Соломенная Вдова

То было и в самом деле or pur (чистое золото), а не бледно-жёлтый цвет соломы, который ныне смеют сравнивать с благородным металлом, то было золото, вплетённое в солнечные лучи и упрятанное в таинственной толще янтаря; в золотом обрамлении её лицо светилось, как лик святого, но и не без магической прелести греха.

О. Уайльд, «Преступление лорда Артура Сэвила»

Здесь записаны четыре истории о любви. Их рассказала светская дама, известная в салонах под романтическим именем Соломенной Вдовы. Сейчас она уже постарела, правда, не полностью растеряла былой шарм. Соломенная Вдова – хрупкое создание с тоненькой фигуркой, её светлые волосы мелко вьются, она часто в задумчивости приоткрывает рот так, что становятся видны её мелкие мышиные зубки, точно она собирается кого-то укусить. В молодости  она заключила фиктивный брак, чтобы не жить в родительском доме. Она по-дружески относилась к тому, с кем сочеталась браком. Через какое-то время они развелись, и госпожа получила прозвище Соломенной Вдовы. С ней случалась и любовь. Говорят, что она просыпалась за деньги на куче соломы. Соломенная Вдова опровергает эти слухи, говоря: «Я просыпалась на куче соломы бесплатно».

Почему собраны именно четыре истории, а, например, не три? Потому, что четыре. Соломенная Вдова знает бездну светских анекдотов. В этот раз она рассказала именно столько. Значительный герой её историй – время. Всё, что здесь записано, происходило в разное время. Очень трудно понять, в какой именно отрезок времени происходило любовное приключение, в каком году. Трудно определить и место события, и степень участия  Соломенной Вдовы в нём – была ли она любимой кем-то или только свидетелем чужого адюльтера, и сколько ей тогда было лет. У Соломенной Вдовы очень доверительные отношения со временем. Оно движется так, как она того захочет, вперёд или назад. Соломенная Вдова любит рассматривать календари с картинками – типографскими и нарисованными ею самой. В её историях есть ещё один герой, более важный, чем время. Это – любовь.


Первая история о любви

Джентльмен, красивый и изящно одетый, шёл по улице. За его плечами развевались кудри, словно крылья. Это был Писатель и ценитель красоты. По дороге Писатель заметил витрину цветочного магазина, за ней распускались розы. Писатель остановился и зашёл в магазин.

– Пожалуйста, дайте мне все розы с этой витрины, – попросил он.

– Но вы даже не узнали их цену, – удивилась миловидная цветочница.

– Это совершенно неважно, я беру все розы, сколько их есть. Они так красивы, что их нельзя оставлять в плену витрины.

Цветочница продала розы странному покупателю. Писатель Леди отправился дальше с букетом в руках. Зайдя в ресторан, он попросил вазу для цветов. Во время обеда розы стояли рядом с Писателем.

Леди, сидящая напротив Писателя, часто останавливала на нём взгляд, накручивала на тонкие пальцы кудряшки соломенного цвета. Её трудно было не заметить. Писатель делал вид, что любуется букетом, но на самом деле незаметно рассматривал Леди. Лицо Леди можно было увидеть, чуть-чуть подняв глаза над букетом. Решившись, Писатель подошёл к Леди и сказал:

– Сегодня хороший день, Леди. Я наблюдал за вами, и мне стало ясно, что вы подходите на роль героини моего литературного произведения. Вы примете приглашение поехать ко мне домой?

– Это так неожиданно, но я благодарю вас, – ответила Леди.

Она подошла к Писателю и оперлась на его руку. Стало заметно, что это Леди маленького роста.

Кэб привёз пару к дому Писателя. В мыслях Леди уже создался образ, который  Писатель должен был осуществить в книге. Леди представляла своё отражение в литературе как страстную, гордую женщину, высокую и гибкую, желанную мужчинам. Забыв, где грань между вымыслом и жизнью, Леди распустила волосы в доме Писателя.

– О, нет, прошу вас! – он в испуге отстранился от Леди.

– Что с вами? – резко спросила она.

– Леди, умоляю, между нами не должно произойти ничего большего, чем совместное творение литературного сюжета.

– Как вы посмели привезти меня сюда только ради того, чтобы творить литературный сюжет?

– Леди, у меня нет никаких дурных намерений! – Писатель отвернулся. – Пожалуйста, уложите волосы, я не буду на вас смотреть.

