Под фиолетовым небом

человек под фиолетовым небом

Однажды я встретил девушку, которая умела летать, носила варежки на резинке, вечно болтающиеся из рукавов, надувала пузыри из жвачки и искренне радовалась маленьким победам. Девушку, что постоянно наматывала на палец свои короткие косички, любила бабочек и вкусный кофе, и заряжала остальных своим безумием. А ещё эта девушка могла за несколько минут уничтожить мир, оставив от него лишь гору развалин. Проблема была только в том, что эту девушку я встретил во снах.

***

Однажды, когда я пытался изо всех сил не заснуть на работе, я листал новостную ленту, просматривал видеозаписи с места происшествий, ролики с собачками, читал о курсе доллара, политических конфликтах и прочей ерунде. Тогда-то я и наткнулся на статью, что сразу завоевала моё внимание. В ней говорилось об осознанных сновидениях. Таких сновидениях, где ты мог сам творить мир собственным воображением. За всю жизнь со мной такое случалось лишь пару раз — когда я совершенно не был к этому готов. И как только я пытался там сделать что-то, что невозможно в реальности — меня тут же выкидывало обратно — в скучный и серый мир, который не стоил моего внимания. В статье же я вычитал, что в городе есть не один тренер по осознанным снам — человек, который научит, как быстро и правильно добиться этого пограничного состояния между сном и явью, как контролировать это состояние и получать от этого удовольствие. Поняв, что тренер — это удовольствие дорогое и довольно странное, я, следуя всем инструкциям в статье, решил сам добиться того, чтобы попасть в эту страну ОС.

Первые две недели прошли в жалких попытках хотя бы попасть в фазу быстрого сна. Шаги в инструкции были следующими — выспаться — проснуться — попить воды — через тридцать минут снова лечь спать с осознанием того, что сейчас наступит момент X. Но я либо вырубался и мне не снилось ничего, либо, после хорошего, полноценного сна, не мог уснуть снова. И вот после продолжительных тренировок, сбитого режима сна и кручением пальцем у виска моих друзей, мне наконец-то удалось попасть в этот удивительный мир. Мир, где я — главный режиссёр.

***

Я оказался в кафе, которое часто посещал после занятий в университете. Мне оно нравилось уютной атмосферой, приятной музыкой и отсутствием большого количества людей. В этот же раз всё было не так. Декорации были те же — красивые люстры в форме белых кубов под потолком, разрисованные фломастером окна в честь рождества, круглые столы, — но ощущения были не те. Словно кто-то наставил вокруг меня картонок, как в каком-нибудь шоу Трумана. Настенные часы показывали чуть больше полудня. Передо мной стояла чашка с кофе, что согревала мои замерзшие руки. Я попробовал кофе на вкус — ощущение, что это была просто вода. Я откинулся на стуле и осмотрелся — за стойкой стояла официантка — женщина средних лет с заплетёнными в пучок тёмными волосами. Это была не та женщина, что постоянно работала здесь, она напоминала мне одну из моих преподавательниц в университете. Однажды я пересдавал у неё предмет пять раз. Стрелки часов, что висели на стене, уже успели перебежать на несколько часов вперёд. Что за чёрт? За панорамными окнами хлопьями валил снег. Сзади меня сидела парочка, весело что-то обсуждая. За соседним столиком я увидел одиноко сидящую девушку. Как только я бросил на неё взгляд, она уставилась на меня в ответ.

— Новенький здесь? — спросила она и улыбнулась.

В следующую секунду она встала, подошла к моему столу и села напротив. На ней был чёрный свитер, на который была накинута короткая розовая куртка. С рукавов куртки свисали красные варежки на резинке. На ногах были чёрные джинсы и меховые кроссовки.

— Ну, — она уставилась на меня и закинула ногу на ногу, — новенький здесь? — она надула большой пузырь из жвачки, который тут же лопнул.

На голове у неё была красная шапка с помпоном, идеально подходящая по цвету к варежкам. Из-под шапки свисали две сделанные наспех косички.

— Здесь? — переспросил её я.

— Здесь. В стране Осознанных Снов.

Я лишь глупо кивнул. Девушка напротив меня рассмеялась и протянула мне руку.

— Мина, — представилась она. — Добро пожаловать в мой сон.

На её длинных ногтях был маникюр с белым покрытием, на указательном пальце виднелось кольцо.

— Максим, — представился я, ответив на рукопожатие.

— Максим, — вскинула руки Мина и улыбнулась. — Ничего поинтересней придумать не мог? Здесь никто не использует настоящие имена.

Я молча пожал плечами.

— Это твой сон? — поинтересовался я. — Я думал, что ты просто проекция какого-то человека из моего окружения в реальном мире. Нет?

— Ха! — рассмеялась Мина и закинула ноги на стол. — Наивный. Здесь многие новенькие так думают. Но вообще, — сказала она чуть тише, — это и правда странно. У каждого свой сон. Но ты почему-то оказался именно в моём. И режиссёра, здесь, следовательно, два. — Она показала пальцем на себя, потом на меня.

— Что?

