Солнце трех миров. Часть 1, глава 10. Графиня Монте-Кристо XXIV века

Часть 1, глава 10. Графиня Монте-Кристо XXIV века

Безродный Сергей

… — Итак, моя история начинается в двадцать пятый день Поры Лунного Сияния 2173 года Эры Великого Пророка по нашему летоисчислению, или шестого декабря 2303 года по вашему. В этот день, в семье графа Жю Клидат, первого секретаря Хилликийского посольства на Земле родилась девочка, которую нарекли Унита, что в переводе означает «звездочка». Посольство находилось в той части мегалополиса Босваш в Северной Америке, которая когда-то называлась Нью-Йорком. Получается, что Босваш – это город моего рождения.

— Я правильно поняла, что эта девочка – это вы? – переспросила Сайто. – У вас было другое имя? Получается, что вы все-таки землянка по рождению?

— Совершенно верно, — согласилась графиня, подливая гостье еще чая. – Изначально меня звали так. И я знать не могла, какая судьба меня ждет. У женщины в нашем мире все просто, тем более, в аристократических семьях. Детство – учеба – опять учеба – замужество – семья и дети, и великая честь – быть дополнением к именитому мужу. Но, как любят говорить в старинных романах, все пошло не так. По крови я – гуриассийка, но, видимо, воздух и энергия вашей планеты оказали на мое развитие определенное влияние. Жизнь в огромном столичном городе, среди уходящих за облака небоскребов, в мощном ритме мегалополиса, в котором проживают пятьдесят миллионов человек, в самом центре информационных потоков с разных планет, просто не могло бы позволить семье Жю Клидат закрыться в своем замкнутом мирке. А девочка росла непоседливой, непослушной, и с восторгом взирала на гигантские, расцвеченные огнями башни, на проносящиеся по воздуху караваны машин, на всю эту динамичную бурную жизнь за оградой посольства. И, разумеется, когда подросла, не раз убегала на свободу, и оказывалась в разных районах огромного города. Хорошо еще Земля абсолютно безопасна для маленьких путешественниц! Так я добредала и до старых районов, — до исторического Центрального Парка, до Уолл-Стрит, где теперь за зеленой травке отдыхают студенты и художники, до залива, откуда видна гигантская Статуя Свободы. В старые времена до Терранской битвы она, говорят, была ниже и находилась на маленьком острове. Разумеется, меня находили и возвращали обратно. Там пытались воспитывать и выбить из меня дурь. Особенно та женщина, которая родила меня.

— Ваша мать? – переспросила Сайто. – Вас что, били?

— Я бы не хотела называть эту женщину матерью, — вдруг помрачнела Жю Сет, скрестив руки на груди. – Если только по факту моего рождения. Но я ее об этом не просила, так что и благодарить не обязана. А что касается битья – я как раз это в вину не ставлю. Вполне нормальный метод воспитания.

— Не слишком ли вы суровы? Все же мать есть мать, какой бы она не была. Хотя, если говорить о подобном, с позволения сказать, воспитании, у нас за такие вещи лишают родительских прав.

— Нет. Я еще слишком лояльна. Забудьте эту пошлую поговорку. Право называться матерью еще надо заслужить. Я заслужила в свое время, чем горжусь по праву. Слушайте дальше, и вы все поймете. У нас с этой так называемой матерью были постоянные конфликты. Она обожала своего сына, моего старшего брата, а мне в основном оставались упреки и окрики. Но это ладно… Рано или поздно нужно было решать вопрос с моим образованием, и вот тут возникла целая проблема! Мать не хотела, чтобы я получила ваше куалийское образование. Она очень хотела услать меня на Гуриасс, от соблазнов подальше, но отец настоял на том, чтобы я училась на Земле. С обычными куалийскими детьми. Это, кстати, делает ему честь. С одной стороны, это даст мне знания куда большие по объему и полезности, чем наши родные шесть ступеней, с другой стороны, — удовлетворит мою тягу к исследованию куалийского мира, в третьих – несколько семей из нашего дипломатического корпуса  посещают школу куалийцев, так Жю Клидат хуже?! Не сомневаюсь, что этот последний аргумент имел решающее значение, и я пошла в обычную школу с обычными куалийскими детьми, — в основном, североамериканцами.

— Вы занимались по общей программе, или по адаптированной? – с интересом спросила Сайто. – Не было трудностей?

— Еще как были! Конечно по адаптированной! Дети Земли превосходили меня на голову в знаниях и умениях. Я была вечно отстающим ребенком, поэтому еще параллельно занималась дома с виртуальными учителями! Кстати, отдаю должное вашей педагогике, — мне были созданы идеальные тепличные условия, меня подтянули до общего уровня, а мои однокашники не только не смеялись и не издевались надо мной, но и взяли надо мной шефство, помогали, как могли. Это стало своего родом девизом класса: «Помоги Уните!», хоть агитационный плакат пиши! — Стелла рассмеялась. – Ну, понятное дело, после школы продолжалось домашнее образование, — этикет, иностранные языки моей планеты, риторика, рукоделие, и прочие женские премудрости. Учеба в средней ступени мне давалась относительно легко, после того, как меня хорошенько поднатаскали в младшей, и в пятнадцать лет окончила школу, как и все. Потом были три года обязательного высшего образования…  Мне нравилось учиться. Хотя все это было через истерики матери, — где это видано, чтобы девушка была умнее и образованнее будущего мужа, да еще и половины населения планеты! Это была заслуга отца, единственная заслуга, что он отстоял мое право на куалийское образование, хотя после этого мать просто извела его упреками и скандалами, и он сломался окончательно, подчинившись ее воле.

— Препятствовать образованию собственного ребенка, — это, извините, дикость какая-то! – возмутилась Сайто.Она положила ногу на ногу, скрестив пальцы на колене.

— Изуми, государыня моя! Это бы я ей простила, если бы этим дело и кончилось! Да и потом, не забывайте, что речь идет не о Земле, а о патриархальном обществе, где умная женщина – уже угроза общественной морали! Она же начнет требовать прав наравне с мужчинами, а следом за ней с теми же требованиями подтянутся и другие. К тому же у нас с вашим миром, мягко говоря, не совпадают политические модели. У вас государство работает на каждого человека, у нас – для маленькой кучки элитариев. Представьте, что такие вот мысли я начну излагать на родной планете! Итак, мне исполнилось восемнадцать, и вот о дальнейшей учебе не могло быть и речи, — мать костьми готова была лечь. Ну и, поскольку я давно уже вошла в определенный возраст, меня было решено выдать замуж. Мужем, чтоб его черти на сковороде жарили, стал не кто-нибудь, а единственный сын посла, отпрыск старинной известной фамилии Жю Кхинейне. Он был ненамного старше меня. Так я стала Унитой Жю Клидат-Кхинейне.

— Какой кошмар! – вскинулась Сайто, откладывая в сторону печеньку. – Вас насильно выдали замуж! И куда смотрели федеральные власти?! Вы жаловались в правоохранительные органы? В полицию, в прокуратуру, в Общественный Контроль?

— Да нет, ничего драматичного… — пожала плечами Стелла, разведя руками. – Я и сама была не против. Не скажу, что я испытывала к нему какие-то романтические чувства, но я и не протестовала, это мне казалось естественным ходом событий. Мы прожили около года, особо не мешая друг другу… Ничего не предвещало последующих событий… Он не горел ко мне пламенной любовью, но и не был груб. Все как у всех… — голос графини постепенно становился каким-то чужим, отстраненным. Сайто напряглась, ожидая, что сейчас произойдет что-то ужасное.

— Год спустя я забеременела. Мой муж отнесся к этому без особого энтузиазма, и как-то попытался уговорить меня избавиться от ребенка. Я резко отказалась. Такой грех на душу я брать абсолютно не собиралась.

— И правильно сделали, — кивнула Сайто. – Такого рода операции на Земле строжайше запрещены, за исключением ряда медицинских показателей. Если бы согласились, стали бы преступницей. Система помощи на Земле беременным и роженицам доведена до совершенства. Предусмотрено любое лечение, в том числе пересадка и замена внутренних органов. Возможно внешнее вынашивание плода в искусственных устройствах, и отказ от ребенка в пользу государства или другого человека, и пересадка эмбриона другой матери. А редкие дети-сироты, которые иногда появляются, усыновляются быстрее, чем об этом появляются сообщение в Сети.

— Слава Земле, ну так я стала мученицей! Итак, шел шестой месяц… — продолжала Стелла, равнодушно уставившись на блюдо со сладостями. – В один из вечеров мой муж заявился домой изрядно навеселе, и, видимо натрудившись за день, залег в спячку. Все бы ничего, но пока он отсыпался, ему названивала какая-то девица. Явно не с рабочими симпатиями. Я все поняла. Когда он проспался, я сказала, что все знаю. Мне было горько, но я довольно легко восприняла это. Предложила ему развестись по-хорошему, и пусть будет счастлив с кем хочет… И вот тут…

Тут уже Сайто, примерно поняв вероятное развитие событий, встала с места, подошла к Жю Сет и взяла ее за руку в знак поддержки:

— Если не хотите – не рассказывайте. Я вижу, вам больно переживать это заново. Я на вашей стороне в любом случае.

