Кукловод

Старенькая стенка, множество книг, фарфоровые куклы на шкафах, пустая тумба из-под телевизора, табуретка в центре комнаты, 2 бутылки водки, мать, храпящая на замызганном диване. Все как обычно.

Андрюша подошел к матери и осторожно накрыл ее одеялом. Пусть отдыхает. Андрюша очень любил мать. Особенно в такие моменты. Когда она не орала на него, не обзывала и не била. Лежала себе спокойно, а иногда, бывало, могла даже пробормотать «спасибо, сын» – тогда Андрюшиному счастью не было предела.

Андрюша еще несколько минут постоял, с нежностью глядя на мать. Он представлял, что они обычная семья, рисовал несуществующие картины бытового счастья, улыбался им.

Ему было уже почти 27. Совсем взрослый мужчина. Или, «здоровый долбо*б, когда ты уже свалишь отсюда», как говорила мама. Но «свалить» Андрюша не мог. Во-первых, он был абсолютно, безгранично одинок – ни друзей, ни даже приятелей у него не было. В школе его травили из-за матери-алкоголички, поношенной одежды и слабого здоровья. Отпор дать мальчик не мог, и вырос в тихого, забитого мужчину, который до дрожи боялся общения с людьми. Ну, а во-вторых, он не мог оставить мать и своих девочек.

Уже стоя на пороге своей комнаты, Андрей повернулся и еще раз посмотрел на мать.

– Андрей, бл*, выкини свои носки, воняет! – пьяный окрик выдернул его из мира фантазий, и он быстро захлопнул дверь.

– Ну привет, девочки! Как вы? Не скучали, пока меня не было?

Андрюша подошел к Маше, и зажал ее руку: «Па-па, я люблю тебя».

– И я тебя люблю, Машенька. А как ты, Анечка?

Из груди Анечки хрипло заиграло «Прекрасное далеко». Андрюша недовольно нахмурился. «Ох, надеюсь дело в батарейках – еще раз лезть и внутри ковыряться уже нельзя – совсем рассыплется».

Завершив свой ежевечерний ритуал общения с девочками, Андрюша довольный лег в кровать. Завтра нужно пораньше выбраться в архив – ему не терпелось закончить свою статью.

***

– Слушай, а кто этот чудила в очках и свитере из 90х?

– А, это Андрюша, краевед, не обращай на него внимания. Он странноватый, но безобидный. Можешь с ним вообще не разговаривать.

– Ну, я сегодня вообще всех в бар хотел позвать. Первый день на новом месте все-таки, хочу с коллективом познакомиться.

Слава с ухмылкой посмотрел на Влада, который только перевелся в их научный центр.

– Ну, дело твое, хочешь – зови. Но у нас здесь никто с ним не общается.

***

Влад стоял и задумчиво поглядывал на Андрюшу, который ссутулившись сидел и заполнял какие-то бумажки. Весь вид Андрюши был иллюстрацией неудачи и безысходности. Не удивительно, что никто к нему не хотел подходить. Таких людей всегда обходят стороной. Обычно к ним относятся словно к мусорному баку – подходят по необходимости, но надолго рядом не задерживаются – становится неприятно и гадливо.

Влад решил подойти и позвать все-таки его зайти в бар после работы. В этом у него был и свой корыстный мотив – он позиционировал себя как непредвзятого человека, который выше всяких предрассудков. Поэтому он не хотел быть «как все» и игнорировать человека только из-за того, что он не подходит под какие-то выдуманные рамки.

– Привет, Андрей. Меня Влад зовут. Сегодня мой первый день. Я тут хочу всех в бар после работы зайти, познакомиться. Пойдешь с нами?

Андрей даже не поднял головы от своих бумажек. Владу становилось все не комфортнее.

– Андрей, так что?

Андрей наконец зашевелился и удивленно взглянул на Влада.

– Вы мне? П-п-п-ривет. Прости, пожалуйста, я подумал ты с кем-то другим говоришь.

– Да нет, с тобой, тут вроде больше рядом нет никого!)