— Забей. Просто представь, что мы оба спим и нам снится один и тот же сон, — ответила она, накручивая на палец кончик своей косички.

Она несколько секунд посмотрела на меня, словно ждала, пока эта информация дойдет на меня, после наклонилась и взяла со стола мой кофе. Сделав несколько глотков, она поставила чашку обратно на стол.

— Отличный кофе, — резюмировала она.

— Это же вода, — искренне удивился я.

— Вода у тебя в голове, — улыбнулась она, — сделай из неё вкусный кофе.

Я осторожно потянулся к стакану, представляя, что там действительно налит Капучино. Сделав глоток, я понял, что магическим образом то, что несколько минут назад было водой, превратилось в Капучино.

— Удивительно, правда? — сказала Мина, когда увидела моё ошарашенное лицо. — То-то будет, когда ты поймёшь, что ещё можно сделать с этим миром.

Я посмотрел на неё и глупо улыбнулся.

Мина скинула ноги со стола и протянула мне руку.

— Пойдём, — по-детски сказала она, кивнув в сторону улицы, — научу тебя жить.

Я бросил на неё скептический взгляд, но все же взял её за руку. Поправив свою шапку, она поднялась из-за стола и выбежала на улицу, потянув за собой меня, словно ребёнок, который тащит маму к какой-нибудь горке.

Мы выбежали на заснеженную улицу. Рядом с кафе проходила дорога, на которой сейчас изредка проезжали одинокие автомобили. Улицы медленно покрывали большие хлопья снега. Подняв голову, я увидел фиолетовое небо, сквозь облака просачивались слабые солнечные лучи. Было ощущение, словно я смотрел на этот мир через розовые очки.

— Любишь фиолетовый? — спросила Мина, тоже посмотрев на небо.

— Мой любимый цвет.

— Неплохо, — сказала она, пожав плечами, и пошла дальше, потянув меня за руку.

Здесь всё было не так, как в моей настоящей жизни. Представьте, что ребёнку дали в руки макет города с фигурками домов, машин, магазинов, людей. А он переставил их в хаотичном порядке. В частности всё осталось таким же, в целом — это был совершенно иной город.

— И давно ты путешествуешь по осознанным снам? — спросил я Мину.

— Вот уже несколько месяцев, — сказала она, разбежалась и прокатилась по узенькой дорожке льда, — узнала про эту практику, попробовала, мне понравилось. Потом решила, что даже слишком понравилось. Больше, чем реальная жизнь, — на этих словах улыбка с её лица сползла. — А ты почему здесь?

Я пожал плечами.

— Не знаю.

— Играть в бога в Sims’е надоело, захотел чего-то большего? — снова улыбнувшись, спросила она, и, увидев мою улыбку, добавила, — только смотри, не заиграйся.

Мы проходили мимо больших торговых центров, красивых зданий, выполненных в каком-то своём архитектурном стиле, миновали парк, где я любил посидеть летом.

— Смотри, сейчас покажу фокус, — с этими словами Мина отпустила мою руку, подошла к дороге и выставила большой палец.

— Что ты делаешь? Ловишь попутку?

Свободной рукой она подняла указательный палец, прося подождать.

Перед ней остановилась единственная машина, что была в поле нашего зрения — синяя хонда. Водитель — худощавый парень с круглыми очками на переносице — приоткрыл окно с нашей стороны и вежливо спросил, куда нам.

— Нам — поглубже в сны, — ответила Мина и, вместо того, чтобы сесть на заднее сиденье, обошла машину и открыла дверь с водительской стороны.

Снова надув пузырь из своей розовой жвачки, она плюнула её в водителя. Не успел он сказать и слова, как пузырь начал увеличиваться в размерах, засасывая в себя бедного парня. Розовый шар с человеком внутри медленно вылетел из машины и начал подниматься ввысь. Парень то и дело долбил по стенкам огромного пузыря из жвачки, но они словно были сделаны из бетона. Из шара доносились приглушенные крики и возгласы.

— Что за… — но не успел я договорить, как Мина прыгнула на водительское сиденье и открыла мне дверь.

Под фиолетовым небом, изображение №1

— Садись, — сказала она.

Я посмотрел на улетающего в фиолетовое небо парня, тяжело вздохнул и сел рядом с Миной. Она надавила на газ.

— Что это сейчас было? — спросил я.

— Возможности. И моя фантазия, — ответила она, — и не смей морализировать. Это всё — она отняла руку от руля и очертила указательным пальцем круг в воздухе — ненастоящее. Настоящие тут только мы с тобой. Ты когда в Марио, например, играешь, не страдаешь же от того, что прыгнул на улитку?

— Но этот же парень не улитка. А если он тоже был в своем сне? А ты…

— Не был. Это мой сон, мой мир. Пусть правит миром в своём сне, а здесь правила устанавливаю я. И ты, Максим, — она сделала акцент на моём имени, словно высмеивая меня за него, и посмотрела на меня так, что я понял — она недовольна тем, что в этом мире появился ещё один человек, который может устанавливать правила.