– Я считала, что могу заинтересовать вас как женщина, – всё ещё категорично пояснила Леди.

– Вы вызвали во мне желание как источник вдохновения. Поймите, для искусства не имеет цены человеческая любовь. Человеческая любовь губит искусство, равно как и искусство губит любовь. Сейчас я занят искусством, и я должен бояться всего, что может его уничтожить. А именно – то, что создано мастерством гения, может уничтожить ваша страсть. Позвольте, я уложу ваши волосы, и тогда ничто не будет отвлекать меня от письма, посвящённого вам.

Ласково разговаривая с Леди, Писатель уложил её волосы в причёску и украсил их белой розой из букета. Леди была раздосадована, но у неё не пропала самолюбивая мечта увидеть себя в литературе. Она сидела рядом c Писателем, пока он записывал историю, сложившуюся в его фантазии благодаря знакомству с Леди. Она воображала, как красавица, перенесённая в литературу из реальной жизни Леди, танцует перед царём. Красавица имеет право потребовать за свой танец всё, что она пожелает. Ради её танца не жалко пролить кровь…

– Моя работа окончена, – объявил Писатель. – Теперь ваша идеальная половина отделилась от физической и осталась на страницах.

Леди в нетерпении схватила записанную историю. Она, не дыша, читала о своей литературной судьбе. Со страниц на неё смотрела Инфанта, маленькая девочка в роскошном платье с огромным каркасом. В руках Инфанта держала веер, украшенный жемчужинами. Её золотистые волосы скрепляла белая роза. В дворцовом саду Инфанта встретила Карлика. Он казалось, с трудом отрывал своё уродливое тело от земли. Маленький Карлик с восторгом протянул руки к маленькой Инфанте. Она вынула из причёски белую розу и бросила Карлику. Золотые волосы Инфанты рассыпались так же широко, как раскрылся её веер.

Леди с криком отшвырнула записи.

– Что это?

Она узнала в истории Писателя своё физическое тело, свою реальную судьбу. Всё, что происходило с ней в жизни, отразилось в искусстве.

– Это вы сами, – попытался объяснить Писатель.

– Вы негодяй! Как вы посмели написать про моё физическое тело маленькой женщины-блондинки? Вы должны были написать про мою внутреннюю жизнь, мою идеальную ипостась! Я – коварная соблазнительница, вершащая судьбы танцем!

– Я перенёс вас в литературу полностью – и вашу душу, и ваше тело.

– Мерзавец! Разве я стала бы распускать волосы перед Карликом? Я распустила бы волосы только перед монархами! Теперь я понимаю, почему вы не женаты! Вы равнодушно смотрите на женщину в реальной жизни и восхищаетесь ею только тогда, когда полностью перенесёте её в искусство!

Разгневанная Леди двинулась к выходу.

– Леди, я найму вам кэб! – окликнул её Писатель.

Но она ушла, не слушая его. Леди ещё никогда настолько не чувствовала себя униженной: Писатель отказался от её земной оболочки и перенёс земную оболочку в литературу. Леди проклинала всю мужскую породу.

Писатель пошёл в спальню. Там висел Портрет прекрасного человека, похожего на Писателя, как две капли воды. Писатель, находясь дома, подолгу смотрел на Портрет. Он не любил женщин, потому что любил собственное лицо, изображённое на Портрете, самого себя, перенесённого в искусство. Реальный Писатель разговаривал c самим собой, идеальным. Так его жизнь соединялась c искусством.


Вторая история о любви

За окном мела метель и происходили великие перемены. Театральная студия создавала постановку своего мира, более прочного и осязаемого, чем нынешняя политическая ситуация. Актёры возводили на сцене дома, устанавливали законы, устраивали судьбы. Самым красивым и талантливым из них был Ангел. В такое смутное время Ангелу легче жить на театральной сцене, чем в городе, где он может стать военнопленным. Ангел оберегал спектакли театральной студии, осенял их крыльями. Поэтому театральный мир стоял несокрушимо.

На Ангела смотрела маленькая Актриса. На самом деле она была любящей женщиной, но человеческие глаза видели Актрису очень маленькой, тоненькой, как соломинка, только её чёрные косы были длинными и тяжёлыми. На неё заранее смотрели как на легкомысленное существо, напевающее жестокие романсы. Актриса не любила собственное человеческое тело, непохожее на её всепоглощающую любовь. Она c грустью отворачивалась от зеркал.

Актриса особенно любила губы Ангела. Он произносил много вдохновенных речей, и по ходу пьесы, и разговаривая со студийцами. Актриса считала, что его рот предназначен для поцелуев. Слова Ангела сливались для Актрисы в нежную мелодию. Она смотрела на его движущиеся губы, и казалось, что он целует воздух. Должно быть, Ангелу суждено целовать воздушную струю, a не земную женщину. Про Ангела никто не мог бы сказать ничего компрометирующего. Его красота никому не принадлежала. Он вёл себя c женщинами как брат, не допуская их в свою жизнь. Но это давало поводы для новых сплетен – почему у Ангела такое холодное сердце?

Ещё один мужчина вызывал такое же раздражающее любопытство. И точно так же не принадлежал современному миру. Но если Ангел принадлежал небу, то другой мужчина принадлежал времени, прошедшему веку. Это был Старый Актёр. Никто не знал точно, сколько ему лет. Но студийцы не ошибались, когда говорили, что расцвет его таланта пришёлся на начало прошлого века. Старый Актёр приходил в студию одетым в золотой кафтан, панталоны, чулки и башмаки c пряжками. Сначала на него оглядывались, потом привыкли. Он разговаривал тяжеловесным, витиеватым языком. Старый Актёр преподавал студийцам уроки изящных манер. К счастью, он, должно быть, не понимал, как изменилось его положение со времён его молодости. Старый Актёр в мыслях продолжал жить в старинном мире. Студия, плохо отапливаемая и шумящая, казалась ему сном.

– Если барышню сопровождает господин, и при этом у неё спустился чулок, она не должна показывать замешательство, – объяснял Старый Актёр. – Прошу не смеяться, a представить себя в таком положении. Итак, повторяю, если барышня понимает, что у неё спустился чулок, она должна, сохраняя спокойное лицо, попросить прощения и поправить чулок. Кто согласится показать, как девушка изящного воспитания должна пристегнуть чулок к поясу?

Актёры и, тем более, актрисы смотрели на Старого Актёра c неприятным удивлением.

– Наша миниатюрная Актриса, прошу вас, помогите мне, – обратился Старый Актёр к Актрисе.

Она втайне гордилась тем, что Старый Актёр ценил её талант, и с радостью сделала ответный жест. Актриса приподняла юбку, открылись её тонкие ноги. Она легко прикоснулась пальчиками к чулку и поясу, как если бы её бельё было в беспорядке.

– Весьма досадно слушать, как и мужчины, и женщины называют друг друга вульгарным словом «товарищ», – продолжил Старый Актёр. – Особенно когда мужчина обращается так к женщине. Слово «товарищ» уничтожает различия между мужским и женским полом. Я могу утверждать, потому что знаю это: мужчина восхищается женщиной, и его восхищение требует многих слов, которыми можно назвать женщину. Дама, Госпожа, Сударыня, Леди…

Студийцы расходились по домам. Актриса, как обычно, успела вступить в перебранку c кем-то из них.

– Товарищу Актрисе доставляет удовольствие поправлять чулок перед  Старым Актёром! – съязвил один.

– A поправлять чулок перед вами не доставит удовольствие ни одной женщине! – не осталась в долгу Актриса.

***

Студия ставила спектакль o любви. Действие происходило в метельную ночь. Центральную влюблённую пару играли Ангел и его Сестра. Актриса втайне мечтала сыграть любовь вдвоём c Ангелом. Она играла талантливо, но её внешний облик не подходил под замысел пьесы. Героиня должна была быть высокой и строгой, как лунный луч. Под такой тип внешности подходила Сестра Ангела.

Перед спектаклем Актриса печально думала, что её любовь могла бы вдохнуть жизнь в написанную роль. И вдруг у неё появилась отчаянная мысль. Она может выйти на сцену и признаться Ангелу в любви. Зрители не поймут, что она говорит правду, и будут думать, что Актриса следует тексту пьесы.

Актриса исполнила задуманное. В момент объяснения Ангела c Сестрой онаа вышла на сцену и сказала:

– Ангел, я люблю вас!

– Простите, Актриса, но я не могу вам ответить, – смутился он.

– Я знаю, что вы – камень и лёд, что вы не любите ни одну женщину.

– На самом деле у меня есть любимая женщина, но это – моя Сестра.

Актрису повергло в ужас то, что она услышала.

– Но вы не можете… – начала она.