– Прости, пожалуйста, я не понял …

– Да ладно тебе, нормально, бывает! Так что на счет моего предложения?

– Я никогда не ходил в бары…И я не пью…Мама пьет много водки, а я даже глотка пива сделать не могу. Алкоголь противный, он воняет. И маме потом очень плохо от него. И без него.

– Ну, окей, понимаю. Давай завтра тогда с тобой сходим кофе выпьем, хочешь?

– Я кофе тоже не пью, я люблю мороженое…

– Ну, отлично, сходим за мороженым. Давай тогда, до завтра. Рад был познакомиться!

Влад резко развернулся и вышел из архива. Очень странное ощущение осталось у него от этого разговора. Чувства презрения, интереса, жалости и отвращения смещались в нем. Но, интерес взял верх, и он твердо решил все-таки попробовать еще пообщаться с этим странным типом.

***

Когда он зашел, девочки сидели за чайным столиком.

– Девочки, Маша, Анечка, Катя! У меня такие новости! Ко мне сегодня подошел Влад, это новый сотрудник у нас, и позвал завтра есть мороженое! Представляете??

– Что? Тоже хотите мороженое? Но вам нельзя выходить. Вы такие маленькие и слабенькие. Я принесу вам, покушаем здесь.

– Этот Влад такой хороший! Он разговаривал со мной не как все остальные. Ой, может он станет моим настоящим другом? Надо рассказать об этом маме!

***

Андрюша зашел к матери в комнату. Сегодня она была относительно трезва. Такое случалось не часто, но, обычно, ни к чему хорошему не приводило.

– Мама, привет. А со мной сегодня познакомился коллеги. Мы завтра гулять пойдем!)

– Бл*, пед*ик что ли. Так я и думала, что с тобой какая-то херня. Ты только на это и годен, чтоб тебя в жопу е*али. Сам-то ни хера ничего сделать не можешь.

Улыбка на Андрюшином лице постепенно угасала. Он чувствовал, как тягучее чувство собственного ничтожности и боли растет в нем, проникает в каждую клеточку его тела. Ему хотелось убежать! Нет, кричать! Нет, ударить эту алкашку! Но он просто стоял, немного подрагивая телом. Одинокая слеза покатилась из его глаза.

– Ой, ну началось! Хренли ты тут нюни распустил! Перед пе*иком своим плачь! Тебе что, втащить может?? Успокойся!

– Мама, он не пе*ик, мы просто погулять пойдем. Не кричи на меня, пожалуйста, мне страшно.

– Ну и вали отсюда раз страшно, не доставай меня!

Андрюша повернулся и печально потащился в свою комнату. Да, однозначно, когда мать вусмерть пьяная, с ней намного приятнее общаться.

***

Влад и Андрей шли по парку и ели мороженое. Влад прокручивал в голове варианты, как поскорее и тактичнее слить Андрея. Беседа совсем не клеилась. Первые полчаса Влад рассказывал какие-то истории, но Андрей никак на них не реагировал и ничего не говорил. Влад постепенно начинал раздражаться.

– Ну, Андрей, может ты что расскажешь? Ты чем вообще увлекаешься?

– Я? Краеведением. Это очень интересно.

– Ну, это же работа. А помимо нее ты что-то делаешь?

– Я как прихожу домой, сажусь статьи писать. А еще учу языки всякие древние – уже 13 выучил. И за мамой ухаживаю. И еще чаепития устраиваю. Это я очень люблю.

– 13? Да ты полиглот! А что за чаепития? Звучит интересно. А с кем, с мамой?

– Нет, мама чай не любит. Я с девочками – смущенно сказал Андрей, нервно начав покручивать пуговицу на рубашке.

Влад в изумлении остановился. Холодок пробежал по всему телу. «Черт, что еще за девочки?! Может он педофил? По виду конечно похож». Влад решил осторожно вытянуть побольше информации.

– А что за девочки, Андрей? Вы с ними дружите?

– Ну, дружим, да. Чаепития вот устраиваем. Им было очень грустно и одиноко, их все бросили. И я им помог, спас их.