***

Меня выбросило из сна, и я оказался в своей кровати. Протирая глаза, я пытался осознать, что произошло. Бардак в комнате, серая реальность за окном, затянутое тучами небо. Телефон настойчиво продолжал трезвонить. Я выключил будильник и пошёл на кухню, чтобы приготовить себе завтрак.

Это был чудесный опыт, который я обязательно повторю. Если мне повезёт, я встречусь с Миной снова. Таких безбашенных людей в своей жизни я ещё не встречал.

«Интересно, можно ли влюбиться в человека из снов?» — задавался я вопросом пока ехал в университет в переполненном автобусе. В этом мире нельзя просто так было выкинуть человека из машины и поехать на ней, к сожалению.

Вечером Марк затащил меня в бар в центре города. Марк был моим одногруппником, с которым мы снимали однушку на окраине Москвы. По вечерам иногда выбирались сюда, чтобы напиться и найти проблем на свою голову. На Марке поверх белой футболки был надет чёрный пиджак, на ногах были брюки и натёртые до блеска туфли.

Мы сидели за барной стойкой со стаканами виски в руках.

— Смотри, — говорит он, кивая головой в сторону соседнего столика, за которым сидят две девушки, — как тебе?

Я бросаю взгляд на двух раскрашенных девиц, которые с телефонами в руках бурно что-то обсуждают между собой. Я пожимаю плечами.

— Пойдём познакомимся, — говорит Марк, — составим им компанию на вечер.

— Забей. Их компания на вечер — это инстаграм. А твоя — недотрах.

Он бьёт ногой по моему стулу.

— Можно подумать, у тебя активная половая жизнь.

Я молча делаю несколько глотков из своего стакана.

— Что? — чуть ближе наклоняется ко мне Марк. — Что это за молчание? У тебя кто-то появился? Почему я об этом ничего не знаю?

В голове мелькают воспоминания о фиолетовом небе, розовой девушке и безумствах. Надо бы хорошенько сегодня выспаться, чтобы завтра снова попасть в ОС.

— Нет, — отвечаю я, — нет у меня никого.

***

На следующий день меня снова забросило в кафе. В этот раз я чувствовал себя уже более уверенно. Декорации не изменились — та же парочка позади меня, та же официантка, та же заснеженная фиолетовая улица за окном. Только Мины рядом со мной не было. Я поднял руку и заказал себе большую чашку кофе и пирожное. Денег у меня с собой не было, но я и не собирался платить за этот завтрак. Внезапно в моей голове пронеслась мысль — «что, если это кафе — некая точка сохранения, с которого все начинают свое путешествие по снам? Или может только те, для кого это место было особенным?».

Мои мысли прервал звук открывающейся двери. Из двери, ведущей в мужские туалетные кабинки, вышла Мина, по пути накидывая на плечи куртку.

— О, ты уже тут? — улыбнулась она, села напротив и отпила из моего стакана.

Её тёмные волосы были разлохмачены, помада на губах смазана. Она быстро провела тыльной стороной ладони по рту, стерев размазанную помаду.

— А что ты делала в мужском…

Не успел я договорить фразу, как дверь снова открылась, и из неё вышел мужчина. Высокого роста, с короткой стрижкой, стройного телосложения. На белой футболке в обтяжку у него была накинута куртка с мехом. На ногах были спортивные штаны и потёртые кроссовки. Все, кого я видел во снах напоминали мне кого-то из моего окружения. Официантка в кафе — мою преподавательницу в универе, выкинутый из машины водитель — старого друга. Но этот мужчина напоминал мне кого-то, кого я не знал лично. Бросив взгляд в сторону Мины, он подмигнул ей и направился к выходу из кафе. Стоп.

— Роналду? — удивленно спросил я, уставившись на Мину. — Это был Криштиану Роналду?

Мина издала какой-то нервный смешок.

— Ну да, — сказала она, — ты вроде уже второй день в ОС, но так и не потрахался ни с одной знаменитостью?

По выражению лицу Мины я понял, что она говорит серьёзно.

— М-да, — подытожила она, — пожалуй, с тобой ещё работать и работать.

Когда я виделся с Миной, я переставал замечать течение времени. За нашими безумными встречами мы провели около двух недель. Она устраивала мне экскурсии по снам, учила летать, забрасывала меня снежками, когда я появлялся на улице или незаметно подкрадывалась сзади и закрывала ладонями глаза, когда я появлялся в кафе. С каждым днём я всё больше влюблялся в Мину, забывая про реальный мир с его уже такими не важными проблемами.

Однажды мы не спеша бродили по заснеженным улицам, любуясь видами красиво выстроенных в ряд частных домов. На участках некоторых из них стояли снеговики.

— Раньше я всегда проезжала мимо этих домов и думала, в каком бы из них хотела жить я, — сказала Мина, смотря на то как дети лепят снеговика.

— Ну и в каком?

— Ну, не знаю. Например, вот в этом, — она тыкнула пальцем в сторону двухэтажного дома со скошенной крышей, большим участком и невысоким узорчатым забором вокруг, на котором был мелом нарисован кот. За забором дети вместе с отцом катали по земле снежные шары, готовясь построить уже третьего снеговика.

— Красивый дом, — сказал я, вглядываясь в его окна.

— Да, а знаешь, что самое забавное? — Мина остановилась, повернулась ко мне, и улыбнулась так, что я понял — ничего хорошего ждать не следует.

— Нет, — остановил её мысли я, — мы не пойдем в этот дом.

Она лишь загадочно улыбнулась. Стоя прямо перед воротами, я заметил, как два снеговика, с воткнутыми в них большими палками и ведром на голове, оживают и оттряхиваются, словно коты после ванны. От них во все стороны разлетается снег. Их улыбки из веток сменяются на злобное выражение лица, корявые ветки превращаются в грозное оружие. Армия из двух снеговиков начинает медленно двигаться к семье, которая пока не видит опасности.

Я глупо уставился на Мину. В следующую секунду она рассмеялась и положила руку мне на плечо.

— Я шучу, — на этих словах я выдохнул. Снеговики остановились на месте и снова заулыбались. — Сделаем кое-что получше.

Твою-то мать. Что ещё безумного в голове этой черно-розовой девчонки?

Она протянула мне обе руки.

— Давай, — сказала она, — не ссы.

Я тяжело вздохнул и прикоснулся к её ладоням.

Несколько секунд мне понадобилось на то, чтобы осознать, что произошло дальше.

Раздался оглушительный грохот. Нас затрясло, как при сильном землетрясении. Из-под двух рядов частных домов повалила волна снега, как при лавине. И прежде, чем задохнуться в этих облаках, я заметил, как ноги Мины отрываются от земли, и она парит в воздухе, поднимаясь все выше и тянув меня за собой. Я сосредоточился на полёте. У меня никак не получалось взлететь и несколько секунд я бездумно прыгал на месте, пока наконец не преодолел силу гравитации и не полетел вслед за Миной.

Сразу после этого место, где я стоял, заволокла снежная пелена. Двухэтажные домики начали складываться, словно карточные.

Чем выше мы взлетали, тем больше расстилалась передо мной картина города. Многоэтажки, частные клиники, школы — всё это рушилось, словно после взрыва мощнейшего динамита, заложенного под каждую недвижимость в этом городе. Высотки складывались пополам, образуя лишь руины. Весь город медленно захватывала белая пелена. Он превращался в один большой сугроб. Из каждого снежного взрыва вылетали десятки разноцветных бабочек и поднимались за нами в воздух.

Мина смотрела на меня и улыбалась. Мы, словно два ангела, держались за руки и парили над разрушенным городом, окружённые стаей шуршащих крыльями бабочек. Её волосы развевались на ветру и попадали на лицо. Она улыбалась искренней улыбкой. Ребёнок, что живёт внутри неё, только что разрушил целый город со всеми его жителями и не видел в этом проблемы. Для неё это была просто забава, не более.

В следующее мгновенье я приблизился к Мине, чтобы поцеловать её, но она ловко увернулась и, потянув меня за руки, полетела дальше.

Под фиолетовым небом, изображение №2

Мы приземлились на крыше единственной уцелевшей многоэтажки. Это был один из бизнес-центров, сверху напоминающий форму корабля. Мина села на край крыши, свесив ноги. Я сел рядом с ней, смотря на пустырь, что остался от города. На улице уже начинало вечереть. И чем темнее становилось на улице, тем ярче начинали светиться бабочки, превращаясь в больших крылатых светлячков. Все фонари были разрушены, и единственным источником света оставались сотни светлячков и фонари на крыше этого здания.

— Зачем ты это сделала? — спросил я.

— Захотелось мне, — улыбнувшись, ответила она, болтая ножками. — Хотела, чтобы ты понял, что всё, что там, — она показала пальцем вниз, — не стоит ничерта. Это лишь твоё воображение. Что хочешь, то и делай с ним.

Я тяжело вздохнул. Между нами повисла неловкая пауза.

— Ты бежишь от чего-то? — спросил я, нарушив тишину.

— Что? — Мина уставилась на меня. На её плечо села светящаяся бабочка.

— От чего ты бежишь? Не здесь. Там — в реальном мире.

— С чего такие выводы?

Я пожал плечами.

— Ты словно отыгрываешься на ОС за что-то, что случилось в реальном мире. Так ведут себя дети, у которых отняли любимую игрушку.

— То есть я ребёнок по-твоему?! — громко сказала она, вскочив на ноги.

— Нет, — я поднял руки, — я не хотел тебя обижать, просто…

— Много ли ты знаешь о реальном мире, моралист хренов?! — она встала сзади меня и на секунду мне показалось, что она сейчас столкнёт меня вниз.

Я понял, что мне лучше замолчать.

Мина просверлила меня взглядом, отвернулась и сложила руки на груди. Её красные варежки болтались из рукавов.

— Я потеряла сестру несколько месяцев назад, — уже тише сказала она.

Мне пришлось напрячь слух, чтобы это расслышать.

— После этого я как-то разлюбила реальный мир.

— Что с ней…

Мина пожала плечами, опередив мой вопрос.

— Я не знаю, — она повернулась ко мне, и на её глазах я заметил слёзы, — я потеряла её. Потеряла в кошмарах.

Я опустил взгляд, не зная, что ответить.

— Она, в отличие от меня, ненавидела спать. Рассказывала мне, что её преследуют кошмары. Несколько раз у неё был сонный паралич. Каждый раз она звонила мне и говорила, что не хочет засыпать, боясь того, что произойдёт во сне. Иногда я сидела рядом с ней, — Мина расхаживала из стороны в сторону, то и дело вытирая капающие с глаз слёзы, — иногда мне и самой было страшно. Страшно за неё, — она сделала паузу, — однажды ночью она пропала. Просто, блять, взяла и пропала, — вскрикнула Мина в истерике, разведя руками. — Я проснулась, а её нет. Спустя пару месяцев поисков я уже отчаялась её найти, думала даже, что может той ночью кошмары были сильнее неё. Попробуй после этого заживи нормальной жизнью. Когда я услышала про осознанные сны, я решила, что может смогу забыться с помощью них. Полностью отречься от реального мира. Заменить его собственным воображением. Я протаптывала себе дорогу в кошмар, думала, что может здесь есть какой-то персональный спуск в ад, и там я найду её. Но… ничего такого. А потом ты спрашиваешь, зачем я все разрушаю. Вымещаю свою злость, если можно так сказать.

— Но ведь… — осторожно сказал я, пытаясь сделать так, чтобы мои слова не прозвучали грубо, — это не решит проблему. Даже если бы ты нашла её здесь… сама же говоришь — это была бы всего лишь декорация. Нужно искать её в реальном мире.

— Я сейчас тебя скину отсюда, Максим, — как можно более серьёзным тоном сказала она.

— Извини, просто… — начал я, — просто это такой же уход от реальности, как наркотики или алкоголь.

— Да кто ты нахрен такой, чтобы вечно морализировать? Сам-то тогда что забыл здесь?! — крикнула она.

— Я просто решил попробовать. Потом встретил тебя, ты, помнится, не дала мне и слова сказать, — на устах у меня невольно расплылась улыбка от приятных воспоминаний, — а потом…

— А потом ты что? Влюбился?! — теперь пришла её очередь улыбнуться. — Господи, — она взмахнула руками, — может найдешь себе девушку в реальном мире? Я же всего лишь «декорация», — с полнейшим сарказмом в голосе сказала Мина.

Я встал и молча подошёл к ней.

— Ты сама-то в это веришь? — тихо спросил я. — Ты живее всех, кого я только встречал, — и после этих слов робко её обнял. Она уткнулась мне в плечо и расплакалась.

Город окончательно погрузился во мрак. Вместе с последней перегоревшей на крыше лампочкой, перегорело что-то внутри каждого из нас.

***

Также, как спонтанно и нагло ворвалась Мина в мою жизнь в том кафе, точно также она из неё и исчезла. Сначала просто не появилась в кафе, в которое я раз за разом приходил снова. Думал, может она выйдет из туалета с Ди Каприо, или ворвётся через стеклянную дверь на мыльном пузыре, появится сзади и приставит ладони к глазам, но ни того, ни другого, ни третьего не происходило. Сначала я искал её во снах. Облазал все локации, облетал каждую крышу, заглянул в каждое кафе, остановил все машины, что попадались мне на пути. Мины не было нигде. Быть может, она всё же нашла ключи от ада и спустилась в страну кошмаров, если такая существовала. В таком случае — я готов был отправиться за ней. Но карты, как известно, у меня не было. Спустя пару недель безрезультатных поисков, мне в голову пришла более безумная мысль. Если я не могу найти её во снах, значит, мне надо найти её в реальности.

Марк, помимо того, что спивался в барах и ходил на свидания с девушками из Тиндера, ещё неплохо умел рисовать. Вместе с ним мы составили хоть сколько-нибудь похожий на неё фоторобот с помощью карандаша и листка бумаги. Я, как и Марк, отлично представляли, насколько абсурдно это выглядит — ходить с портретом придуманной мною девушки по городу и спрашивать не видел ли кто её.

Под фиолетовым небом, изображение №3

— На, — он протянул мне листок с карандашным наброском, — так похоже?

— То что нужно! — восхищённо ответил я, смотря на портрет Мины.

Марк тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула.

— Ты хоть понимаешь, что ты делаешь? — спросил он.

— Нет конечно, — ответил я, — но я должен попробовать её найти.

— Найти кого?! — он наклонился ко мне и приставил руку ко лбу, — Ты понимаешь, что она тебе приснилась?! Приснилась!

— Менделееву тоже много что приснилось. Как видишь, от этого была польза.

С этим листочком я сходил сначала в кафе, в котором женщина, работающая официанткой, посмотрела на меня, как на психа. Вряд ли теперь она пробьёт мне кофе по акции, как постоянному клиенту.

— Нет, — сказала она, косясь то на меня, то на «фоторобот», — не было её здесь.

Я на всякий случай оставил ей копию рисунка, хотя знал, что она наверняка её выкинет, как только я уйду.

Я показывал рисунок друзьям, знакомым, одногруппникам в университете, повесил его даже на вход, сказав охранникам, что пропал реальный человек. Но результат не дал никаких поисков.

Поняв, что эта затея обречена на провал, я всё чаще стал появляться в компании Марка за барной стойкой, заказывал всё более крепкие коктейли, а он звал меня знакомиться со всё более красивыми девушками, сетуя на то, что пора бы уже мне «перестать страдать хернёй».

— Пойми ты уже наконец! — перекрикивал музыку он. — Её! Никогда! Не существовало!

Я молча кивал и допивал уже третий коктейль.

— Мне тоже много что снится, — сказал он, будучи уже нетрезвым, — вчера, например, приснилось, что я писатель. Вёл там какую-то абсурдную группу в интернете…. «Спасение в автобусе» что ли. Всё пытался кого-то спасти. И после написания каждого рассказа я выбивал стулом окно в квартире. Не знаю нахуя. Просто мне так хотелось. А вместо того, чтобы позвать психолога, мне вызвали журналиста, который обкуренный ввалился ко мне в квартиру. — Марк истерично усмехнулся, — Хочешь, нарисуем его и разыщем?

— Ладно, — я поставил стакан на стойку, — ты прав. К чёрту сны! Можем с кем-нибудь и познакомиться.

— Вот, другое дело, — он стукнул меня по плечу, — сейчас найдём кого-нибудь.

С того момента прошёл где-то час, мы сидели на диванах за столиком с двумя девушками и курили кальян. Марк трепался с одной из них, я же молча сидел рядом со второй, не находя себе места. Наверное, надо было что-то сказать, познакомиться, но слова застряли где-то на полпути к выходу. Не придумав ничего лучше, я выдал первое, что пришло в голову.

— Что тебе сегодня снилось? — спросил я у девушки.

На ней было чёрное платье в обтяжку, она сидела, облокотившись на спинку дивана и сложив руки на груди.

— Что?

Я не успел сказать и слова, как Марк, услышав про сны, встрял в наш диалог, вылезая из объятий блондинки.

— Ты со своими снами заебал уже всех. Представляешь, — он повернулся к девушке, — он потерял девушку из снов, — и громко рассмеялся.

— Серьёзно? — переспросила его спутница, — это как?

Я достал из кармана пиджака помятый рисунок и кинул его на стол. Девушки наклонились поближе и расправили его. Блондинка в красном платье, что была с Марком, лишь усмехнулась.

— Дела-а-а, — протянула она, и выдохнула облако дыма от кальяна.

— Это, кстати, я рисовал, — похвастался Марк.

Но брюнетке было не до смеха. Увидев рисунок, она замерла, улыбка с её лица сползла, она испуганным взглядом долго всматривалась в него, а потом вылупила глаза на меня.

— Где ты её встретил?! — почти крикнула она.

Поняв, что она либо разыгрывает меня, либо путает её с кем-то, я лишь отмахнулся и забрал со стола рисунок.

— Забей, — сказал я, — под фиолетовым небом.

Мой пьяный взгляд бродил из стороны в сторону, неоновый свет ламп плавился у меня перед глазами, музыка и диалоги людей сливались в один сплошной шум, но то, что произнесла девушка дальше, заставило меня мигом протрезветь.

— Это моя сестра, — громко и отчетливо сказала она.

А после схватила меня за руку и потащила к выходу из бара.

— Что… — хотел было возразить Марк, приподнимаясь с дивана, но брюнетка остановила его и свою подругу, сказав что-то про то, что мы скоро вернёмся. Уходя, она взяла с вешалки розовую куртку с красными варежками на резинках.

Мы вышли из заднего входа, через который обычно выходят покурить в глухой проулок. Здесь воняло мусором, повсюду валялись бычки и стеклянные бутылки. Из плюсов — между баром и соседним зданием, если поднять взгляд к небу, можно было увидеть звёзды.

— Ты… ты… ты… — затараторил я, когда мы оказались на улице, — ты что, знаешь её? — я облокотился на стенку позади, готовый проблеваться.

— Это Кристина! — вскрикнула девушка. — Моя сестра, — на её глазах начали проступать горошины слёз.

— Но… не может быть… она мне сказала, что ты пропала, сказала про паралич, кошмары.

Поняв, что это не розыгрыш с моей стороны и услышав знакомые до боли слова, девушка уже не стеснялась расплакаться.

— Нет, — сказала она, схватившись за голову, — всё не так.

Я промолчал, желая выслушать эту историю целиком.

— Несколько месяцев назад я действительно страдала от кошмаров, — она переминалась с ноги на ногу, сжимаясь от холода, — Кристина порой успокаивала меня, приходила ко мне и оставалась на ночь. Даже родители обо мне так не заботились, как Кристина. Мы всегда с ней были очень близки. Мы родились с ней в один день, — улыбнулась девушка.

Я попытался сфокусировать на ней затуманенный взгляд — действительно, она была чем-то похожа на Мину. Те же черты лица, манера говорить. Ещё эта куртка.

Под фиолетовым небом, изображение №4

— Однажды я проснулась и не могла пошевелиться, я ощущала чьё-то присутствие в комнате. Кристины рядом не было. Это… это не описать словами. Это как… дементоры в Гарри Поттере, только хуже. Как будто кто-то навис над тобой и пытается высосать всю душу, но всё, что ты можешь сделать — это молча уставиться на существо на твоей груди. Я хотела кричать, но у меня не получалось. От этого становилось ещё страшнее. Есть тысячи историй про сонный паралич и не одна из них не передаст того, что чувствовала тогда я. В какое-то мгновенье я услышала скрип двери и поняла, что Кристина вошла в комнату. То потустороннее, что было в комнате, переключило внимание на неё. В следующую секунду я окончательно проснулась.

Девушка достала из куртки жвачку и закинула одну пластинку в рот. На мой удивлённый взгляд, она ответила, что пытается бросить курить, отвлекаясь жвачками.

— Кристина тогда лежала рядом. Я толкнула её в бок, чтобы она проснулась, но она лишь перекатилась на спину, словно обмякшая кукла. Я запаниковала, вызвала скорую. Когда её отвезли в больницу, сказали, что у неё ишемическая болезнь сердца. Хотя до этого ни у кого из нас не было проблем со здоровьем, — девушка сделала паузу, — не сочти меня за психопатку, но… я до сих пор уверена, что в ту ночь она взяла удар той сущности, что была в комнате, на себя. И поплатилась за это…

— И что… что с ней…

— Она в коме, — сказала девушка, опустив взгляд и тихо всхлипнув.

— Мина мне рассказала, что ты пропала в ту ночь, и она пыталась тебя отыскать.

— Мина? — девушка подняла взгляд, по её щекам текли слёзы, — она любила, когда её так называют. Не знаю, как она это придумала, — девушка едва улыбнулась. — Не знаю… вероятно, в её разуме сейчас всё именно так. И для неё — пропала я. Точнее, для её подсознания, которое наверняка выталкивает всё негативное и искажает действительность.

— А эта куртка… — я показал пальцем на её розовую куртку, и сам чуть не расплакался.

— Её. Её любимая куртка. Я не могу постоянно находиться в больнице, поэтому чтобы хоть как-то чувствовать её близость, её запах — взяла её розовую куртку. Я и в бар-то не хотела идти, Алина мена затащила развеяться. Но, — она улыбнулась, — я не жалею. Хоть кто-то теперь может подтвердить, что я не схожу с ума.

Мы молча смотрели друг на друга, пока я наконец не спросил.

— Отведёшь меня к ней?

И как только она открыла рот, чтобы ответить, дверь с громким стуком распахнулась и из неё вылетел Марк в обнимку со своей новой подружкой.

— Вы че здесь, сдохли что ли? — он вылупился на два морально убитых тела, на плачущую девушку, на готового проблеваться меня, и его улыбка испарилась.

— Что здесь происходит? — спросила блондинка.

Я поднял голову и увидел над собой тёмно-синее небо с одиноко мерцающими звёздами. Хоть здесь и не нельзя взлететь, зато можно совершить куда более значимый поступок.

***

Тишину палаты нарушал лишь противный писк кардиографа. Юля, так звали сестру Мины, зашла в палату и села на стул рядом с койкой. На кровати лежала девушка в больничной пижаме. Юля с ювелирной осторожностью начала плести сестре косички. Из тела девушки шли бесконечные трубки, подсоединенные к аппаратам жизнеобеспечения. Я молча сел с другой стороны койки. На тумбочке в вазе стояли цветы, лежали плюшевые игрушки. Я аккуратно поднял руку и погладил её по волосам. Это действительно была она — девушка из моих снов. Трудно описать те чувства, что забурлили у меня в груди. Смесь восхищения, испуга и горечи. Восхищения от того, что я нашёл её, несмотря на то, что все вокруг твердили, что я псих. Испуг и горечь от того, что она могла никогда больше не проснуться. Но теперь я точно знал что нужно делать.

«Полностью отречься от реального мира. Заменить его собственным воображением.» — эхом отдались в голове слова Мины.

Осталось найти её во снах.

«Это мой сон, мой мир. Пусть правит миром в своём сне, а здесь правила устанавливаю я.»

«Ты живее всех, кого я только встречал»

Пожалуй, сегодня нужно хорошенько выспаться, чтобы завтра вернуться в осознанный сон. Туда, где будет фиолетовое небо, много пузырей из жвачки, мотыльки и разрушенные здания. Туда, где я буду счастлив с Миной. Она была права, я в её сне. Только наше отличие в том, что она не может оттуда выйти. Она потонула в придуманном собой же мире.

«Нам — поглубже в сны», — послышались её слова.

***

— Ты правда встретил её во сне? — спросила меня Юля, подняв на меня жалобный взгляд.

— Да, — ответил я, — в осознанном сне.

— И… какой она была?

На языке крутилось много слов, но ни одно не охарактеризовало бы её полностью.

— Безумной, — сорвалось с моих уст.

Юля улыбнулась, продолжая заплетать её косички.

— Где ты её встретил?

— В кафе на Зеленой улице, — сказал я, — я там часто люблю пропадать после занятий.

— Я была там, — тихо сказала Юля, — милое местечко.

— А ты… — начал я, — ты веришь, что у каждого есть своё особенное место, куда раз за разом человек возвращается снова?

Юля несколько секунд смотрела на меня, словно осмысливая мои слова, а потом ответила.

— Да, я, например, в детстве то и дело залезала на одну и ту же крышу. Мне нравился вид на город оттуда. Иногда мы там пропадали вместе с Кристиной.

— А у неё есть какое-то особенное место?

— Даже не знаю, — Юля пожала плечами, — хотя… может, дом наших родителей?

— А где он находится?

— Ты что… — испуганно взглянула на меня Юля, — хочешь прийти туда?

— Не здесь. Я хочу найти Мину во снах.

Девушка тяжело вздохнула. Тишину между нами нарушал лишь писк кардиографа.

— На пересечении Цветочной и Южной. Красный двухэтажный дом. Там еще кот на калитке нарисован.

«Раньше я всегда проезжала мимо этих домов и думала, в каком бы из них хотела жить я».

Теперь я понял, почему Мина тогда выбрала именно этот дом. Наверняка её тянет туда во снах, даже если там она не знает, что в этом доме жили её родители.

Я удовлетворенно кивнул.

— Спасибо, — тихо сказал я.

— Пожалуйста, — Юля накрыла ладонью мою руку, — спаси её.

Если бы это было так просто.

***

Со двора её дома раздавались крики. Как только я подошёл ближе, я увидел как нынешние жильцы валяются в снегу, отбиваясь от одичавших снеговиков, которые прыгают на них и избивают палками. Значит, Мина точно внутри. Калитка и невысокий забор вряд ли защитят этот дом от грабителей. Открыть щеколду с внутренней стороны не составило труда. Интересно, есть ли вообще во снах грабители? И зачем им что-то воровать, если можно создать это собственным воображением? Когда я проходил мимо снеговиков-убийц, те бросили на меня недовольный взгляд своими глазами-камешками. Входная дверь была не заперта.

Через большие окна на кухне в дом проникали солнечные фиолетовые лучи. Из коридора на второй этаж вела широкая лестница.

— Мина? — робко позвал её я с первого этажа. — Мина, ты здесь?

Сверху послышался скрип двери. А ещё через несколько секунд — оглушительный топот. Мина в большой ей по размеру разноцветной пижаме появилась наверху лестницы. За пару секунд сбежав вниз, она напрыгнула на меня и повалила на пол.

— Ты пришёл! — радостно вскрикнула она и вскочила на ноги. — Вставай давай. Кофе будешь?

— Ты всегда так встречаешь гостей? — ответил я, поднявшись с пола.

Мина прошла на кухню и начала открывать все шкафчики подряд, ища кофе.

— А ты разве не скучал? — её волосы были сплетены в хвост на затылке.

— Вообще-то это ты пропала, а не я.

— Прости, — сказала она абсолютно равнодушным тоном, — нужно было прийти в себя.

— И как? — я сел на свободный стул и положил руки на стол. — Успешно?

— Более чем, — она резко повернулась ко мне, направила в мою сторону руку со сжатым кулаком и расправила ладонь. Из её руки вылетел небольшой рой разноцветных бабочек. Мина посмеялась, пока я отмахивался от них.

Через пару минут она поставила на стол две чашки с дымящимся кофе.

— Ну, — она села напротив меня и искренне улыбнулась. — Рассказывай. Какую знаменитость выбрал?

— Мина, — сказал я серьёзным тоном, сбавив её детский задор.

— Что?

— Я нашёл твою сестру.

Она замерла с поднесенной ко рту чашкой. Медленно она опустила её на стол, проглотила ком в горле и подняла взгляд на меня.

— Где? — замогильным голосом спросила она.

— В реальной жизни, — тихо ответил я.

Мина сделала несколько глотков из чашки.

— Мы должны вернуться туда, вместе.

— Я… я не могу, — она поднялась из-за стола и провела рукой по волосам. — Нет.

Из окна продолжали доноситься душераздирающие крики.

— Можешь, мы обязательно найдем отсюда выход.

— Но… я не могу всё бросить. Здесь моя жизнь.

— Это искусственная жизнь, Мина, — попытался образумить её я. — Это декорация.

Она облокотилась на столик напротив меня и приложила ладони к лицу.

Я прекрасно её понимал. Это всё равно что после жизни в каком-нибудь дворце со всей его роскошью вернуться в свою серую многоэтажку с перегоревшими лампочками в подъезде. И вместо бабочек отбиваться от голубей или комаров. Там нельзя летать. Там нельзя подрывать здания снегом и бабочками. Там нельзя трахаться с Роналду. Но… может, все это не так уж и важно?

— Мина, — я встал и подошёл к ней, обняв её за плечи. — Я всё понимаю. Но… прямо сейчас у твоей койки сидят два человека, которые неравнодушны к тебе. Сестра, которая тебя любит, постоянно носит твою куртку и проводит всё свободное время в больнице. И… и я. