ЗАМОК ЛИТТЛВУД

1

 — Итак, — говорил Чарльз Литтлвуд, — вы все знаете о той страшной трагедии, которая произошла в этом замке ровно месяц назад. Был убит мой младший брат Роберт, — тут голос хозяина дрогнул, но, взяв себя в руки, он продолжал, — и полиция до сих пор не нашла преступника. И вот тогда я обратился к частному детективу сэру Майклу Моррису, — Чарльз Литтлвуд положил руку на плечо стоявшего рядом мужчины, — который с радостью согласился мне помочь. Я собрал вас всех сегодня по его просьбе. Думаю, вам не составит большого труда провести один день в этом семейном замке. Да, совсем забыл, я до сих пор не представил вас друг другу. — Мистер Литтлвуд подошел к молодому мужчине, сидящему в большом кресле, и произнес, — сэр Герберт Уотер, один из консультантов моей фирмы по вопросам сбыта продукции,— отличный работник, пожалуй, если мне придется уйти на покой, то лучшей замены для себя я найти не смогу. Миссис Томсон — моя племянница, я думаю, некоторые из вас читали ее последний роман и уже имеют определенное мнение об его авторе. Я, честно говоря, не в восторге от этого произведения, но, что делать, новое поколение выбирает новую литературу, и здесь, пожалуй, уже ничего не изменишь. Ее муж, сэр Дейл Томсон,— отличный адвокат и непревзойденный игрок в покер, — хозяин вернулся на прежнее место и продолжал, — Лора Литтлвуд— жена покойного Роберта, все вы, наверное, понимаете, как трудно ей сейчас, и дополнительную боль доставляет тот факт, что убийца разгуливает на свободе. Джеймс Вильямс — юридический консультант моей фирмы, и, конечно же, Ричард Паркер — ближайший друг Роберта, с которым он был знаком еще со студенческих лет. — Выдержав паузу, Чарльз Литтлвуд продолжал, — все вы занимали определенное место в жизни Роберта, и, я надеюсь, вы поймете меня, если детектив Моррис побеседует с каждым из вас.

— Вы подозреваете, что убийца находится среди нас? — спросил Ричард Паркер.

— О, нет, — ответил хозяин замка, — никого из вас я ни в коей мере не подозреваю в причастности к смерти Роберта, просто вместе обсудив события последних месяцев, мы хотя бы отчасти сможем пролить свет на это дело.

— Согласен, — сказал Дейл Томсон, — пока не будет найден убийца Роберта, никто из нас не сможет до конца оправиться от этой трагедии, поэтому вы поступили совершенно правильно, мистер Литтлвуд.

— Разумеется, — поддержал его Вильямс, закуривая сигару,— то, что произошло месяц назад, совершенно не похоже на простой грабеж, и пока мы не поймем причину трагедии, опасность будет висеть над всеми жителями этого замка, не говоря уже о том, что разобраться в происшедшем для всех нас дело чести. Так что не стоит оправдываться перед нами, мы все понимаем вас.

— Боюсь, что это пустая трата времени, — сказала миссис Томсон, — прошел уже целый месяц, и вряд ли сейчас можно что-нибудь выяснить. По-моему новое расследование только причинит дополнительную боль маме. Не знаю…

— Не беспокойся, Кристи, — ответила миссис Литтлвуд, — раз уж мы все собрались здесь, я думаю надо попытаться хоть что-нибудь выяснить.

— Ну, что ж, —  сказал Чарльз, — я рад, что вы отнеслись с пониманием к моей затее. Но, пожалуй, что сейчас слишком поздно для того, чтобы начинать беседу с сэром Моррисом. Я думаю, он согласится заночевать в этом замке, а завтра утром уже начать свое расследование. Для всех вас, господа, приготовлены отдельные комнаты, где вы сможете спокойно переночевать. Ну вот, пожалуй, и все на сегодня. Я жду вас всех к завтраку в восемь часов утра.

— Спокойной ночи, дядя, — сказала Кристи Томсон, подойдя к Чарльзу. — Сегодня был трудный день, и мы с Дейлом чертовски устали.

— Спокойной ночи, Крис, — ответил тот. — Надеюсь, вам будет удобно в твоей комнате. С тех пор, как ты вышла замуж, там ничего не изменилось. — Он поцеловал свою племянницу в щечку, и та вместе с мужем покинула огромную гостиную.

— До завтра, Чарльз, — сказала Лора Литтлвуд и, кивнув гостям, вышла вслед за дочерью, захватив со стола толстую книжку, заложенную где-то посередине.