Стелла не плакала, она просто отстраненно смотрела на стол, глубоко затягиваясь дымом. Она приобняла Сайто в ответ, и продолжила:

— Он пришел в ярость и избил меня так, что я потом некоторое время даже ходить не могла! Избиение спровоцировало выкидыш, — он несколько раз ударил по животу. Дикая боль… Потом, когда до него дошло, а я валялась в крови на полу, он просто убежал из дома. Медбригаду вызвал робот-уборщик, обнаруживший меня. В госпитале мне сказали, что ребенка спасти не удалось. У меня должна была быть девочка… Это был проклятый двадцать второй год, девятое ноября. Или по-нашему, восьмой день Поры Белых Стрел.

— Я надеюсь, эта тварь получила по заслугам?! – побагровела Сайто, сжав кулаки — Как жаль, что меня там не было! Он бы узнал, что такое кюсю-дзюцу, и за сколько секунд тело подлеца превращается в кровяной мешок!

— Спасибо вам за поддержку, друг мой! — Графиня, отводя глаза, приобняла начальника Материального отдела и чмокнула ее в щеку. — Самое страшное – не это. Самое страшное  началось потом. Когда я еще в полубессознательном состоянии, раздавленная и униженная валялась на больничной койке под аппаратами, ко мне начались походы делегаций. Заявился свекр вместе с моими родители. Никто не извинялся, не выразил сожаления… Сначала меня стали упрашивать дать показания в полицию, что это я спровоцировала его на применение силы, а он был в состоянии аффекта. Интересно, как я могла его спровоцировать на такое. Свекр обещал мне помощь, поддержку, деньги, если я …попрошу у властей Земли за этого выродка! Мои родители требовали не раздувать скандала, ведь на кону честь известных фамилий! Как потом выяснилось, моего муженька задержала полиция и завела дело по статье «Убийство». Это и было убийство, — убийство почти сформированного ребенка во чреве, преступление планетарного масштаба. Моя беда всколыхнуло все население Земли, а дело было взято под особый контроль федеральным министром. Меня поразило это… В нашем мире каждый день гибнут по разным причинам сотни, если не тысячи детей, и до этого никакого дела никому нет. А здесь простое надругательство над женщиной, тем более не куалийки, чужачки с другой планеты, спровоцировало массовые беспорядки напополам с дипломатическим кризисом. Весь Босваш стоял на ушах! Дипломатический городок взяла под охрану армия, потому что моим незадачливым родственничкам начали приходить откровенные угроз от жителей

— Стелла, это норма в нашем мире. Насилие в отношении женщины, тем более будущей матери, — одно из наиболее тяжких преступлений по законам Федерации. И там близко речи нет ни о какой дипломатической неприкосновенности! – уверенным голосом заявила Сайто. Осанка ее в этот момент была ровной, как будто она читала доклад в конференц-зале. – И, кстати, даже если бы вы заявили даже, что не имеете претензий к этому…, ваше заявление просто не приняли бы во внимание.

— Да, мне это известно, — чуть кивнула Жю Сет. — Для землян-североамериканцев это было чем-то за гранью добра и зла, и многие даже не поверили, что такое действительно могло произойти на Земле. А государственные министры подключились еще и по той причине, что в некоторых уголках страны инициативные граждане на полном серьезе начали формировать отряды для посещения Босваша и хилликийского посольства, причем некоторые открытым текстом заявляли, что собираются за такое прикончить моего проклятого муженька собственными руками. Через два часов после поступления Униты в госпиталь, о происшествии знал весь континент. В СИЗО, куда доставили виновного, его чуть в первые же полчаса не убили уголовники в камере. А хилликийское посольство на следующий день практически подвергли разгрому возмущенные горожане, и пришлось ввести в город дополнительные войска для защиты хилликийской дипмиссии. Сколько оскорблений и угроз пришло на адрес хилликийскому послу, трудно даже подсчитать…

Стелла перевела дух, после продолжила:

— Самое интересное, что я была настолько слаба и беспомощна, что чуть не пошла на это, … Тем более свекр обещал мне всяческие блага, помощь, чуть ли не корону королевства, лишь бы я простила его сыночка, который, ну чуть-чуть погорячился! Я бы пошла на это, если бы дело касалось только меня… Но вот ребенка я ему прощать не собиралась. Я ответила резким отказом. Тогда мне откровенно начали угрожать, что изваляют мое имя в грязи, что лишат меня дворянского титула и на родной планете мне просто жизни не дадут. Репутация сразу двух семей была под угрозой, мать даже влепила мне пощечину от гнева! Вот только свидетелем этого мерзкого поступка стала тогда еще молодой врач, моя прекрасная покровительница Ирина Иванникова, которая ухаживала за мной. Моя русская сеньора пришла в неистовство и лично вышвырнула этих недостойных людей из моей палаты. Она в одиночку справилась с тремя взрослыми мужчинами, не посмотрев на титулы и звания. А моей так называемой матери она пообещала, что в следующий раз она будет защищать меня с оружием в руках и застрелит ее на месте! Что она – гражданка Советского Союза, и что ей наплевать на все сословные привилегии, и еще что-то сказала про четыре русские революции, звездный флот и своего дальнего предка, какого-то Степана Разина…  Ну, вы можете себе представить гнев моей доньи, когда она видит несправедливость.!

— О, да! – засмеялась Сайто. – Очень хорошо могу! Не знала, что Иванникова в прошлом работала в босвашской больнице? – удивилась Сайто.

— Насколько мне не изменяет память, по обмену, — ответила Жю Сет. – Кто-то из американских врачей поехал стажироваться в СССР, а она прибыла в Америку. Так или иначе, уголовное дело переросло в международный скандал! Верховный Совет Федерации Земли по запросу министра внутренних дел в момент аннулировал неприкосновенность моего муженька, его увезли в казенный дом силой, где им занялись сразу несколько силовых ведомств. Меня охраняли добровольцы из горожан, потом Федеральные власти выставили у моей больничной палаты пост охраны. И в это время мои родители и родственники на всех углах трубили, что я сама виновата, что это я довела хорошего человека до рукоприкладства и фактически сгубила его. И даже говорили, что я, дескать, ходила на сторону от него, вот и заслужила! Нормальных-то женщин не бьют и детей им из брюха не выбивают! А земляне вступали с ними в жесткое противоборство где могли.

– Все это напоминает сценарий какого-то старинного фильма ужасов, — сказала Сайто, пальцами рук прикоснувшись к переносице. – Но ведь распуская про вас подобные сплетни, они очерняли себя, а не вас! Если они из дипломатического корпуса, они не знали особенности менталитета населения того мира, в котором они живут? На Земле насилие в семье недопустимо в любом виде, у нас накоплен богатый опыт по борьбе с такими …явлениями из глубокого прошлого. Общество в любом случае будет на стороне жертвы, и тот, кто пытается нападать на эту жертву, сам уничтожает свою репутацию.

— Видите, насколько разная у нас ментальность? – улыбнулась Жю Сет, склонив голову перед грозной женщиной-офицером. – У нас две трети населения просто равнодушно пройдет мимо, а из той трети, что обратит внимание на происшествие, еще две трети обвинит женщину. Это удобно, это одобряет церковь и общество, это позволит не ссориться с могущественными фигурантами дела. Мы как бы мысленно говорим ему: «Я за тебя, не нападай на меня!» Что касается дипломатии – я вас умоляю! Достаточно просто быть благородного происхождения и доказать лояльность государственной власти, а также правящей партии, чтобы сколотить себе политический капитал. После этого развиваться уже не надо, тебе все сойдет с рук! А вот на Земле не сошло, чему они были крайне удивлены. Земля живет по своим законам!

— Что было дальше?! — резко спросила Сайто.

— Я понимала, что если я вернусь на родную планету, там меня просто сживут со света, или сошлют в монастырь. Я просила связаться с отцом, с родственниками, чтобы заручиться хоть чьей-то поддержкой. Я даже написала письмо королеве! Но ответа я ни от кого не получила. И тогда я приняла тяжелое решение… Это удивительно, но меня практически удочерил весь персонал госпиталя и весь город впридачу. Я не знала нужды ни в чем, меня просто задарили подарками! Я получала тысячи писем поддержки в день от абсолютно незнакомых мне людей со всех концов мира. А во главе этой армии света стояла Богиня во плоти, — сеньора Ирина, которая фактически стала мне и сестрой, и матерью, и проповедницей. Хотя она сама отрицает свою определяющую роль. Мы с ней очень сдружились. Тогда она еще не была офицером, а была просто перспективным молодым врачом, ей тогда было около двадцать семь лет, и она тоже имела неудачный опыт… Стоп, молчу, это уже не мои тайны!