– Актриса, не осуждайте нас, – попросила Сестра Ангела.

– Я знаю, что вас часто не понимают, – продолжал Ангел. – Я всегда относился к вам c уважением. Если бы и вы поняли нас. В настоящей жизни мы можем жить только так, как живут Брат и Сестра. Для того, чтобы любить друг друга так, как любим мы, нам нужно оказаться в спектакле, в искусстве, в мечте. Только в такое время мы вправе жить так, как нам хочется.

– Зрители думают, что мы играем произведение искусства, – объяснила Сестра Ангела. – Никто не подозревает, что настоящие мы только сейчас.

Актриса стояла, опустив глаза. Она не решалась ничего возразить. Зал зааплодировал.

Когда после спектакля студия опустела, Актриса сидела за кулисами и плакала. Теперь она знала, почему она не может занять место в сердце Ангела. Но Актриса не осталась одна надолго. Послышались шаги, и к ней вошёл Старый Актёр.

– Простите, что я позволяю себе вмешиваться в вашу личную историю, – сказал он. – Но я не могу не выразить вам восхищение.

Актриса обняла Старого Актёра и спрятала лицо у него на груди. Только он один во всей студии сочувствовал ей.

– Вы красавица и талантливая Актриса, – говорил Старый Актёр, гладя её по голове. – Ваша красота не изменится, будете ли вы Инфантой или крестьянской девочкой. Самое важное – вы желанны. Вы можете кружить головы мужчинам…

Комплименты Старого Актёра утешили Актрису. Но тут она почувствовала, что он расплетает её косы.

– Нет-нет! – она отшатнулась, косы расплелись до конца, и волосы Актрисы потекли вниз. – Что вы делаете? Мы c вами – отец и дочь…

– Так вы всё забыли? – огорчённый Старый Актёр удержал Актрису пальцами за хрупкие плечи. – Мы c вами уже встречались… Я тогда был молод, и это случилось в Италии. Вы навсегда остались для меня идеалом красоты. Неужели вы не помните?

Актриса покачала головой.

– Незабвенная Актриса, как вы забывчивы! – вздохнул Старый Актёр и обнял её. Чёрные волосы Актрисы перевешивались через его руки. Силы оставили Актрису, и она упала крошечным телом в золотой камзол Старого Актёра.


Третья история о любви

Когда люди приходили в дом Мельхиоровой Дамы, они попадали в совершенно другой мир, чем тот, из которого они вышли. Мельхиоровая Дама продолжала жить в прошедшей эпохе её молодости. Она слушала музыку прошлого, читала книги прошлого. Её называли Мельхиоровой Дамой, потому что она носила мельхиоровую брошь, тоже из своего прошлого. К ней собирались, чтобы послушать рассказы o временах, давно отживших и презираемых, но манящих воспоминаниями o любовных приключениях.

Мельхиоровая Дама рассказывала o своей юности, когда она пробовала себя в поэзии. Тогда её называли Нелли. Она поступила в ученицы к гениальному Поэту. Поэт отводил Нелли в высокую башню, где она подолгу жила и читала книги. Нелли училась стихосложению на чужом опыте, a потом писала в башне свои стихи. Поэт мог приходить в башню и жить там вдвоём c Нелли. Библиотека в башне помогала и ему в его трудах. Но Нелли жила в башне и одна. Её стихи становились всё более правильными.

Нелли дружила с Поэтессой, такой же молодой, как и она сама. Поэтесса училась стихосложению у другого Поэта, не менее талантливого. Нелли редко спускалась вниз из башни, но при встречах радовалась подруге и её рассказам o жизни знакомых. В башне Нелли похудела и побледнела, она морщилась, глядя на дневной свет. Мысленно она читала книги из необъятной библиотеки, которые ещё не прочитала. Нелли c трудом разбиралась в бытовой жизни. Её подруга, Поэтесса, легко двигалась, часто смеялась. Она заплетала рыжеватые волосы в косы и связывала их на затылке большим бантом. Поэтесса быстро сочиняла стихи и быстро их забывала.

Жизнь Нелли в башне заинтересовала Поэтессу.

– Расскажи, что вы делаете, когда остаётесь вдвоём в башне? – допытывалась она.

– Говорим об искусстве поэзии, – отвечала Нелли.

– Я спрашиваю не об этом.

– Просто читаем книги молча.

– Нет!

– Кроме этого, мы ничем не занимаемся.

– Ты просто не хочешь мне говорить.

– Но o чём?

Нелли действительно не понимала смысл вопросов Поэтессы. Поэтесса, в свою очередь, удивилась непониманию Нелли. Неужели их обучение поэзии проходит настолько по-разному? Поэтесса стала рассказывать o том, как ей даёт уроки её учитель. Он смотрит ей в глаза и говорит, что они похожи на бирюзу. Прикасается к её косам и говорит, что они похожи на пламя. Часто они даже забывают заниматься стихосложением, так и проговорят. Разве у Нелли не так проходят уроки в башне? Поэтесса думала, что, живя в башне, люди могут делать всё, что они захотят.

Нелли возвращалась в башню c тяжёлым сердцем. Раньше она никак не оценивала своё ученичество. Теперь Нелли по-новому смотрела на привычный образ жизни. Когда Поэт, её учитель, приходил в башню, Нелли чувствовала непонимание, перемешанное c раздражением. Поэт не замечал её молодость и красоту. Он говорил c ней об искусстве. Если Поэт вообще разговаривал c Нелли, бывало и так, что он приходил, открывал книгу и забывал обо всём на свете. Проходило время, и Нелли не понимала, как можно оказаться вдвоём c девушкой в башне и говорить с ней o поэзии.

– Поэтесса после встречи c Нелли пришла к Поэту, c которым изучала стихосложение, – закончила рассказ Мельхиоровая Дама. – Поэт развязал бант в волосах Поэтессы. Косы Поэтессы упали на её спину. Поэт расплёл её волосы.


Четвёртая история о любви

Это история o любви самой Соломенной Вдовы. Вернее, всё началось в её усадьбе, куда летом приезжали гости. История начиналась c домашних спектаклей и живых картин. Примой этого действа была не Соломенная Вдова, и всё же без её усадьбы ничего бы не произошло.

Один из домашних спектаклей представлял сцены из жизни греческих нимф. Случилось так, что в нём участвовали две барышни – одна старше, другая моложе. Они выделялись среди остальных девушек красотой и достоинством. Старшая – высокая, цветущая, как летний день, c золотистыми волосами и синими глазами. Младшая – тонкая, словно прозрачная, в её волосах золотистый цвет как будто переходил в лунно-голубой, и её глаза были бледно-голубыми. Величественная нимфа и задумчивая нимфа. И случилось так, что среди зрителей находился молодой человек, живший по соседству c Соломенной Вдовой. Он любил ездить верхом, поэтому его часто называли Наездником. Наездник засмотрелся на двух актрис. Ему удалось выяснить, что обе девушки – из разных фамилий, но они дальние родственницы Соломенной Вдовы.

Наездник стал принимать участие в развлечениях, происходящих в усадьбе Соломенной Вдовы. Раньше он не решился бы посещать дом женщины, имеющей сомнительную репутацию, но теперь в Наезднике победило желание поближе сойтись c двумя барышнями. Ему удалось познакомиться со старшей, более открытой. Младшая гуляла вместе c ними, но не принимала большого участия в их разговорах. Старшая любила рисовать. Она могла писать c кого-нибудь портрет долго и тщательно, но при случае делала быстрые рисунки в альбомах. Младшая носила c собой томик стихов, успевала читать где угодно, произносила шёпотом особенно понравившиеся строки. У старшей время от времени появлялись поклонники. Она иронизировала как над ними, так и над Наездником, не сближалась ни с кем больше, чем c остальными. На младшую часто смотрели как на ребёнка. Наездник мечтал понять, o чём она глубоко задумывается. Он не решался заговорить c ней откровенно, чтобы не вызвать её испуг.

Соломенная Вдова бросала неодобрительные взгляды на Наездника. Однажды она подошла к нему c разговором.

– Скоро я откажу вам от дома, – предупредила она.

– Простите?

– Вы понимаете, что я хочу вам сказать. Вы забываете o приличиях, вступая в разговоры c двумя юными девушками.

– Я уверяю вас, что в нашей дружбе нет ничего предосудительного.

– Если я поверю в это, поверят ли те, кто видит вас втроём?

– Я c безграничным уважением смотрю на девушек, которые гостят в вашем доме.

– В любом случае, теперь вы будете разговаривать c ними только в моём присутствии.

Наездника не обрадовала возможность находиться в обществе Соломенной Вдовы. Но всё же он ответил:

– Как вам будет угодно, но вы услышите то же самое, o чём мы говорим сейчас.

Соломенная Вдова после этого разговора не подходила близко к Наезднику и девушкам, но всё же им не удавалось пойти никуда, где не оказывалась бы она. Наездник старался не смотреть в её сторону, но чувствовал присутствие маленького надзирателя.

Друзья рассказывали Наезднику o любовных приключениях Соломенной Вдовы. По их словам, в городских салонах вокруг неё собирались мужчины и посвящали ей пустенькие стихотворения.

– Возможно, у этой женщины есть какая-то тайна, – предполагал Наездник.

– Ты знаешь, говорят, что мужчины описывали в стихах её спальню.

Как-то раз Наездник приехал в усадьбу Соломенной Вдовы на лошади. Он предложил обеим девушкам прокатиться вместе c ним. Разумеется, Соломенная Вдова присутствовала здесь.

– C удовольствием! – обрадовалась старшая девушка и подошла к лошади. Наездник помог ей сесть.

– Теперь прошу вас, мы можем сесть втроём, – предложил он младшей.

– Нет, благодарю вас, я не умею ездить верхом, – испугалась она.

– Я посажу вас впереди себя, a ваша подруга сядет позади меня.

– Нет, простите, но мне страшно.

Наездник поехал на лошади только со старшей, сидевшей впереди него. После конной прогулки девушка долго смеялась, её радость не прекращалась. Младшая стояла в стороне от компании. Подойдя ближе, Наездник и  старшая девушка заметили, что по её лицу текут слёзы.

– Пожалуйста, перестань вести себя как дитя, – попросила старшая.

Младшая, не глядя на неё, ушла в дом.

Когда в этот день Наездник вышел к реке, чтобы отдохнуть от шума, за ним пошла Соломенная Вдова.

– Боже! – он обернулся на звук её шагов и не удержался от иронии: – Не беспокойтесь, я один.

– Мне хотелось бы сказать вам, – Соломенная Вдова разговаривала мягче обычного. – Это непорядочно – быть причиной ссоры двух подруг.

– Мне вещает o порядочности женщина, чью спальню описывают в салонных стихах, –  Наездник уже не думал o том, что говорит.

– Не пытайтесь представить мою спальню по чьим-то стихам, – не смутилась она. – Я боюсь, что в вашем возрасте вам легко совершить ошибку, от которой пострадают несколько человек. Вы не знаете, кто вам нужен, чтобы всегда быть c  вами рядом. Кого бы вы ни выбрали, вам будет казаться, что другой выбор был бы лучше. И вам, и вашей жене будет тяжело в таком браке. И той, кто не станет вашей женой.

– Прошу прощения, я не должен был говорить того, что вы слышали, – теперь Наездник мучился стыдом.

– Прощаю, это не самое резкое, что я слышала. Знаете, я долгое время живу без мужа, потому что я часто вижу, как люди заключают брак по ошибке и страдают от такой жизни. Буду рада, если вам не придётся страдать по этой же причине.

После этого Соломенная Вдова уже не столь бдительно следила за Наездником и своими родственницами. Иногда они могли разговаривать свободно.

– Вы всегда вдвоём или дружите ещё c кем-то? – спросил Наездник.

– У нас была ещё одна подруга, моложе меня и старше неё, – старшая кивнула на младшую. – Но сейчас у неё свои интересы, она увлечена великими переменами.

Это лето как будто перевернуло душу Наездника. Он часто задумывался над тем, чего не понимал раньше. Наконец он приехал верхом в усадьбу Соломенной Вдовы. Наступал вечер.

– Я отправила обеих барышень домой, – сказала Соломенная Вдова, выйдя к калитке. – Вам незачем приезжать без приглашения в столь позднее время.

– Вы сами понимаете, зачем я сюда приехал, – ответил Наездник. – Нам уже не нужно соблюдать приличия.

***

Соломенная Вдова проснулась в усадьбе Наездника, в сарае, на куче соломы. Стебельки запутались в её распущенных кудрях. Золотое утро заглядывало в сарай, проникая сквозь щели, озаряя кудри, лицо Соломенной Вдовы, платье на изящном теле. Хрупкая Соломенная Вдова, казалось, полностью поместилась в солнечном блике.

157
0
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...

Автор публикации

1

графоманка

Комментарии: 5Публикации: 99Регистрация: 05-03-2018

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.

Прокомментировать запись

 
avatar
5000