— Герберт, — продолжал хозяин замка, — я надеюсь, вам подойдет наша гостевая, и для вас, Джеймс, также приготовлена комната для гостей, они находятся напротив друг друга. Как компаньонам моей фирмы, думаю, вам уютней будет находиться в соседних комнатах.

— Да, Чарльз, но боюсь, я не смогу ее отыскать в лабиринтах коридоров вашего замка, — сказал Герберт Уотер.

— Не беспокойтесь, я знаю, где она находится, — Вильямс встал со стула, приглашая за собой Герберта. — Спокойной ночи, Чарльз, — сказал он и вышел из гостиной со своим компаньоном.

— А ты, Ричард, можешь заночевать на самом верху. Там отличная комната. А из окон открывается прекрасный вид, особенно ранним утром, когда восходит солнце. Горничная проводит тебя, — и хозяин зазвенел колокольчиком, лежавшим на столе.

— Спасибо, мистер Литтлвуд. Я давненько не был в этом замке и с удовольствием заночую здесь.

— Открылась дверь, и в комнату вошла горничная, с которой Ричард и удалился по широкой лестнице, ведущей наверх. В комнате остались лишь детектив Моррис и сам Чарльз Литтлвуд. Стало тихо, как будто бы весь замок погрузился в сон, лишь треск дров в горящем камине нарушал ночную тишину.

Наконец Майкл Моррис, не проронивший за все это время ни слова и внимательно наблюдавший за приехавшими гостями, посмотрел на часы и сел на стул.

— Кто кроме вас и миссис Литтлвуд еще живет в замке? — спросил он.

— Служанка, Марта, — ответил Чарльз, присаживаясь напротив, — и кухарка. Они здесь работают уже пятнадцать лет, и я им полностью доверяю.

Детектив протер двумя пальцами уголки глаз.

— Расскажите еще раз, что произошло той ночью. Сейчас, находясь в самом замке, я, думаю, несколько по иному восприму ваш рассказ. Если я не ошибаюсь, вы проснулись в пятом часу утра…

— Да, — начал мистер Литтлвуд, — той ночью была особенно яркая Луна, и в моей комнате было довольно-таки светло, как будто горел ночник. Я всегда с трудом засыпаю в полнолуние. Поднявшись с постели, я открыл окно, чтобы вдохнуть ночной прохлады, и тут заметил свет во дворе замка, как будто бы зажглись фары автомобиля. Так оно и было, вскоре послышался шум мотора, и машина постепенно скрылась в ночной тьме.

— Вы не запомнили хотя бы цвет автомобиля или марку?

— Увы, я ничего не смог разглядеть за кронами деревьев. Обеспокоившись этим, я тут же отправился в комнату Роберта, может быть, у него были какие-нибудь срочные дела в городе, и поэтому он так внезапно покинул замок, что, конечно, было мало вероятно.

— Простите, — перебил его Майкл, — если я буду задавать несколько нелепые вопросы, но этого требует моя профессия.

— Конечно, мистер Моррис…

— Где в это время находилась миссис Литтлвуд, и вообще, что в это время делали все жители замка?

— Жена Роберта тогда гостила у своей подруги Мэри. У той своя ферма под Лутоном, Лора любит там иногда проводить свой week-end. Стало быть, кроме меня и самого Роберта здесь были только кухарка и горничная. Само собой разумеется, что они спали и обо всем случившемся узнали только от меня.

— Хорошо, продолжайте, — попросил детектив.

— Комната Роберта находилась в восточном крыле замка, впрочем, я показывал вам ее сегодня. Подойдя к ней, я несмело постучался и, не дождавшись ответа, зашел внутрь, — мистер Литтлвуд выдержал паузу и сделал несколько глотков из бокала с вином, стоявшего на столе. — Как вспомню эту картину, то просто мурашки… по коже…— он вновь запнулся. Но, наконец, сделав глубокий вдох, продолжал, — Роберт лежал в своей постели, он был уже мертв, но из раны на правом виску еще сочилась кровь, вся подушка была в крови… и его глаза… бессмысленно смотрящие в никуда… это ужасно.

— И вы вызвали полицию, — подвел итог Майкл.

— Да. Они обнаружили распахнутое окно на первом этаже неподалеку от комнаты Роберта и следы во дворе, они вели прямо к автомобильной стоянке. Так что в той машине находился убийца, детектив, но было уже слишком поздно.

— Вы не слышали выстрела? — спросил тот, — или каких-нибудь посторонних звуков в самом замке?

— Моя комната наверху, — хозяин ткнул пальцем в потолок,— в самом центре замка, при всем желании я бы ничего не смог услышать. Но выстрел должна была слышать Марта, она живет прямо над комнатой Роберта. Но, увы, — Чарльз пожал плечами в знак того, что та ничего не заметила.

— Пистолет с глушителем, — произнес в раздумье Майкл Моррис, — ну, что ж, завтра мне предстоит трудный день, и я бы хотел как следует выспаться.

— Позвольте, я провожу вас, — сказал Чарльз Литтлвуд, — знаете, вы мне много симпатичнее, чем любой полицейский из Скотланд Ярда. Я надеюсь, вы прольете свет на это загадочное дело.

— Благодарю вас, мистер Литтлвуд. Я сделаю все, что смогу.

 

2

 Настенные часы пробили восемь утра. За длинным столом сидели все гости семейного замка Литтлвуд, за исключением детектива Морриса и самого хозяина. Никто не притрагивался к завтраку, и все с нетерпением ждали Чарльза Литтлвуда. Это был из ряда вон выходящий случай. Еще ни разу не было, чтобы порой излишне пунктуальный хозяин опоздал хотя бы на минуту, тем более к завтраку, когда приглашенные гости ждали его за столом. Было непонятно и отсутствие детектива Морриса, который по идее должен находиться среди интересующих его гостей замка.

Прошло еще десять минут. Но никто не проронил ни слова, хотя можно было догадаться, о чем думает каждый из присутствующих здесь. Лишь миссис Литтлвуд нервно вертела в своих руках чайную ложку. Поистине, в этом замке порой происходили таинственные вещи.

Наконец, дверь открылась, и перед гостями возник Майкл Моррис. Еще вчера добродушный и даже немного стеснительный детектив выглядел чересчур холодно. Все мускулы на его лице были напряжены, в глазах появилась решительность и уверенность. Он встал напротив окна и произнес:

— Сегодня ночью был убит хозяин замка сэр Чарльз Литтлвуд. У меня есть все основания полагать, что это сделал тот же человек, что месяц назад расправился с его братом Робертом Литтлвудом. Все окна и двери замка были заперты изнутри и таковыми остаются до настоящего момента. Даже если бы кто-то сумел проникнуть сюда, то он неизбежно оставил бы следы на белом линолеуме коридоров — со вчерашнего вечера моросит дождь. Но я ничего подобного не обнаружил. Так что прошу меня простить, господа, но убийца находится среди вас, и с этого момента вы все находитесь в числе подозреваемых.

— Вы уже вызвали полицию? — спросил Герберт Уотер.

— Я думаю, вам неизвестно, господа, — не замечая вопроса, продолжал Майкл,— что сэр Чарльз Литтлвуд был ближайшим другом моего отца, и что именно он помог мне встать на ноги и выбиться в люди. И я обещаю вам разобраться в этом деле прежде, чем кто-либо из вас покинет этот замок.

— Нам понятен ваш гнев, мистер Моррис, — сказал Дейл Томсон, — но мы не собираемся оставаться в замке до конца своих дней.

— А что касается полиции, — вновь продолжал детектив, — то право на этот звонок я оставляю за собой. Во всяком случае, я побеседую с каждым из вас, а там будет видно.

— Но что вы выясните с помощью простой беседы? — спросил Ричард Паркер. — Любой из нас скажет, что он спал всю сегодняшнюю ночь, и при всей своей изворотливости вы не придеретесь к подобному ответу.

— Оставим сегодняшнюю ночь, — сказал детектив, — и начнем с убийства Роберта Литтлвуда. Может быть, нам и не придется возвращаться к смерти Чарльза. Держу пари, что кто-то из вас допустил грубую ошибку, наметив убийство на эту ночь, достаточно сузив тем самым круг подозреваемых.

— Простите, мистер Моррис, — сказала миссис Томсон, — но ведь и вы тоже провели ночь в этом замке.

— Спасибо миссис, — ответил детектив, — я непременно учту этот факт.

— Причем, если я не ошибаюсь, — заметил Дейл, — то ваша комната находилась ближе всего к спальне Чарльза.

— Совершенно верно, — сказал Майкл, — и я не слышал выстрела. Это дает мне основание полагать, что пистолет убийцы был с глушителем. И Роберт был убит из пистолета с глушителем. Вот и делайте соответствующие выводы. Кстати, мистер Томсон, если этот вопрос вас так беспокоит, то я могу предоставить вам свое алиби на тринадцатое число прошлого месяца.

— Не стоит…

— А вот что делали вы в ночь с двенадцатого на тринадцатое апреля?

— Это официальный допрос?

— Считайте, как хотите. Итак, я вас слушаю.

— Начнем с того, что мы с женой вернулись из ресторана в половине третьего. Это может подтвердить наш садовник Марк.

— В каком ресторане вы ужинали?

— В «Белом Дворце».

— Отлично, продолжайте.

— Мы легли спать и практически сразу же заснули… Где-то в четыре часа нас разбудил телефон.

— Бывает же так, — заметил Майкл, — Роберт был убит около четырех, и именно в это время вас разбудил телефонный звонок, эдакое стопроцентное алиби.

— Адвокат бросил на стол салфетку, которую он нервно мусолил в руках, и с вызовом произнес:

— Послушайте, мистер Моррис…

— И что было дальше? — перебил его детектив.

Взяв себя в руки и повинуясь властному голосу Майкла, Дейл Томсон продолжал:

— Звонил мой отец, мистер Дэвид Томсон. Надеюсь, вам известно, что он страдал раком желудка. Той ночью у него усилились боли, и он попросил меня приехать к нему.

— А ваша жена осталась одна.

— Мистер Моррис, я звонил ей от отца часом позже. При всем своем желании она бы не смогла за это время добраться до замка и обратно. Тем более, по вашим словам, убийство произошло уже около четырех.

— Вы поехали к отцу на своей машине?

— Разумеется.

— Значит, садовник должен был слышать шум мотора.

— Думаю, что да.

— О’кей, — сказал детектив, — вернемся к ресторану. Скажите, адвокат, туда вы тоже добирались на машине?

— Совершенно верно.

— Вы бы могли указать путь, по которому вы возвращались домой?

Томсон усмехнулся.

— Мистер Моррис, — сказал он, — я в курсе, что у книжного магазина был ремонт дороги, так что мне пришлось сделать небольшой крюк. Оставьте свои неостроумные ловушки для другого раза.

— Что ж, хорошо. Сколько времени вы провели в ресторане?

Адвокат задумался.

— Около трех часов, — подсказала миссис Томсон.

— Да, пожалуй, так.

— Попытайтесь вспомнить, что вы заказывали в тот вечер.

Дейл вновь задумался.

— Бифштекс с кровью, что-то на гарнир, шоколадный коктейль…

— Устрицы, — добавила супруга.

— Да, устрицы, и, пожалуй, все.

Детектив набрал воздух для того, чтобы задать новый вопрос, но почему-то промолчал. Вдруг он стукнул себя по карману и о чем-то задумался.

— Прошу прощения, господа, я сейчас, — и Майкл быстрыми шагами вышел из гостиной.

Гости, не притронувшиеся к завтраку, по-прежнему молчали, только мистер Томсон, сидевший все это время в напряжении, облегченно вздохнул, когда детектив вышел из комнаты. Герберт Уотер достал какую-то таблетку из внутреннего кармана пиджака и запустил ее себе в рот, а Кристи Томсон положила руку на плечо матери и утешительно сказала:

— Не беспокойся, мама, все будет хорошо.

Миссис Литтлвуд выглядела очень бледной. Казалось, на нее новое убийство произвело большее впечатление, чем на всех остальных. Она не сводила глаз с какого-то предмета на столе и продолжала теребить в руках чайную ложку.

Майкл вернулся спустя пять минут. Он щелкнул пальцами и слегка улыбнулся.

— Отлично. Вы утверждаете, что в четыре часа ночи отправились к своему отцу. Но он умер от рака неделю спустя, и при всем желании проверить этот факт нельзя. Даже если вы то же самое рассказали полиции, и те интересовались у сэра Дэвида Томсона, было ли это так, это ни о чем еще не говорит. О такой ли услуге можно попросить больного отца, когда тому абсолютно нечего терять. Более того, — детектив облокотился на спинку стула и посмотрел прямо в глаза мистеру Томсону, — ваше алиби, которое вы, наверное, придумали со своей супругой, оказалось таким же непрочным, как песочный замок, и достаточно было одной волны, чтобы разрушить все до основания. Я только что звонил вашему садовнику, он действительно утверждает, что вы вернулись в тот вечер в два тридцать. Интересно, чем вы его убедили в необходимости говорить неправду. Но он ничего не слышал около четырех ночи — ни шума мотора, ни звука открывающегося гаража. Странно, не правда ли? Пожалуй, об этом вы забыли предупредить его. После этого я позвонил в «Белый Дворец» и поинтересовался, какие блюда там предлагаются в меню. В этом ресторане действительно можно заказать бифштекс с кровью и устрицы, но вот устриц, о которых так неосторожно упомянула миссис Томсон, в тот день не было в меню. Очень неприятная история, мистер Томсон. И я надеюсь, что мы все получим разъяснение. Хотя я пока вижу только одно разъяснение — и вы, надеюсь, догадываетесь, какое.

Больше минуты в гостиной длилось молчание. И все с нарастающим напряжением смотрели в сторону адвоката и его супруги.

 

3

 — Послушайте, — сказал Дейл, — вы обвиняете нас в убийстве. Но какие мотивы, черт возьми? Зачем? Какой интерес нам лишать жизни мистера Чарльза Литтлвуда и его брата, тем более что Роберт приходится родным отцом Кристи?

— Мотивы? — переспросил Майкл. — Очень простые. Отправив на тот свет своего отца и дядю, ваша супруга, а, следовательно, и вы получаете половину состояния Литтлвудов. А это довольно приличная сумма, и вам это известно не хуже, чем мне. Как видите, все говорит не в вашу пользу.

— Ладно, — сказала, наконец, миссис Томсон, — по-моему, мы зашли слишком далеко. Понимаете, детектив, мы все уже давали показания полиции после убийства отца. И у всех, за исключением нас, были неопровержимые алиби. Вот тогда Дейл и придумал все это для того, чтобы избежать лишних неприятностей. Если бы мы не привели свое алиби, то подозрение пало бы на нас, так как Дейл был не в очень хороших отношениях с отцом, а это отрицательно отразилось бы на его работе. Поверьте, мы совершенно непричастны к этим убийствам.

— Так, где же вы все-таки провели ту ночь? — спросил Майкл.

— Весь вечер двенадцатого и первую половину следующего дня мы находились дома, но этого никто не может подтвердить. Ведь это были как раз выходные дни, садовник ушел от нас еще в пятницу, а других слуг мы у себя не держим. Потом до нас дошло известие о случившемся, началась вся эта нервотрепка. И перед тем, как отправиться в полицейский участок, Дейл придумал историю с рестораном. Но в последний момент мы сообразили, что «Белый Дворец» закрывается в два ночи, и выдуманное алиби ничего не дает. Но отступаться было уже поздно, и Дейл на ходу придумал историю с отцом. После визита в полицию он, разумеется, довел показания до ума, как вы правильно догадались, предупредил Дэвида Томсона и попросил Марка оказать нам услугу. Но в этой нервотрепке Дейл, конечно, не учел всех соответствующих деталей.

— Удивительно, — заметил детектив, — что, получив известие о смерти отца, вы в первую очередь забеспокоились о своем алиби, обычно близких родственников в такие минуты переполняют совсем иные чувства.

— Мистер Моррис…

— Я догадываюсь, о чем вы хотите сказать, — перебил Кристи Томсон детектив.— Единственное, что говорит в пользу вашей невиновности, так это столь несуразно придуманное алиби. Но ваша непричастность, как вы понимаете, пока находится под сомнением. Впрочем, и неопровержимые алиби остальных также пока остаются открытыми для меня. — Он уселся за стол и, вынув из кармана остро заточенный карандаш, взял из вазы небольшую салфетку. — У вас есть время позавтракать, — обратился Майкл к гостям, — а мне сейчас надо кое в чем разобраться.— После длительного молчания все приступили к завтраку, естественно без особого аппетита, что было вполне понятно. Детектив же после некоторых размышлений схематично начертил план старого замка, чтобы более четко представить себе картину преступлений. Нанеся последний штрих, он подошел к горничной, которая в это время вошла в гостиную, и, протянув ей свой рисунок, спросил:

— Проверьте, Марта, все ли я сделал правильно, вы знаете этот замок намного лучше меня.

Изучив схему детектива, горничная указала пальцем на восточное крыло:

— Все верно, только между спальней Роберта и комнатами для гостей находится лестница. Она ведет в подвал, а там недалеко есть выход в коридор первого этажа, вот здесь, — и Марта ткнула пальцем в другую часть рисунка.

Майкл вернулся на свое место и, закончив чертеж, внимательно изучил его. Постороннему человеку ничего не стоило заблудиться в бесконечных коридорах этого замка. И это еще один довод в пользу того, что убийца не был посторонним для этой семьи.

Свернув салфетку и спрятав ее во внутренний карман пиджака, детектив встал со стула и прошелся по комнате. К этому времени гости закончили трапезу и вопросительно уставились на него. Наконец, Майкл произнес:

— Продолжим, господа. Учитывая горький опыт мистера и миссис Томсон, я бы вам посоветовал не выдумывать впредь липовых историй и, тем более, ложных деталей к вашим показаниям.

— Разрешите задать вам один вопрос, — сказал Джеймс Вильямс.

— Разумеется.

— Вы считаете, что убийца находится среди нас шестерых, и вы не включаете в число подозреваемых ни Марту, ни кухарку. А между тем у них было ни чуть не меньше возможностей проделать то, что называется умышленным убийством.

— Это люди старой Англии, — ответил детектив, — и они были до конца преданы своим хозяевам. К тому же у меня есть один факт, который полностью снимает подозрение с них, мистер Вильямс, так что забудьте про это.

— Ну, и кто следующий в вашем списке на исповедь? — спросил Герберт Уотер.

— Теперь, если вы не возражаете, я бы хотел побеседовать с мистером Паркером.

 

4

 Майкл Моррис вновь встал со стула и прошелся по комнате. Пожалуй, стоя он чувствовал себя намного уютнее.

— Мистер Паркер, в вашей машине есть приемник?

— Это относится к делу, — удивился тот, — или это специфический подход издалека?

— Если вы хоть немного успели изучить меня за это время, то вы должны были понять, что я не задаю лишних вопросов. Так что отнеситесь со всей серьезностью к своим ответам.

Ричард насупился.

— Нет, в моей машине нет приемника.

— Отлично. Насколько мне известно, вы увлекаетесь классической литературой прошлого века. Так ли это?

— Совершенно верно.

— Поразительный метод построения беседы, — не смог скрыть своих эмоций Герберт Уотер, — я, пожалуй, изменю свое мнение о частных сыщиках, если сейчас обнаружиться связь между этими вопросами.

— Стало быть, вы любите слушать радиоканал «Ночной Лондон», — не замечая реплики, продолжал детектив. — В каждом выпуске там непременно читают отрывки из Шиллера, Гете или Шекспира.

— Конечно, — оживился Ричард, когда разговор коснулся литературы, — я не пропустил еще ни одной передачи и с удовольствием сижу у приемника каждую субботнюю ночь, хоть это и нарушает мой режим.

— Значит, в ночь с двенадцатого на тринадцатое апреля вы тоже должны были слушать этот канал.

— Точно, — ответил мистер Паркер, — так оно и было.

— Прекрасно. «Ночной Лондон» идет с двух до пяти, а литературе уделяется последняя треть программы. Так что если вы расскажете, о чем был тот выпуск, то вы тем самым обеспечите себе вполне надежное алиби.

— Удивительно, — сказал Ричард, — мне почему-то и в голову это не приходило. Конечно, сейчас вспомню… Ах, да, была коротенькая пьеса, сейчас скажу кого… Андре Депардье. Я еще обратил внимание на новое имя, до того момента я не слышал его вещей. И ведь, правда, это было в ту ночь. Но погодите, это было не с четырех до пяти, после полуночи передавали какую-то конференцию, и программа началась не в два, а в три часа. Так что пьеса закончилась в шесть утра.

— Этого замечания я и ждал, — с удовлетворением сказал детектив.

— Послушайте, мистер Моррис, неужели вы той ночью тоже сидели у приемника?

Майкл улыбнулся.

— Конечно же, нет. О сдвиге программы той ночью я узнал чисто случайно, а что в ней было я и представления не имею. Но это даже не важно. Важно то, что вы вспомнили сам факт, и главным образом то, с каким выражением лица и с какой интонацией вы рассказали все это. Теперь я уверен в вашей невиновности. Ведь очевидно, что вы не ожидали такого рода беседы и все вспомнили минуту назад. Кстати, мистер Уотер, вот вам и связь с моим первым вопросом. Если бы мистер Паркер имел приемник в машине, то это, как вы понимаете, немного усложнило бы дело.

Детектив подошел к столу и налил себе в стакан апельсинового сока. Сделав несколько глотков, он немного задумался, но спустя какие-то мгновения его лицо просветлело, и Майкл с удовлетворением произнес:

— Да, по-моему, все чисто. Итак, продолжим, господа. Мистер Уотер, настала ваша очередь рассказать, что вы делали той апрельской ночью.

— Вы уже приготовили для меня десяток каверзных вопросов?— поинтересовался тот. — Держу пари, что этой ночью вы неплохо поработали и придумали ловушки для каждого из нас.

— Должен вас огорчить, мистер Уотер, и в том, и в другом. Для вас у меня пока нет ни единого вопроса, а что касается сегодняшней ночи, то я просто спал. А в подтверждение тому могу рассказать вам свой утренний сон. Кстати, если вам не составит труда, начните свой рассказ с восьми-девяти вечера.

— О’кей. С пяти часов того дня я находился у себя дома. В половине девятого позвонил мистер Браун, он когда-то работал в фирме Чарльза, тогда мы с ним и познакомились. Он предложил сходить в какой-нибудь бар, я согласился. Когда я вышел из дома, было около десяти… В общем, мы выбрали бар на Кэнон-стрит. Поужинали, сыграли в бильярд…

— И когда вы покинули бар?

— Мы сидели до самого закрытия, так что это было где-то в четыре утра.

— Отлично, и кто это может подтвердить?

— О, да куча народу. Ну, во-первых, сам мистер Браун. Во-вторых, бармен, кстати, он неплохо меня знает. Ну, и, разумеется, некоторые завсегдатаи бара.

— Позвольте, — сказал Ричард, — но я сам живу на этой улице, и, насколько мне помнится, бар был закрыт чуть ли не весь апрель. Ну, точно, он открылся только пару недель назад.

Детектив встрепенулся.

— Вы уверены, мистер Паркер?

— Конечно, это совершенно точно.

Майкл посмотрел на Герберта.

— Что вы на это скажете?

— Мистер Паркер что-то путает, детектив, я сказал вам правду.

В разговор вмешалась горничная.

— Мне известно это место, мистер Моррис, — сказала она, — разрешите, я сделаю один звонок туда, и все станет на свои места.

— Отлично, Марта, — сказал Майкл, — окажите нам такую услугу.

Горничная скрылась за дверью.

— Интересная история, — язвительно произнес Джеймс Вильямс, обращаясь к Герберту. — Вы убираете с дороги Чарльза Литтлвуда и его брата и становитесь во главе фирмы. По-моему, цель оправдывает средства.

Герберт вскочил со стула и раздраженно произнес:

— Мистер Вильямс, не рано ли делать подобные выводы. Давайте дождемся Марту, и вы все убедитесь в моей невиновности.

— Сядьте, — холодным тоном сказал детектив.

Герберт слегка побледнел и, повинуясь, сел обратно на стул.

Установилась гробовая тишина.

Наконец, в комнату вернулась горничная.

— Мистер Моррис, — сказала она, — бар «Темза» был закрыт с первого по двадцать восьмое апреля.

 

5

 — Ну что ж, теперь все стало на свои места, — сказал Дейл Томсон, — и продолжать беседу не имеет смысла.

Все с удивлением смотрели на Герберта, который, непонятно почему, облегченно вздохнул после слов Марты и широко улыбнулся.

— Вам, кажется, есть что сказать, — мистер Уотер, — произнес детектив.

— Разумеется. При чем здесь «Темза», когда я вам рассказывал про «Золотой Родник». Конечно, черт возьми, я же не указал название бара. Той ночью мы были в «Золотом Руднике», а «Темза» находится в трех кварталах от него.

— Точно, — схватился за лоб Ричард, — на Кэнон-стрит два бара.

— Да, — сказал Майкл, — значит, судя по всему, у вас действительно неплохое алиби.

— Можете спросить мистера Брауна, бармена, чтобы до конца убедиться в моей невиновности.

— Оставим эту работу полиции. — Детектив взял со стола чашку с давно остывшим кофе и вмиг опустошил ее. — Миссис Литтлвуд, — сказал он, — вы провели ту ночь у своей подруги под Лутоном, это миль тридцать севернее Лондона. Расскажите поподробнее, что вы там делали.

— В субботу у Мэри было много работы, она освободилась только под вечер. Я в это время читала, немного успела повязать. Потом приехал ее муж Том, мы сели играть в покер. Знаете, Том ужасно азартный игрок, и поэтому мы кончили только в первом часу. Затем мы с Мэри отправились в беседку и там довольно долго разговаривали. Была отличная погода — совершенно безоблачное небо, полная Луна, совсем не хотелось спать.

Майкл Моррис щелкнул пальцами и, не говоря ни слова, вновь покинул гостиную. Лора Литтлвуд с удивлением посмотрела на остальных.

— Что, я сказала что-нибудь не так?

— Этого детектива не поймешь, — ответил Джеймс Вильямс, по-моему, он опять что-то задумал.

Майкл вернулся буквально через минуту.

— Я звонил своему товарищу Чарли, — сказал он. — Его родители тоже живут в Лутоне, и, по счастливой случайности, он гостил у них в ту апрельскую ночь. Но, увы, Чарли утверждает, что весь субботний вечер и все последующее утро шел проливной дождь. Так что, судя по всему, вы не были в Лутоне той ночью. Не так ли миссис Литтлвуд?

Лора не говорила ни слова.

— А не вы ли, — продолжал детектив, — вернулись тогда в замок, чтобы расправиться со своим мужем?

— Мама, — сказала Кристи, — ответь же…

— О’кей, — в разговор вмешался Джеймс Вильямс. — Я думаю, Лора, теперь не имеет смысла ничего скрывать. Ту ночь мы провели вместе, мистер Моррис.

— Мама! — воскликнула Кристи, — мистер Вильямс… вы…

Миссис Литтлвуд бросила робкий взгляд на свою дочь и едва слышно сказала:

— Да, Крис. Мы действительно провели вместе ту ночь, и по понятным причинам мне не хотелось об этом говорить.

— Мистер Вильямс, — сказал Майкл, — если я правильно понял, вы являетесь любовником Лоры Литтлвуд?

— Да, мистер Моррис.

— И как давно?

— Уже больше года.

— Господи, — прошептала Кристи, едва сдерживая слезы.

— Хорошенькое дело, — произнес детектив, — и знаете, получается отличное объяснение этим убийствам. Вы, мистер Вильямс, расправляетесь с сэром Чарльзом Литтлвудом и его братом, а через пару лет женитесь на весьма богатой женщине. Все достаточно хорошо сходится. И я не знаю, сможете ли вы привести такое алиби, чтобы я убедился в вашей невиновности. Кстати, никакого друга Чарли у меня нет, и никаких звонков я сейчас не делал. И в ту ночь, наверное, в Лутоне была действительно отличная погода. Это была ловушка, миссис Литтлвуд, и мистер Вильямс безнадежно угодил в нее.

— Но ведь у вас даже нет никаких доказательств моей вины,— вспылил тот. — У вас одни догадки. Поверьте, мистер Моррис, мы совершенно непричастны к этим убийствам. Даже, если на то пошло, то я просто бы не смог найти комнату Роберта, до сегодняшнего дня я никогда не был в восточной части замка.

— Никогда? — переспросил Майкл.

— Я могу это подтвердить, — сказала Кристи Томсон.

— К тому же… — хотел продолжить адвокат, но детектив перебил его:

— Оставьте свое красноречие для присяжных, мистер Вильямс. — Сказав это, он подошел к окну и, постояв в раздумье некоторое время, повернулся в сторону гостей. — Итак, подвел итог Майкл, — я сделал все, что было намечено. Марта, вы можете вызывать полицию.

Горничная кивнула головой и вышла из комнаты.

— Как вы убедились, господа, — продолжал детектив, — у многих из вас алиби оказались и не такими уж безупречными, и мы сейчас выяснили мельчайшие подробности, касающиеся той апрельской ночи. Но, по-моему, все на самом деле до банального просто.

— Вы знаете имя убийцы? — удивленно спросил Дейл Томсон.

— Совершенно верно.

— Так назовите нам его, — сказал Герберт Уотер.

— С пребольшим удовольствием.

В гостиной установилась мертвая тишина.

— Рассматривая план этого замка, — продолжал Майкл Моррис, — я отметил для себя следующий факт: спальня Роберта и комнаты для гостей  находятся совсем рядом. А вы, мистер Вильямс, — тут голос детектива стал еще тверже, — утверждаете, что до сегодняшнего дня никогда не были в восточном крыле замка, что, впрочем, подтвердила миссис Томсон, а значит, она имела свои основания на такое заявление. Но вот здесь-то кое-что и не вяжется. Ведь вы, адвокат, сами предлагали Герберту Уотеру провести его в комнату для гостей. Вы допустили ошибку, мистер Вильямс. Непростительную ошибку. Ведь если вы никогда не были в восточном крыле, но знали его расположение, то никакого другого объяснения этому факту, по крайней мере, я дать не могу, кроме как того, что вы специально узнавали план этой части замка, вероятно у вашей любовницы миссис Литтлвуд, чтобы совершить свое первое убийство. Мне очень жаль, Кристи, — обратился Майкл к дочери покойного Роберта, которая заплакала навзрыд при последних словах детектива, — вам очень не хотелось бы в это верить.

— Но это еще нужно доказать, — дрожащим голосом произнес Джеймс Вильямс, лицо которого от нервного напряжения покрылось капельками пота.

— Разумеется, — произнес в ответ Майкл, — и можете не сомневаться, я это сделаю. Хотя, кажется, достаточно взглянуть на миссис Литтлвуд, и все станет ясно без всяких доказательств.

Лора Литтлвуд действительно была бледной как мел, и ее дрожащие руки, нервно перебиравшие край скатерти, выдавали ее чрезмерное волнение.

— А теперь дождемся полиции, — вновь произнес детектив, не сводя глаз с рук адвоката.

В гостиной вновь установилась гробовая тишина. И когда настенные часы пробили десять утра, вдали послышался звук полицейской сирены. Так начинался новый день, который для всех присутствующих здесь гостей не сулил ничего хорошего, а для некоторых из них стал роковым.

 

27 июня — 2 июля, 1993 г. / 10 / 20 лет

Серия публикаций:

Детектив

79
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
1 Комментарий
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
SLAVA76
23 дней назад

Превосходная увлекательная работа! Было интересно прочитать. Вам мои аплодисменты!