– Спас их? А как ты понял, что им грустно и одиноко? Это они тебе рассказали?

– Нет, я сам понял.

– Понятно. Слушай, я бы очень хотел познакомиться с твоими подругами. Может, позовешь меня на чаепитие?

– Я…не знаю…У меня еще никто в гостях не был.

– Ну как же не был, сам говоришь устраиваете с девочками чаепитие.

– Ну, они живут у меня, это не считается.

– Считается. Я буду очень рад, если ты пригласишь меня. Мне тоже бывает грустно и одиноко.

– Правда? Хорошо…давай попробуем…Приходи в среду.

Влад выдохнул. Ситуация была очень странная. Он чувствовал себя героем какого-то непонятного рассказа. И, в какой-то степени ему это нравилось. Вся его жизнь было абсолютно обычной и ничем не примечательной, а ему всегда так хотелось сделать что-то особенное. И, кажется, такой момент наступил. Владу было немного неловко от этой мысли, но он надеялся, что Андрей действительно окажется психом-педофилом, и Влад, как настоящий герой спасет девочек. Но, это были мечты. Скорее всего, с долей грусти думал Влад, там скорее всего окажутся какие-нибудь игрушки, с которыми этот чудак от одиночества разговаривает, как с людьми…

***

– Девочки, у меня сюрприз! Сегодня к нам в гости придет мой друг. Настоящий! Давайте-ка я вас переодену, пусть увидит, какие вы у меня красавицы.

Андрюша начал приготовления. Он очень волновался – все-таки первый раз к нему кто-то придет. Столько всего надо сделать! Первое – нейтрализовать маму. Для этого он еще утром купил ей три бутылки водки. К вечеру, как он и рассчитывал, она вырубилась, а значит не будет обзываться и позорить его перед Другом. Второе – привести в порядок девочек. Он давно ими не занимался. Его устраивал и такой вид, но перед гостем, конечно, так показываться нельзя.

Пришлось помыть девочек, подкрасить, поменять мешочки с «вакциной». После всех процедур он решил, что некоторых лучше не представлять гостю, и отправил их в гараж.

***

Влад зашел в квартиру и сразу же поморщился – запах стоял отвратительный. Пахло перегаром, грязной одеждой, землей и…тленом.

– Привет, Влад! Я рад, что ты пришел. Проходи.

Все мечты Влада о его геройствах стали стремительно исчезать. Теперь ему хотелось сбежать отсюда. Гнетущая, вязко-удушливая атмосфера давила на него. Они прошли через захламленный темный коридор в гостиную. Здесь запах перегара и грязи усилился. С дивана раздавался пьяный храп.

– Это мамина комната. Она спит, пошли в мою. Я стол там накрыл.

– Да…эм, конечно, пошли.

Андрей открыл дверь, застойно-гнилой запах, казалось, принял телесную форму и вдарил Владу. Он еле сдержал рвотный рефлекс. В комнате было темно. За столом сидели четыре…девочки? Куклы? Еще три расположились на кровати, а одна сидела на стуле около компьютера.

– Вот, знакомься. За столом Маша, Аня, Катя и Лена. Мои любимицы. На остальных пока можешь не обращать внимания, они не обидятся.

Влад стоял в оцепенении. То, что он увидел, подойдя поближе просто не укладывалось в его голове. Все это казалось каким-то сюром! Девочки не были живыми заложницами психа-педофила. Но и куклами их назвать нельзя.

– Эмм…Очень приятно. Я…Вадим. Андрей, просто за вопрос, а что с ними?

– В смысле? Что с ними?

– Нууу, запах не очень приятный, если честно, и выглядят они странно…

– Да что ты? Знаешь, это очень обидно…и неприлично говорить такое при девочках! Я за ними очень хорошо ухаживаю! Они у меня умницы и красавицы.

Мои хорошие, не слушайте его! Я вас люблю, вы у меня самые лучшие!

– Андрей, прости, успокойся. Я…я не так выразился. Э…простите, девочки.

– Хорошо, Вадим. Все нормально. Только не говори так больше. Это же девочки! Я вот при них даже не матерюсь.

Влад так и не мог осознать и объяснить себе происходящие. Все было настолько странно, что мозг просто отключился и отказался делать какие-то выводы. Он решил вести непринужденную беседу, чтобы побольше узнать и разобраться в этой чертовски странной ситуации.

– Андрей, а как вы с девочками обычно проводите время? Ну, кроме чаепития.

– Ну, я в основном сижу за компьютером. Я девочек рассаживаю, у них просверлены дырочки под глазки, я им включаю мультики, детские песенки, и сам пою песни.

– Понятно…дырочки просверлены? А ты…сам эти куклы делаешь?

Андрей заметно смутился и пошел поправлять чашечки на столе.

– Ну, нет, я не делаю. Я их в порядок привожу…Их просто оставляют, понимаешь? Им холодно и одиноко. И я им помогаю, я спасаю их. И ухаживаю за ними…У меня деток нет, а я так всегда мечтал о детках…Но мне в опеке отказали, потому что зарплата маленькая. И они, они мои детки. Я правда о них хорошо забочусь!

– Я верю Андрей, верю. Ты…хороший отец. Девочки очень…эээ…аккуратные.

– Да-да! Я стараюсь!

Вадима все сильнее начинало тошнить. Как ни сопротивлялся этому абсурду его мозг, постепенно и до него начало доходить понимание.

– Андрей, а…ты говоришь, этих девочек оставляют и им там одиноко…А где это? Откуда ты спасаешь их?

Андрей, опустил голову, подошел к одной из девочек и взял ее на руки. Когда он ее приподнимал, из куклы вырвалось хриплое «люблю тебя, папа».

– Вадим, ты только ничего не подумай…Я правда ведь хорошо им делаю. Так бы они лежали одни, холодные, в земле, гнили! А я забочусь о них! Лаком мажу, солью с содой обвязываю – чтобы хоть немного тела сохранилось. Где совсем все стлело, я туда тряпочки, деревяшечки. Я очень стараюсь, чтобы они оставались на себя похожи!

– Я вижу, Андрей, да, ты очень много для них делаешь. Слушай, а мама твоя тоже общается с ними?

Вадима трясло, и помимо тошноты, подступили слезы.

– Нет! Я их с нею не знакомлю! Она часто ругается и обзывается. А с детьми так нельзя! Ой, почему у тебя кровь из носа идет?

Вадим в растерянности провел рукой под носом. Действительно – кровь.

– Не знаю, устал, наверное…

Вадим обессиленно присел на стул рядом с Машей. Интересно, это было ее настоящее имя? На вид девочке, а точнее тому, что от нее осталось, было лет 8. Зрелище на самом деле было жалкое. Лицо было словно маска – полностью, в несколько слоев, покрыто лаком. Под милым розовым телом виднелась желто-зеленая кожа.

Вадим обернулся на Аню. Там, где должна быть шея, виднелись тряпки. Состояние у нее было еще хуже Машиного – кожи почти не был видно – сплошной лак и заплатки.

Катя выглядела самой свежей – черты лица еще проступали, тряпок видно не было. Но и запах от нее шел самый крепкий.

Вадим еле сдержал рвотный рефлекс.

– Андрей, я пойду…Что-то устал я после работы.

– Как же, так скоро? Но ты даже не поговорил с девочками! Я думал мы вместе все песенки попоем и торт поедим!

– Да, звучит здорово, но я правда устал. Давай в другой раз.

***

Вадим вышел на улицу и вдохнул такой живой и свежий воздух. Мысли путались, вязкий туман грусти окутывал сознание. Черт, то, что он увидел, было просто омерзительно!

Но в то же время он испытывал острое чувство жалости к Андрею. Забитый, безгранично одинокий человек. Он всего-то хотел сделать лучше, помочь девочкам, спасти их. Он хотел лишь немного любви. Но смог получить ее только таким образом. Заслуживает ли он за это позора, общественной травли, тюрьмы?

***

Вадим достал телефон и набрал 112.

Автор: IAMErmol

33
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments