло чувство благодарности за поступок Андрея, может, росла симпатия к этому молодому человеку, вдобавок, как оказалось – земляку, а может, сложилось все воедино, и ностальгия, и благодарность, и человеческая симпатия. И весь этот симбиоз сейчас клокотал, бурлил и мутил разум Ларисы своей неопределенностью.

Непонятное чувство охватило все тело Ларисы: низ живота тянуло и наполняло истомой, сердце щемило так, что дышать было трудно, а в голове дикими роями мысли, перебивая друг друга, создавали необузданную круговерть.

– Хорошо, – вырвал ее голос Андрея из плотного «кокона» эмоций, мыслей и желаний, – значит мне, пожалуйста, рассольник со сметаной, пару кусочков хлеба, и-и-и, так и быть один писярик водочки, для аппетита. А мой предыдущий заказ, попрошу подготовить на вечер.

Андрей, подмигнув Ларисе, шепнул: «и про моего земляка не забудь! »

Лариса улыбнувшись, «уплыла» исполнять заказ.

Поезд начал замедлять свой ход. Приближалась большая станция красивого города Zемска. Большой перрон встречал своих новых гостей и жителей города, одновременно сочувствуя провожающим, благословлял убывающих в дальний путь пассажиров.

На перрон «высыпались», опустошая перронные ларьки, пассажиры дальнего следования. Проворные местные бабульки, сбывали свои «домашние» пирожки, сметану, огурцы, ну и конечно знаменитые «домашние семечки», которые сыпались рекой в наспех скрученные бумажные кульки, а так же подставленные карманы трико и банки.

Андрей одним махом «опрокинул» рюмку водки и, наслаждаясь огромным вокзальным муравейником, начал кушать горячий, очень кстати, поданный рассольник.

– А что ты не идешь подышать «свежим воздухом»? – обратилась к нему подавшая заказ Лариса.

– Сейчас доем обед и выйду, там все равно толчея из выходящих и заходящих пассажиров. А потом, да еще и после вкусного обеда, можно выйти и вдыхая «свежесть» шпалопропитки затянутся ароматом тлеющего табака, – со смаком, мечтательно ответил Андрей.

– По-ня-тнень-ко, – соглашаясь со сказанным, протянула Лиза, – тогда давай доедай скорей, и на прогулку, а то сообщили, что стоянка сокращена до двадцати минут будет.

– Успею, – подмигнув, ответил Андрей.

Выйдя на перрон из ближнего к вагону-ресторану тамбура пятого вагона, Андрей, закурив сигарету, пошел прогулочным шагом по направлению к своему вагону.

– Извините уважаемый, – обратился к нему, интеллигентного вида, одетый в светло-желтую рубашку, светло-бежевые брюки, и коричневые туфли, седовласый мужичок, с большим чемоданом на колесиках, – вы мне не подскажите, где седьмой вагон?

– Конечно, – с неподдельным энтузиазмом отозвался Андрей, глядя на этого, измученного солнцепёком (наверное, какой-то ученый) гражданина, – Вы идете в правильном направлении, Вам осталось пройти один вагон.

– Благодарю Вас, – вежливо откланявшись, «профессор» ускорился в указанном направлении.

– Постойте, окрикнул «профессора» догонявший его Андрей, – давайте я Вам помогу с чемоданом.

– Премного благодарен Вам молодой человек, – согласился «профессор» в присущей ему интеллигентной манере.

Подойдя к седьмому вагону «профессор» подал проводнику паспорт и билет на контроль, а Андрей в это время поднял чемодан в вагон. Поднявшись за Андреем, «профессор» протягивая ему руку, еще раз поблагодарил, за помощь: «крайне неожиданно, но очень приятно, еще раз, огромное Вам спасибо».

– Да перестаньте, все нормально, хорошей Вам поездке, попрощавшись, пожелал Андрей, и выскочил из вагона.

Закурив новую сигарету, уже быстрым шагом Андрей направился к «своему» вагону.

Подойдя к двери третьего вагона, часто дыша и дымя как паровоз сигаретой, Андрей вновь встретился со «своей старой знакомой» (хотя имени проводницы он не знал).

– А-а-а, наш «Казанова» появился, с громким смехом обратилась, она к Андрею, – привет «красавчик»!

– Здравствуйте, – тоже, не понятно почему, обрадованный встречей с проводницей, ответил Андрей, и улыбнулся.

Вообще, интересный феномен – этот «поезд дальнего следования». Попав в вагон, давеча еще незнакомые люди, через какое-то время становятся лепшими друзьями, не исключено, что и врагами, но все равно, между всеми людьми получившими билеты на места, завязываются отношения. Этот огромный «вагонный» организм, поглощая людей, на время (у каждого оно определено маршрутом следования) превращает в одну из своих живых частиц, и название у них становится общее – пассажиры, и между собой они становятся, не кем иным, как попутчиками. У пассажиров-попутчиков появляются общие идеи, эмоции, общие темы для разговоров, появляются советчики, свои лидеры, свои отшельники, но все равно, это единый организм, который имеет название – «поезд дальнего следования».

Вот и Андрей сейчас испытал радость, увидев проводницу вагона в котором он ехал. Те мимолетные мгновения присутствия друг друга в непосредственной близости при хорошем, добром общении, делают людей ближе, пусть на миллионную частичку, но ближе. И мы это не осознанно, чувствуем…

– А почему, прям так сразу «Казанова», – прищурив один глаз, спросил Андрей.

– Ну, так, а кто ты? – спросила она, как-бы вспоминая, приподняв голову вверх и взявшись рукой за подбородок. – Одну «отгулял», молодец, провожала я ее, довольная она осталась, теперь другая за тобой вьется, я все вижу, меня не проведешь, – как бы ругая, сделала проводница жест указательным пальцем, – смотри, не фулюгань.

– А Вам вот до всего дело есть, везде нашпионите, затягиваясь сигаретным дымом, – сдерзил Андрей.

– Но, но не хами тетеньке, тетя добрая, и зла никому не желает, – притворчески нахмурила брови проводница, – а вдруг тетенька завидует, этим барышням, разве такого быть не может? – уже заигрывающим голосом, спросила она.

– Да в жизни все у нас бывает, и вороны громко лают, и в Египте пирамиды говорят, – на ходу придумал Андрей, – а про Вас могу сказать одно, Вы женщина видная, и мужской лаской не обиженная, разве не так?

– Как знать, нынче мужичонка-то слабый пошел, так, на пошаркаться силенок-то, только и хватает, а женщину «Любить» нужно, до потери ее пульса, – проводница сделала жест, как бы поправляет бюстгальтер с боков к центру, и томно выдохнула.

По перрону разлился звук включающегося микрофона: «Внимание пассажиры: поезд Москва – Nск» отправляется с первого пути, через пять минут, просьба провожающих покинуть вагоны».

Андрей, выбросив потушенный окурок под вагон, запрыгнул на подножку, получив легкий шлепок, по «мягкому месту», свернутым флажком, от проводницы, для ускорения, и зашел в вагон.

– Иди, иди, не распаляй, и без того знойную, одинокую женщину, – в шутку крикнула ему в след проводница.

«Да и ладно, пусть думают, что хотят, – подумала про себя проводница, – я никого и ничего не ворую».

Да, кому-то может со стороны показаться, что эта возрастная женщина флиртует с молодым парнем, не стыдясь своих постыдных желаний. Да, а если это и так, что тут может быть противоестественного. Он и она одиноки, тот факт, что он первый встречный, так мы все, когда то друг с другом были незнакомы, а знакомило нас наваждение, желание, тяга и влечение друг к другу. Можно сказать, что у них ничего не может быть, а кто вообще говорит о чем-то высоком, не у всех после первых свиданий (с сексом, или без него) отношения переходили в брак.

Так вот, дорогой читатель, все домыслы, по отношению к этой даме (проводнице), к ее якобы аморальности, полный бред! Эта женщина – просто обычная женщина, как и все женщины, начиная от 18 лет и до самых последних дней жизни. И все человеческое никогда, и тем более ни в каком возрасте, никому не чуждо.

Но вернемся к нашему герою – Андрею.

Зайдя в свое купе, Андрей обнаружил двух попутчиков, бабулю (лет 70ти) и ее внучку (лет 18ти).

Внучка, удивленно посмотрела на Андрея и смущенно, поджав ноги под себя, уселась возле окна.

– Ой, сыночек, ты уж извини, что мы заняли нижние полки, ты сам богатырь, а я уж не верх запрыгну, если только душой воспарю, – с намеком на переезд Андрея, в своем монологе намекнула она, – а мелкая моя, всегда должна быть у меня в поле зрения. Ты уж не обессудь.

– Да нет проблем, – ответил Андрей, ему на верхней полке, даже будет лучше, из-за утренних естественных проявлений организма.

Андрей махом свернул свой матрас с бельем и закинул на вторую полку.

– А ты сынок, случаем не храпишь? – поинтересовалась бабулька, – а то я очень чутко сплю, и просыпаюсь от каждого шороха.

В это время, «внучка» покрутила у своего виска, глазами указывая на бабульку.

Андрей, чуть сдерживая смех, вышел из купе.

Подойдя к купе проводницы, Андрей постучал. Дверь открылась, и проводница задала заученный вопрос: «чай, кофе, будем брать? »

– Да нет, я не за этим, у меня в купе, – уточнил Андрей, – две особи женского пола, это что шутка?

– Да, какие шутки, билеты у них на места в твоем купе. А что не нравиться, соседи хорошие, спокойные?! – с ухмылкой, ответила проводница.

– Да, но они женщины, – недоумевая, пояснил Андрей.

– И что? А с каких это пор ты стал, батенька, женщин бояться? – усмехнулась она.

– Полный беспредел, – выдохнул с досадой Андрей, и пошел обратно к себе вкупе.

– Скромнее будешь, – буркнула себе под нос проводница.

Вернувшись в свое купе, Андрей увидел, что нижние полки уже застланы постельным бельем. Под местом (теперь уже верхним) «обитания» Андрея, разместилась бабулька, «наверное, чтоб стучать мне по полке, если я вдруг захраплю» – подумал Андрей, а на соседней полке, угомонилась ее внучка, лежа играла на планшете.

– Ты сыночек, пирожка хочешь? – раскладывая на столе домашний провиант, – спросила бабулька, – а огурчика малосольного? Ох и ядреные нынче получились, – как бы сама себя нахваливала она, и передёрнулась, скрестив на груди руки.

– Ну, если ядреные, то не откажусь, – с улыбкой ответил Андрей;

– Сядай рядышком, перекусим, чем бог послал, а то ты, небось, на китайской «дряни» сидишь, ох и травют нашего брата, энти басурмане клятые, всякой гадостью, – заботливо пригласила к столу бабулька.

– А ну-ка живо к столу пацанка, а то все мамке расскажу, одни игрульки на уме, – ну ничего, у нас в деревне отдохнешь от города, воздухом чистым надышишься, на озере накупаешься, глядишь и поправишься, – выражала вслух свои мысли старушка, – а енту хрень в чулан спрячу, – сердито сказав, указала на планшет.

– Ага, щас-с, – огрызнулась «пацанка», – конечно, сама романтика: по коровьему дер..му бегать, да в большой луже пиявок собой кормить, – скривившись продолжала бурчать она.

– Детишки нынешние слабенькие пошли, все на ентой кока-коле, да бурхерах всяких, желудки себе посадили, – продолжила свой монолог бабулька, – но ничего, домашний творожок, да медок, морковка да помидорчики, быстро тебя на ноги поставят.

«Это видимо было адресовано этой «пацанке»» – подумал Андрей, и подсел к девчонке.

– Что, предки сбагрили? – спросил он у нее;

– Угу, не отрываясь от планшета, кивнула «пацанка».

– Понятно, – с сочувствием продолжил Андрей (хотя прекрасно знал, как в деревне замечательно, никакие посиделки в четырех стенах и планшеты, этого никогда не заменят).

Приняв предложенный ему пирожок, Андрей, взял из пакетика огурец, откусив пирожок (он оказался с ливером), Андрей закусил огурцом. «Да, не пожалела бабулька хрена», – смакуя, подумал он.

Гармония вкуса деревенской пищи, опять всколыхнули его воспоминания детства, когда бегая с ровесниками по улице, мимолетно заскочишь домой, а мамка тебе отломит половину булки душистого хлеба, даст средний шмат сала, да еще картошки по карманам распихает.

«Ведь все одно будите костер жечь, так хоть перекусите заодно», – всегда приговаривала мамка…

– А сам-то ты сынок куда едешь? – жуя пирожок, спросила бабулька;

– Домой, на каникулы, – все еще витая в воспоминаниях, ответил Андрей;

– Ты же не городской, не так ли, – поинтересовалась она, – или я ошибаюсь?

– Да, я деревенский, – с удивлением ответил Андрей, – а как вы догадались?

– Так, городские, они же вон, чахлые какие, а ты видный парень, видно в детстве коровка на тебя хорошо поработала, – констатировала она.

– Ваша, правда, – в день по трехлитровой банке выпивал, – как бы смакуя, ответил он, и улыбнулся.

– Вот Танюха посмотри какие парни деревенские, не то, что ваши чахлики, соплей, перешибешь, – обращаясь к «пацанке» как бы с гордостью, обратив ее внимание на Андрея;

Таня, так оказывается, звали «пацанку», повернулась к Андрею и показала язык, выражая свое «ФИ».

– Ничего, приедет, поймет, какое райское место – бабушкин домик в деревне, уезжать еще не захочет – со знанием дела, как бы в утешение сказал он, обращаясь к бабушке.

– Ладненько, спасибо за угощение, приятного вам аппетита, – вставая, пожелал Андрей, – не буду мешать.

– А что ты так мало покушал? – удивилась бабулька, – сиди, кушай, ты нам не мешаешь, наоборот мне приятно, что с нами кушает деревенский крепыш.

– Да, да, пусть лопает, а то вдруг схуднет, – съязвила Таня, оторвавшись от своего планшета.

– Ты «килька» сама трескай, а то ветром сдувать будет, – ответил с улыбкой Андрей, – да на пляже загореть не сможешь, солнце сквозь тебя светить будет. А деревенские ребята любят девчонок сбитых.

Хотя Таня и была, как оказалось еще юна, ей было всего семнадцать, но формы будущей сексапильной женщины у нее уже практически формировались, Андрей нарочно подыграл бабульке, чтоб хоть как-то уговорить Таню поесть. Да, прием с «гнильцой», но зато действенный. Он не зря упомянул, про деревенских парней, и ее реакция подтвердила его догадки, что эта юная особа, уже имеет в голове своей крамольные мыслишки в отношении полов, и что она всячески старается показать свою взрослость.

– Сам дурак, – опять показав язык, огрызнулась она, и откусила демонстративно большой кусок от пирожка, опуская ноги с полки на пол и пододвигаясь ближе к столу.

– Ну, вот и ладушки, – обрадовалась бабулька, – вот и кушай ласточка, на здоровье.

Андрей встав, хлопнул себя по ногам, еще раз поблагодарив за угощения, подмигнув жующей пирожок Татьяне, вышел в коридор вагона. Постояв у окна, посмотрев на монотонность пейзажа, он пошел в тамбур.

В тамбуре было задымлено, но пусто, видимо недавно здесь курила толпа. Закурив сигарету, Андрей приоткрыл межвагонную дверь, чтоб немного дыма вытянуло, а сам стал около выходной двери, и погрузился, навеянными разговорами, свои детские воспоминания.

Дверь вагона открылась и в тамбур вошла проводница.

– Что, с такими попутчиками не расшалишься? – издевательским тоном спросила она, – облико морале будешь блюдеть?

– С чего Вы взяли, у меня все отлично, сейчас докурю и пойду бабку донимать своими приставаниями, – ответил Андрей, решив поглумиться над проводницей.

– Ты что совсем очумелый? У тебя реально берегов нет? Ты что в каждую бочку затычка? Или у тебя вечный спермотоксикоз? Что молчишь? – практически на одном дыхании выпалила проводница.

– Смешно ей богу, ну что так орать-то, я Вас развел, как два по пять, а Вы волну погнали, Вы уж меня за сексуального маньяка не держите, придумали себе чего-то там, я мне отдуваться, – успокаивающе ответил Андрей. – Хотите успокоиться? Могу коньячку налить, дабы пыл Ваш утихомирить.

– Ну вот кто ты после этого, я же старая больная женщина, чуть инфаркт не получила, от твоих шуточек, – держась за свою грудь, выдохнула проводница.

– Ну, ну, до «старой», Вам еще как минимум лет восемьдесят, а про здоровье, могу продемонстрировать настоящий, живой пример, интригующе ответил Андрей.

– Это ты чего еще придумал, охальник? Какой живой пример? – удивленно, но заискивающе, спросила проводница.

– А в моем вагоне, бабулька едет, у нее здоровье, на таких как я двоих хватит, – ответил Андрей, – а Вы о чем подумали?

– Да все о том же, а что нельзя? – уже успокоившись, спросила она – Где твой коньяк? Давай неси уж.

– Конечно можно, если осторожно, – сострил Андрей, – сейчас все будет, – делая жест открытой ладонью в сторону проводницы, будьте спокойны. Потушив окурок, он пошел в купе.

– Будешь тут с тобой спокойной, – поправляя блузку, высказала проводница свои мысли вслух, и пошла в свое купе.

Зайдя в купе, Андрей, хотел было взять бутылку коньяка и пойти к проводнице, но решил предложить по рюмашке и бабульке.