— Я поняла! И чем закончилось это дело?!

— Ничем. Вмешалась политика. Лично Ее Величество королева Хилликийская обратилась к правительству Земли с просьбой не доводить дело до крайности. А земные власти все же не были заинтересованы портить отношения с Хилликийским королевством из-за какой-то девчонки. Я выступила в суде. Я прокляла этого выродка. Прокляла всю мою лицемерную семейку и при всем народе заявила, что подвергаюсь преследованию со стороны своей семьи, и попросила у властей Земли политического убежища и статус беженца. Это был не просто скандал – это была бомба! Мать орала мне: «Будь ты проклята,  мерзавка!» У посла, моего бывшего свекра, случился сердечный приступ. В конце концов, виновного отдали хилликийской стороне, но объявили его на Земле персоной нон-грата, и объявили, что в случае его появления на территории Федерации он будет схвачен и подвергнут тому самому наказанию. Также суд обязал правительство Хилликийского королевства считать этот брак расторгнутым, выплатить в мой адрес компенсацию в размере пяти миллионов ипси, и заявил, что я получаю статус  официального беженца, и в случае попытки моего похищения или устранения будут тяжелейшие последствия для отношений двух держав, чуть ли не до разрыва дипломатических отношений. Так что с другой стороны Земля фактически обеспечила мне безопасность. Позже я узнала, что моя семья отреклась от меня, как от предательницы, так как считайте, две родовитые семьи лишились своего положения и были высланы за пределы Федерации. Я стала безродной беженкой на Земле. Но меня поразило, что чужое государство сражалось за меня, как за родную дочь, а свое, — просто вернулось от меня.

— Таково наше общество, Стелла, — не без гордости сказала Сайто, — Не могу поверить, что это происходит в наше время. Федеральные власти по сути пошли на сделку с преступником в угоду внешнеполитическим интересам. Они не имели права этого делать! Я бы на вашем месте подала жалобу на их действия в Конституционный Суд Федерации.

— Если не верите – проверьте, — равнодушно пожала плечами Стелла. – Даже в Сети это есть. Дипломатический скандал в столице 2322 года, суд над членом хилликийской дворянской семьи. Там и мое старое имя упомянуто. Я уже смотрела в Галапедии. Открыть вам, почитаете? Вы правы, решение суда спровоцировало волну массовых беспорядков в Босваше и на всем Северо-Восточном побережье, а судья, вынесший решение, вынужден был уйти с поста и покинуть Землю на долгое время. Конгресс СШСА в полном составе ушел в отставку.

— Нет, я вам конечно верю, – подняла ладони Сайто. – Но в этом случае вам должны были оказать помощь федеральные власти. Существует много программ по реабилитации беженцев-инопланетян.

— Разумеется, — согласилась Стелла. – Из этой трагедии я вышла не одна. У меня появилась покровительница  – Ирина Иванникова. Я правильно выразилась? Она была врачом в той больнице, она вытащила меня с того света, она находилась со мной день и ночь, выслушивала мои истерики и удерживала от желания покончить с собой, — были поначалу такие невеселые мысли. Вот вам и ответ на вопрос – откуда я знаю Иванникову. Я могу сказать, что фактически молюсь на нее, и это для меня честь.

Сайто кивнула головой, а Стелла, заново накрыв стол, на который японка с идеальной девичьей фигурой уже смотреть не могла от переедания, продолжала свой рассказ:

— Моя реабилитация заняла несколько месяцев. Мне исцелили разум, — она улыбнулась, постучав пальцем по макушке, — Но последствия еще сказывались, — в новые отношения я вступать боялась еще долго, а мужчин просто ненавидела вообще, как врагов рода человеческого. За всю мою жизнь у меня было только двое мужчин, — уже посчитанный проклятый бывший муж, и еще один мужчина, — его антипод, превосходный интеллигентный, умный молодой человек, который еще только появится на моем горизонте через много лет. По хорошему счету, именно Джереми, мой второй мужчина полностью избавил меня от страха перед противоположным полом, за что я ему бесконечно благодарна. И еще – у меня появились приемные родители. Хотя как родители, — опекуны… Так было принято по федеральному законодательству, что-то вроде официальных покровителей.  Одна очень приличная бездетная мексиканская семья. Мария и Альварес Кортес. За несколько лет общения с ними я получила любви и сочувствия больше, чем за все свое детство от своих биологических родителей. И уж коли от меня отреклась вся моя хилликийская семья, я отреклась от своего прошлого имени. По традиции испаноязычных стран я использовала имена моих приемных родителей, и их фамилию. Разумеется, с благословения моей новой матушки. А имя – Стелла. Та же самая «звездочка», но уже по-латыни. Хотя изначально имя было Эстелла, но потом я сократила его.  Так не стало Униты Жю Клидат, и появилась Стелла Мария Альварес Кортес. Да я и внешне похожа на мексиканку, так что заодно нашла себе и новый дом!

— Отличное имя, — улыбнулась Сайто. – Но лучше расскажите о программе профессиональной ориентации. У меня личный интерес. Психологи ведь консультировали вас, предложили вам сектор развития?

— О, да! – засмеялась Жю Сет, прикрыв ладонью рот. – Это был еще тот аттракцион! Я прошла множество психологических тестов, беседовала с людьми и машинами-специалистами, чтобы понять, куда меня определить. Женщина в двадцать лет с весьма средненькими мозгами и одним хилым высшим образованием, — понятно, что звезд с неба хватать не будет. Признаться, я была бы рада остаться на Земле в качестве какой-нибудь низшей прислуги типа «сделай-подай-принеси». Тем более, что я лишилась всего, — титула, денег, именитых родственников… Но тут ваши психологи меня огорошили, — по результатам мониторинга, мне рекомендована профессия, связанная с управлением космическими транспортными средствами. Можете себе представить?! Вчерашняя хилликийка-студентка, которая и мира-то толком не видела, для которой карета с лошадьми – это нормальный вид транспорта, — рекомендуется к обучению пилотскому ремеслу! Я чуть с ума не сошла! Или, думала, что с ума сошла машина, раз подписала меня на такое!

— Вами занималась программа Orion Prof G12? – спросила Сайто. – Это совместная разработка азиатских, американских и австралазийских специалистов. Мой двоюродный брат работал в коллективе создателей этой программы. Она очень точно учитывает особенности личности, в том числе и мельчайшие психологические нюансы. Как видите, она оказалась права. Но у вас явно не хватало знаний, ведь в двадцать переучиваться на пилота – поздновато. Дайте предположу – ускоренная загрузка информации?

— Адская процедура! – поморщилась Стелла так, будто у нее сейчас вырвут зуб. – До сих пор мурашки по коже! И ощущение первую неделю было такое, будто это уже не мой разум, будто там царствует еще кто-то с чужими знаниями и умениями. Просто раздвоение личности! Вот после этого я категорически отвергаю любые вмешательства в мое тело и мой разум, в том числе и пресловутую генную коррекцию! Пусть я проживу свои положенные пятьдесят-шестьдесят лет, но проживу хилликийкой!

— Ничего! Я тоже это проходила, — уверенно сказала Сайто. — За этой системой будущее. А вот с отрицанием генной коррекции – категорически не могу согласиться. Какой смысл – намеренно укорачивать свою жизнь вдвое, а то и втрое?! Здесь я полностью солидарна с вашей старшей подругой.

— Мне все же комфортнее в прошлом, нежели в будущем! – брезгливо поморщилась Жю Сет. – Так вот, я прошла обучение, и мне предложили трехлетний контракт со Звездным Флотом Федерации. Где я и отслужила вторым пилотом с двадцать третьего по двадцать пятый год, доучиваясь по ходу. Даже в последующем пожалована знаком отличия специалиста второго класса. По образу мыслей я уже была самой обыкновенной куалийкой. Вот откуда мои пилотские умения. Можете себе представить?

— Очень даже хорошо могу, — согласилась майор. – Верховным Советом Федерации в 2301 году была принята программа перевооружения Звездного флота, в столетнюю годовщину Терранской битвы. Один из этапов реформы – формирование кадрового резерва пилотов и младшего командного состава, способных работать на новых кораблях, а также судах вспомогательного типа. Пилот корабля всегда нужен. На крейсере служили?

— Бог с вами, на обыкновенном транспортнике! – засмеялась Жю Сет. – Вот вам и «новый тип»! В основном не выходили за пределы Солнечной. Но один раз ходили в составе флотилии на Шедар.

— Двадцать шесть дней в гиперпространстве? Неплохо! На Земле за это время проходит четыре месяца!

— О, да! Кстати, знак отличия «Экспедиция на Шедар» у меня тоже имеется!

— Ну хорошо, истоки ваших знаний и умений мне понятны, – кивнула Сайто. – А как насчет собственного корабля?

