Рассказ 19 Тиан и Гутти 7 Уроки мамы продолжаются

Предыдущий рассказ: Рассказ 18 Тиан и Гутти 6 Хорошие новости от директора бассейна и уроки мамы Часть 2

Тиан и Гутти 7. Остались с мамой одни.

Машина скрылась за Ракушкой. Там был поворот на выезд из пансионата. Всё! Предо мной была пустая дорога. Я почувствовал влагу на уголках глаз и отстранился от мамы. Я не хотел, что бы она видела мои слёзы. Отойдя на шаг, я отвернулся от неё и от ребят, которые направились ко мне. Я быстро вытер слёзы рукой.

– Тиан – раздался голос Красавы – может, на Ракушку пойдём? Попробуем, как Гутти нам велела, танцы переделать.

Вот только об этом и мечтаю. Ничего, мне, сейчас, не хочется. Тем более танцев. Мама почувствовала моё скверное настроение:

– Ребята. Тиану нужно немного прийти в себя. Он только что расстался с людьми, с которыми рассчитывал провести остаток лета, но его планы разрушились. Он обязательно подойдёт к вам, попозже.

Ребята сразу всё поняли и потянулись в сторону пляжа.

– Вечером встретимся – услышал я голос Глыбы. А нестройный щебет девичьих голосков добавил:

– На площадке. Мы будем ждать.

Я поднял руку в знак, то ли согласия, то ли просто из уважения. Мама же обняла меня, за плечи и мы пошли в сторону нашего корпуса.

– Сейчас отдохнёшь часик другой. Потом, у меня стирка накопилась. Мне ключ от прачечной дали, а там машинка сломалась. Завтра, после обеда, новую, привезут.

– Ты ведь, здесь, руками стирала раньше. А что сейчас? – нехотя спросил я.

– Я ещё не успела тебе сказать – мама посмотрела на меня взглядом говорящим, что сейчас будет изложено что-то важное:

– Мне Валентина Ивановна, директор пансионата, предложила побыть медсестрой вместо Нади. Меседры по твоему. Здесь есть вторая медсестра. Но ей одной будет очень тяжело. Я и согласилась.

– Ты там будешь жить? – спросил я, вспомнив, что Гутти и Меседра жили в комнате при медпункте.

– Нет и ещё раз нет – мама сразу поняла мою шутку – тебя самого не оставлю. Если что, в изолятор, определю до конца заезда.

Ого, маму понесло. Настроение, у меня, немного, поднялось. А мама продолжала:

– После отдыха поможешь мне со стиркой. А потом можешь или идти на пляж или с друзьями, танцы разучивать.

– Конечно. Помогу. А то ты, не сможешь отличить мыло от стирального порошка – своим ответом я показал маме, что тоже с юмором дружу.

Так, перекидываясь, шутками и дошли, до своей, комнаты. Мама сразу открыла форточку. На улице было не жарко, но в комнате было душновато.

Я сразу улёгся на свою кровать, удобно расположившись на животе.

Мама сбросила платье и закрыла дверь на ключ. Потом развесив платье на плечики, повесила его в шифоньер. Следующими стали трусики, лифчик она уже не носила. Она сняла их и положила на стул.

– Я сестры твоей больше стесняюсь, чем тебя. – сказала мама, подходя ко мне.

– Она всегда тебе замечания делала – как ни в чём не бывало, произнёс я.

– Давай я тебе массаж, расслабляющий, сделаю. Доця мне, столько, насоветовала, надо попрактиковаться.

Я любил массаж, поэтому сразу сбросил шорты и майку и снова лёг на живот. Тут же почувствовал лёгкие прикосновения маминых пальцев. Морозец прошёл по коже, превратившись в смешные пупырышки. Похоже, мама заметила это и её движения не изменились. Это было какое-то волшебство.

Поглаживания сместились на попку и она тоже начала приятно покалывать. Когда дошло до пяток, я чуть не сжался в клубок, до того стало лоскотно. Мама оторвала руки и велела мне перевернуться. Что я и сделал. Руки тут же заскользили по ногам. Не отрываясь от массажа, мама продолжила:

– Я только здесь, по-моему, поняла тебя и твоё желание, почаще, находиться голышом. Поэтому и запретов с моей стороны практически не стало. Ты, наверное, заметил. Я даже разрешила до душа идти раздетым. Конечно, когда людей нет.

Я кивнул, хотя и так всегда, не смотря ни на что, старался побыть голышом, при подходящей ситуации.

– Просто чудо. Тело не чувствует тряпок, отдыхает. Свобода неимоверная – мама просто заискрилась, даже помолодела как-то. Я провёл глазами по её телу. Грудь приподнята, животик втянут, на лобке начали красиво так, пробиваться волоски.

– Мне даже стало нравиться, как ты рассматриваешь меня – сказала  мама, явно поймав мой, блуждающий по её телу, взгляд. Я тут же отвёл глаза.

– Нет, нет. Не отворачивайся. Я хотела сказать, что мне действительно нравиться ходить голой и ловить твой взгляд на себе. Я тогда, в баньке и дома, помнишь, когда ванную по очереди мыли, прямо, как воздушная ходила. Хотелось, что бы ты прожёг меня глазами и видел всю и везде – разоткровенничалась мама и даже развела немного ноги.

– Да мама, я видел, когда ты в ванной мылась, тогда в баньке и нога на ванной, стояла и дома как нагибалась … Ой … извини – я запнулся, как-то в горячке, высказал своё мнение. Мне, конечно, импонировало мамино откровение, но всё равно настораживало.

Мама уже массировала живот и надо сказать делала это очень умело. Я был немного удивлён. С прошлого заезда у мамы, в этом отношении, был заметный прогресс. А мама продолжала развивать свою мысль:

– Нет, нет. Рассказывай. Мне очень интересно твоё видение голенькой мамы, рядом с тобой.

Сказала она, это, настолько умиротворённо и буднично, что я совсем успокоился и сказал:

– Мама, когда ты передо мной, полностью раздетой стояла, тогда, в бане, я испугался и почему-то, подумал, что ты меня отругаешь, за что –то. Но ты разу стала мыть, меня и я перестал бояться. И когда, мой писюн, начал торчать и ты, его, спокойно, в унитаз направляла, когда мне захотелось пописять, я понял, что совсем бояться не надо.

– А когда, я тебе, голенькая, запомнилась больше всего? – с хитринкой спросила мама.

Я немного, замялся, подбирая нужные слова:

– А ты, не заругаешься? – и когда она отрицательно покачала головой, продолжил:

– Первый раз, когда, твою, писю в бане увидел с такими красивыми волосами. Потом когда ты , там же … – я немного помолчал, собираясь духом  – писяла в унитаз. Когда, дома, нагнувшись, ванную, мыла. А ещё, как на Тенистом пляже, ты, дяде Жене массаж делала и ещё, тебя, слепень, за попу укусил.

Мама засмеялась:

– Да уж, тоже, помню. У тебя, очень сильно развито, визуальное восприятие. Поэтому и так часты случаи эрекции. Но, в основном, быстро проходят. Редко у тебя задержка бывает. Ты не вспомнил, как маме сисю сосал, как писю мне гладил и массировал. То есть, плотское влечение, у тебя, на втором плане.

Мама продолжала массаж, а мне, даже тепло стало, от этого, откровенного разговора. Она начала мять мне, руки и сказала:

– Ты очень похож на папу и желание находиться голышом, наверное, тоже передалось от него.

Я, наверное, в лице поменялся, потому, что мама пристально посмотрела на меня и спросила:

– Сынок, всё в порядке? – но тут же догадалась и улыбнувшись, сказала.

– Да, да. Не удивляйся. Он часто дома оставался голышом. После свадьбы нам повезло. Мы жили в отдельном домике и папа, когда было жарко, любил  по дому нагишом походить. Никто не видел. Я не ругалась, но сама не раздевалась. У папы по работе тогда, да, впрочем, и сейчас, хорошая организация была и мы два раза ездили в Крым. Сестричка твоя ещё маленькая была и бабушка не отпускала её с нами. В Крыму мы ходили на дикий пляж и там купались и загорали голышом. Потом, правда, когда сестричка подросла, папа не стал больше раздеваться. Хотя, я бы, не против была, да и доця тоже. Она у нас такая современная и смелая. Как-то подходит ко мне, а ей лет восемь или девять было, только я тебя родила и занята всегда, и спрашивает:

– Мама. Там папа в ванной, грязный. Ты с Дэнчиком занята. Можно я ему спинку помою?

Мне смешно стало и я ей в ответ:

– Ну конечно моя помощница. Если папа не пожалуется на плохое мытьё, с твоей стороны, то будешь всегда его мыть, когда я занята.

Так она и терла папу, а он её  и довольно таки долго. Тебе где-то четыре года было, когда папу начали в командировки посылать и тогда постепенно, их взаимные визиты в ванную, стали реже. Бывало, спрошу у неё, мол, мне тебя искупать или папе? Она всегда папу предпочитала. Он, изредка, даже до десятого класса ей мыльный массаж делал, когда та на своём волейболе ушибы и растяжения получала. Даже, уже учась в институте, она, когда приезжала, просила папу спину ей подправить.

Я не знал, таких подробностей и мне было, ужасно, интересно. Вот это сестричка. А я то думал. почему, иногда, она ждала пока я усну, а потом купаться шла:

– Мама, а почему сестра меня не купала?

– Как не купала? Купала и не раз. Просто когда ты подрос, то начал вредничать. Брызгать на неё пеной, обливать водой, а один раз даже пытался укусить и она, не захотела тебя больше мыть. А меня ты слушался.

Мне стало смешно. Я представил сестру мокрую и в пене. А мама, уже добралась до плечей и легонько мяла их.

– Мама. А когда, вы с папой, первый раз на диком пляже искупались?- я уже увлёкся мамиными воспоминаниями и желал знать побольше.

– Помниш первый день заезда. Я вам с сестрой, Рассказывала как, ещё девчонкой, на речке с подружкой купались и у нас одежду украли, а один мальчишка заступился за нас. Он ещё в больницу попал, после драки. Это и был ваш будущий папа. Когда он выписался из больницы, мы с ним пошли на реку, на то место где его избили воришки. Хотя лето и кончалось, но дни и вода в реке, были тёплыми. Папа захотел искупаться, но я отговаривала его, так как он был ещё слаб. Но он был, настойчив и я решила поплыть с ним. Плавала я хорошо  и если что, помогла бы. А купались тогда голышом. Так разделись, отвернувшись, друг от друга и купались. Потом долго обсыхали на берегу и смеялись со своей смелости и решительности. Это очень сблизило нас. Мы прямо как родные стали.

Я вспомнил знакомство с Гутти. Как похоже. Если бы не наш откровенный вид, то может и знакомства не состоялось или оно бы произошло, то не так стремительно.

Мамин рассказ меня буквально окрылил. Она уже точно мой союзник и папа, скорее всего, не против будет.

– Мама. Скажи. Папа будет не против моего голого времяпровождения?

– Думаю, что не против. Да он и не бросил бы своего увлечения. Просто боялся, что сестричка начнёт, с возрастом, это как-то по-особому, это, воспринимать. А сестричка, судя по её поведению и, не против, бы была. Надо было и мне поддержать его. Я вот видишь, вовремя раскрылась перед тобой и теперь могу спокойно рядом с тобой  голопопить – пошутила мама

Мама между тем, окончила массаж. Погладила мне грудь, живот и легонько помяла дружка. Потом убрала руку и попросила поднять ноги. Я исполнил и почувствовал мамины пальчики на анусе. Она легонько надавливала и поглаживала его.

– Смотрю, что травма отступила. Яички не болят? – и мама начала прощупывать их.

Я отрицательно покачал головой.  А она взяла прутик и откатив головку внимательно осмотрела её.

– Вижу всё хорошо. Вечером перед сном, опять массаж писюнчика. Будем постель беречь.

Я тем временем опустил ноги, а мама встала с кровати.

– Теперь твоя очередь приложить свои волшебные ручки. – она легла на свою кровать. Я тут же спрыгнул со своей и сразу начал массировать ноги. С попой и со спиной я расправился довольно быстро. Маме явно понравилось. Она томно перевернулась на спину и слегка раздвинула ноги. Я опять не жалел рук.

– Если желаешь маме сделать приятно, то мама не против будет – сказала она кивая на грудь. Я уже готов был и сам попросить об этом, но мама опередила. Уже через секунду я держал по очереди соски во рту и сосал и покусывал их губами. Мама начала гладить мне спину, опускаясь до попы.

– Вспоминаю тебя маленького – ласково сказала она.

Другой рукой она начала гладить мне голову. Было видно, что маме мои ласки, очень, нравятся и она начала подымать и опускать грудь. С её стороны начали раздаваться лёгкие стоны.

– Ну, всё маленький. Хватит. Помассируй маме животик и ниже – услышал я.

Чем ближе я опускался по животу, тем больше мама раздвигала ноги. Я понял, что она не против, если я поглажу её щелку:

– Только пересядь туда, на кровать – и мама показала глазами на место перед собой. Я быстро перепрыгнул и предо мной открылась панорама раздвинутых маминых ног и её красивого бутона. В этот раз, маме никто не мешал и я, долго, водил пальцами не только по щелке, но и вокруг неё и по ногам.  Вся кисть стала мокрой и мама, подала, мне, полотенце. Я снова прикладывал своё умение и был доволен, что ей нравится.

– Не останавливайся – вдруг сказала мама и живот, и мышцы ног у неё напряглись. Через секунду у неё вырвался тихий, но протяжный сладостный стон. Она сжала, как и в прошлый раз, ноги, только посильней. Я и руку не смог сразу вытащить. Полежав немного, мама снова раздвинула ноги и сказала:

– Сейчас с мамой было то, что с тобой, когда изливается спермочка.

Я представил, как маме было хорошо и честно, порадовался за неё. Мама тем временем снова раздвинула ноги:

– Вытри, пожалуйста.

Я аккуратно, вытер щелку и меня вдруг одолело непреодолимое желание, поцеловать мамину писю. Я нагнулся и припал губами к прекрасному бутону. Поразительный ароматный привкус почувствовали мои губы. Я даже, интуитивно, языком пошевелил, провалившись им в лоно

– Эй-эй. Вот этого делать не надо. Так мы не договаривались.

Я отстранил голову и поднял её. Выглядел, наверное, смешно и мама, глядя на меня, рассмеялась. Она взяла полотенце и вытерла мне губы:

– Ты смелый и отчаянный – сказала она мне – Но поверь, это лишнее, хотя маме и понравилось. Буду честной.

Она приподнялась и поцеловала меня в губы:

– Сладенький – только и сказала и как ни в чём не бывало, продолжила:

– Я не показала тебе всего, что сложило бы окончательное видение женщины.

Она не спеша, но сильно раздвинула щелку пальцами.

Я как зачарованный, смотрел на неё, пытаясь угадать, что мама хотела показать мне.

– Вот, смотри, внизу появилась дырочка. Это влагалище. Немного грубоватое, но точное название.

Мама указательным пальцем вошла туда и даже немножко пошевелила им

– А как же оттуда дети появляются? – я действительно не мог понять, как из такого маленького отверстия может появиться ребёнок.

– Мышцы вокруг влагалища очень эластичные и когда выходит ребёнок, они растягиваются и не задерживают плод – мама была довольна своей лекцией и не спешила закрывать щелку.

– К примеру, ты можешь спокойно ввести туда свой кулачок и он, легко войдёт туда..

Я, недоумённо, посмотрел на неё и она тут же сняла мою растерянность:

– Это я так, к примеру – смеясь, сказала мама. Мне тоже стало смешно. Мама убрала пальцы, и но ноги не сомкнула. Она откинулась на подушку и сложила руки за головой. Я залюбовался ею. Мама заметила мой восторг её голым телом. Я увидел искорки в её глазах. Такой я её видел впервые. Видать лекция по анатомии раззадорила её. Она привстала и согнув, ноги, в коленях, поджала их под себя:

– Тебе понравилась, мамина, пися? –   не сводя, с меня, глаз, спросила она.

Я, как-то, не уверенно покачал головой, на что, мама искренно улыбнулась:

– Я верю тебе. Ты с такой нежностью, поцеловал щелку …

– Мама, извини – виновато сказал я.

– Ну, что ты. Ты показал этим, что очень любишь маму и доверяешь ей.

Спокойный тон, уверенно доносящий до меня её слова, привёл в порядок мои мысли.

– Но, всё-таки, надо разрешения спрашивать – весело сказала она.

– А ты бы отказала, да? – спросил я, удивившись, своей смелости.

– Да, отказала бы. Но не ругала  и наоборот, похвалила за смелость. Я считаю, что между мамой и сыном, это уж слишком. А так, в этом ничего нет зазорного. Просто элемент любовных отношений. Между мужчиной и женщиной.

Она, как-то, лукаво, посмотрела на меня и распрямив ноги и свесив их с кровати сказала:

– Сынок. Возьми стульчик и сядь, напротив, мамы.

Я сделал, как она просила.

– Садись.

Я уселся.

Мама, внимательно посмотрела на меня и сказала:

– Двигайся ближе. Вот  так.

Я придвинулся, вплотную, к её ногам.

– Скажи сынок. Тебе нравится мамина пися? – прямо и честно, спросила мама.

Вопрос снова осадил меня.

– Мама. Ты уже спрашивала – немного удивлённо ответил я.

– А  мне нравится когда ты говоришь – да. Это к тому, что расскажу, тебе,  более, подробнее, о ней. Итак. Приготовься.

Мама подняла ноги, на кровать и стала на колени, прямо передо мной. Её лобок был в каком-то полуметре от меня. Это, неожиданное, решение мамы, озадачило меня. Я потерялся в догадках о дальнейших её действиях.

А она, взяла мою руку и положила себе на лобок:

– Тебе приятно? – спросила, когда ладонь почувствовала, немного жёстковатую, но такую приятную упругость, отрастающих, волос.

– Да мама, очень – честно ответил я. А мама, опустилась попой на кровать и снова раздвинула ноги:

– Опускай ручку ниже. Вот. Видишь складочка, как капюшончик. А под ней, что? – мама начала свой рассказ.

– Клитор? – не совсем уверенно, спросил я.

– Да. Он. Возьми его и легонько поласкай пальчиками – у мамы заискрились глаза и она, стала необычайно красива. Я даже задержал взгляд на её лице. А мама, продолжала:

– Это самый чувствительный участок тела женщины и надо быть, совсем, осторожным, что бы, не причинить боль. Для этого природой и придуман капюшон, а правильно, крайняя плоть. Она покрывает клитор, защищая от внешних раздражений.

– Так может нельзя? – я отпустил пальцы, но мама снова прислонила мою руку, к щелке.

– Если ласково и с любовью, то можно.

– Как сейчас? – весело спросил я, опять взяв пальцами клитор.

– Да-да. Только очень нежно. Поработай пальчиками.

Я исполнил мамину, просьбу. Было видно, что ей приятно. Через полминуты, мама легонько отвела мою руку, сказав при этом:

– Спасибо, миленький. Маме было очень приятно. Но мы здесь для другого.

Лицо мамы, стало серьёзней и она, сказала:

– Сынок. Я хочу быть честной тобой. Но и от тебя жду откровенных ответов. Поверь, когда между нами будет установлен диалог, без лжи и ухищрений, польза будет несомненной.

Мама, опять присела на корточки и немного наклонив, на бок, голову, спросила:

– Скажи, а ты уже видел нечто подобное у девочек или женщин?

Мама секунду помолчала и повела разговор дальше:

– Начни с тёти и сестрички. Твои самые близкие женщины.

Сказала мама это таким располагающим тоном, что я, был обезоружен и ответил ей:

– У тёти я видел только волоски на писе. Ещё мы фотографии смотрели и ей, стало жарко. Она трусики сняла и мяла себе между ног и мне разрешила погладить. Ей, нравилось и я, гладил и долго перебирал, там, её волосы.

– Молодец. Тётя заслужила такое внимание от любимого племянничка. – А сестричка чего от тебя удосужилась? – мама была настойчивой.

– Когда, она, мне массаж сделала, то отправилась в ванную, так как, было  жарко и позвала меня, помыть, ей, спину. А там показала клитор и я трогал его, как сейчас у тебя. Ещё и в дырочку попы палец засовывал и щелку гладил – я понял, что если с мамой, быть честным, то она злиться не будет и всегда посоветует, как надо.

– А это ещё зачем? – немного насторожилась мама.

– А она мне, делала массаж и палец в попу заводила. Для профилактики, говорила.

У мамы отлегло:

– Это такая же, медицинская, процедура, как и на Тенистом пляже, когда мама, супруге, дяди Жени, показывала, как её делать. А сестричка, по-моему, таким образом, просто, тебя расположила, к себе. Я, тоже, буду там, тебе массировать. Ты не против?

Я снова кивнул. А мама продолжила расспросы:

– А у кого ты ещё писю видел, так откровенно, как со мою? – снова располагающий тон, от которого не устоять и я продолжал:

– Одувашки показывали свои дырочки. Когда вы загорали, ты и тётя с Меседрой, на «чёрных камнях», лежали и ноги расставили, для загара. И писи, такие красивые были. Как розочки. Ещё у Лоры смотрел, когда её Руська подстригала там. И ей самой зеркало держал, когда у себя подрезала.

– А трогал их, гладил писи? – снова вопрос мамы.

– Да гладил. Они, просили и мне, хотелось им хорошо сделать. Они и мне гладили – неторопливо ответил я.

– Ну что же. Молодец. Они хорошие девочки. Лора умница, а Русе не повезло с парнем. Обманул.

Я ждал, что мама выскажет мне по поводу вольностей на камнях, но она была спокойной и вежливой. Она опять встала на колени и попросила меня, вновь прикоснуться к клитору. Я исполнил.

– Ты делал так девочкам? Касался их? Им понравилось? – мама продолжила свою лекцию. Я понял, что говорить правду будет лучше. Тем более мама со мной так откровенна:

– Да и Лоре, и Русе. Лора просила повторить ей и сказала, что будет ждать, когда ещё с ней на камни пойду – признался я маме.

– Ожидаемая реакция – сказала мама и повела разговор дальше:

– Когда просто ласкаешь клитор пальцами, то это можно принять и за лечебный расслабляющий массаж. Но есть ещё один вариант – языком. Но это уже элемент любовных отношений,  для взрослых и больше ты маму не обманешь, как бы, не желал этого.

Я подумал, не выдаёт ли меня лицо. Я то, чуть не спросил, у мамы, можно ли целовать клитор. А мама, вновь прилегла и попросила водить пальцами дальше:

– Притронься к бугорку и опускайся ниже. Вот. Чувствуешь маленькую дырочку? Это уретра. Канальчик, из которого мама, писяет. Он не чувствителен, поэтому не пользуется популярностью у любителей поработать языком.

Я засмеялся, представив, что кто-то, просто болтает языком.

– У тебя хорошее воображение. Поехали ниже. Расширение и углубление, это влагалище. Как по мне, самый важный орган не только женщины, но всей цивилизации. Эта дырочка принимает член, получает от него зачатие и, через девять месяцев, выпускает новую жизнь на свет. Вот она, больше всего заслуживает поцелуя … Всего человечества.

Я, снова внимал, маминым словам. Было интересно слушать. А мама продолжала:

– Возьми и аккуратно, введи указательный палец, в дырочку. Вот. Теперь поверни, подушечкой вверх и согни, пока не упрёшься, в твёрдое тело. Так. Теперь медленно высовывай его, обратно. Когда почувствуешь неровность тела, даже немного шероховатость, остановись. Ага. Вот и оно.

Мамины глаза снова заискрились:

– Это, так называемая, точка Джи. Тоже очень чувствительное место. Поводи кончиком пальца. Ох-х-х … Хорошо. Очень хорошо.

Мама приоткрыла ротик и грудь начала, подыматься и опускаться. Дыхание стало чаще и тяжелей. Довольно быстро, нижняя часть, её, тела, свело судоргой оргазма и мама, на несколько секунд, застыла.

Я восхищённо, не убирая пальцы, посмотрел ей, в лицо. Наверное, взгляд был особый у меня и мама, быстро придя в себя, сказала:

– Ты опять? Всё, всё, всё. Никаких, туда, поцелуев. Мама и так много и тебе и себе позволила. Подними голову.

Она разгадала моё желание, вновь поработать языком и губами. Я, послушался, а она взяла моё лицо в, свои, руки и поцеловала в губы.

– Спасибо тебе. За понимание, за откровенность и любовь к маме.

Она отпустила голову, снова взяла мою руку и опять положила на щелку:

– А теперь, запусти руку между ног и потрогай дырочку попы. Вот. Погладь её.

Я исполнил. Мама, серьёзно, сказала мне:

– Когда будешь мне массировать спину, то не забывай и анус. Его надо мять вокруг. Можно … и даже нужно и пальчик, как сестричке, вводить.

Она снова отвела мою руку и присела на кровать. Её лучистые глаза, вновь ослепляли меня.

– Мама хорошо выглядит? – Спросила она.

Я снова кивнул. Она, действительно, выглядела великолепно. Богиня красоты и совершенства.

– Дома, я покажу тебе фотографии, с Крыма. Там я молоденькая и очень красивая. Папа снимал. Даже, не удобно. У меня, внизу живота, там такие джунгли. Я даже ноги раздвигала, но щелки всё равно не видно. Но тогда такая мода была. Все так ходили. Меня бы подруги засмеяли, если бы писю себе побрила. Девочкой бы дразнили. Да и сейчас это редкость. Не все решаются не то, что сбривать, а даже укорачивать их.

Снова мы с мамой смеялись.

– Я сколько раз смотрел наши фотки, а тебя такой, ну голенькой, не видел. Только себя и сестру, маленькими.

– Ну, кто же такие фото в общем альбоме хранит? Лежат, в надёжном месте – весело сказала мама.

Я уже оправился от стресса разлуки, хотя чувство чего-то потерянного ещё оставалась.

– Мама. Ты не обижаешься на меня. Я сам не знаю, как получилось. Просто сильно потянуло к тебе, поцеловать. Не смог сдержаться – почему-то я растрогался и мне, показалось, что она начнёт ругать меня.

– И ты извини меня. Я вижу, что ты раньше других созрел и начал многое понимать, вот и решила по-откровенничать с тобой, немного. Но не подумала о том, что ты мог бы испугаться такого моего напора. Мал ты ещё.

– Нет, мама. Нет. Мне понравилось. Ты самая лучшая. Ты такая красивая. Ты, ты … – я остановился, подбирая слова – Мама. Мне так хорошо с тобой. Я … Я … Я бы целовал тебя и целовал.

Мама обняла меня.

– Мой мальчик. Любит маму и хочет, чтобы ей всегда было хорошо. Спасибо тебе, мой маленький мужчина. Но я думаю, что этот мужчина, любит секреты и то, что произошло с нами, останется, для него, может самой красивой тайной и никто другой, о ней, не узнает.

Я закивал, в знак согласия, а она нежно, даже страстно, поцеловала меня и тут же, как ни в чём не бывало, встала и весело сказала:
– Всё. Встаём. Одеваемся и собираемся в душ, на стирку.

Мама быстро простирнула бельё и я, помогал выкручивать его. Потом , мы, развесили его за корпусом, в котором жили и мама, напомнила мне, о ребятах, которые ждут меня, на площадке. И хотя, мне вовсе не хотелось уже танцев, я, получив от мамы, поцелуй в лоб, отправился к ним.

Денис Донгар

Продолжение следует…

Серия публикаций:

О приключениях мальчишки-натуриста

20 764
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...
Понравилось? Поделись с друзьями!

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
1 Комментарий
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
VicUa
1 год назад

долгожданное продолжение. здорово получилось