– Извините меня, пожалуйста, а как Вас зовут? – обратился он к бабушке;

– Антонина Петровна, – удивленно ответила, жующая хрустящий огурец, бабулька, – а что ты сынок так разгорячился? Не заболел часом?

– Да, нет, что Вы, у меня есть предложение к Вам, только поймите меня правильно, – не хотите ли Вы, так сказать поднять чарочку, другую за хорошую дорожку и за знакомство?

– Да как же милок, тебя можно понять не правильно, если ты так подробно все рассказал, – засмеялась Антонина Петровна;

– Может Вы могли подумать, что я алкоголик какой, – продолжал пояснение свое Андрей;

– Был бы алкашем, на столе бы у тебя не стояла бы почти полная бутылка, я на таких «любителей закинуть за воротник», нагляделась, – успокаивающе пояснила Антонина Петровна, – не откажусь, чарочку пропущу не пьянки ради, здоровья для.

– А Вы не будите против того, если к нам присоединиться наша эксцентричная проводница, а тоя ее сегодня чуть до инфаркта не довел, – поинтересовался Андрей;

– А чего против-то быть, хорошая женщина, – одобрительно согласилась Антонина Петровна, – только грусть у нее в душе, пусть придет, может и развеется.

Андрей вышел из купе и пошел за проводницей.

– Ну, все, и так скукотища, а еще и старческие бредни слушать целый вечер, – с тоской процедила Татьяна.

– Да, не стони, моя хорошая, – успокаивала бабуля свою внучку, – компания добрая, и люди веселые, вот посмотришь, как все поколения сойдутся в «одной песне».

– Нет, я могу зайти, но не на долго, у меня смена через два часа, а еще отдохнуть хотела, – заходя в купе, говорила она в сторону коридора.

За ней зашел Андрей, неся в руках, упаковку с круассанами, и тремя шоколадками.

– Держи бука, – обратился он к Тане, и протянул ей большую шоколадку, и заигрывающим тоном добавил – а будешь себя хорошо вести, и круассанчиком угощу!

– Больно надо, – ответила Таня, надув губы, – но шоколадку взяла.

Здравствуйте еще раз, – поздоровалась проводница с бабулей и ее внучкой, тут меня Андрей к Вам приволок, неудобно как-то, – начала оправдываться она, теребя воротник своей блузки.

– Да ты что любезная, – решила подбодрить ее Антонина Петровна, – проходи ради бога, скрасим друг другу наши одиночества.

– Ничего себе, Антонина Петровна, да это прям первый тост, – удивленно оживился Андрей, и подсел к Татьяне на полку.

– Не возражаете юная леди, если я к Вам подсяду? – с подколкой поинтересовался Андрей;

– Не выпендривайся, ты не на много меня и старше, – с уже игривым тоном в голосе ответила Татьяна, – сел уже, что спрашивать.

– А вдруг ты в меня вилкой ткнешь из-за личной неприязни? – продолжал подтрунивать Андрей, разливая в принесенные рюмки проводницей коньяк.

– Я могу только пирожком ткнуть, или огурцом, – уже смеясь в голос, ответила Татьяна.

Проводница села возле бабульки. И придерживая свою грудь, потянулась за огурцом.

– Да где же это видано, чтоб коньяк заедали огурцом, – вскинула руки и, хлопнув в ладошки, – возмутилась Антонина Петровна, оставь сынок эту бутылку, вот для дамы, указывая на проводницу, продолжила она, для такого случая, есть один сурпрыз, – дорогушечка, если не затруднит, я привстану, а ты подними полку, и достань, пузырек. Он в красной сумке.

– Ба-а-б, ну ты что, этим пойлом людей травить, – всполохнулась Таня, – это она отцу везла, а ему нельзя, вот и тащит обратно.

– Так оно конечно, это же натуральны продукт, не то, что вы привыкли всякую дрянь пить, с энтой, утром как огурчик! – возмутилась бабуля, – А не взяла бы обратно, вот бы и угостить хороших людей было бы нечем.

– Антонина Петровна, – обратился к ней, улыбаясь, Андрей, – да у Вас необычайная дальновидность.

– У меня жизнь за спиной, сынок, – философски ответила она.

– Пожалуй, в этом есть резон, – констатировал Андрей, – это я на счет огурчиков и самогона;

– Так, это добром, может, не кончится, – глядя на литровый бутыль, – констатировала проводница;

– От бобра добра не ищут, – процитировал Андрей, современную пословицу.

– Да, да, – продолжила Таня, – и у старухи оживает проруха;

– Фу, как пошло, – сказала проводница;

– Не парьтесь, главное, чтоб всем было хорошо, – ретировалась Татьяна;

– Вот за это и выпьем, – поддержал Татьяну, Андрей, – сказал, разряжая обстановку.

Выпив, все оценили, крепость напитка.

У Андрея, от «натурального продукта», вздыбилось все, даже волосы, у проводницы проступила испарина во всех неприличных местах, а бабулька лишь крякнула, и смачно откусила огурец.

– А ты что не пьешь? – спросил Андрей, отдышавшись от градуса, закусывая «ядреным» огурцом, у Тани.

– Мала еще, – ответила за нее бабуля.

– Понятно, а может капельку коньячка, под шоколадку, так, чтоб от коллектива не отставала? – спросил Андрей у Антонины Петровны;

– Ну, если есть желание, то почему бы и нет, – согласилась бабулька – коньяк, благородный напиток.

– Тогда хочу поднять бокал за тех, кто сейчас следует по «венам» железной дороги, к месту пребывания, – предложил тост Андрей.

– Сколько езжу по маршрутам, а такого тоста еще никогда не слышала, молодец, – с восторгом, высказала, свое восхищение, проводница.

Все, выпили. Татьяна сморщившись, закусила шоколадкой, а все остальные, разом закусили огурцами, и начали поглощать пирожки.

Андрей, закусив, попросил прощения, и вышел из купе в коридор. Пройдя в тамбур, он закурил. Вдруг, к нему присоединилась Татьяна. Она, подойдя, стала, напротив него, и спросила:

– А почему на тебя так реагирует проводница?

– Как реагирует? – переспросил Андрей;

– Будто, ревнует, – продолжила она;

– Брось, тебе показалось, – улыбнувшись, ответил Андрей.

– А, что все про меня, да про меня, – затягиваясь очередной порцией никотина, спросил Андрей, – у тебя парень есть?

– Да ну их, одна пошлость на уме, а нет, так поговорить, а может помечтать… – задумчиво сказала Таня.

– Бог ты мой, ты откуда упала? Тебе сколько лет?! Если человек говорит тебе честно: «а не оттопыриться бы нам», – так он не лукавит, а если бы тебя мажор «гулял», поил, и всякие прелести, в жизни показав, приказал: «ты на сегодня моя»…

– Так в чем разница?! – спросил Андрей, – И тот, и тот, реализует свои «хотелки», просто используют разные методы, а вот если они сделают так, что ты сама взывать о «продолжении вечера» будешь, тогда, поверь, это делается из-за большой к тебе симпатии и уважения.

– А ты философ, – ответила она.

– Да нет, просто опыт есть, – ответил Андрей, улыбнувшись, подмигнул. – Пойдем, а то нас заждались.

– Чего так долго? – практически в один голос, спросили проводница и бабуля, причем подтекст у каждой был свой. У бабули – боязнь за целомудрие своей внучки, а у проводницы – боязнь потерять потенциального кавалера на эту ночь.

Андрей и Таня переглянулись и в голос засмеялись, давая им понять, всю глупость их умозаключений.

– Уф, уф, – накурился то как, дышать нечем, – замахала рукой возле носа бабуля, – не бережёшь свой молодой и крепкий организм, смотри от никотина, может организм стать и не таким «крепким», и, намекая на мужское здоровье, помахала демонстративно, взятым из пакета, огурцом.

Таня захихикала, а Андрей, поняв намек, предложил сразу тост: «Давайте выпьем за здоровье – женщинам здоровья, чтоб хотелось, ну а мужчинам, чтоб моглось! »

– Да ты прям тамада, – с восхищением произнесла бабулька;

– так в таком кругу, конечно, невольно станешь ты джигитом, «лебедушкам» забавы ради, стихи и песни сочинять, поскольку места рядом мало, чтоб им лезгинку станцевать. Разрешите мне бокал поднять, за Вас прекрасные создания: сестру, жену, подругу, мать! – Произнес Андрей и выпил залпом целую рюмку.

– Обалдеть, – с удивлением смотря на Андрея, произнесла проводница.

– Сынок, да ты романтик, – констатировала Бабулька.

– Ну, ты да-а-л, – выдавила из себя Татьяна, – нагородил, не перелезешь. Но приятно.

Тост Андрея всем понравился, и все дружно выпили за сказанное.

– Я, конечно, так говорить не умею, но хочу выпить за нашего молодого человека Андрея, который вас собрал в одну замечательную компанию, – резко встав, подняв рюмку над головой, сказала проводница.

– Да, молодец Сынок, за тебя! – поддержала тост бабулька.

– За тебя, – с каким-то неподдельным интересом в голосе и блеском в глазах, покраснев, сказала Таня.

– Спасибо. – Ответил Андрей. Это единственное пришедшее ему, в этот момент, в голову.

За окном уже стемнело. Лишь на горизонте еще светилась тонкая огненная полоска заката.

В дверь постучали и сразу же ее открыли снаружи. Прошу прощения, – извиняющимся голосом, заговорила мужская голова, просунутая через прорезь приоткрытого дверного проема, – мне Галину.

– Сейчас иду, пять минут, – с раздражением в голосе кинула проводница в сторону двери. – Так сидели хорошо! Эх, обидно, досадно, ну да ладно, – добавила она, хлопнув себя по ляжкам и потерев ладонями по ним, – надо идти работать. Приятного Вам отдыха и продолжения вечера.

– Так у нас еще как минимум два тоста, не закрытых остались, – притормозил ее Андрей.

Все посмотрели на Андрея в недоумении, но с какой-то надеждой.

Тост 1й

– Давайте выпьем за знакомство, а то мы так вот уже два часа общаемся, а конкретно друг с другом и не знакомы, и перейдем на «Ты», – начал пояснение первого тоста Андрей.

– А твоя правда сынок, я ни твое имя, ни имени нашей вагоновожатой не знаю, – согласилась бабуля;

– а я всех вас знаю, из билетов конечно, а вот так не знакома, – обрадованно сказала проводница;

– мне тоже интересно, – подала голос раскрасневшаяся от выпитого коньяка и от духоты в купе, Татьяна;

– значит каждый, когда поднимет рюмку и будет ею чокаться, будет представляться полностью, и как к кому обращаться, – продолжил Андрей.

– меня зовут Андрей, по батюшке Викторович, можно просто Андрей;

– меня зовут Татьяна Александровна, можно просто Таня;

– я Антонина Петровна, – улыбаясь, поддержала знакомство бабуля, – уменьшительное ФИО, это уже не в моем возрасте, поэтому называйте меня просто баба Тоня;

– ну, а я – Галина Евгеньевна, меня можно, – на мгновение, сделала задумчивый вид проводница, – меня как угодно можно (выдержав небольшую паузу, продолжила) звать, но все обращаются, кивнув на дверь тамбура, просто Галя.

Соединив все рюмки в одном объединявшем звоне, всех ранее незнакомых людей, Андрей крикнул в полголоса: «За знакомство! »

И все с удовольствием выпили.

Быстренько закусив пирожком, проводница Галина, обратилась к Андрею: «ну не томи, какой второй будет тост, а то мой напарник на г..но изойдется, прошу прощение за бедность речи».

Хорошо, жалко, что ты торопишься, ну да ничего.

Тост 2й

– Давайте выпьем на посошок! Нам (Андрей показал на себя, Татьяну, и бабу Тоню) спокойной дороги домой, а тебе Галина, удачной и спокойной работы в дороге – пояснил свой тост Андрей.

– Грех не выпить, – утвердительно кивнула головой баба Тоня, и все с ней согласились.

Выпив и закусив огурчиком, Галина пошла, принимать дежурство.

– С вашего позволения дамы, я отлучусь покурить? – задал Андрей вопрос оставшимся женщинам.

– Да ладно уж иди, а то вон смотрю, уши уж в трубочку закручиваются, – смеясь, одобрила баба Тоня.

– И я пойду, подышу, а то здесь душно – обратилась Таня к своей бабушке.

– Да иди уже, – махнула на нее рукой баба Тоня, – а я здесь проветрю, да подберу со стола.

Андрей и Таня вышли в тамбур.

В тамбуре было пусто. Подойдя к выходной двери, Андрей подкурил сигарету.

– Что сбежала-то от бабки, ишь, как она тебя блюдет, – с улыбкой обратился Андрей к Тане;

– да ну ее, с таким цербером до старости буду в девках, – махнула в сторону купе, Татьяна;

– а кто тут давеча мне заливал, про «помечтать», а? Сама-то про пацанов, грезишь?! – подтрунивающим тоном продолжил Андрей;

– так, я то и не отрицаю отношений с парнями, просто козлов до фига. – Ответила она с грустью.

– Понятно, все с тобой, тебя парень бросил, так? Из-за того, что ты ему отказала. Вот и весь коленкор. – Вопросительно констатировал Андрей.

– Давай не будем, хорошо? Все было наоборот, но это не твое дело, – жестко парировала вопрос Татьяна.

– Без обид. Давай дружить, нам с тобой делить нечего, – Андрей сделал многозначительную паузу, – а разделить, а чем черт не шутит.

– Чего разделить? – Не поняла Таня

– Ложе, одр, кровать, пастель да хоть сеновал, в конце-то концов, – расшифровал Андрей смеясь.

– А хо-хо не хо-хо? – съязвила Таня, губёнку закатай, Казанова хренов.

– Да ладно, это шутка юмора была, – отшутился Андрей.

– В каждой шутке есть доля шутки, а остальное – с колена по «правде», да рот сильно потом не открывай, а то «правда» повыскакивает, – продолжала злиться Татьяна.

– Да перестань ты, ей богу, не любишь ты шутки;

– Такие, не люблю!

– Проехали, – погасив сигарету, сказал Андрей. – Пойдем, а то договоримся до кулачного боя.

И они пошли молча, каждый со своей правдой.

Вагон уже готовился ко сну.

Войдя в купе, Андрей увидел, совершенно иначе накрытый стол. Место пирожков на столе красовалась жареная курица, на блюдцах была овощная нарезка.

Изумленный Андрей, глядя на стол, обратился к бабе Тоне: «Это в честь чего такой шикарный стол? »

– А это миленок, тебе из вагона-ресторана передали, видать, ты хороший человек, раз тебя здесь многие знают и вот так выражают свою признательность, – ответила баба Тоня.

– Понятно, я просто хотел сегодня вечером кое с кем поужинать, а вон оно как получилось, – ответил Андрей, думая, что это прислала Лариса.

– То есть, из-за нас у тебя нарушились планы? Ай, ай, ай. – Качая головой, вздохнула она.

– Все нормально, у меня еще будет время сказать свое ответное слово тем, кто все это прислал, – успокаивающим тоном, ответил Андрей.

Потирая руки, Андрей пропустил удивленную Татьяну вперед, на ее место.

– А что, Андрей у тебя много здесь в поезде друзей? Почему вы не вместе едите? – поинтересовалась Таня.

– Друзья у меня в поезде появились, исключительно из рабочего персонала этого поезда, хотя нет, один пассажир, познакомился я с ними в ряде произошедших в ходе моей поездки событий.

Вдруг в проеме дверей, появился тот интеллигентный старичок, которому Андрей помог с чемоданом.

– А вот и он, тот единственный старичок, который не из числа персонала поезда, – обрадованно сказал Андрей.

– Доброго Вам вечерочка, – улыбаясь, поприветствовал присутствующих в купе, доброжелательный старец.

– Как Вы нас нашли? – поинтересовался Андрей

– А мне про Вас рассказала прелестнейшая особа Лариса из вагона-ресторана. Я, было, хотел Вас молодой человек пригласить составить мне компанию в ресторане, так сказать из вежливости, но подумал, что вдруг Вы не одни, и решил напроситься к Вам в гости, Не возражаете? – поинтересовался старец у Андрея.

– Что Вы, конечно, да и нам было бы интересно послушать про нашего попутчика, – взяла на себя инициативу баба Тоня;

– премного благодарен, – ответил ей старичок, – быстро работает у них (показывая, оттопыренным большим пальцем себе за спину) сервис по доставке, пока я ходил за бутылочкой коньяка, к себе в купе, они уже все вперед меня принесли, наверное, вы были сильно удивлены? – обратился он к Андрею.

– Еще как, да и не только я, но и здесь все присутствующие, – окинув Таню и ее бабушку взглядом, ответил Андрей.

– Хорошо, – пройдя в купе и подсев к бабе Тоне, сказал старичок, – тогда давайте выпьем за знакомство.

– Стоп, – как бы сам себя остановил он. – Да я вижу, вы тут более натуральным напитком балуетесь, – так с вашего позволения мы его и будем «кушать».

– Конечно, конечно, – обрадовалась баба Тоня, – все натуральное, все свое. Вы еще огурчики попробуйте, объедение.

– Я даже догадываюсь, чьи они, – улыбаясь, подмигнул старичок бабе Тоне.

– Давайте выпьем за наше замечательное знакомство, – наливая по рюмкам, продолжил старец, – кстати, меня зовут Николай Валентинович.

Все представились по второму кругу и, подняв бокалы, чокнулись ими.

Баба Тоня разрезала курицу, и предложила всем присоединяться к трапезе.

Николай Валентинович, долго рассказывал, про свою насыщенную, долгую жизнь. Как прошла его юность, резко перешедшую в военное взросление. Как послевоенное время поднимали города из руин, как встретил свою «судьбу» Алену и как, прожили они вместе бок о бок полвека, нажив двух детишек, которые разлетелись по стране. О том, как тяжело терять близких тебе людей, и на старости лет полностью менять свою жизнь.

– Вот так теперь мотаюсь по стране, то к детям погостить, то внуков попроведать, – закончил свой интереснейший рассказ Николай Валентинович – и так я встретил, этого замечательного молодого человека Андрея.

Андрей неподдельно смутился. Нет не из-за того, что его хвалили, а из-за того, что он стал пусть маленькой, но частичкой истории жизни, этого интереснейшего интеллигентного человека.

Вот так и мы, желая того или нет, своими поступками влияем на ход жизни разных людей, знакомых и незнакомых, любимых и врагов. И всегда приятно осознавать, что ты, сделав добрый поступок, просто так, по зову сердца, пусть на миг, но сделал кого-то счастливым.

Таня, выйдя из чар рассказа старичка, почувствовала, что движение ее руки что-то мешает, обратив внимание на свою руку, увидела, что на ней лежит ладонь Андрея. Отдернув руку, Таня посмотрела на Андрея вопросительно? В ответ Андрей пожав плечами, дал понять, что сам не понял, как это получилась.

Таня, сделав прищур глазами, и поджав губы, резко мотнула головой, тем самым говоря, чтоб он больше так не делал. Андрей улыбнулся в ответ, и закачал головой, как бы говоря, что конечно, такого не повториться.

– Какая идеальная пара, – высказал с улыбкой умиления, свои наблюдения Николай Валентинович, – понимают друг друга без слов.

– Что за глупости, – возмутилась Татьяна, – больно надо, этого мне еще и не хватало.

– Поживем, увидим, – посмотрев в темноту ночи, как бы заглядывая в будущее, проговорил старичок.

Приятно удивленный Андрей, процитировал Леонида Филатова: «В нашей жизни может быть, даже то, чего не может быть»!

– Ну и ты туда же, – с разочарованием продолжила Татьяна.

– Все нормально, – как бы подбадривая, ответил ей Андрей. – Так, я курить! Кто со мной? – с надеждой посмотрев на Татьяну.

– Я тоже разомнусь, – сказала Таня, встав следом за Андреем, и положив руку ему на плечо, пародируя «Масяню» добавила, – пойдем-ка, «муженек» покурим-ка.

Все дружно засмеялись.

– Я вижу вам там весело, – спросила встретившая Андрея и Таню, проводница Галина.

– Да уж, – ответила Татьяна, язвительным тоном – просто цирк «Шапито» на выезде;

– Тут тебя и напоят, и накормят, сказку на ночь расскажут, и спать уложат, да, чуть главное не забыла, замуж выдадут, – продолжила неугомонная Татьяна.

– Замуж? Замуж – это здорово! И все это у вас в купе? – смеясь, спросила Галина.

– Ага, – подхватил сарказм, и ответил Андрей, – ты бы присоединилась, а то всех женихов разберут.

– Так я готова, смену уже сдаю, – с радостью согласилась проводница, – у меня конец смены через полчаса.

– Ну-ну, флаг вам в руки, – с какой-то ревностью выдавила из себя Таня…

– Конечно, приходите, есть идея, как провести приятно вечер, – предложил Андрей;

– ага, вечер, переходящий в ночер, – дополнила, с сарказмом Таня;

– по моему, на тебя коньяк плохо действует, – обратился Андрей к Татьяне;

– зато на тебя «СЭМ» хорошо действует, всех готов переиметь, – не успокаивалась Татьяна, – я же вижу, как у вас двоих глазки горят, когда вы встречаетесь взглядом;

– я чего-то не догоняю, ты мне кто? Жена? Мать родная? Ты прекращай свои сцены ревности, а то я и вправду поверю, в твою влюбленность в меня, – пытаясь успокоить и перевести в другое русло, заявил Андрей.

Глядя друг на друга Андрей и Татьяна, пытались разобраться у себя в голове, со своими, бурно кипящими мыслями.

– Все, проехали, – я чего-то реально перегрелась, с осознанием неверного проявления своей востребованности, – сказала она.

– Это ты во всем виноват! – однозначно констатировала Татьяна, и отвернулась к окну.

Не в первый раз Андрея обвиняют в том, что он, по сути, всегда старался оградить своей заботой любимую его девушку, а получалось в ответ, наоборот. Его обвиняли девушки в:

1. Не может делать, как он (тот, предыдущий ухажёр);

2. Почему только цветы, на колечко денег жалко?

3. А почему в машине общаемся, квартиру слабо снять?

4. А почему на съемной, что боишься домой привести?

5. Неужели у нас это так, просто?

6. А когда мы к твоим родителям в гости поедем?

7. Ну и ладно, больно надо было, пусть не любят, зато узнали, что «Я» у тебя есть!

8. Отстань, тебе надо, ты и иди, я спать хочу…

9. Помой сам, ты видишь, я ногти накрасила! А если бы любил, то давал денег на маникюршу!!!

10. Я, что тебе раба, я сильно устаю дома, а еще учеба;

11. Из-за тебя, я сессию провалила, теперь давай решай вопрос, чтоб меня не исключили…

12. И так далее и тому подобное…

Поэтому Андрей и решил, если уж и будет у него постоянная девушка, так только такая, которая будет жить ради семьи, которую сама готова создать! А все остальное, это так, игра гормонов, да опыт в сексуальной жизни.

Но как поделиться своими жизненными выводами с этой, своенравной девицей, она реально, еще витает в «детских облаках» и ничего слышать не хочет.

«Постой, а почему я зациклился на этой свиристелке? – спросил Андрей сам у себя, – сильно уж она заняла мои мозги. Нет, такой балласт мне реально не нужен, да и объяснять ей чего-либо, бесполезно. По крайней мере, пока».

– Ал-ле, «БУКА» не егози, будь проще, живи настоящим, жить будущем будем потом, когда будет семья!

– У нас с тобой? – с недоумением, спросила Татьяна

– Я имел, в виду вообще, когда будем зрелыми, и у нас будут семьи, – мечтательно ответил Андрей, но потом добавил, – а пока живи и наслаждайся каждой минутой.

– Хорошо, – заявила Татьяна, – Поцелуй меня! Вот прямо так, сразу! Прям сейчас! Не раздумывая! Я готова!

Андрей опешил, он не ожидал, что эта «пацанка», прям вот так, прямо заявит: «Поцелуй меня! ».

– Я, конечно, могу, больше того, хочу! – ответил Андрей, – но не сейчас, и не в такой обстановке.

– А-а, сдрейфил, – обрадованно, заявила Татьяна, чувствуя свою победу, – я так и знала;

– Поверь мне, просто жду, чтоб ты приняла меня, таким, какой я есть, и чтоб мои притязания к тебе были, тобой осознанны и приняты, – тупо ответил Андрей;

– Ты, что такой тугой, я тебе удивляюсь, я уже БОЛЬШИМИ БУКВАМИ ТЕБЕ ГОВОРЮ: «ТЫ МНЕ ОЧЕНЬ НРАВИШЬСЯ! Я, ТЕБЯ ХОЧУ! ДУРАК!!! »

– А вот этот разговор, давай оставим на потом, и самое главное, оставь свой контакт, – взволнованно, предложил Андрей.

– Ты тупой, и толку от тебя, как молока от жука – коровы, – заявила Таня, – и пусть тебя, терзают мысли о высоком, но знай, что ты сейчас навечно потерял меня!!!

– Милая моя, ты только начала жизнь, и все у нас, надеюсь, впереди, – заявил Андрей.

– Блажен, кто верует, – процитировала она слова из Библии.

– Но никогда не хорони надежду, – заявил Андрей Татьяне!

Подойдя к своему купе, Андрей услышал, что там веселье идет полным ходом.

– А ведь, «наши» зажигают не по детски, обратился Андрей к Тане.

– Может, не будем мешать? – подойдя к Андрею и прижавшись к его груди, – спросила Таня.

– Я, согласен, – ответил Андрей, – но давай сейчас не будем искушать судьбу, пусть идет все своим чередом…

Андрей, поднял голову Татьяны за подбородок и поцеловал ее в губы. Руки Татьяны легли ему на плечи, полностью обхватив его шею.

Андрей бережно взял Таню за талию, и ощутил всю нежность и хрупкость ее юного тела. Неудержимая дрожь возбуждения нахлынула на него, и страстное желание избавится от пут одежды всем телом ощутить невинности прикосновение.

Здравый смысл, Андрея вернул из коварных объятий своей похоти, и немного отстранив Татьяну, сказал шёпотом: «Милое создание, ты само очарование, и находясь с тобой рядом, я теряю над собой волю. Ты прости, но я не могу так с тобой поступить по-свински, ты еще юна и давай не будем делать безрассудных поступков. Но терять тебя я не хочу, если ты не возражаешь, давай дружить, я буду с нетерпением ждать тебя в Москве, когда ты вернешься».

– Я буду жить одной мыслью о тебе все каникулы, может это действительно судьба – шёпотом, ответила Татьяна и еще раз подарила Андрею короткий поцелуй.

Дверь третьего купе открылась, и на пороге показались Андрей и Таня. Проводница Галина, обернувшись к двери, смеясь, высказала свою мысль: «вот они, а мы тут уж и не думали вас до утра увидеть».

– Не дождетесь, – съязвила в ответ, Татьяна.

– Что мы здесь пропустили интересного? – спросил Андрей, потирая ладони, друг о дружку.

– Молодой человек, здесь вы ничего потерять не можете, главное, чтоб вы у себя «себя», не потеряли, – загадочно произнес Николай Валентинович;

– у меня тост на эту тему, – сообщил Андрей;

– ты сынок меня пугаешь, уж не жениться вы собрались? – произнесла баба Тоня;

– ну что вы, – поспешил успокоить ее Андрей, – я хочу поднять бокал за повелителя наших судеб, (все посмотрели на Андрея удивленно в недоумении) за батюшку «СЛУЧАЙ».

– Ну вот, опять ты мудрость в тост превратил, молодец! Ты не по годам мудр. – Подметил старичок. – Хороший тост, за это надо выпить!

Выпив за сказанное, Николай Валентинович, закусив, сказал: «да, хорошая у нас компания получилась, хотелось бы продолжать и продолжать, однако, – подняв указательный палец над головой, – пора и честь знать. Приятно было с вами пообщаться, надеюсь, завтра еще разок свидимся, поскольку, я вечером завтра уже прибуду к внуку».

Подняв руку, открытой ладонью, старичок сделал ею жест «пока-пока», и уже в проеме двери, добавил – Всем приятных снов!

– Какой замечательный мужчина, – с грустью в голосе, – констатировала баба Тоня.

– Так вы бы телефонными номерами обменялись, – воодушевился Андрей, – я сейчас.

Выбежав из купе, он крикнул: «Николай Валентинович, подождите». Не прошло и двух минут, как Андрей вернулся, в руках у него была салфетка, на которой каллиграфическим подчерком были нарисованы ряд цифр, и стояла подпись: «С глубокой признательностью Н. В. »

– Спасибо тебе большое, мой хороший, – с трепетом в голосе поблагодарила Андрея баба Тоня, и взяла салфетку с номером, трясущимися от волнения руками.

– Ну, раз пора баиньки, значит пора, – с тоской в голосе, вставая, произнесла проводница Галина, – мойте носики и в люлю. Так, давайте я сейчас весь мусор соберу, и выкину, – продолжила она.

– Да, – кряхтя, поднялась с полки баба Тоня, – пить, гулять и веселиться, можно лишь тогда, когда ты знаешь меру, – философски подметила она.

– Все, молодежь давай на боковую, да, и смотри мне «громовержец», не шуми ночью – обратилась она к Андрею, – в смысле, не храпи.

Андрей и Таня, переглянувшись, улыбнулись друг, другу.

В купе погасили свет. Андрей пожелал Татьяне и бабе Тоне спокойной ночи, и с удовольствием получил взаимные пожелания.

Монотонный стук колес, убаюкивающей колыбельной мелодией погружал пассажиров поезда дальнего следования в сон.

То ли от боязни захрапеть, то ли от перевозбуждения, то ли храп «чутко спящей» бабы Тони не давали Андрею никаких шансов уснуть. Сначала он смотрел на мелькающие тени на потолке, потом любовался спящей Татьяной, но вскоре решил пойти покурить.

– Что не спиться, – услышал, проходя мимо купе проводницы, ее полушёпот.

– Ага, чего то никак сон не идет – ответил Андрей.

– Покуришь, заходи, если спать не надумаешь, – позвала его проводница.

– Хорошо, зайду, – согласился Андрей, – выпить есть?

– Найдется, не переживай, – утвердительно заверила его проводница.

Андрей направился в тамбур.

В тамбуре было пусто, Андрей закурил сигарету. В окне проплывали светящиеся глазницы домов, какого-то частного сектора, вдоль железнодорожного полотна проходила проселочная дорога, и по ней мчался, на мотоцикле какой-то деревенский лихач.

Да, вот, так же как и сейчас ты едешь туда, куда тебя ведет дорога, а оказывается, совсем не так, это не дорога тебя ведет, а судьбы рука направляет тебя, по известному, только лишь ей одной, пути.

Выбросив в пепельницу, давно уже погасшую сигарету, Андрей пошел к себе в купе.

Подойдя к купе проводницы, Андрей постучал.

– Заходи, заходи, не бойся. – Пригласила его Галина, – мне тоже не спиться, хотя и надо, а то опять сменщик губы будет дуть, дескать, один вкалывает, да и хрен с ним, все одно уже моя крайняя поездка, устала от кочевой жизни. – С грустью в голосе продолжила она.

– Понимаю – решил поддержать ее Андрей – вам, женщинам, нужен теплый угол – чтоб создать уют, заботливый муж – чтоб любил, да сорванцов пару – дабы проявлять свою заботу, вот тогда женщина и чувствует себя реализованной по сути своей. А неуж-то у тебя вообще никого нет? – закончив свой монолог, спросил Андрей.

– А ты как думаешь? – вопросом на вопрос ответила проводница, – конечно, есть дочь, в институте учится, мужа давно схоронила, из-за этого и на дорогу пошла, отвлечься.

– А что с мужем? – осторожно спросил Андрей

– Он у меня лесником был, строгий до ужаса, но внутри был очень добрый, каждую зверушку, каждую букашку очень любил, всегда говорил, что «самый страшный зверь, это человек». Вот и погиб из-за большой любви к зверушкам, застрелили его браконьеры. Понятное дело, никого не нашли – сильно вздохнув, ответила проводница.

Взяла со стола бутылку водки, открыла ее и разлила по стопкам.

– Помянем, хороший был человек, мужик был с большой буквы, руки золотые, жили мы душа в душу, любил меня, на руках носил… А когда приставал, то тут только держись, так «жарил», что от его напора душа готова была вылететь! Царствие тебе небесное, Юрочка! – подняв свою рюмку, произнесла Галина.

Андрей поддержал сказанное Галиной, и тоже залпом выпил содержимое своей рюмки.

Закусив «колесиком» копченой колбасы, Андрей налил по второй.

– И что вот так больше и ни с кем, не сошлась? – удивленно спросил Андрей;

– Нет, любовь умерла вместе с мужем, ну а так, для здоровья чтоб, так это само собой, вот только редко такое бывает, всякие чахлики пытались «ужалить», а мне нужен мужи-и-к и Галина показала кулак.

Андрей подумал про себя: «да этой женщине нужен мужик – «отбойный молоток»» и улыбнулся.

– Давай Галина тогда выпьем за сильных «духом» мужиков и страстных женщин, – предложил в шутку Андрей.

– А что, давай за это и жахнем по рюмашке, согласилась, широко улыбаясь, Галина.

Выпив, Галина, закусив ломтиком лимона, поинтересовалась: «А сам то, что еще не женился? »

– Ну учусь пока, дышу свободной жизнью, да и не нашел, ту ради которой мог бы распрощаться с беззаботной молодостью, и стать «мужем» по сути и по жизни. Короче я в поиске. Но, как мне кажется, ненадолго. – Ответил Андрей и задумался.

– Что есть вариант на горизонте твоей «свободы»? – с улыбкой поинтересовалась проводница.

– Кажется, есть, – не выходя из задумчивости, ответил Андрей.

– Ой, да вы гляньте на этого хлопца, – изображая одесский говор, засмеялась она, – он таки влюбился, а сам про енто еще не знает. – Только ты давай без обид, это я так шутку юмора сказала.

– Да я и не думал обижаться, давайте выпьем за любовь! – предложил Андрей.

– Да с превеликим удовольствием, ответила проводница. – Ну, давай хоть чмокнемся, для порядку, – добавила она.

– А давай, – с азартом, согласился Андрей, выпив свою рюмку водки, – закусим страстью!

– Я вообще-то только чмокнуться предложила, – изображая удивление, сказала Галина, – но ход твоих мыслей мне нравиться.

– Да я это так, образно – оправдываясь, сказал Андрей;

– Ну конечно, я так и поняла, – улыбаясь, ответила Галина и выпила свою рюмку водки.

Выпив за сказанное, они коснулись друг друга губами. Но на поцелуй это вообще не было похоже. Зажатость в эмоциях обоих читалось в каждом их движении.

Андрей пытался сдерживать свои эмоции по отношению к этой пусть не красавице, но очень притягательной женщине. У нее был свой, особый магнетизм. В ней, не было ничего, что могло бы оттолкнуть Андрея, даже те дерзкие словечки, которыми она осыпает каждого пассажира, не имеют пошлости и злого подтекста, имея какое-то внутреннее чутье, она своими высказываниями могла моментально описать внутреннюю суть человека, и, имея дар сглаживать негативные настроения, все превращала в легкие непринужденные шутки.

Смотря Галине в глаза, Андрей был поглощён ее насыщенно зелеными глазами, подобными глазами обладали мифологические «сирены», которые разжигая желание, манили прильнуть в безудержном порыве к устам коварной их обладательницы.

Губы Галины были средней толщены, что говорило, о ее естественности во всем. Такие женщины открыты и естественны и в быту, и в сексе, и в работе, и, в общении с детьми, такая женщина – всегда остается сама собой. Не зря ведь лирики воспевают прекрасные женские уста в своих поэтических шедеврах, а художники пишут великолепнейшие портреты. Певцы воздают славу женским губам благодаря романтическим словам песен. И все это происходит на протяжении многих столетий подряд.

Вот, что манило Андрея в этот момент, и вот из-за чего он так сдержанно, прильнул к губам Галины, он просто боялся показать нахлынувшее вдруг желание обладать этой, простой и грубой, но в тоже время горящей внутри обжигающей страстью, вышедшей из мифов, Женщиной.

«Какой харизматичный и темпераментный, но умеющий держать себя в руках, молодой человек, а мне очень тяжело себя сдерживать, чтоб не наброситься на него. Такого желания мужчины, у меня уже очень давно не было, мой низ живота просто бурлит своими соками страсти, а безудержное сердце, готово вырваться на свободу». – Роились в бешеном водовороте мысли у Галины.

«А я ведь сама этого хотела, с самого первого его взгляда там, на перроне, и вот здесь, возле меня, и я готова ликовать во весь голос, сорвать с себя всю одежду, прижать его к своей груди, и вперемешку с поцелуями, шептать ему, что он мой! Что он здесь! Что он со мной!!! » – призналась она себе.

Наполнив дрожащими от волнения руками стопки, Андрей предложил тост: «пусть я сейчас складно не скажу, но озвучу то, что у меня в душе. Хочу пожелать нам всего наилучшего, пусть жизнь наша не была монотонна, как эта дорога, а похожа была на проселочную. Поскольку ямки и рытвины, а за ними равнина, а потом лужи и камни, позволяют нам моментально менять свое направление, не отклоняясь от своей конечной цели, и тем самым даря нам опыт, в движении стремиться, как можно ровнее и «безболезненно» вырваться к ровной дороге. Так и жизнь, давая нам преодолеть свои трудности, закаляет нас. Давайте выпьем за нашу жизнь, со всеми ее проявлениями! »

Галина сидела и слушала Андрея заворожённо. А когда он закончил свой тост, произнесла: «за жизнь, которая дарит нам иногда такие приятные моменты (имея ввиду данный случай)».

Чокнувшись рюмками, выпив, они одновременно закусили оливками, от чего засмеялись.

– А давай еще выпьем на поцелуй? – пытаясь взять инициативу в свои руки Галина;

– ну, ради этого не обязательно частить с этим, – ответил Андрей, указывая на бутылку, и улыбаясь, подмигнул Галине – а то гляди до десерта можно не дожить…

Приобняв ладонью голову Галины, Андрей прильнул к губам ее со всей своей просящейся на свободу, страстью.

Галина схватила его за плечи и голову, и, потеряв над собой контроль, отдалась всецело поглощающей ее страсти.

Андрей положил на ее большую грудь, «окованную» в плотный бюстгальтер, пытаясь сквозь него промять манящую грудь изнывающей от желания женщины.

Медленно ложась на подушку, увлекая за собой Андрея, Галина наслаждалась его чувственным поцелуем. Просунув руку за спиной под блузку, она освободила стягивающие лямки бюстгальтера от «замка».

Андрей почувствовал, как большая и упругая грудь Галины рывком подалась в его ладонь, не упуская момента, минуя ткань блузки и «поднырнув» под, разрушенные оковы, хранителей заветной плоти, Андрей покрыл грудь всей своей ладонью.

Хоть рука у Андрея была намного крупнее средней, но все равно, охватить размер груди Галины, она не смогла. Крупный, похожий на конфету «арахис в шоколаде», сосок торчал и «вызывал» к его ласкам.

Андрей уверенными движениями расстегнул все пуговички на блузке Галины и рывком сорвал расстёгнутый бюстгальтер. Два налитых желанием «глобуса» освободившись от пут, свободно отпрянули друг от друга и замерли в предвкушении. Светло-коричневые ареолы, увенчанные твердыми вишенками, манили взор.

Андрей, от страсти изнывая, накинулся на грудь, ее сжимая, ласкал и теребил поочередно языком две спелых вишни.

Рука Андрея поползла, послушно повторяя черты округлых бедер Галины. Задрав юбку до пояса, Андрей одной рукой начал ласкать упругий бугорок Венеры, стараясь кончиками пальцев попасть на спрятанный от ласк под тканью плавок и колготок клитор.

Жаром обдало его пальцы. Лоно Галины просто пылало от желания. При каждом прикосновении тело Галины содрогалось. Под ласками руки Андрея, Галина немного развела бедра, и рука его, повторяя плавный контур лона, нежно начала опускаться к ягодицам.

Галина была на пределе беспамятства от таких ласк. Она еще никогда не встречала мужчину, который так мог сочетать в себе и нежность и жесткость. Ей казалось, что этот молодой любовник, обладает незабываемой техникой ласк. От его прикосновений и от ее сильнейшего возбуждения, по телу начали растекаться бурлящие потоки оргазменного блаженства.

Раз за разом Галину накрывало волной тактильного оргазма, она не понимала, как не чувствуя в себе плоть мужчины, она испытывает сильнейшую эмоциональную и физическую разрядку.

Пока разгоряченное тело Галины трепетало в очередной неге, Андрей аккуратно начал снимать с нее колготки и плавки.

Такие упругие большие бедра Андрей видел в неглиже и ласкал впервые. Он раньше думал, что попы у женщин, чем крупнее, тем больше походят на желейную массу, покрытую апельсиновой коркой, однако кожа Галины была гладкая и упругая. Про таких женщин говорят не толстая, а «крупная женщина».

И сейчас эта новая, во всех смыслах для Андрея женщина, лежала перед ним нагая, наслаждаясь внутренними процессами запущенными его ласками.

Слегка полноватый живот переходил в довольно крупное лоно, покрытое четким треугольником недавно начинающих отрастать небольших щетинок. Большие лепестки ее любовного цветка не выступали, а были продолжением ее бугорка Венеры, и плавно растворялись под сводом ее тыльной части бедер. Через раскрытый от страсти любовный грот, сочился ее любовный нектар.

Андрей, скинув с себя облачение, предстал перед Галиной во всей своей красе. Его молодое, подтянутое тело, с явно выраженными атлетическими формами, с крепким, налившимся, мужской энергией, нефритовым стержнем, одним только своим видом сводило с ума, и так находящуюся, словно в «опийном кумаре», Галину.

Медленно сев на полке, Галина оказалась лицом, напротив, торчащего любовного орудия Андрея, жаждущего слиться воедино с ее трепещущим и жаждущим горячих ласк, лоном.

– Ты мой идеал, – произнесла Галина и медленно вставая, коснулась носом и грудью выдающейся, разгоряченной плоти Андрея.

Они вновь слились уж стоя, в едином страсти поцелуе. Ее прекрасные телеса касались его упругого тела, а его твердыня, упираясь в ее живот, обжигала его своим огнем.

Покрывая ее уста, шею и плечи поцелуями, Андрей развернул Галину к себе спиной. Лаская ее плечи, руки, бедра начал целовать плечи и спину, обжигая своим дыханием страсти. Руки его легли на страстью наполненную ее грудь, и немного наклонив Галину всем своим телом, Андрей направил свой напряженный любовный стержень в ее изнывающее страстью лоно.

Таких мгновений в жизни этих двух людей до сего момента не было и точно уж не будет, поскольку нет в нашей жизни дублированных «кадров».

Только резко вошедшее в изливающее соком любви лоно Галины, разгоряченное естество Андрея заполнило своим присутствием, неудержимая волна экстаза лишила счастливую женщину чувств.

Андрей испугавшись, принялся было, тормошить Галину, приводя ее в чувство, но услышал тихий голос: «не тряси, это нормально, у меня всегда так, дай насладиться этим моментом, войди обратно».

Послушно войдя в Галину, уже настороженно, Андрей начал неторопливые движения бедрами.

– Да, вот так, – прошептала Галина, – не торопись, я хочу, чтоб мы «прибыли к конечной остановке» вместе.

– Как скажешь, ты меня направляй, а я уж не подведу, – ответил Андрей уже более уверенно.

Андрей первый раз в процессе любовных утех, подчинялся наставлениям женщины, обычно он сам знал (так казалось ему), что и как делать.

– Вот так, да, не останавливайся, войди в меня весь, я хочу ощутить тебя всего, – задыхаясь от неги, прошептала в такт движениям Андрея, Галина.

Взявшись своими руками за пышные бедра Галины, входил Андрей всем своим естеством, чувствуя всю глубину обжигающего женского любовного сосуда…

Никогда не мог себе представить Андрей, что такая «монументальная» женщина при одном к ней прикосновении начинает трепетать каждой своей клеточкой от наслаждения.

Осмыслив это, Андрей, переместил одну свою руку, на свисавшую грудь проводницы, и начал лаская ее, стимулировать сосок.

Галин охнув, прогнулась в истоме, чем дала возможность более глубокого проникновения любовного орудия Андрея.

Превозмогая свои силы, Андрей взвыл в стоне от нахлынувшего на него оргазма, и тут же ощутил резкие сжимающие конвульсии лона Галины, что было ознаменованием ее «вселенского ликования».

Мощный поток нектара, обжег и без того горящее лоно Галины, и она от давно забытых ощущений разразилась бурным потоком взаимного извержения «кипящего» сока на плотно вошедший в нее стержень Андрея.

У Андрея тряслись ноги от перевозбуждения и, как ему в тот момент показалось, что единственной опорой был его увядающий, но все еще находящийся в Галине, мужской корень.

Держась за верхнюю полку, Андрей медленно вышел из Галины и сел, перед его взором были белые бедра проводницы, которая все так и продолжала лежать, вздрагивая всем телом на столике. Андрей борясь с внезапно нахлынувшей усталостью, наклонился вперед, и поцеловал бедро Галины.

Галина встала, ее ноги тоже тряслись и были ватными от разлитой по всему организму неги. Она села напротив Андрея, смотря на него сквозь полузакрытые веки, и улыбаясь, прошептала: «я действительно в тебе не ошиблась, ты идеальный любовник! Это что-то! Спасибо тебе! ».

– За что, – удивился Андрей;

– За то, что мне очень давно так хорошо не было. За то, что я счастлива, – томным голосом ответила Галина.

Они так и сидели, смотря друг на друга, в навалившейся на них от расслабления, полудреме. Звук внезапно появившегося встречного поезда вывел их из состояния приятной неги, и Галина, одеваясь, обратилась к Андрею: «Я тебе очень благодарна, но давай, пусть все будет, как было до этого момента. Эта безумная, умопомрачительная близость наших тел, останется в моих воспоминаниях навсегда, но прошу тебя, завтра, вернее уже сегодня, между нами должно быть ровно столько взаимного внимания, как и в первую нашу с тобой встречу. Хорошо? Надеюсь, ты меня понимаешь?!»

Андрей, конечно, понимал, возможные последствия и для него и для Галины, если вдруг, кто заметит их горящие взгляды, которые сразу все «расскажут». Косые взгляды, пересуды, и. в конечном счете, добавления, и без того «красочные байки», про проводниц и пассажиров.

– Хорошо, я все понял, и тебе спасибо за урок, я только сейчас понял, как это важно прислушиваться к женщине и к реакциям ее тела, аккумулируя все свои силы в нужном направлении – ответил Андрей.

– Ты хороший ученик, – теребя рукой за волосы Андрея, похвалила его Галина.

Поцеловавшись на прощание, оба любовника разошлись «навсегда». Андрей пошел тихонько в свое купе, а Галина, не спеша, прибрав со стола, легла на постель и погрузилась с улыбкой на губах, в блаженный сон.

Перед сном Андрей решил покурить. Зайдя в тамбур, встретил «старого знакомого» худощавого соседа по вагону. Тот, держась за выходную дверь, заметно качаясь, смотрел себе под ноги и курил.

Посмотрев на входящего Андрея невидящим взглядом, «худощавый» только махнул в его сторону рукой, и опять «повесив» голову, пробубнил понятную лишь ему, несвязную, череду слов.

Закурив сигарету, Андрей стал чуть поодаль от своего еле стоящего на ногах соседа, дабы подстраховать его, если тот начнет падать.

Докурив свою сигарету, Андрей погасил окурок о пепельницу, удивляясь гуттаперчевой стойкости «худощавого», который словно подвязанный на канатах, колыхался в такт вагону и не давал никакого намека на то, что он упадет.

– Пойдем, доведу, – обратился Андрей к «худощавому», и, не дожидаясь ответа, подхватил его под руку.

«Худощавый», остатками своего сознания, понимая (так показалось Андрею), чего от него хотят, махнув перед собой рукой, словно давая отмашку на начало движения, кивнул головой.

От «худощавого», шел незабываемый «аромат»: смесь сильного перегара, дешёвого табака и пота.

– Какое купе? – практически волоча по коридору, спросил Андрей, у еле передвигающего ноги «худощавого», стараясь дышать в другую сторону.

– С-е-мь, – еле шевелящимся языком прошипел «худощавый», не поднимая головы.

Дверь в купе была открыта, и из-за нее доносился какофония «работающих тракторов». На нижней полке спала пышнотелая дама с короткой стрижкой.

На одной из верхних полок лежал на спине «Степаныч», одеяла на нем не было, майка собралась под большой грудью (такой груди и малолетки, позавидуют – смеясь, подметил Андрей). Его огромный живот, похожий на гору, равномерно то поднимался, то опускался, в такт его храпа, и изредка, этот монотонный акт, разбавляли и дополнительные резкие звуки, доносящиеся из-под «горы».

Напротив этого горы – «Степаныча», лежала в полураскрытом халате, заносчивая Зойка «как свинья на пляже» – подумал Андрей. И то, что Андрей увидел под ним, вызвало очень сильное отвращение к таким особам. Бесформенное заношенное белье, небритые ноги, все это не сочеталось с восприятием Андрея прекрасного создания – женщины.

В купе был полный хаос из недоеденных продуктов, разного мусора, пустых пивных и водочных бутылок.

«Хорошо, что он на нижней полке спит»: подумал про себя Андрей, укладывая на пустой матрас обмякшее тело «худощавого», который успел уже «отключиться».

Постельное белье этого «уставшего» соседа, почему-то было скомкано и валялось под столом. Выключив свет и прикрыв дверь, Андрей пошел в свое купе спать.

КОНЕЦ 2-ой части

Часть 3-я

В из радиодинамика доносился голос Владимира Кузьмина, который пел, о том, как стонут провода, и поезд мчит его в сибирские морозы…

В нос Андрея «ударил» запах только что очищенного апельсина. Приоткрыв один глаз, Андрей увидел на нижней полке Татьяну. Татьяна сидела на постели в красной футболке и желтых спортивных трико, на ногах у нее были красные носочки.

«Светофор, – подумал с умилением, про себя Андрей, – но какое очарование! »

Поджав под себя ноги, и кушая дольки апельсина, Таня любовалась проплывающими за окном, цветочными полянами, играющими разными оттенками цветов, под чистым, бездонным синим небом.

Подняв голову, Татьяна улыбнулась, увидев, что Андрей проснулся, и сказала: «Доброе утро, засоня! »

– И тебе не хворать, – попытался сострить Андрей, лежа на одной щеке. – А который час?

– Время петь, а мы не ели, – перефразировала одну нецензурную пословицу, Татьяна.

– Я не храпел? – спросил Андрей.

– Я ничего не слышала, – ответила Таня, смеясь, – я всегда в поезде беруши использую, а то спать без них, просто одна мука.

– А где баба Тоня? – продолжил беседу Андрей.

– Так, приходил Николай Валентинович, и пригласил нас в вагон-ресторан, вот они и ушли, ответила Таня.

– А ты чего не пошла? – поинтересовался Андрей.

– Не хотела, – опустив глаза, ответила Таня, – без тебя, идти не хотела.

– Вот глупости, а ну брысь в ресторан! – хотел было, возмутиться Андрей но, подумав, продолжил – хотя погоди уж, вместе пойдем, только приведу себя в порядок, да морду – лица умою.

– Уговорил, – улыбаясь, съехидничала Татьяна, – так и быть, подожду.

– Отвернись, я оденусь, – изображая строгость, попросил Андрей.

– Ой, больно надо смотреть, – игривым голосом, изображая равнодушие, ответила Таня.

Андрей, лежа на верхней полке, махом натянул трико, и футболку, спустив ноги в низ, из стойки, на руках, плавно опустился на пол.

– Ну, прям акробат, – изображая «восхищение» и хлопая в ладоши, сказала Татьяна.

– Ты акробата не видела, – с интересом констатировал Андрей, и рассказал свою вчерашнюю эпопею, с «худощавым».

– Обалдеть, вот нам угораздило с такими соседями ехать, а почему «худощавый»? – с интересом в голосе, спросила она.

И Андрей, не без ложной скромности, рассказал про встречу в тамбуре, про историю в вагоне-ресторане, про свою стычку с «Романычем», и вернулся к своему вчерашнему приключению.

– Да, а у тебя насыщенная поездочка получается, – с удивлением и интересом в голосе произнесла Таня.

– Да уж, скучать не приходиться, хорошо, что завтра уже приеду домой, – с тоской в голосе, ответил он, нет тоска не от того, что приключения закончатся, а от того, что он действительно соскучился по дому, а ему ЕЩЕ целые сутки ехать.

– А нам уже через пять часов на выход с вещами, – с грустью в голосе сообщила Таня.

– Как? И ты молчала? – с неподдельным удивлением и сожалением вскрикнул Андрей.

– А что ты хотел, ты же сам говорил, что все мы здесь приходящие и уходящие, и ничто не постоянно, – пояснила Таня, смотря на реакцию Андрея.

– Я, – Андрей помедлил, обдумывая каждое свое слово, – я хочу продолжения наших отношений, ты же вчера была не против того, что мы с тобой после каникул увидимся в Москве?! – добавил с надеждой он.

– А я подумала, что это у тебя на фоне вчерашнего выпитого, так разыгрались эмоции, – с недоверием, но с надеждой в голосе ответила Татьяна.

– Как вчера, так и сегодня, я тебя прошу о продолжении нашей встречи, ведь ты и сама была не против или, слова эти были у тебя рождены желанием, подогреваемым выпитым коньячком? – с надеждой на ответ, которого он так ждет, парировал Андрей.

– А как ты сам думаешь? – спросила она.

– Ты, конечно, молодец, предлагаешь мне ответить на нас интересующие с тобой вопросы самому, и сделать вывод, «правильный» вывод, – удивленно проговорил Андрей.

– Самое главное, чтоб мы сами для себя все правильно решили, и в этом нам, скорей всего поможет время каникул, – положив руку на плечо, сказала Таня, и, улыбнувшись, поцеловала Андрея в щеку. «Точно так же, как и вчера» – подумал Андрей, и сердце его сильно забилось.

– Вот мой номер: +7-905-ХХХ-ХХХ-24-36 – продекларировала Таня.

Андрей, вытащил из кармана свой телефон и вписал новый контакт, и присвоил ему имя «Танечка – светлый ангел».

Таня, посмотрев на запись, засмеялась, и спросила: «а это почему? Вроде крыльев у меня не наблюдается? »

– Да потому, что рядом с тобой я витаю в облаках, и воспоминания, останутся у меня только светлые! – открыто и утвердительно сказал Андрей.

– Ну, тогда «полетели», кушать? – приглашающим тоном с улыбкой на лице, слегка прищурив один глаз, произнесла Татьяна.

– «Полетели», – смеясь, подхватил ее за талию, Андрей, и приподнял на вытянутых руках вверх.

– Опусти, дурашка, – смеясь, попросила Татьяна, я же тяжелая;

– Ты просто для меня пушинка, – опуская на пол, проговорил Андрей, и сам поцеловал Таню в щеку.

Таня, опешивши от такого поведения (хотя она, чего то подобное ожидала, и более того ждала), для вида смутилась, и не зная, что ответить, поддалась девичьему инстинкту и одарила Андрея пощёчиной, – сразу извинившись, вышла из купе.

Андрей вышел за ней, потирая щеку и улыбаясь от выходки Татьяны.

По пути в вагон-ресторан, Андрею и Татьяне шли «счастливчики», которые торопились к выходу из вагона, поскольку их путешествие, уже подошло к завершению.

Войдя в вагон-ресторан, Андрей сразу увидел, сидящих за столом бабу Тоню и Николая Валентиновича, поприветствовав их на расстоянии, он двинулся к их столику, Татьяна пошла за ним.

– Всем доброго дня, – поприветствовал сидящих за столом бабу Тоню и Николая Валентиновича.

– И я тоже рад тебя видеть Андрюша, – привстав, протянул ему руку Николай Валентинович.

– Здравствуй, здравствуй полуношник, – поздоровалась с Андреем баба Тоня – а ты пигалица, давай быстро за стол, есть нужно, а ты все тянешь, витамины конечно хорошо, но надо и существенное чего-нибудь в желудок кинуть, сейчас тебе яичницу с сосиской закажу.

– Б-а-а, я не хочу, – обижено заскулила Таня.

– Я тебе дам не хочу, живо садись, – нахмурив брови, ругнулась баба Тоня.

– Тогда еще стакан томатного сока мне закажи – из-под насупивших бровей, буркнула Таня.

– А я вот яишенку с беконом «заточу», – с предвкушением заявил Андрей, – подняв руку, жестом подозвал к столику официантку.

К столику подошла «крупная» официантка и приготовилась принять заказ.

– А где Лариса? – с удивлением спросил у нее Андрей.

– Спит, ночью народу было много, замоталась, какая-то компания большая «гуляла», на симпозиум куда-то едут. Лариса вечером будет, что передать? – улыбнувшись, ответила официантка.

– Понятно, нет, передавать ничего не надо, я вечером зайду. Мне, пожалуйста, яичницу с беконом, бутылочку пива, а этой молодой особе – указывая на Таню, проговорил Андрей – тоже яичницу с сосиской, и стакан томатного сока, пожалуйста.

– Я не хочу сосиску, – посмотрев на улыбающегося Андрея, и поняв, от чего он смеется, наступила ему под столом на ногу – мне тоже с беконом, – продолжила она.

– По заказу у вас все? – спросила официантка, оглядывая взглядом всех сидящих за столом.

– Да, сударыня, пока все, – ответил за всех Николай Валентинович.

На столе и без заказанной Андреем себе и Тане яичницы, было полно еды, тут были и нарезки мясные, овощные, рыбные, четыре пиалы с капустным салатом по-пекински, а у бабы Тони и Николая Валентиновича, на тарелках лежал порционно рис политый гуляшом с подливой. Возглавляла сей праздничный стол посредине стоящая бутылка коньяка.

Разлив по рюмкам коньяк Николай Валентинович, предложил тост за дружбу и единство.

«Опять пивка не хряпнул», – подумал про себя Андрей, и показал жестом официантке, что пива уже не надо. Официантка, улыбнувшись, с пониманием кивнула.

– А ты, куда это ручонки тянешь, – удивленно спросила у Тани, баба Тоня.

– Я чуть, чуть, для компании, – с вопросительным взглядом произнесла Татьяна.

– Ладно, только мамке не говори, а то скажет, что я тебя спаивала, – грозя пальцем, разрешила баба Тоня.

– Ну, чай не тупее паровоза, – обрадованно ответила Татьяна.

– Ну, тогда за сказанное! – подытожил Андрей, перепалку бабушки и внучки, и поднял над головой руку с рюмкой.

– Ты закусывай салатиком, пока горячее не принесли, – подсказывала баба Тоня своей внучки.

– А откуда ты знаешь официантку? – с интересом спросила Татьяна у Андрея.

– Я же тебе рассказывал это к той официантке, которую зовут Лариса, приставал дебошир, – напоминая про рассказанный случай Андрей.

– Тогда все понятно, – с улыбкой ответила Татьяна.

А о каком дебошире идет речь, почему я не знаю, тебе что, кто-то угрожал? – с испугом в голосе спросила, баба Тоня у Татьяны.

– Ну, почему, сразу ко мне, я, что одна в поезде еду? – взорвалась Таня, – просто у Андрея за эти два дня было много приключений, и он мне о них рассказал, а один случай, как раз и касался этой официантки Ларисы;

– Этой? – Показывая вилкой в сторону официантки, которая к ним подходила.

– Нет, про которую, Андрей спрашивал. Ну, поняла ты, наконец, – теряя терпение, высказалась Татьяна.

– Ну, девица-красавица, негоже, так на бабушку ополчаться, – вступился за бабу Тоню Николай Валентинович, – пожилые люди, они же, как дети, им нужно все тщательно, по деталькам раскладывать. Ты конечно, уже не помнишь, но поверь, чтоб маленькому ребенку рассказать, что есть что, очень много нужно сил, терпения и времени. Зато потом, это уже взрослое дитя скажет тебе спасибо за науку «жизни». А вот, со стариков и взятки гладки, все, что знали, то забыли, и уж задача детей, найти в себе терпение, рассказать и научить. Вот и ты учись сдерживать свои эмоции по отношению, того кто тебя просит о помощи.

– Я и рассказала, – приглушенным голосом ответила Татьяна, чувствуя свою вину перед бабушкой, ты прости меня бабуль.

– Я и не обиделась, – с любовью к своей внучке, ответила баба Тоня, и погладила ее по голове.

– Предлагаю, поднят бокалы за теплоту сердец, – предложил Андрей.

– Солидарен, – поддержал его Николай Валентинович, и добавил, – за близких нам душой и сердцем, людей! – и бегло, как бы стараясь, чтоб никто не увидел, посмотрел с умилением на бабу Тоню.

Все выпили, и на какое-то мгновение наступила тишина, каждый, кто сидел за этим столом подумали о себе, своих близких, и об отношении к ним.

– Ну, вот мои дорогие друзья, мне и пора на выход, – с грустью в голосе сказал Николай Валентинович, нарушив затянувшуюся тишину.

Андрей, Таня и баба Тоня смотрели на него, и у каждого из них были особые чувства к этому почтенному старцу. Чувство сожаления, из-за скорого расставания, чувство радости, из-за случайного, но довольно приятного знакомства, и чувства благодарности, из-за тонких, но точных советов на жизнь.

– Уважаемая Антонина Петровна, – вставая, начал свой тост Николай Валентинович, – как ты смотришь на то, что я, съездив погостить у сына, заехал к Вам на денек?

– Да конечно, я буду тебя очень ждать, я всегда тебе буду рада, – сказала баба Тоня, с подступившим «комом» слез.

– Хорошие вы люди, спокойной вам дорожки, – сказал Николай Валентинович, – за вас! – подняв стопку, закончил он свой тост.

Выпив за сказанное, Николай Валентинович, откланялся и пошел собирать свои вещи.

– Вам помочь? – спросил Андрей у старичка.

– Нет, спасибо опускать ношу проще, нежели ее вздымать – улыбнувшись, ответил Николай Валентинович, махнув рукой, попрощался.

– Ну вот, нечаянно мы друга обрели, – улыбаясь, проговорил Андрей.

Принесли заказ. Андрей с Таней принялись вымакивать хлебом из яичницы желток.

– Вот за это, я и люблю глазунью, – смакуя, проговорила Таня.

– Я тоже, – проговорил, жуя жареный бекон, Андрей, и не доев пластинку бекона, он сделал качающее движение головой, чтоб этот кусок бекона, начал колыхаться, изображая собачий язык.

Татьяна, «брызнула» смехом, и Баба Тоня тоже улыбнулась.

– Шалопаи, – с умилением, проговорила она, – оставайтесь всегда душою юными, это самое прекрасное ощущение, даже когда кожа твоя уж суха, как пергамент.

Поезд начал замедлять свой ход. Перед окном начали мелькать привокзальные строения, и многочисленные нити рельс, переплетались в причудливых узорах.

Состав остановился, врываясь между перронами, соседствующих путей, битком заполненных снующими людьми.

Вдруг все увидели на перроне знакомое лицо, прильнув к стеклу, наперебой начали махать приветственно руками. Со стороны перрона к вагону-ресторану подошел Николай Валентинович в сопровождении сына с его супругой и своего внука, сняв шляпу, поднял ее в приветствии.

Вот так, незначительный знак внимания сблизил совершенно незнакомых людей, но как оказалось очень близких по духу. Всё-таки есть в этом поезде дальнего следования, что-то магическое!

Поезд тронулся, а Николай Валентинович еще долго стоял на перроне и махал своей шляпой ему в след, провожая своих друзей.

Покончив с приемом пищи Андрей, Таня и баба Тоня, пошли к выходу, по пути желая расплатиться за еду.

– Нет, что вы, у вас все оплачено этим седовласым мужичком, – удивленно, пояснила официантка.

Посмотрев друг на друга, все были приятно удивлены.

– Какой галантный мужчина, – мечтательно проговорила баба Тоня, – истинный джентльмен.

Придя в купе, баба Тоня начала потихоньку паковать чемоданы, Таня ей помогала, а Андрей с грустью смотрел на все это действо.

Отнеся постельное белье, Таня села рядом со свернутыми в рулон матрасами напротив Андрея, и протянула к нему руки. Андрей, взяв ее ладони в свои руки, посмотрел на Татьяну.

В его глазах большими буквами читалось сожаление о неминуемо наступающем моменте расставания, и тоска о том, что встретив человека, который сильно запал в душу. Нет, не так, как другие женщины, к которым было сильное влечение «альфа – самца», а как человек, которого ты хочешь видеть, слышать, и дышать одним дыханием, такое было у Андрея первый раз.

Глаза Татьяны, блестели от подступивших слез. Эти слезы были не от обиды, а от умиления и радости. Она за эту поездку сильно повзрослела. Осмысление, чего-то высокого в отношениях между мужчиной и женщиной, чего-то приятного и желаемого, пришло само. И эти новые эмоции, переполняли Татьяну, проявляясь в слезах.

– Ну что голубки, не хотите расставаться? – раздался голос из-за открытой двери. Голос принадлежал проводнице Галине. – Ничего пролетит лето, и вновь вы сядете в вагоны обратно идущего поезда дальнего следования, который в конечной точке пути, объединит ваши сердца.

Андрей повернул голову в сторону двери, и посмотрел на проводницу. Она, улыбаясь, подмигнула, сказав, что поезд через полчаса прибудет на станцию, пошла по вагону.

– Так, мы ничего не забыли, – вставая с полки, запаниковала баба Тоня, – давай Танюша все еще разок проверим.

Проверив еще раз сумки, под нижними полками, похлопав себя по карманам кофты, баба Тоня сделала вывод, успокаивая сама себя: «Ну, все, вроде ничего не забыли».

Поезд начал замедлять свой ход, по небу плыли небольшие тучки, и верхушки деревьев трепетали под небольшим ветерком. Андрей взял сумки, а бабу Тоню и Татьяну пропустил вперед.

Спустившись на перрон, они остановились. Андрей закурил сигарету, и посмотрел на Татьяну, из уголков ее глаз текли две большие слезинки, тонкая улыбка не могла скрыть ее внутреннее переживание.

Баба Тоня, подойдя к Андрею приобняла его, и поблагодарила за помощь.

– Ты сынок не серчай на бабку старую, ежели, что не так – прощаясь, проговорила в полголоса Антонина Петровна – ты хороший парень, ты очень понравился Танюше, пусть у вас все получиться, хот она и молодая еще, дурная, но рядом с тобой бы ей было очень хорошо. До свидания, мой дорогой.

– Спасибо тебе баба Тоня за добрые слова, – ответил ей Андрей – я действительно очень рад, что с вами познакомился, спасибо за правду жизни, да, и за обалденно вкусные огурцы – добавил он смеясь.

Они поцеловались, и со стороны могло показаться, что бабушка провожает своего любимого внука.

Подойдя к Татьяне, Андрей взял ее за плечи, прижал к своей груди и шепотом сказал: «Давай, без мокрых дел, малыш, я буду ждать тебя в Москве! Самое главное не забывай про меня! », сказав это Андрей, поцеловал Татьяну в губы и крепко обнял. Он укрыл эту хрупкую, трясущуюся во внутреннем рыдании девушку, своим теплом, и через поцелуй оставил ей частичку своего сердца. Страсть и нежность своими объятьями поглотили эту пару в пучину тепла и вселенского счастья.

Электровоз издал предупреждающий об отправлении свисток, в ретрансляторе на «булькающем» языке что-то проговорила дежурная по вокзалу

– Мы обязательно еще увидимся, – направляясь к своему вагону, крикнул Андрей, – слышишь? Обязательно!!!

Состав начал свое движение, Андрей, высунувшись из открытой двери вагона, посмотрел на стоявших, на перроне возле своих сумок бабу Тоню и плачущую, уже не скрывающую своих эмоций, Татьяну.

– Мы увидимся!!! Я это точно знаю!!! – крикнул он Татьяне, и помахал ей на прощанье поднятой над головой рукой.

– Заходи уже «Ромео», я дверь закрою – улыбаясь, сказала проводница Галина, – а все-таки она тебе запала в душу, – с неподдельной радостью в голосе добавила она.

– Запала, – огорченно ответил Андрей, – сильно запала.

– Ничего, ты же мужик, стерпишь, – успокаивающе проговорила Галина, – держи «хвост пистолетом»;

Андрей улыбнулся ей в ответ и пошел в купе. Переместил свои спальные принадлежности на свою «законную» полку и лег, анализируя все с ним происшедшее.

Но никакие мысли в голову не шли, все мысли были только о Тане, Танечке, милой девушке, которая вот так неожиданно, и в неожиданном месте вошла в его жизнь, и заполнила ее целиком.

Что же будет дальше, встретятся ли они? А если встретятся, то будет ли продолжение их отношений?! Как они будут развиваться? И что из этого выйдет? Или это лишь один из мимолетных эпизодов жизни, который подарил Андрею, этот «могучий, живой организм» и имя ему ПОЕЗД ДАЛЬНЕГО СЛЕДОВАНИЯ! Ответов Андрей не знал, и найти их не мог…

Разбудил Андрея стук в дверь. В купе стоял полумрак. «Нехило я задремал» – подумал он и, потерев лицо, прогоняя остатки сна, Андрей включил свет и открыл дверь купе.

На пороге стояла Лариса. Одета она была сказать красиво, это значит, ничего не сказать. При таких спартанских условиях, диктуемых рамками вагона, условий для наведения марафета, практически не было. Однако перед Андреем стояла девушка, будто только что она сбежала с какого-то бального вечера, устроившего миллионером.

На Ларисе была копна рыжих, уложенных в большие пряди волос, две тонкие закрученные в спираль «кокетки» свисали по вискам, а сзади волосы были уложены в «шишку».

На ушах были две фиолетовые вишенки, вечернее платье лимонного цвета с не глубоким декольте и небольшими рукавами «фонариками». Длинна платья, тоже немного ввергала в шок, поскольку граница его, аккурат была сантиметров на пять, ниже линии переходя ягодицы в бедро. На плечах ее был накинут фиолетового цвета палантин. Всю помпезность образа завершали, в тон палантина сережек и браслета, туфли. Весь этот ее антураж очень сильно контрастировал на фоне серого «убранства» вагонного коридора.

– Дружочек мой! – игривым голосом обратилась она к Андрею – Я, конечно, понимаю, что обещанного три года ждут, но ты меня пригласил на ужин, а сам исчез! Это как понимать? Ты бросил своего земляка, более того соседа в гордом одиночестве?

Не давая момента вставить свой ответ, «наседала» своим монологом на Андрея Лариса.

– Я бы поняла, если бы ты забухал с соседями по купе, а я вон вижу ты в гордом одиночестве бобылюешь! Ну, чего молчишь, язык проглотил?

– Ну, в принципе, да – согласился обалдевший спросонья Андрей – не каждый раз увидишь, такую «прынцессу» (Андрей нарочно исказил слово, дабы придать ему акцент).

– Ну, ты так и будешь держать даму в дверях, или пригласишь пройти? – заигрывающим тоном, спросила она.

– Заходи, конечно, присаживайся, я один как видишь, – проговорил Андрей, – пропуская в купе Ларису.

– Да, уютненько, – как бы оценивала среду обитания Андрея, а не купе – а что это ты дрыхнешь в ночь, чем дальше будешь заниматься?

– А ты что на какой-то праздник собралась? – оставив без ответа вопрос Ларисы, спросил он у нее.

– А что, если девушка одевается нарядно, значит, она на праздник собирается? Странное представление, – удивленно продолжила диалог Лариса, – а если у девушки на душе праздник, или она хочет на кого-то произвести впечатление, это что совсем не в счёт?

– Да, да, ты права, конечно, просто я немного опешил, увидев тебя, – начал оправдываться Андрей, – да еще и с просоня, нельзя так шокировать, а то заикой можно стать, – уже шутя, продолжил он.

– Не уж таки все так страшно? – изображая удивление, спросила Лариса.

– Нет, ну что ты так уж прям уж, даже очень эффектно! – поднеся к губам сомкнутые между собой указательный и большой палец (так показывают французские гурманы, когда им что-нибудь нравиться, хотя жест и слово португальские), произнес, – Bellissimo!

– Ой, ты прям меня засмущал, – опустив голову, изображая всем своим видом смущение, сказал Лариса;

– что есть, того от тебя не отнять, – продолжал нахваливать ее Андрей, – ну очень сексапильно! Разрешите вашу ручку, битте, дритте, фрау мадам, – вспомнив фразу из фильма «Свадьба в малиновке», добавил он, взяв ее за кисть, склонившись к ней, поцеловал.

– А не соблаговолите ли синьора, пройти в ресторацию и откушать со мной, – решил Андрей разыграть свое предложение на старинный манер.

– Гранд мерси, – подыграла Лариса, – но мне папенька не велит с кавалерами по ресторациям ходить, может, раз мы уже у вас, сударь, находимся, так тут и откушаем, а кушанье нам сюда принесут?!

– Папенька по всяким ресторациями не велит, а по домам кавалеров, так будет не супротив?! – Изображая недоумение, засмеялся Андрей – очень интересное воспитание дают вам ваши родители.

– А я сказала, что к подруженьке пошла, книжки почитать, – продолжала изображать из себя барышню – девицу Лариса, – поэтому мня здесь никто, не увидит, а в ресторацию может и папенька заглянуть.

В этом диалоге все как-то само приняло свои обозначения:

҉҉ «папенька» – это начальник поезда;

҉ «ресторация» – вагон-ресторан;

҉ «дом кавалера» – купе Андрея;

҉ «кучер» – проводник.

– Ну, раз так, тогда извольте, сейчас в колокольчик позвоню, и слуги стол накроют, – продолжил играть Андрей;

– увольте сударь, я уже обо всем побеспокоилась, сейчас мой кучер все принесет, – сказала Лариса и вышла из купе.

Андрей поправил постельное белье, заправил одеялом полку, и положил «отбитую» подушку.

В дверь постучали.

– Да, да, войдите, – открывая дверь, пригласил Андрей.

В купе заехал столик на колесах (в которых возят по вагонам всякие напитки, печенье и всякое другое, продавщицы вагона-ресторана) ведомый проводником. Улыбаясь проводник, накрыл столик скатертью, и начал его сервировать. Расставил две большие плоские тарелки, на них положил две тарелки поменьше, возле тарелок он расположил вики и ножи, обернутые в салфетку. Рядом с тарелками поставил по одному бокалу и рюмке. Возле окна расположился набор: соль перец, горчица и салфетница.

Окончив сервировку стола, проводник поставил бутылку шампанского на стол, бутылку водки, и бутылку минералки. Затем начал выставлять пиалы с салатами: «Дюссельдорф», «Примавера», «Королевский».

На каждую тарелку было выложена свиная вырезка в соусе «Терияки» с обжаренными овощами. Помимо этого на столе расположились: сырная, овощная и фруктовая нарезки.

– Приятного аппетита, – выходя, пожелал проводник.

– Спасибо, – ответил Андрей.

В купе вошла Лариса, – ну как стол сударь?

– Великолепен, – ответил с удивлением Андрей, – прошу Вас, сударыня садиться за сей дивный стол, протягивая свою руку Ларисе, – сказал Андрей, склонившись в легком реверансе.

– Мерси, – ответила Лариса, одной рукой взявшись за платье и протянув другую Андрею изображая книксен (короткое неглубокое приседание, использовалось в старину, как форма женского поклона);

Сев за стол, Андрей предложил «даме» (хотя почему дама, до дамы Ларисе еще далеко, а вот мисс в самый раз), предложил мисс «Лорен», бокал шампанского.

– А вы знаете, не откажусь, – протягивая свой бокал, – ответила Лариса (она же, приняв правила игры «Лорен»).

Андрей, открывая бутылку шампанского, сразу предупредил, что открывать он ее будет без фееричного хлопка, дабы не рассекретить «дом подружки», но заверил, что бутылка откроется с «дымком».

Из под сжатой в кулак руки Андрея, раздалось характерное для шампанских вин, шипение.

Андрей поднял рывком руку, и из горлышка бутылки начал медленно «вытекать» дымок высвободившегося сжатого газа, словно из волшебной лампы Алладина.

Золотой, наполненный яркими пузырьками, напиток начал заполнять пустое пространство бокала, наполняя его «волшебством».

– Спасибо тебе, милейшая мисс «Лорен», за то, что составила мне компанию в коротании сегодняшнего вечера, – поднял бокал Андрей;

– что вы, что вы сударь, пустяки, – кокетливо махнув рукой, смутилась «Лорен».

Подняв бокалы, они чокнулись и выпили за сказанное.

– Шикарный вечер, но почему, вернее, зачем все это? – спросил удивленно Андрей;

– Ты сам ответил на свой вопрос, чтоб составить тебе компанию, отчего бы и не скрасить тебе вечер, ведь ты завтра уже приедешь домой, и мы с тобой больше не увидимся, – кокетливо ответила Лариса, – или может быть – с намеком на большее, специально не договорила она;

– Ларисочка, ты хорошая девчонка, я думаю, что мы даже будем с тобой друзьями, пусть и с редкими встречами, но все равно, есть телефон, – стараясь не расстроить своим отказом, желающую, как показалось Андрею, вступить с ним в более тесные отношения девушку.

– Это здорово, я конечно рада, что ты прямолинейный человек, и сразу хочешь поставить все точки над «И», да, пусть мне немного обидно, что я не в твоем вкусе, однако, дружбу я твою принимаю, – соглашаясь с Андреем, с грустью в голосе, проговорила она, – тогда давай выпьем, за дружбу?!

– Давай, я рад, что ты меня поняла, но вот грустить не стоит, пусть у нас с тобой разные «дороги», но эта дорога нас сблизила, и я счастлив, что у меня появился очень симпатичный друг!

Они выпили и приступили к трапезе.

– Ты знаешь Лариса, речь то не идет о моем вкусе, просто у меня, я так думаю, появилась девушка, которую я безумно хочу видеть и слышать постоянно, – начал разговор Андрей.

– То есть ты ее любишь? – спросила с интересом Лариса, – если да, то почему так и не сказать?

– Я, конечно, могу сказать, что люблю, однако, я не хочу придавать свободным отношениям такое определение, как «ЛЮБОВЬ». – Пояснил Андрей.

– Ну, ты и мутный типец, – пошутила Лариса, – то люблю, то свободные отношения, ты уж как-нибудь определись, а то сам в непонятках, и девушку будешь вводить в заблуждение.

– Вот поэтому, что «сам в непонятках», и не говорю, что люблю, и ей я в этом не признавался, – начал выстраивать в логическую цепочку свой ответ Андрей.

– О, уже отмазываешься, – засмеялась Лариса.

– Просто я сам в себе и своих эмоциях к этой девушке до конца не разобрался, – как-то с грустью ответил Андрей – а тут ты домогаешься… – специально сделав паузу, улыбаясь, продолжил он – со своими расспросами.

– Хочу – теперь и Лариса сделала специально, короткую двухзначную паузу, – и домогаюсь, а что нельзя? – продолжила она.

Андрей посмотрел на Ларису с неподдельным интересом, улыбаясь, ответил: «Да Вы барышня, никак кокетничать изволите? Смотрите аккуратнее, а то в наше время судари бывают разные, и благородные и опасные»;

– Ой, да не смешите меня, – продолжила игру Лариса, – в современной молодежи, благородства не больше чем мозгов у синички, вокруг одни похотливые и корыстные особи.

– Вот прямо таки и все кругом? – удивленно спросил Андрей, – я бы попросил не обобщать, я на сто пятьдесят процентов убежден, что эти заключения рождены «твоим» окружением, не более того, а если выйти за рамки, принятого тобой, причем заметь, по доброй воле, окружения, то ты увидишь ощутимую разницу. Мы живем там, где нам комфортно, и с теми, кто нам симпатизирует и разделяет наши взгляды. Поэтому, нельзя обобщать, смотря на мир из своего колодца.

– Нет, ну с отдельными доводами я соглашусь, но скажи мне – вступила в полемику Лариса – неужели в «твоем мире» все идеально и гладко? Все друг другу улыбаются, а? Наверное, нет, есть и «те другие», которые мутят воду ваших взаимоотношений, не так ли?!

– Согласен, – утвердительно кивнул Андрей, – вот ты и подошла сама того не подозревая к правильному осознанию того, что лишь маленькую толику в нашем окружении составляют, как ты выразилась «похотливые и корыстные особи», а остальные вполне нормальные люди, такие, как мы с тобой.

Они оба рассмеялись. Андрей разлил по бокалам шампанское, и они выпили за «хороших, как они, людей».

– А откуда ты знаешь, что я нормальная? – интригующе спросила Лариса, – может я сама похотливая и корыстная особа? Может, я тебя сейчас сама совращу, а потом буду беременностью шантажировать.

– Логика в этом есть, вот только если ты до меня этого ни с кем не сделала, значит, ты не такая, – улыбнувшись, ответил Андрей;

– «Лоха» подходящего может не нашла, как тебе такой расклад? – продолжала свою «атаку» Лариса.

– Ты слишком умная, для дурочки, и знаешь, что может из этого выйти, – парировал Андрей, – всякого такого улично-дворового, ты нахваталась у своих «подруг», с которыми тебе приходиться иногда тусить, дабы не прослыть белой вороной. Вдобавок отпечаток твоей работы, помогает укрепить твою «скорлупу», а на самом деле, ты как кошка, тебя приласкай и ты замурлыкаешь.

– Ну, надо же, психолог нашелся, – надменно высказала Лариса, – все значит, про всех ты знаешь?! А сам-то жучара еще тот.

– Что ты имеешь в виду? – заинтересованно спросил Андрей.

– А всем женщинам в уши надул, в душу запал, да еще и страсть их утолил, да-да, я все знаю, – с ехидством заявила Лариса, – а мне, как ты выразился «кошечке», вместо ласки, дружбу предложил, – изображая обиженную девочку, надула губы Лариса.

– Да ну брось ты, тебя, что больше прельщает: мимолетный роман, или постоянная дружба?

– Нашел, что сравнивать, хрен с пальцем. Я может тоже хотела роман, но с продолжением дружбы, – задрав подбородок и выставив вперед грудь, заявила она.

– И кто это из нас жучара? – смеясь, ответил Андрей, – ты и рыбку, значит, хочешь съесть, и кое на что заморочиться? Губа не дура!

– Как ты успел заметить, у меня не только губа не дура, я и сама далеко не глупа! – гордясь сама собой сказала Лариса.

– Ладно, давай выпьем, за тебя «сама не дура», за тебя, как за девицу красавицу, наделенную разумом, а самое главное за удачный в тебе симбиоз этих достоинств, «За тебя»!!! – произнес тост, Андрей.

Выпив шампанское, Андрей склонился к Ларисе и поцеловал ее в щеку.

– Ой, – отшатнулась раскрасневшаяся Лариса, – предупреждать надо.

– Ага, типа «разрешите вас барышня, чмокнуть?!», – наслаждаясь реакцией на свою внезапную выходку, сказал Андрей.

– Помница мне один фильмец, – как бы во вспоминании оного, закинул голову Андрей, – так там один гусар, интересовался у поручика Ржевского, как это ему удаётся чуть ли не каждую женщину увлечь в «номера», на что поручик и ответил: А я милостивый, подхожу к даме, и прям так ее и спрашиваю «Разрешите Вас финтифлюхнуть? », и что – поинтересовался гусар – разрешают? Бесспорно, каждая десятая соглашается – ответил Ржевский. Через некоторое время гусар вернулся с подбитым глазом, весь растрёпанный, и заявил что Ржевский лгун, и что его уже три раза ударили по лицу, два раза пнули в зад, и четыре раза вызвали на дуэль. На что Ржевский спокойно ответил, что это нормально, что он же предупредил, что соглашается каждая десятая…

– Так вот и тут, – закончив анекдот, смеясь, продолжил Андрей, – лучше сделать, а потом получить, чем получить за то, что ничего не сделал.

– В принципе логично, – тоже засмеялась Лариса, – а это все, что ты смог сделать, безнаказанно?

– Ну да, – ответил Андрей, – а остальное только через табу.

– В смысле, через табу? – недоумевающе спросила Лариса;

– Табу – в первобытном полинезийском обществе система запретов на совершение определенных действий, нарушение которых карается сверхъестественными силами, – процитировал энциклопедию Андрей.

– Не поняла?! – продолжала недоумевать Лариса.

– Тьфу ты «ёперный театр», за потребление запретного плода, грядет и наказание, – попытался свою заумность, расшифровать Андрей, – понятно?

– А если сам наказатель этого хочет? – спросила понятливая Лариса.

– Так я и говорю, что конечно можно, если веха запретов будет на время приоткрыта – уже смеясь, изображая вытирание пота со лба, выдохнул Андрей.

– Ох, право сударь, мало того, что вы философ и психолог, так вы еще вдобавок и ходячая энциклобля – нарочно исковеркав слово (так, для смеху) опять изображая барышню, констатировала Лариса, – таких перлов, мне в уши еще никто не задувал.

– Упс, а у нас благородный напиток, йок, кончился, – констатировал Андрей, – будем переходить, на более аристократичный, национальный напиток и «гордость великороссов – Водку? »

– Конечно, я только «ЗА»! – ответила Лариса, подвигаясь ближе к столу.

Разлив по рюмкам горячительный напиток, Андрей продекларировал:

«Ты пришла, ко мне, подсела,

мочку нервно теребя:

«Что-то я еще хотела…

Точно, милый мой! Тебя! »

– Что это было? – удивленно, спросила Лариса.

– Экспромт! Что не понравилось? – спросил Андрей, поднимая рюмку.

– Интригующе приятно, – ответила Лариса, и, подмигнув, сказала, – можешь продолжать в том же духе.

– За экспромт! За музу сегодняшнего вечера! За тебя Ларочка! – салютовал Андрей.

– Я сейчас не от страсти, я сейчас от стыда сгорю, – смущаясь, проговорила она.

Действительно такого галантного молодого человека, Лариса никогда не встречала, в ее окружении и здесь в поезде, одни «прилипалы» и тупицы рядом околачиваются, а вот так красиво, чтоб за ней ухаживали, бескорыстно ее осыпали комплиментами, и насыщали ее небольшой кругозор интересными историями и фактами, НИКОГДА! Она слушала Андрея с открытым ртом, как ребенок, слушающий интереснейшую сказку в своей жизни, глаза ее горели интересом и умилением к своему собеседнику.

– Все будет хорошо, детка, я это знаю, все будет хорошо – процитировал одну реперскую песню Андрей – еще раз за тебя!

Выпив, Андрей закусил салатом, и с умоляющим взглядом, обратился к Ларисе: «Я выйду, покурю? Уж больно курить охота».

– Конечно, об чем вопрос, сходи! – вытирая рот салфеткой, ответила Лариса, – только вот, что я хотела сказать, – продолжила она вставая перед Андреем лицом к лицу (это конечно грубо сказано, ее лицо было на уровне плеч Андрея).

Пока Андрей недоумевал, что же она хотела ему сказать, как Лариса быстро став на носочки, чмокнула его в губы и добавила: «это, чтоб ты там не зависал, а помнил, что тебя тут ждет».

При таком раскладе ситуации, и действующем алкоголе, Андрею вообще уходить не хотелось, а хотелось незамедлительно броситься на эту будоражащую рыжую бестию, и слиться с ней в едином поцелуе, переходящего, в безумную страсть…

За окном уже стемнело. По коридору бегали играющие в непонятную игру маленькие дети, пытаясь хоть как-то себя занять, ряд окон коридора была занята скучающими пассажирами, и никто не мог даже себе представить, как волшебно проходит время следования до конечной остановки у одного из пассажиров.

Выйдя в тамбур, дабы охладиться от разгоревшейся к Ларисе страсти, Андрей решил заодно покурить.

– Сигареткой не богат? – раздался голос за спиной Андрея.

В тамбуре стоял молодой человек, «помятой» наружности, пытавшийся «починить» сломанную сигарету.

– Да конечно, бери, – ответил улыбающийся Андрей, протягивая пачку сигарет, – а то смотрю с починкой проблемы.

– Это точно, трясучка долбаная, уже считай двое суток не «просыхая», – вставляя в рот сигарету, проговорил незнакомец, – дембель жесткая штука, но собака, до одурения приятная.

– Так, наверное, могут радоваться помимо дембелей, только те, кто из зоны откинулся – понимающе провел аналогию Андрей.

Молодой человек оцепенел от такого сравнения, и посмотрел на Андрея. В его мутном, от чрезмерного выпитого, взгляде можно было увидеть и недоумение, и недоверие, и попытку осмысления сказанного, и вопрос «ПОЧЕМУ», но вдруг его глаза широко открылись, и парень, кивнув головой, подняв указательный палец вверх, пробурчал: «Верно, подмечено! Сидел? ».

– Нет, не сидел, вернее не чалился, – пояснил Андрей, – так есть пару знакомых, вот у них ходки были, ну от них про судьбинушку их горемычную я и наслушался.

– А-а, понятно, – понимающе протянул молодой человек, и сжал губы.

– Смотри аккуратнее, а то ухарей в поездах много, до добра чужого охотливых, – предупредил Андрей.

– Да что у дембеля брать, – удивился парень, – у солдата, как у латыша, хрен да душа, – засмеялся он.

Андрей тоже заулыбался, потушив окурок, протянул руку молодому человеку, и сказал: «Ладненько, удачи тебе на просторах свободной жизни! ». Молодой человек протянул в ответ и свою руку и сказал: «Спасибо», они пожали друг другу руки.

Подойдя к своему купе, Андрей немного повременил, настраиваясь на нужный лад, и открыл дверь.

Лариса сидела на нижней полке, поджав ноги и спрятав их под полы платья.

– Да вы сударь совсем про барышню забыли, я тут уже чуть не уснула, – изображая обиженность, сказала Лариса.

– Да подошел один молодой человек, закурить попросил, он из армии домой возвращается, вот и немного «языками и зацепились».

– Это уже становиться интересно, барышню на гусара променять изволили? – улыбаясь, пошутила Лариса.

– Что вы, что вы, увольте, мои пристрастия за этот небольшой отрезок времени, вовсе не изменились, отнюдь, они только возросли, – парировал Андрей.

– Ох, как интересно, – в удивлении подняла брови Лариса, – и что у вас сударь «возросло»? – не скрывая своей заинтересованности, она посмотрела с улыбкой на трико Андрея.

– Шалунья, вы барышня, ох, и шалунья, – журя указательным пальцем поднятой руки, прищурив один глаз, сказал Андрей.

– Я и не шалю, я намекаю, – решила пойти в «бой» Лариса.

– А давай выпьем, за исполнение наших желаний, – предложил Андрей;

– Не боишься? – интригующе, спросила Лариса.

– Чего? – вопросом на вопрос, ответил Андрей.

– Исполнения моего желания? – продолжила Лариса.

– Это, значит, твое желание направленно на то, что именно я его должен реализовать? – с интересом спросил Андрей, понимая интимный подтекст желания Ларисы.

– Какой догадливый, – обрадовалась Лариса, поскольку ее ход был с легкостью разгадан, о чем она и не сожалела; – ну так и что? – игриво продолжила она.

– Сегодня барышня я всецело ваш, но сразу хочу предупредить, что как бы там ни было, завтра мы расстанемся друзьями, без взаимных претензий – предупредил Андрей.

– Я это уже давно поняла Андрей, – опустив голову, с грустью в голосе ответила Лариса, – просто не отбирай у меня приятные воспоминания, о нас с тобой!

В купе повисла минутная тишина. Андрей смотрел на Ларису толи с жалостью, толи с нежностью и желанием обнять ее, а может и все вместе. Прижать к себе, утешить, убеждая, что все у нее еще будет хорошо, что все в ее жизни наладиться.

– Да мы завтра будем лишь друзьями, – разорвала завесу тишины Лариса, – и это я думаю, будет самой лучшей дружбой, которой, в априори, как говорят в народе, быть не может – дружбы между мужчиной и женщиной.

– Я с тобой полностью согласен, – ответил Андрей, подсаживаясь к Ларисе, – и более того, я буду тебя опекать, всегда буду рад тебе помочь как словом, так и делом, – сказав это, он взял ее руку, поднес ее к своим губам и поцеловал.

Внутри Ларисы, затрепетало все. Вся ее внутренняя сущность бурлила страстью, тело ее рвалось в объятия к Андрею. Каждая клеточка ее жаждала прикосновения к этому пусть еще не мужчине, а юноше, но этот молодой человек, даст фору и в интеллекте, в обращении с женщиной, и в открытости души, смелости – самому «прожжённому» по части опыта жизни, мужику.

Вся кожа Ларисы от прикосновения мягких, нежных губ Андрея, покрылась «мурашками», под легкой материей чашечек комбидресса, ее соски налились страстью и стали упругими, как две горошинки, а лоно наполнилось соком страсти. Лариса почувствовала, как по внутренней стороне бедра, сквозь символические кружевные трусики комбидресса, пропитанные уже насквозь, потекла горячая капелька ее страсти.

– Ты меня извини, – пытаясь спустить ноги на пол, попросила Лариса, но у нее не получалось, из-за того, что Андрей сидел очень близко к ней, – я тоже сбегаю, носик попудрю, а то шампанское, на удивление очень «игристым» оказалось, – смеясь продолжила она.

– Да, да, конечно, – подвинулся к двери Андрей, – плизир, – добавил он, протягивая руку, чтоб помочь ей выйти из-за стола.

Встав и подойдя к двери, медленно отпуская руку Андрея, Лариса сделала балетное па, как заправская барышня. И сказав мимолетно: «Я скоро, не скучайте», закрыла за собой дверь.

«Кого это она имела в виду, говоря «Вы», – поселилась в голове Андрея «мысль-загадка», – меня как сударя, или меня и моего «младшего друга с нижнего этажа»?

На всякий случай Андрей залез к себе в сумку и достал из заветной пачки три «наряда» для своего «младшего друга», и засунул их, разделив вначале, по одному, под свою подушку.

– На всякий случай, чем черт не шутит, – проговорил в полголоса он, хлопнув себя по бедрам.

– О, Вы актриса? Где я мог Вас видеть, прелестная незнакомка? – раздалось за дверьми купе – можно я к Вам в гости зайду?

– Уважаемый, – послышался твердый, но в тоже время игривый голос Ларисы, – я артистка больших и малых театров, хотите меня видеть, ходите в театры. А так, чтобы в гости, да еще в этом срамном вагоне, увольте! – последнее слово она сказала по театральному, с интонацией и громко.

Войдя в купе, она резко захлопнула дверь.

– Ну, надо же, цаца нашлась, да больно надо, строит из себя хрен победи кого, тоже мне богема, тьфю, – раздался за дверью, монолог отвергнутого и раздосадованного поклонника.

Андрей и Лариса вместе засмеялись.

– Предлагаю выпить за богему, «артистка» больших и малых театров, – предложил тост Андрей;

– с превеликим удовольствием, – вновь изобразив книксен, ответила Лариса;

Выпив и немного перекусив в полной тишине, Андрей и Лариса бросали друг на друга многозначительные взгляды.

Вдруг Андрей почувствовал, как пальчики ноги Ларисы, карабкаясь по полке, аккурат между ног его. Добравшись до его бедра, они начали своими причудливыми движениями нежно щекотать ногу Андрея.

От этих «ласк» у Андрея непроизвольно, будто живя своей жизнью, зашевелился его «младший дружок», стараясь выпрямиться во весь свой рост.

Андрей очередной раз для себя сделал вывод, что он испытывает сильное возбуждение от ласк именно женскими нежными ножками, покрытых капроновым одеянием (не важно, колготки это или чулки). Такую форму проявления сексуального влечения, к нему применяли во второй раз в его, не сильно насыщенной, интимной жизни, но это вызывало у него сильные эмоции.

Андрей поймал на себе сверкающий страстью взгляд хищной кошки, которая уже запустила свои «коготки» в поисках желаемой плоти. Взяв за руку Ларису, он слегка потянул ее к себе, тем самым давая понять Ларисе, что он хочет ее присутствия возле себя.

Ведомая рукой Андрея, Лариса на волне своего безудержного желания, «перепорхнула» к нему на полку и слегка наклонилась по направлению к его лицу, сделав губки «бантиком», взывая этим мимическим жестом к поцелую.

Андрей не заставил себя долго ждать и, подхватив Ларису под голову, прильнул к ее чарующим губам в страстном поцелуе, отдавшись во всевластие любовного дурмана.

В своем порыве Лариса торопилась, избавить своего героя от одежды, и насладиться его телом всласть, но Андрей наоборот не хотел, чтоб этот момент настал так быстро и не торопясь ласкал Ларису через одеяние ее. Рука скользила по нежному атласу, даря ощущение свободного от нижнего белья прекрасного тела Ларисы.

Но вот, на своде двух половинок платья, нежными и ловкими движениями, пальцы Андрея начали один за другим извлекать крючочки из петелек образующих надежный замок на платье. И между них отчетливо прощупывалась неведанная доселе Андрею деталь женского белья.

Когда все «замочки» платья были открыты, Лариса встала перед Андреем и одним движением скинула с плеч вечерний свой наряд. Глазам Андрея открылась та «неведомая деталь» женского белья, которую он не знал, как это называется, но вид красивой фигуры Ларисы облаченной в «ЭТО» завораживало и безумно возбуждало.

На нежных покатах плеч красовались две тонкие, как паутинка черные широкие бретели, спускающиеся к чуть прозрачной, шёлковой материи красного цвета, обрамленной ажурным обрамлением из того же материала, что и бретели. Под шёлковой тканью красного цвета была видна небольшая, но с виду очень упругая грудь Ларисы, каждую венчает небольшая горошинка, явно выпирающая из материи.

Плавный изгиб ее талии, не встречая препятствий сего одеяния, перетекает к крутой округлости ягодиц. Бедра переходящие в стройные ножки – ни взгляд, ни мужская рука не найдет за что зацепиться в этом царстве гармонии и плавных линий.

Лишь, все тоже ажурное обрамление венчало линию на бедрах. По бокам бедер к верхней кромки черных чулок, шел тонкий ремешок, на конце которого, вцепившись «мертвой хваткой» был соединительный зажим.

Лариса, стоя перед Андреем, наслаждалась растерянным его видом, она словно физически ощущала, как он «поедает» ее своими, полными желания, глазами. У нее мелькнула мысль, что Андрей никогда не видел эротического комбидресса. И ощущение того, что она первая явила ему на своем теле такое белье, еще сильней разожгло и без того пылающее страстью тело.

Подойдя к оцепеневшему, от такого сногсшибательного вида, Андрею, она начала медленно снимать с него футболку. Шепча ему на ухо все свои действия. Андрей как под гипнозом (хотя это отчасти так и было, по независящим, ни от него и не от Ларисы причинам, это был сильный эффект вызванный видом Ларисы, одетой в эротическое белье) был полностью податлив, и беспрекословно выполнял все еле уловимые приказания Ларисы. Ей это состояние Андрея очень понравилось.

Такое бывает у сильно эмоциональных людей, когда на пике сильнейшего возбуждения, в организме, как бы срабатывает блокировка от «перегрева», и она отключает на время систему восприятия окружающего мира. Но любой посторонний резкий звук, заставит организм отвлечься и аккумулироваться все внимание на этом звуке, тем самым сбросить излишки напряжения.

Такой внешний раздражитель действует как прокол для перекаченного надувного матраса, ткнул иголкой и через прокол (в нашем случае резкий звук) нагнетённый воздух (в нашем случае психоэмоциональное напряжение) резко начнет выходить, заставляя сдуваться матрас (в нашем случае – возбуждение начнет моментально спадать).

Но никто в этом купе ничего подобного не испытывали и поэтому, как выйти из подобной ситуации не знали.

У Андрея все это произошло моментально, сильное эмоциональное и физическое возбуждение, переросли в ступор.

Лариса, тем самым воспользовавшись, продолжала томным голосом давать указания, и Андрей послушно снял носки, трико и плавки.

Увиденное обнаженное тело Андрея, с его величественно торчавшим естеством, так возбудило Ларису, что она присев, на противоположную полку сжав перед лицом обе руки, переплетя пальцы рук, не осознавая того, в голос проговорила, восторгаясь: «Боже, какой идеальный мужчина».

Андрей резко вышел из оцепенения и увидел, что он стоит перед Ларисой совсем нагой, а она сидит и восхищенно смотрит на него.

Смутившись своим положением, не осознавая, как все это произошло, Андрей ничего не нашел другого, как обратиться к Ларисе: «это как? Почему я тут так? – Нечленораздельно продолжил он, – ты что сделала? Показывая на свой вид руками – пытался выяснить Андрей.

– Милый, ты это все сам, я сама удивилась, как ты отреагировал на меня, – оправдывалась Лариса.

Видя, что Лариса, действительно сама недоумевает от создавшейся ситуации, но все же получившая эстетическое удовольствие от этого, Андрей решил взять инициативу в свои руки.

– Ты просто как-то зачаровала меня, давай, чтоб больше не было таких эксцессов, мы выйдем на новые ощущения, завяжем, друг другу глаза? – неожиданно, сам для себя, предложил он, самому неизвестный вариант, любовных игр.

– Ты не хочешь на меня смотреть? – совсем рационально, спросила Лариса;

– как ты смогла уже заметить, – опять показывая на себя нагого с вздыбленным любовным орудием, ответил Андрей, – я уже отреагировал на твой вид, соглашусь, ты прекрасна, но давай попробуем, говорят, это совершенно новые и незабываемые ощущения.

– Нет, ну я, конечно, оценила твою реакцию ко мне, – слегка смущаясь, но довольная увиденным, ответила Лариса, – но для меня это вновь, и знаешь, давай, по крайней мере, мы можем всегда остановиться, если это кому-то не понравиться.

– Конечно, мы же с помощью прикосновений и слуха будем общаться, и всегда сможем остановиться, – поддержал Андрей, – ну таки, где наши полные шоры? – задал он риторический вопрос.

– А давай, я согласна! – утвердительно ответила Лариса, – вот только что мы используем для повязки глаз?

Взгляд Андрея, упал на чулки Ларисы.

– А если, – он указал взглядом на ее чулки, – мы их используем?

– Да не проблема, – ответила Лариса, снимая чулки, – я только, «За»!

Снимая чулки медленно, стараясь быть, как можно сексуальнее, Лариса подала один Андрею.

Андрей, взяв чулок, предложил Ларисе, первой завязать ему глаза.

Закрыв свои глаза, Андрей почувствовал, как будто бы нечайное, легкое прикосновение тканью чулка Ларисы к его вздыбленной плоти, и путь чулка, скользя, был направлен по его торсу грудной клетки, задевая его соски, и вот эта невесомая ткань легла на его лицо, охватив голову, стянула закрытые плотно глаза своими объятиями.

Теперь Андрей, мог рассчитывать только на свой слух обоняние и тактильные ощущения, и он как мог, попытался обострить свои новые чувства познания окружающего мира.

На руки Андрея легла тонкая, по первым ощущениям, еле ощутимая ткань. Но если провести пальцами по ней, то начнешь ощущать, будто это не ткань, а пересыпающийся в руках мелкий, теплый речной песок.

Одной рукой, ведя с линии бедер, Андрей на ощупь, начал движение руки вверх. Ощупывая каждый миллиметр нежного, облаченного в шелк Ларисиного тела, Андрей начал буквально рисовать в своем воображении образ своей пассии, и это давало новый импульс в и так трепещущем от желания его телу.

Вот его рука поднялась к, слегка выпирающей грудной клетки, и плавно переходя по волнам ребер, добрался до горячей упругой пульсирующей плоти, груди Ларисы.

Каждая клеточка пальцев ощущала трепет, проходящий по телу Ларисы, от их прикосновений, и передавала Андрею огромную порцию своего заряда.

Ответная реакция отражалась на «барометре» страсти Андрея, его стержень был напряжен до предела, вены были набухшими от обильного притока крови к любовному органу.

Прикосновение к маленькой «горошинке» заставил оба возбужденных тела вздрогнуть от всепоглощающей страсти. Но рука продолжала свое восхождение, желая скорей закончить свой путь, и дать полное наслаждение своему хозяину.

Пальцы руки Андрея легли на лицо Ларисы, она от прикосновений Андрея, зажмурилась, невесомая ткать окутала ее лицо и уже в полной темноте, Лариса придалась своим новым ощущениям.

Руки Ларисы начали искать в кромешной тьме, объект своего вожделения – разгоряченное тело Андрея.

Она почувствовала, как ее шеи коснулась рука Андрея, и нежно повторяя ее плавные линии, спускается к трепещущей груди. Все тело Ларисы трясло от возбуждения и незабываемых ощущений. Фантазия ее играла с ней злую шутку, рисуя во тьме причудливые аллегорические этюды, пробуждая самые сокровенные уголки подсознания, и освобождая от оков целомудрия.

Лариса «поймав» руку Андрея, найдя спасительную опору, а другой рукой начала движение своих рук к его торсу. Андрей убрал руку, которая была спасительной опорой для Ларисы, и шепотом проговорил: «не нарушай таинство игры, сама, отдавшись чувствам, найди меня, и я тогда к тебе прильну всем телом, даря огонь своей безумной страсти».

Нежные, трепещущие женские пальцы, ищущие во тьме спасительную твердыню тела, вдруг замерли, длина протянутой руки, как оказалось, не позволяла найти Андрея, она лишь слышит его дыхание, словно он везде вокруг нее, и от осознания этого в голове Ларисы начал заворачиваться водоворот из страха, безумного желания, и разыгравшейся фантазии.

Лариса как, оказалось, боится пустоты и неизвестности, а она как раз в этом состоянии и пребывала, ей казалось, что она одна во всей вселенской пустоте, а ласкающие руки были сами по себе, не имея хозяина, парят в воздухе и ласками своими вводят ее в помарок.

Однако чувство страха перед неизвестностью начало брать верх, и все другие ощущения уплывали с невероятной скоростью на второй план.

Стук бешеного ритма сердца казалось, заставлял все тело пульсировать с ним в унисон. Тряслись не только руки у нее, тряслось все тело, ноги стали ватными и не хотели держать ее.

– Я так больше не могу, перестань, мне страшно, – прошептала Лариса скованным от страха голосом.

Вдруг рука, ласкающая ее тело, исчезла, от этого Ларисе стало еще страшнее, она хотела уже было сорвать с себя повязку и вернуться из этого полного страхов мира грез, в реальность, пусть и банальную, но спокойную и понятную реальность, как внезапно услышала возбужденное дыхание прям перед собой, и все ее тело ощутило тепло.

Тепло такое успокаивающее, такое желанное, сразу темнота сменила свой оттенок, теперь не мрак, а бездонная синь манила к себе. Все ее тело вздрогнуло от нежного прикосновения двух рук за талию, и нежный поцелуй пронзил ее своим горячим прикосновением.

Лариса мгновенно отреагировала на поцелуй, и руки ее, взметнувшись вперед, обхватили Андрея «мертвой» хваткой, дабы не остаться опять одной в этом пространстве, а губы ее ответным трепетом пытались слиться с губами Андрея.

Андрей познавал не только жаждущее ласк тело Ларисы, ему было вновь ее одеяние, и он не мог понять, где находятся заветные петельки и крючочки, разъединив которые он сможет всецело насладиться лаской прелестей Ларисы.

Она, поняв, что ищет так трепетно и истерично, Андрей, решила направить его на нужный путь.

Комбидресс, имеет лишь два «замка» в виде клепок, – слегка, интригуя, начала свое наставление Лариса, – и они находятся в самом лакомом для тебя месте, а снимается он, через голову…

Андрею, два раза повторять не пришлось, он сразу все понял, и ласки его начали концентрироваться вокруг заветного места, которое указала Лариса.

Слившись в поцелуе с Ларисой, Андрей начал ласкать ее все еще «упакованный» цветок любви, через легкую материю. Его пальцы были покрыты горячим нектаром страсти, пропитавшего невесомую ткань комбидресса, и от нежных прикосновений, Лариса все чаще начала вздрагивать и стонать.

Андрей нащупал край ее одеяния и потянул на себя, к своему удивлению, ощутив два легких толчка, Андрей с легкостью освободил набухший бутон Ларисы от оков ее сексуального белья.

Рука его легла на нежное ее лоно, увенчанное небольшим островком аккуратно подстриженных волосков, в виде вертикальной полосочки. Лепестки ее прекрасного цветка были набухшими, и нектар по ним стекал Андрею на пальцы.

Легкий вздох Ларисы, ознаменовал маленькую победу Андрея, который, уже «оторвавшись» от губ своей любовницы, двумя руками «стирал» последнюю границу между их разгоряченными телами, снимая с нее легкий комбидресс.

Лариса чувствовала, как невесомая материя ласкала ее кожу своим прощальным касанием, как образовавшиеся складочки задираемой ткани, нечаянно задевают ее набухшие от возбуждения соски, и как каждая клеточка ее груди начала ощущать разгоряченное дыхание Андрея.

Андрей тем временем уже отбросил в сторону своей полки, этот таинственный наряд Ларисы, поддерживая руками за спину, начал осыпать ее грудь поцелуями.

Лариса открыла для себя новую параллель в сексе, казалось бы, ласки, которые дарил в этот момент ей Андрей, она испытывала и раньше, но только сейчас, в такой обстановке, они были умопомрачительными, реакция ее организма на них была бурная и ни с чем несравнимая.

Губы Андрея коснулись ее упругой вишенки соска, опять практически в голос Лариса сделала глубокий вдох, реакция организма была такая, словно она вошла в ледяную воду, и у нее не хватает воздуха от волнения.

– Я сейчас упаду, Андрюшечка, хороший мой, меня ноги не держат, помоги мне лечь, – шепотом на придыхании проговорила Лариса, – я сойду с ума, от твоих ласк.

– Ты просто великолепна, – ответил Андрей, рукой ощупывая пространство за Ларисой, бережно опуская ее на полку, – надеюсь, так тебе будет удобно.

Ларисе казалось, что она в невесомости, что она просто парит над бездной, и нежные руки близкого ей человека, нежно поддерживая ее тело, дарят ей свое тепло.

Каждое прикосновение Андрея к ее местам наслаждения, рисовали яркие картинки в этом бездонном мире, радужные пузырьки взрывались всей гаммой красок. Лариса была на пике своего сладострастия.

– Войди в меня, я безумно тебя хочу, – опираясь в подушку затылком и прогибаясь от наслаждения и перевозбуждения, задыхаясь, прошептала Лариса.

– Еще рано, – возбужденным шёпотом ответил ей Андрей, – я еще не «доиграл» первую часть своей сюиты.

Андрей, взяв в кулак волосы Ларисы, страстно поцеловал ее в губы, одновременно лаская свободной рукой ее грудь.

Сильное возбуждение, и нехватка воздуха, заставили ее забиться в оргазменном танце прежде, чем Андрей начал нежно, но страстно ласкать ее цветок любви. Он решил не останавливаться, череда конвульсий разгоряченного тела Ларисы, сигнализировала о том, что Ларису захлестывали одна за другой волны долгожданной неги.

Ноги Ларисы сжались и вытянулись, заточив собой ласкающую руку Андрея в крепкие свои объятия. Андрей попытался вынуть руку, но это ему не удалось.

Но этот плен был не единственный. В это время Лариса не осознанно одной рукой вцепилась в покрывало, а другой рукой хватая хаотично воздух, нашла вторую опору, и этой опорой, совершенно случайно, стал вздыбленный фаллос Андрея.

Он заскулил от боли, поскольку хватка у этой разгоряченной девушки была очень сильная.

– Полегче, полегче сударыня, – скуля шёпотом, взмолился Андрей, – ты так мне все хозяйство оторвешь, чем тогда я тебя «любить» буду?!

Лариса сквозь утихающий шквал наслаждения, услышала мольбу Андрея, и не могла понять, что такое она сделала.

Ощущение своего тела приходило к Ларисе постепенно, и в этот момент она почувствовала пульсирующую горячую плоть у себя в руке, моментально осознав, что она держит в руке, Лариса разжала свою хватку.

– Прости меня, я не специально, – извиняющимся голосом прошептала она, стараясь нащупать тело Андрея, одновременно расслабляя ноги и освобождая своего узника.

– Да ты просто опасная леди во время оргазма, – уже шутя, прошептал Андрей, аккуратно садясь на свою постель;

– я просто плохо себя контролирую во время пика, – оправдывалась Лариса, – могу и ногой пнуть, так что…

– короче к тебе с тылу не подойдешь, – опять пошутил Андрей, я уже молчу об оральных ласках, так в раз останусь без причиндалов.

– Бедненький, – садясь на постели и шаря в темноте рукой, проговорила Лариса, – я его не сильно тебе «повредила»?

– Ну, жить будет, – засмеялся Андрей, он у меня крепкий;

– это я заметила, – тоже засмеялась она, – дай я его тебе пожалею.

Андрей осторожно встал и сделал один шаг вперед. И тут же его ноги схватили две женские руки. Одна рука медленно поползла вверх по направлению к немного успокоившейся мужской гордости.

Вообще в такие игры с завязанными глазами, Андрей играл впервые, он видел это лишь в фильмах. И пусть он не показывал свое смятение перед неизвестным, его воодушевляло то, что Лариса приняла условия игры, и по всему было видно, что хоть и страшно ей, но все одно очень приятно.

Трепет его тела ознаменовал, что Лариса достигла своей цели, и нежные ее ласки, заставили молниеносно воспрять мужское естество Андрея.

Андрей почувствовал, как робкие губы коснулись «пылающей» от возбуждения головки его стержня, в страстном поцелуе, ласки руки Ларисы становились все увереннее. Она ласкала уже не только само орудие любви, но и бедра Андрея.

– Уже настала вторая часть твоей сюиты? Он готов познакомиться с моей киской? – раздался возбужденный голос Ларисы.

– Да, момент настал, и он этого жаждет, – проговорил в полголоса Андрей.

– Я только лягу на живот, а то я могу не только пнуть, но и закричать, – предупредила Лариса, – а так я буду «рычать» в подушку.

– Как скажешь, – согласился Андрей, присаживаясь на корточки, ощупывая перед собой пространство в поисках полки с Ларисой.

Лариса, поджав ноги, устроилась на постели головой к окну, предусмотрительно свернув подушку валиком. Только она закончила «вить» свое гнездышко, как ощутила прикосновение рук Андрея на своих бедрах. Ласкающие руки Андрея то гладили, то сжимали ее ягодицы, и их действия сопровождались горячими его поцелуями.

Андрей став одним коленом между ног Ларисы, лаская ее бедра, плавно подбирался к пылающему страстью ее лону. Слегка раздвинув ноги Ларисы он, ласкал ее «цветок» погружая пальцы между ее лепестками.

Лариса стонала от нежных ласк Андрея, отдавшись своим сексуальным эмоциям начала небольшие движения бедрами, подставляя под «умелые» его руки самые сокровенные места.

Зная, что у многих женщин бусинка клитора, гиперчувствительная, Андрей лишь не стал зацикливаться на его ласках, он лишь изредка, как бы невзначай задевал его, что сразу отражалось в виде судорог Ларисы. «Бутон цветка» от ласк Андрея раскрылся, изливая свой пряный нектар.

Сменив свое положение, Андрей став на колени по обе стороны над бедрами Ларисы, стал плавно опускаться к ее спине. Покрывая поцелуями, ее полечи и шею, Андрей своим достоинством проник в ее бурлящее внутреннее естество.

Лариса громко выдохнула в подушку, принимая Андрея в себя. «Какой он большой и горячий» – промелькнула мысль у нее в голове, и эта мысль была последней, поскольку нарастающая волна экстаза, захлестнула ее целиком.

Андрей, стараясь не задавить Ларису, держал вес своего тела на руках и коленях. Его ритмичные действия были с начала в унисон со стуком колес вагона, однако вскоре его темп стал нарастать.

– Не торопись, прошу, – донеслись молящие слова Ларисы.

Он послушно снизил темп. Одну ладонь, подсунув под грудь Ларисы, начал нежно ее «мять». В скором времени, Лариса сама уже начала двигать бедра навстречу Андрею, задыхаясь от страсти.

Истошный крик, венчающий пик блаженства Ларисы, частично поглотила подушка, а частично был заглушен свистком пролетавшего встречного поезда.

Андрей, резко выйдя из «жерла извергающегося вулкана», окропил своим нектаром страсти ягодицы и спину Ларисы. Тяжело дыша, он присел на край постели, его руки тряслись от возбуждения и усталости.

Одной рукой Андрей гладил ноги и бедра вздрагивающей от утихающей неги Ларисы.

– Ты прелесть, милая – проговорил дрожащим шёпотом Андрей, снимая с глаз повязку, – это было незабываемо.

Подняв голову, Лариса повернулась на бок, снимая повязку с глаз, ответила: «это самое прекрасное любовное свидание в моей жизни. Я не знала, что свидание в слепую, может быть настолько бесподобным».

– Ты самый лучший любовник на свете, – продолжила она, – мне теперь всю жизнь придётся сравнивать с тобой.

– Перестань, – ответил Андрей, – сейчас я с тобой, но появиться тот, который заполнит твою жизнь собой, и поверь, лучше меня он будет в тысячу, нет в миллионы раз, поскольку ты его будешь любя боготворить, а он тебя носить на руках. Но все равно спасибо за лесть, мне очень приятно.

– А как мне приятно, – томно проведя рукой по животу, проговорила Лариса.

Андрей подвинулся ближе, поцеловал Ларису в губы.

За окном появились первые признаки рассвета. Накинув на себя платье, Лариса, сказала Андрею, что скоро вернется, и, прошмыгнув в коридор, исчезла за дверью купе.

Прибрав немного на столе, Андрей поправил постель, выпив рюмку водки «с устатку» и закусил долькой апельсина.

«Вот и подходит мое приключение к концу, – вздохнув, подумал Андрей, – хотя если признаться честно я рад, нет, не тому что все заканчивается, я рад тому, что все это произошло со мной».

Дверь отворилась и в купе вошла, уже в «рабочей» одежде Лариса.

– Милый, спасибо тебе за все, вот тебе мой номер телефона, будешь свободен в нашем городе, звони, я первые три дня буду отдыхать, а потом в обратный путь. – говоря это, Лариса смотрела на Андрея блестящими глазами, она знала, что больше в жизни такого не повториться, то так же была убеждена в том, что дружба между ними останется на всегда.

– Конечно, барышня, я надеюсь, что хоть на родной земле мы с тобой пивка выпьем, – улыбнулся Андрей и, подойдя ближе к Ларисе, поцеловал. Поцеловал, так, как никогда еще никого он не целовал. Поцелуй был – прощальным для их любовных отношений.

В дверь постучали. Лариса подошла и открыла ее.

– О, какие люди, – в проеме стояла проводница Галина, широко улыбаясь, – а я почему-то была уверена, что ты останешься у нег до утра. От такого Казановы, я уверенна, еще никогда без «особого внимания» наш «женский брат» не уходил.

– Галя, ты в своем репертуаре, – рыкнула на проводницу Лариса, – спасибо конечно за свободное купе, но думаю, что твоя услуга бутылкой коньяка была уже удовлетворена.

– «Девочки», я вам тут не мешаю, может, я покурить схожу, пока вы междусобойчик решите, и давайте без драк, – смеясь, вклинился в разговор Андрей, и уже обращаясь к Ларисе, добавил, – ну ты и жучара, у тебя все намази, все схвачено, молодец.

Сказав это, Андрей подошел к Галине и Ларисе, и обнял их за талии.

– Милые вы мои, не побоюсь этого слова «родные» спасибо вам за все, а самое главное, за то, что вы появились в моей жизни – сказав это, он поцеловал каждую в щеку.

– «Ромэо», ты давай манатки собирай, подъезжаем уже, – как можно строже сказала проводница Галина, и резко чмокнув Андрея в щеку, ушла из купе.

Лариса удивленно посмотрела на Андрея, подбоченив руки. Андрей, улыбаясь, пожал плечами. Оба рассмеялись. Лариса помогла Андрею упаковать сумку, и, выходя из купе, поцеловала на прощание.

Вот и подходит к концу путешествие Андрея, через пятнадцать минут он ступит на родную землю и все его приключения займут свое место в багаже воспоминаний, пусть не многих, но зато очень ярких и приятных.

Выйдя в тамбур, Андрей закурил, смотря на мелькающие за окном, уже родные просторы.

Пуская кольца дыма, по мере приближения к своей станции, Андрей в своих воспоминаниях с сумасшедшей скоростью перелистывал «картинки» событий происшедших с ним за эти незабываемые, и местами очень поучительные трое суток, он пришел к выводу, что такого подарка, судьба ему больше не предоставит.

Тут он сам для себя осознал, что никаких подарков «такого характера» от судьбы ему и не надо, а если Судьба будет к нему благосклонна, то он все-таки встретит Татьяну.

Это самый долгожданный и дорогой подарок, который был ему дарован когда-нибудь проведением, и он очень боялся его, то есть ЕЕ, потерять.

Встретит он Татьяну? Позвонит она ему или напишет? Согласиться она на его самое сложное, но до боли в душе приятное, предложение, или нет?! Или по прошествии, этих летних каникул, все уляжется в его голове и сердце, и пережитое за эти дни останется лишь приятным воспоминанием?

Пока Андрей на эти вопросы ответа не знал. Но надежды его были полны радужными иллюзиями.

Все разрешиться осенью, само собой, конечно не без вмешательства очередного проведения. Но, это уже, будет совсем другая история.

КОНЕЦ

«Женщина, очень сложная натура, – любит ушами, видит сердцем, и без ума от языка»…

446
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...


Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
avatar
5000