— А тут все еще проще – ответила Жю Сет. – Купила в Сети. Помните те деньги, которые мне по суду должны были выплатить? Так ваши фискалы добились полной выплаты, правда, за несколько лет. Этих «Нептунов» же наделали в свое время тысячи, потом не знали, куда списать. А я ходила на «Алькоре», модификации «Нептуна». Он хорош тем, что им можно управлять в одиночку, он прост в обслуживании и эксплуатации, запчасти только что в космосе не летают вперемешку с метеоритами! Знаете, за сколько взяла? За десять тысяч!

— А сколько вложили? – с улыбкой знающего человека спросила Сайто.

— Еще столько же! – Зато теперь свободна, как звездный ветер, на собственных крыльях! — хихикнула Жю Сет, раскинув руки и потянувшись. — Продолжаем повествование?

— Да, весьма увлекательный роман, – засмеялась майор, и тут же осеклась. – Извините меня за бесцеремонность, но действительно очень интересно!

— Я же говорю – хоть на всю ночь оставайтесь! – весело сказала Жю Сет. – Чаю?

— С удовольствием! – Сайто в уме пыталась подсчитать, во сколько килограмм лишнего веса обойдется ей сегодняшняя душевная беседа.

— Так вот… После окончания службы я получила множество документов, лицензию на управление частным кораблем и гражданство Федерации. Имеется в виду паспорт Северо-Американских Соединенных штатов. Но надо как-то жить дальше. Решение пришло само собой. Я связалась по совету родителей с сеньорой Ириной и попросила помощи. Она и предложила перейти к ним. Она тогда работала в Службе медицины катастроф при МЧС СССР. Я и мой корабль оказались весьма кстати. Там я осталась еще на три года. Пожила в Советском Союзе. Заработала денег. Приобрела опыт перемещения на дальние расстояния. Навыки оказания первой помощи. И кое-какое медицинское оборудование, которое так и осталось у меня. С Ириной мы были не разлей вода, практически жили одним домом. Я часто бывала у нее в Самаре, познакомилась с ее дочкой, Алиной, фактически была ей запасной теткой. Про нас с Ириной даже стали разные слухи распускать всякие добрые люди… — Стелла усмехнулась. – Сплетники и клеветники одинаковы во всех мирах. Однако в двадцать седьмом году мы страшно разругались и расстались, как тогда думали, навсегда. С работы я ушла, забрав корабль. Коллеги не понимали, куда я срываюсь, уговаривали остаться. Но…я улетела к родителям…я имею в виду приемных родителей в Мексике, и разорвала всякие отношения с Ириной.

— А из-за чего разругались? – спросила Сайто.

— А вот это пусть останется тайной – сухо ответила Жю Сет, сжав губы.

— Хорошо, — тут же согласилась Сайто.

— Ну так что же… За время жизни на Земле я увлеклась эзотерикой. Ну а чем еще заняться одинокой женщине? Дело в том, что я обнаружила у себя некоторые способности видеть то, что не видят другие. Как говорят на Земле – экстросенсорика. Сначала я ударилась в мистику, потом вспомнила про книгу своей прабабки. Я также нашла в Сети немногочисленную информации о магах и колдунах Южных Островов нашего мира, — кто-то из ваших этнографов уже успел побывать там. В свое время каждая десятая уроженка Южных Островов обладала этими умениями. Это умение встречается только у женщин. Передается это через поколение, вот дошла очередь и до меня. Мной по этой теме, кстати, в свое время заинтересовались специалисты одного из институтов КГБ. Они объяснили это влиянием особого вида радиоактивных горных пород, которые в изобилии встречаются на островах. Под их влиянием изменяется мозжечок, который начинает играть роль пси-антенны, а еще один орган – своего рода излучатель. В свое время церковь жестоко преследовала людей с такими способностями, считая их колдунами. Моя прапрабабка тоже стала жертвой подобных гонений. Вот одна из причин, почему меня называют ведьмой! Колдовать я, правда, не умею, вино в воду превращать не могу, привораживать-отвораживать тоже, а вот видеть потоки G- и Q- энергии – могу. Могу чувствовать, лжет человек или говорит правду.

— А меня вы тоже проверили на ложь? – не могла не поинтересоваться Изуми.

— А это работает само. Я не могу перейти в энергосберегающий режим, как машина, — не стала отрицать Жю Сет. Единственное, что я могу – не вглядываться слишком пристально.

— Представляю, как это может раздражать мужчин! – рассмеялась Сайто. – И не обманешь ведь вас! Я бы тоже так хотела!

— Не завидуйте мне, милая Изуми, — Стелла не поддержала ее веселье, улыбнувшись лишь уголками губ. – Помните, что за все приходится платить. А я завидую вам. Однако, продолжим…   Я страстно увлеклась историей своего народа и своей фамилии, захотела вернуться на свою планету. Но! Я не хотела возвращаться безродной бродягой! Я хотела вернуть то, что у меня отобрали, путь даже и силой!

— Имеете в виду титул?

— Именно. Я начала разведку, несколько раз посещала Гуриасс, на котором до этого никогда не была. За деньги сделала себе новый хилликийский паспорт. Ваша денежная единица стоит около десяти тысяч ипси, еще бы – такая разница в уровне жизни! Так что я выглядела достаточно успешной дамой. Потом я смогла проконсультироваться с местными юристами, а заодно и справилась о судьбе бедной Униты Жю Клидат. И вот что выяснилось… Никто меня дворянства не лишал! Лишить дворянского титула может только королева, и то за какое-то тяжкое преступление, и то только по согласованию с Высшим Дворянским собранием королевства. Меня просто обманули, вычеркнув из завещания, и это было незаконно. Меня ограбили в пользу моего братца, который и должен был фактически унаследовать обе доли. Гнев и жажда мщения обуяли мою душу. Я решила вернуть судом то, что мне принадлежит. Но для суда нужно много денег, и какое-никакое положение в обществе. Часть имеющегося капитала я вложила в дорогую недвижимость в столице, а на оставшуюся долю своих накоплений я основала частную фирму по … добыче золота и драгоценных металлов! Бородатые мужики, бывшие старатели, которые привыкли искать золото в пустыне, за животы держались от смеха, глядя на худосочную конкурентку.  Я зарегистрировалась в Королевском реестре промышленников и предпринимателей, уплатив немалую взятку чиновнику, — они отказывались регистрировать женщину! Но теперь я могла работать на законных основаниях. Особыми умениями в бизнесе я не обладаю, но уж взять то, что валяется под ногами – смогу! И вот, на планету с моей помощью пошел поток настоящего золота и платины. У нас-то золото ценится еще как, это на Куали золото – обычный промышленный металл! Что-то возила и с Куали, и с других планет, брала здесь за бесценок, и продавала там в три дорога. Потом занялась ввозом алмазов… Хилликийские промышленники понять не могли, — откуда все это! Нанимали детективов, следили за мной, искали мои «прииски» в пустыне, в  других странах, даже пытались уличить в мошенничестве. Тщетно. А разгадка проста – Космос! В Космосе много богатств, много планет, где эти богатства практически валяются под ногами. Их просто нужно взять и привезти. Да я этого и не скрывала!

— Это называется спекуляция! – покачала головой Сайто, скрестив пальцы рук на столе. – Извините, одобрить не могу.

— Плевать, сударыня, мне было не до высоких материй! Я готовилась к битве. Я превратилась в весьма известную деловую даму, изучила обычаи и этикет. Как бы заново стала хилликийкой… Многие говорят, что я даже перестаралась! Я встречалась с крупными воротилами золотого и металлургического бизнеса, которые хотели остановить меня, договориться со мной, потому что своими полетами я могла просто-напросто обрушить рынок и спровоцировать кризис. Это, разумеется, не нужно было никому, в том числе и мне.  Я без проблем пошла с ними на соглашение! Я заверила их, что не собираюсь создавать им проблем, мне просто нужен капитал. И эти достопочтенные господа в дорогих костюмах любезно взяли меня под свое, условно говоря, покровительство. Некоторые даже пытались мне предложить степень знакомства несколько ближе, чем надо, — Стелла улыбнулась, — Но я к тому времени уже была не та замкнутая, робкая девочка, какой была на Земле. Уж отказывать мужчинам-то я научилась виртуозно, причем так, что мужчина сам себе говорил «нет» и был рад продолжению только дружеских отношений. Еще немного я поработала на этих господ, поработала с каждым, чтобы не наживать себе врагов. А потом вышла из бизнеса. За это время мне удалось накопить около ста миллионов ипси. Согласитесь, неплохие деньги! Часть их я вложила в дорогую недвижимость в центре столицы, часть ушло на открытие пары-тройки магазинов. Часть денег неминуемо уходило на взятки местным силовиками, которые, увы, если с ними не делиться, задушат твое предприятие на корню. Я даже рекламой зарабатывала! Один раз даже в кино снялась! Мое лицо, увлеченное новой маркой конфет и млеющее от новых духов, появилось на рекламных плакатах. Вложилась я и в Королевский Игорный дворец, и еще в одно веселое заведение на Цветочной площади, — они потом будут моими покупателями больших партий вина и других напитков. Со всего я получала прибыль. Я внимательно изучала истории самых известных магнатов в истории Европы и Америки двадцатого века и кое-что использовала в своем мире. Итак, настал день, когда я была готова начать войну за мое наследство, имя и титул.  Но все опять пошло не так —  в стране началась война настоящая.

— Война? С кем? С внешним врагом?

— С одной наглой и агрессивной империей, которая решила испытать свою армию на нашем бедном королевстве, погрязшем в немощи и коррупции. Увы, я не могла остаться в стороне от этой схватки, хотя изначально хотела не вмешиваться, не мое это дело — воевать. Но агрессор сам перешел черту, за которой обычная распря королей превращается в священную войну. Я презираю наше правительство, но правительство – это одно, а родина – это другое. Я хилликийка, и я не бросила свое отечество в трудную минуту, чем горжусь!

— Только не говорите, что вы использовали «Нептун»! — Сайто не сказать, что полностью одобряла действия подруги.

— Немножко! Всего два раза. Это тема для отдельного рассказа. Скажу только, что действовала я с одобрения куалийского посольства. Что же, война закончилась через три дня. Агрессор позорно отступил и был вынужден заключить мир, выгодный моей Родине. И я гордо могу сказать, — я не пролила ни капли крови! Просто немного попортила технику … нескольким армиям, и похитила их короля с генеральным штабом впридачу! Я стала национальной героиней. В мою честь устраивали приемы, балы, с меня писали картины…  И настал день, когда я была приглашена во дворец Ее Величества на торжественную аудиенцию!

Сайто очень не хотелось портить сложившуюся доверительную атмосферу, но она была прямым человеком с принципами. И не могла не высказаться:

— Стелла, я очень благодарна вам за вашу психологическую помощь, за то, что вы вернули меня к жизни. И у вас очень сложная судьба, не мне судить вас… но какова ваша мотивация..? Мстить, спекулировать, добывать деньги любой ценой, — для чего? Какая конечная цель?! Какова сверхзадача вашей жизни? И потом, — какая польза вашей стране, вашему народу, вашей планете от вашей деятельности? Я не имею сейчас в виду ваше вмешательство в войну, но ваши финансовые дела и операции с металлами. Я бы не хотела такой жизни, уж простите за прямоту. Она мне кажется пустой и бессмысленной.

Жю Сет замолчала, сжав губы… Сайто подумала, что только что завязавшейся дружбе, похоже, конец. Она мысленно выругала себя за свой проклятый язык, поставила чашку, и уже собралась было встать, потупив глаза, но Жю Сет неожиданно сказала:

— Изуми, я ведь не богиня, чтобы ставить сверхзадачи! Вы меня с собой не сравнивайте, я выросла в мире, где если ты не имеешь внушительного банковского счета, ты никто! Об тебя можно вытирать ноги, тебя можно избить, убить твоего ребенка и потом глумиться над тобой в суде. Знаете как это страшно – жить маленьким человеком в огромном мире, где правят большие кошельки и мужчины в больших чинах?! Где тебе уготована роль в лучшем случае помощницы человека первого сорта, который может избить тебя и вышвырнуть на улицу в любой момент, если надоешь! Поэтому, пережив это один раз, я готова была на все, лишь бы не оказаться в подобной ситуации вновь!

Сайто стало стыдно и неловко. Действительно, не ей, женщине Земли двадцать четвертого столетия, выросшей в благословенных условиях, осуждать ту, что выжила в маленьком женском аду.

— Простите меня, Стелла. Вы правы… Скажите, а нет ли у вас снадобья против лишних калорий? Ваша пища настолько сытна и вкусна, что, я боюсь, лишусь той самой фигуры, которую вы назвали идеальной.

— Увы, сударыня, — Стелла с улыбкой развела руками. – Чего нет, того нет. Многие женщины золотом бы заплатили за такое лекарство, но и я сама люблю покушать! Как говорят русские, — «сапожник без сапог»!

— Расскажете, что было дальше?

— Во время аудиенции я открылась Ее Величеству. Не сказать, что она была восхищена моим поступком тогда, на Земле, но все же она признала, что выбора у меня не было. Письмо мое она так и не получила…или врала, что не получила.  С другой стороны, не окажись я на Земле, не обрасти я земными технологиями, — кто бы остановил Турханскую империю? Так что все, что происходит, — все к лучшему. Королева оказалась весьма неглупой и благожелательной женщиной. Вот только окружают ее почему-то мерзавцы… Я рассказала ей о своей проблеме и своих замыслах. Она подтвердила, что никто меня титула не лишал, но она точно не одобряет, чтобы дочь открыто враждовала с родителями на потеху черни всей страны. Она взяла с меня слово, что я не начну процесс, а вместо этого, — даровала мне новый титул. И земли. Бывшие владения моей прабабки. Так появилась Стелла Жю Сет-Кортес, или просто Жю Сет. Та область называется Сет. А потом мы очень много говорили о политике, обществе, о религии. Также я призналась, что являюсь потомком старых врагов августейшей фамилии, и также занимаюсь вещами, за которые раньше отправляли на костер. После чего Ее Величество, смеясь, пожаловала мне титул Первой Официальной ведьмы государства, — первый в своем роде, и заверила, что в новом времени королевству нужны и ведьмы, так что костров больше не будет!

— А родители вас признали? – спросила Сайто.

— Вы бы видели тот градус ненависти в глазах моей так называемой матери! – горько сказала Жю Сет. – Такое впечатление, что она была разочарована, что я не сдохла на Земле, а вернулась с триумфом!

— Я просто не понимаю такого отношения, — Сайто потерла пальцами виски, будто у нее болела голова. – Мало того, что они бросили вас в опасности…

— Простите, я перебью вас. Разгадка проста! Есть любимый ребенок-наследник, и есть побочный, случайно получившийся. А наследство не резиновое! Разумеется, мать хочет оставить все молодому лидеру, мужчине, инстинктивно отталкивая конкурента, — даже если это второй ребенок. К тому же, как она считала, я опозорила их род. Я опозорила!

— Это звериный закон! Даже хуже!

— Ну, не будем классифицировать ее помыслы по шкале этичности, — махнула рукой Стелла. – Безблагодатное это занятие. Важно другое, – я вернулась домой со щитом, а не на щите! Мои новые владения были весьма обширны. Мой капитал продолжал увеличиваться, и составлял уже более пяти миллиардов. И вот тут я поняла, что деньги и популярность имеют и обратную сторону. Огромное количество мужчин, которым в свое время не повезло с наследством, воспылали ко мне неземной любовью. К ним добавились солидные господа, которые не прочь были бы получить в свою клетку такую редкую птичку. Представляете, до сих пор ни богам, ни демонам не нужна была, а тут… Даже одна особа королевской крови, я не шучу! Мне было настолько противно, — я же понимала их истинные мотивы! Какая там любовь?! Я каждый день писала по дюжине вежливых отказов, но количество соискателей только росло. Признания в любви, приглашения на свидание, угрозы покончить с собой по причине неразделенной любви… К тому же в нашем обществе одинокая незамужняя женщина, если только она не вдова, считается неприличной. Хуже только заниматься открытым развратом с противоположным полом. Я, признаться, была в отчаянии. И когда дошла до крайней степени, я решилась на крайние меры.

— Надеюсь, никто не пострадал? – усмехнулась Сайто.

— Пострадали надежды охотников за приданым. Я объявила себя, образно говоря, банкротом.

— Это значит, что ваше состояние полностью истрачено? – с трудом вспомнила Сайто архаичное слово. – И куда же вы его спрятали?

— Нет, любовным банкротом. Состояние осталось незыблемо. Во время одного из интервью корреспонденту, а точнее, корреспондентке одной крупной газеты (а после войны меня просто засыпали просьбами об интервью разные издания), я возьми, да и заяви во всеуслышание, что являюсь поклонницей не мужской, но женской красоты! – У Стеллы на лице появилась хулиганская улыбка. – Так что выйти замуж не могу по определению неправильной сексуальной ориентации!

— Вы хотите сказать… — Сайто вытаращила глаза, как девочка, которая увидела паука с кулак размером. — … Что вы назвали себя …

— Именно! – хихикнула Стелла, хитро глядя на подругу. – У девушки выражение лица было примерно такое же, как у вас сейчас! Не каждый день услышишь такие признания от известной дамы, промышленницы, воительницы и киноактрисы! Она спросила меня, — правда ли это, и хочу ли я, чтобы такая новость вышла в тираж? Надо же, впервые мне попалась журналист-девушка, и впервые – порядочная, ишь как заботилась о моей репутации! В благодарность я подошла к ней, наградила ее страстным куалийским поцелуем в  губы, и благословила, — печатайте на здоровье! Бедная девушка стала цветом с флаг Советского Союза! – Стелла, наблюдая за реакцией собеседницы, расхохоталась.

— Ужас! Это ужасно! И…не противно вам было?! – скривилась Сайто, глядя на Стеллу, как пастор на святотатца.

— Почему противно? – весело ответила Стелла, проведя кусочком кекса по губам, словно помадой. – У девушки были пухлые очаровательные губки, пахшие клубникой.  Я люблю клубнику!

— Я не это имею в виду, Стелла. Я хотела сказать…

— Извините, Изуми, поймите меня правильно, — снисходительным тоном ответила графиня. – Я устала быть правильной и удобной для всех. Меня семнадцать лет загоняли в рамки, пытались сделать меня удобной для общества. Для мужа, который чуть не убил меня и уничтожил моего ребенка. Для семьи, которая отреклась от меня. И когда я обрела свободу и самостоятельность, мне надоело быть удобной для всех. Ужасно захотелось стать неудобной и неправильной, пусть и на третьем-четвертом десятке! Я стала замечать, что мне иногда нравится шокировать общество, и наблюдать, как оно бесится в тщетных попытках дотянуться до тебя! Да и потом, я особо и не врала. Еще долго в каждом мужчине я видела черты первого мужа, и старалась общаться только с женщинами, чтобы…автономизироваться от мужчин что ли…

— Простите, — робко спросила Сайто. – И часто вы … шокируете?

— Шокирую редко, а пользуюсь достоинствами своей двойственной сексуальности время от времени. Когда становится скучно и одиноко, — Графиня потянулась, раскинув руки в стороны, зевнула, как кошка на диване. – Я абсолютно нормальная женщина, мечтающая о любящем муже и крепкой семьи. Я уважаю себя и не размениваюсь на одноразовые связи с одноразовыми мужчинами, — это мерзость! К тому же у меня взрослая дочь, – какой пример бы я ей показала, если бы путалась со всяким сбродом?! Но, я отношусь к одному религиозно-философскому направлению, которое ничего плохого не видит, если одна особа женского пола может проникнуться чувствами к другой особе, тем более к молодой и красивой. Не вижу в этом ничего страшного, любовь женская отличается от мужской. Она более возвышенная, более чистая, более романтическая что ли, в пику естественной природной страсти мужчины к женщине…  Я, кстати, особо и не скрываю свои взгляды на Земле. Но для дочери я, разумеется, нудная серая моралистка номер один, надоедающая наставлениями об учебе и правильном замужестве!

— Понятно… Но как восприняло это ваше консервативное общество? Собственно и на Земле, отношение к подобным вещам, скажем так,  … негативное. Загоняют по обследованиям, замучаетесь доказывать, что полностью здоровы в психическом отношении. Так что не рекомендую об этом распространяться. Вообще, это ужасно, — клеветать на себя, чтобы оградиться от назойливости наглецов, которых к тому же и поощряет общество! Что, у меня что-то не в порядке? Стелла, почему вы так странно смотрите на меня?

— А вы очень красивы, дорогая Изуми. Вам не жарко? Мне, признаться, очень!..

Сайто почувствовала себя под изучающим взглядом графини как-то не слишком уверенно. К тому же Стелла, глядя на японку, стала как-то активно покусывать свой мундштук, легонько проводя его по уголку рта. Сайто машинально застегнула верхнюю пуговицу и поджала ноги, как школьница за партой. Тут Стелла расхохоталась, как самая настоящая ведьма! Ну, что поделать, любила знатная хулиганка пошутить!

— Простите, милая Изуми, ну не могла не подшутить над вами, каюсь! Расслабьтесь, вы в безопасности… Когда мое интервью появилось в газете, снизились котировки акций нескольких компаний! — смеялась хилликийская аристократка. Дорогая Изуми, кто же посмеет поднять голос на обладательницу миллиардного состояния? Времена нынче не те, так, полаяли немного, посудачили на площадях, да и забыли. Конечно, данная выходка доставила мне хлопот и породила массу комических ситуаций, но всех так называемых «женихов» как ветром сдуло! Этого я и добивалась. В то же самое время у меня появился возлюбленный на Земле, мы познакомились с ним на просторах Всемирной Сети. Об этом никто не знал. А что судачат наши, мне без разницы. Моей девочке еще задолго до удочерения я объяснила мотивы своего поступка, что это вроде как объявление банкротства, только финансовые банкроты спасаются от кредиторов, а я – от навязчивых слюнявых эротоманов, охотников за приданым и брачных аферистов. Это после одного случая, когда некая добрая душа попыталась открыть ей глаза на моральный облик графини Жю Сет. Я предупредила – все так и должно быть, я, мол, сама и распустила эти слухи! Плюс я последние годы веду судебную тяжбу за несколько земельных участков со своим любимым братиком по крови, и мне физически некогда отвлекаться на всякие любови и гонять надоедливых кавалеров. Пусть говорят обо мне, что я в союзе хоть с самим дьяволом, и держатся от меня подальше! Нужные люди все прекрасно знают про меня. Многолетние суды — вот это проблема настоящая! Постоянные нападки налоговиков, которые и у нищего кусок отберут, подаяние полицейским чинам и поиск рынков сбыта товара в условиях вечного кризиса. Вот это проблемы более насущные! Ну а при дочери я такая консерваторша и нудная традиционалистка, что аж самой жутко! Интересно, кстати, что я на некоторое время стала иконой наших суфражисток, борющихся за права женщин! Даже пару раз выступала на их собраниях. Вот вам один из забавных эпизодов. Ну а земляне…неужели начнут преследовать маленькую скромную инопланетянку за ее культурные особенности?

Жю Сет со своим акцентом тараторила так быстро, что японка понимала далеко не все. К тому же Стелла использовала большое количество архаизмов на русском и интерлингве, значение которых Сайто знала весьма приблизительно. Что касается «культурных особенностей» — Сайто хотела, было, рассказать о многочисленных человеческих жертвах конца Эпохи Нравственного Упадка, произошедших из-за новых сверхмощных эпидемий середины-конца двадцать первого века, по сравнению с которыми ВИЧ казался обычным насморком. Про уличные бои в мегалополисах, про пожары целых городов, охваченных бунтами «толерантности», про массовые убийства людей, целых семей насадителями «терпимости и свободы» под радужными и черно-коричневыми флагами. Так что земляне в свое время разных «культурных особенностей» наелись по самое не могу, что те же Соединенные Штаты в 21 веке чуть было не откатились к правому белому авторитаризму. А еще был терроризм и мятежи ультрарадикалов в Европе, пандемии в Азии, жесткий авторитарный порядок в России, удержавший ее от кровавого развала, но откативший страну на десятилетия назад, бесконечные войны на Ближнем и Среднем Востоке… Но майор даже не знала, с чего начать… Да и графиня, выросшая и учившаяся в Северной Америке, должна была знать об этих исторических событиях из школьной программы.

Должна была она знать и о Нравственной Революции середины XXI века. Когда люди Европы, Америки, России, Азии, устав от выливаемых на них ежедневно информационных и нравственных помоев, от попираний нормальных человеческих моральных ценностей, вступили в борьбу за свое право оставаться людьми, а не становится послечеловеческими скотами. По всем странам «первого», «второго», «третьего мира» шли манифестации, митинги, восстания против навязываемой «толерантности» и «мультикультурности», которые по факту уже превратились в диктатуру извращенцев и  этнических преступных группировок, шли собрания в защиту старых добрых семейных и духовных ориентиров. Христианин становился в одну колонну с атеистом, служащий с магнатом, рабочий со священником, блогер с мусульманским добропорядочным муллой. В Америке нормальные люди всех рас, вер и ориентаций брали оружие в руки, чтобы защитить свои дома и свои семьи от бесчинств распоясавшихся радикальных леваков. В России трещала и летела в пропасть система господства олигархической верхушки и тотального ограбления народа. Всю Евразию и Америку охватила жажда очищения от грязи, духовной и материальной, в моду вновь входили культ Семьи, культ Матери, романтическая поэзия и живопись и даже, в каком-то смысле, культ Рыцарства. Все это шло рука об руку с жаждой прогресса, с экологическими технологиями и мечтами о звездных магистралях. И в авангарде новых веяний шла молодежь. Наступал новый Ренессанс человечества, — высокотехнологичный, экологичный, глобальный триумф Нормального человека, любой расы, веры, гражданства… Несмотря на вселенские потуги превратить человечество в скотов, тайные хозяева мира потерпели крах «Расчеловечивание» человечества не состоялось, люди мира, уже занеся ногу над пропастью, смогли сделать несколько шагов назад, осмотреться и понять, куда толкали их и с какой целью. И конец нравственного упадка мира был началом конца старой экономической и политической системы.

Тем  временем, Стелла опустошила пепельницу, вернулась на свое место, закуривая очередную сигарету. На этот раз она воспользовалась длинным мундштуком. Теперь она говорила, немного улыбаясь, будто вспоминая что-то приятное:

— …А потом я улетела на Землю, где влюбилась, как девчонка, в одного очень хорошего человека из Города Великих Озер. Это мегалополис, возникший вокруг Американских озер на территории бывших США и Канады. То, что начиналось, как невинная переписка в Сети, вылилось в потрясающий по красоте и страсти роман. Я встретила идеального человека!

— Он был старше вас? – Сайто снова присоединилась к Стелле в ее стремлении задымить весь корабль табачным дымом.

— Его звали Джереми, он был на два года моложе меня. Красивый как бог, молодой инженер… Милая Изуми, меня наконец  догнала моя женская запоздавшая весна! Мы как самые настоящие влюбленные встречались, целовались, гуляли по городу, признавались в любви друг к другу, а ночью я дарила ему такую страсть, на которую я даже сама не знала, что способна! Страсть голодной до любви хилликийки можно сравнить с несколькими килограммами антивещества, с которого сорвали защитную оболочку, и оно вот-вот прореагирует с атомами внешней среды! С этим мужчиной я оттаяла, я вновь научилась не бояться, быть открытой и раскованной, быть самой собой! Не надо было притворяться и ждать опасности. Я будто помолодела на десять лет!

— Стелла, я вас очень уважаю, — сдержанно улыбнулась Сайто, — но уменьшите свои аппетиты! Вы хоть представляете, что сделали бы с внешней средой несколько КИЛОГРАММ антивещества? Давайте уж вернемся к граммам.

— Мне это известно, почтенная  Изуми. Но любовь хилликийки граммами не измеряется! Так продолжалось несколько месяцев. И, разумеется, через некоторое время случилось то, что должно было случиться. Я обнаружила, что нахожусь в интересном положении.

— Ваша дочь? – спросила Сайто.

— Не торопитесь, — вздохнула Стелла. – Разумеется, я не строила иллюзий, потому что знала, как обычно мужчины реагируют на такие известия. Неважно. Я в любом случае была ему благодарна. Внутренне я уже приготовилась к расставанию, а ребенка я собиралась рожать в любом случае. Я сообщила Джереми, что вскоре ему предстоит стать отцом. Я ожидала чего угодно, но не того, что получилось. Мой кавалер чрезвычайно обрадовался, еще раз признался мне в любви и сказал, что ждет меня в любое время дня и ночи, точнее ждет НАС ОБОИХ. А сам он позаботится о жилье. Сказать, что я была в шоке, — это ничего не сказать! Да я рыдала от счастья!

— Стелла, это нормальная реакция нормального мужчины, — укоризненно сказала Сайто.

— Это нормальная реакция ВАШИХ мужчин, Изуми – возразила Жю Сет. – Так вот, я была в тот момент у себя дома, но вылетела на Землю незамедлительно. Я морально готовила себя к тому, что когда я прилечу, Джереми там не окажется, что он просто выиграл несколько часов, как хороший актер, а сам спешно откочевывает в другую часть Федерации! Но он действительно ждал меня в космопорте, при полном параде и с красной коралловой веточкой. Он подхватил меня на руки, на нас смотрел весь космопорт, а я была счастлива… Потом он повез меня домой. Шел дождь, вокруг сияло море огней… Я думала, что вот и новая страница в моей жизни начинается. Увы, кто же знал, что счастливой мне оставалось быть менее часа!

— Да что опять-то произошло?! – не выдержала Сайто. Она недовольно скрестила руки на груди. А Жю Сет помрачнела, как туча:

— Как только мы перешагнули порог жилища, я почувствовала резкую боль… Жгучую боль в нижней части живота. Как тогда, с первым мужем… Я сначала даже подумала, что это Джереми меня ударил чем-то, но он вообще стоял в двух метрах от меня, в руках у него не было ничего, кроме бутылки вина. Да и он был хорошим, светлым человеком, я ведь людей вижу насквозь… Опять больница… Ваши врачи заглянули, по-моему, в каждую клетку моего тела, и ничего губительного не нашли. Абсолютно здоровый организм…  Мне хотелось умереть прямо там, от горя и разочарования. Джереми поддерживал меня, как мог, говорил, что будет со мной в любом случае, что любит меня… Он говорил мне такие нежные слова, какие я и не знала, что мужчина способен сказать. Все же, какое-то лечение мне назначили… Делать нечего, мы вернулись домой, постепенно забыв о происшествии. Все пошло своим чередом, мы стали жить как любящие муж и жена. Так прошло пять месяцев, он работал, я, как заправская домохозяйка, создавала уют в доме. Иногда летала на Гуриасс решать некоторые дела, потом мчалась обратно. Потом мы решили попробовать еще раз… Опять выкидыш, теперь через семь недель. Опять вместе… Опять решились… На этот раз мой организм продержался три с половиной месяца. Врачи голову ломали, пытаясь понять причину, созывали консилиумы, совещания. А я по-моему все поняла…  Если что-то получаешь от природы такое, чего нет у других, чем-то придется заплатить. Таков закон мира.

— Стелла, это не закон мира, — сказала Сайто. – Вам нужно было пройти полное обследование, врачи обязательно нашли бы корень вашего недуга. Если бы и не нашли даже – на этом мир не заканчивается. Есть репродуктивные центры, есть искусственные вместилища для зародышей… Есть возможность вырастить новые органы, полностью обновить вашу репродуктивную систему, заменить ее, как меняют детали на машинах. Наша медицина творит чудеса. Бесплодие, рак, имуннодефицит, — это уже давно в прошлом.

— Все это мне говорил и Джереми. Но неужели вы не понимаете? А я для чего тогда?! Чего я стою, как женщина, если даже не могу выносить ребенка для своего любимого! Бесплодное сухое дерево! В общем, после третьего раза наши отношения начали портиться. И виновата в этом только я сама. Джереми, как мог, пытался отогреть мое сердце. А я словно осатанела, будто это он был во всем виноват. Вела себя не просто, как конченая дура, но и гораздо хуже. И вот однажды я полностью выжила из ума и несколько раз ударила его от злости. На ровном, по сути, месте! Он, благородный человек, не ответил мне. Просто ушел в другую комнату. А я в первый раз задумалась над собой, что это я, а не он, разрушаю отношения. Что я просто боюсь быть счастливой, не знаю, как это – быть счастливой, и по сути, бегу от счастья, в безнадежность и одиночество. Там по крайней мере, все привычно и знакомо. И главное — я, сама пережившая домашнее насилие, причинила зло человеку, который, по сути, подарил мне новый мир. Грязная, гнусная, недостойная женщина!

— И он не простил вас? – Сайто с силой размазала окурок по днищу пепельницы.

— Я не простила себя! Я, графиня Стелла Мария Альварес Жю Сет-Кортес, и у меня есть гордость и честь. Если нужно вынести приговор самой себе – значит, нужно!  Отомстить самой себе за позор любимого человека. Утром, — это было наше последнее совместное утро, — я заговорила с ним. Я на коленях попросила у него прощения, и сказала, что нам нужно расстаться. Что дело не в нем – он самый лучший мужчина, какого только может пожелать женщина. Дело во мне. Я недостойна такого полубога. Он достоин лучшей женщины. Джереми, конечно, пытался меня поддержать и успокоить даже после того, что я сделала…, но в его глазах я прочитала немое согласие с такой развязкой. Он просто устал от меня. И я его очень хорошо понимаю! – У Стеллы выступили маленькие слезинки. Зашмыгала носом и Сайто, по принципу женской солидарности.

— Итак, я собрала вещи… Мы расстались тихо, по-хорошему. Он сделал мне прощальный подарок, очень полезный подарок, за который я уже мысленно сто раз поблагодарила его. И до сих пор я вспоминаю его, как идеал мужчины, который, мне, увы, недоступен. Когда я уезжала, опять шел дождь… Я хотела заехать к своим родителям, но не решилась, — мне было стыдно… Мне очень хотелось побыстрее улететь домой, на Гуриасс. Я вылетела на родную планету, и по дороге накачалась спиртным по уши! Первый и последний раз я управляла кораблем в нетрезвом виде. Когда я привела корабль на Гуриасс, я просто отключилась от количества выпитого, и на свет божий меня вытаскивала прислуга. Вот такой единственный постыдный факт в моей пилотской биографии, но он был. – Графиня вновь всплакнула, прильнув к плечу Сайто.

— Я думаю, вы еще встретите свою любовь. Не печальтесь, — попыталась утешить графиню Сайто, осторожно погладив ее по плечу.

— А зачем, Изуми? Чтобы потом вот так же хоронить ее? Любовь – это не просто удовольствие и страсть, это еще и ответственность. Громадная ответственность. Выше ответственность только за детей перед богами. Хотя, между нами говоря, молодые мужчины, — это те же дети, только с большими…мускулами. И потом, равного Джереми все равно не будет. Он, кстати, вскоре женился на нормальной женщине. У него замечательная жена-куалийка, которая родила ему чудного сынишку. Он счастлив, и слава богу! Понимаете, в молодости женщина убеждена, что в ее жизни обязательно будет присутствовать любовь…всегда. Если сейчас нет, то обязательно будет потом. Женщина уверена, что жизнь обязана пожаловать ее любовью, отчего-то забывая, что любовь – это чудо, ее еще заслужить надо, соответствовать ей.  Любовь приходит отнюдь не всегда. И если она не пришла, это естественный ход вещей. И в крушении надежд виноват может быть не только мужчина. Что же, отсутствие любви это еще конец мира. Нужно уметь жить в одиночку и не гоняться всю жизнь за призраками.

— А что было потом?! – спросила Сайто

— А потом было похмелье… Потом я обрела дар речи и способность к прямохождению, и  отправилась в заведение госпожи Аурии на Цветочную площадь, как у вас говорят, — клин клином вышибать. Пила и морально разлагалась еще трое суток. Потом протрезвела… И наступили серые будни. Я уже смирилась, что женой и матерью мне не быть никогда. И занялась, наконец, хозяйственными делами в своем новом поместье. Привела в порядок хозяйство, создала теплицы, системы искусственного орошения. Потом привезла автономную энергостанцию, чтобы имение не зависело от государственной электросети. Отменила для крестьян все налоги и поборы, а вместо десятины ввела пять процентов продуктового налога. Но с условием, что половину всей продукции они должны продавать мне по моей цене. Урожайность в имении повысилась в пять раз, соседи за головы хватались от зависти! Обвиняли меня в колдовстве!  Назло им я построила в столице бесплатную женскую лечебницу с родильным отделением, и объявила, что в ее стенах не будет различий между знатными и незнатными пациентками. Я ругалась с властями, критиковала в газетах правящих центристских придурков, судилась с соседями, глумилась над начальником столичного Жандармского охранного корпуса, когда он пару раз пытался обвинить меня в антигосударственной деятельности…на свою-то голову! Да, самое главное – еще до Джереми я нашла контакты Ирины, и помирилась с ней. Она уже была государственным важным человеком, и тут к ней прилетает какая-то инопланетная аристократка, в шляпке и винтажном платье. Выплакались друг другу за прошлые годы… Потом слетала к моим родителям в Мексику. Завалила их подарками с ног до головы, даже привозила их на Гуриасс. Предлагала остаться здесь вместе со мной, но, увы, мои милые старики вскоре запросились домой. Да, кстати, после того, как я отчалила от них в молодые годы, у них таки родились два бандита-близнеца, так что у меня появились еще два брата, которые иногда даже меня слушаются!
И еще… Я не могла не отблагодарить жителей великого города Босваш. Я преподнесла в дар властям города скульптуру. Я заказала его на родной планете у мастеров с мировым именем. Она изображает сломанную плачущую девушку-детскую куклу, над которой склонились врачи, — мужчина и женщина. Куколка лежит на американском флаге, изогнутом в виде волны, ее охраняют люди-фигуры в полный рост, — вооруженные граждане Америки, полицейские и сотрудники спецслужб. Женщина-врач, — я настояла, — имеет внешность Ирины Иванниковой. На памятнике надпись «Гражданам Великой Нации от благодарной хилликийской куколки». Памятник,  установлен на Тридцать Второй Авеню, напротив того самого госпиталя, и быстро стал одним из неофициальных символов города.

— Если бы Александр Дюма в свое время был бы знаком с вами, Стелла, — подняла ладони Сайто, будто признавала поражение в состязании, — то мир никогда бы не увидел «Графа Монте-Кристо». Ему бы просто был неинтересен какой-то Монте-Кристо по сравнению с вашей биографией.

— Спасибо. Итак, финальная глава! – Стелла театрально вознесла руки к потолку. – Четыре с половиной года назад Ирина, которая перевелась на службу в этот Богом проклятый мир, предложила мне прилететь на переговоры с начальством этой колонии на поставку продовольствия для базы. У нас на планете был такой период, когда цены на сельхозпродукцию значительно снизились, и я спешно искала новые рынки сбыта, где только возможно. А вашей базе нужно было продовольствие быстро и много.  Я познакомилась с Иоффе, с вами, с Ковуном… Я и должна-то была просто пару раз привести сюда груз и, получив причитающееся, спокойно улететь домой. Но скучающая аристократка с разбитым сердцем опять рвалась в ваш мир. И вот, задержалась почти на пять лет! Вот и все!

— Да, история достойная неплохой книги! – сказала Сайто. – Все же я восхищаюсь вашей твердостью духа и вашей несгибаемостью. Простите меня еще раз за мое поведение. Ох, что-то я устала жутко!

— Я постелю вам, – засуетилась Жю Сет, убирая со стола. – И помните, что я вам сказала. Цените себя. Уважайте себя! Вы – прекрасная королева, а не брошенная замухрыжка! Расправьте спину и гордо смотрите на этот мир сверху вниз. И вы уж простите меня за ужасную бестактность, — но я считаю, что Титов вам не пара. Еще раз простите меня, что лезу не в свое дело, но… Отпустите прошлое, мой вам совет!

— Да дело ведь не только в прошлом… — Изуми потупила глаза в пол, будто стыдясь, – Есть еще одна причина, о которой никто не знает. Если я доверю вам эту тайну, вы никому не расскажете? Мне кажется, вам я могу доверять.

— Смотрите сами! – пожала плечиком Жю Сет. – Вообще, я дворянка. Я умею хранить сердечные тайны.

Сайто подошла к графине и что-то сказала ей на ухо. Жю Сет от изумления даже тарелку уронила, которая чудом не разбилась.

— И вы храните эту тайну…?

— Уже семь лет.

— И вы не сказали никому?

— Представьте себе последствия, если я об этом расскажу. Сколько я судеб сломаю. Это уже не шутки, не просто истерика брошенки-неудачницы!

— Ну, я даже не знаю… — Стелла призадумалась, поглаживая подбородок. – Я сохраню эту тайну, клянусь, но … мне кажется, вы поступаете неверно. Хотя… Мне кажется, только женщина это решает, может, вы и правы. Вы знаете, Изуми, я ведь не каждому встречному раскрываю свою душу. Я вижу людей и безошибочно вижу их ауру, их ложь. Вы – чистый и открытый человек, поэтому я вам и рассказала свою историю. И у вас тоже судьба не самая легкая. Вы знаете, даже то, что вы пришли ко мне воевать в открытую, а не стали делать какие-то гадости исподтишка, — даже это характеризует вас с хорошей стороны. И в любом случае, — я вам завидую белой завистью.

— Я всегда была прямолинейной и никогда не любила каких-то подковерных интриг, — твердо сказала Сайто.

— Я знаю…  — Стелла задумалась. – Я через несколько дней улетаю домой к дочке. Чтобы загладить свою вину перед вами, и, если бы вам позволил ваш график, я бы пригласила вас к себе домой. Там я гарантирую вам покой, возвращение сил и удаление от забот, хоть на краткое время. Разумеется, я не навязываю вам после этого какое-то панибратское общение, и обязуюсь на службе вести себя, как прилежный солдат-новобранец. Я сама не люблю подобных вещей.

— Ох, не стоит! – застеснялась Сайто, краснея. – Я думаю, вам это будет обременительно.

— Пустое! – ответила Стелла. – Меня вы не обремените никак, я познакомлю вас со своими домашними. У меня там трехэтажная большая вилла, большая часть которой все равно пустует. А самое главное, ощутите себя не загнанной, простите, лошадью, а человеком, Женщиной с большой буквы. Если не откажетесь, я бы организовала вам шикарный вечерок в одном очень приятном заведении. Один вечер, — и на следующее утро вы снова будете чувствовать семнадцатилетней девушкой! Я, например, уже давно собираюсь посетить эту чудную обитель удовольствия. Вновь почувствуете вкус к жизни и будете смотреть на все совсем другими глазами, это уж точно! Расходы – это не проблема, даже не беспокойтесь. Впрочем, как вам будет угодно!

— Спасибо, еще раз, за предложение, — Сайто машинально представила календарь с отмеченными выходными днями и готова была даже согласиться. Потом задумалась, примерно представляя возможный спектр «удовольствий» скучающей богачки старинных времен, и последствия, если об этом узнают коллеги. И тут вспомнила:

— Да, Стелла, а как же ваша дочь? В вашем рассказе толком не упомянули о ее появлении, а ведь, я слышала, ей уже восемнадцать.

— Ах, да… — Стелла перед зеркалом начала расчесывать свои густые волосы. – Около пяти лет назад ко мне пришла устраиваться на работу одна молоденькая служанка. У нее не было родителей, а у меня нет детей…И как-то так получилось, что я взяла на себя заботу о ней. Материнский инстинкт взял верх над классовыми различиями. Самое интересное, что эта девочка – прямой потомок заклятого врага нашего рода. Теперь, дай бог, она будет счастлива и будет продолжать род Жю Сет. Еще одна драматичная история, перед которой померкнет то, что я вам сегодня рассказала. Но эта история – с хорошим концом. Спустя три года я удочерила ее. Сначала оформила опекунство, а потом просто сунула взятку чиновнику в ратуше, и было готово официальное свидетельство об удочерении! Вот вам и вся сверхзадача, дорогая Изуми!..

29
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...
Понравилось? Поделись с друзьями!

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments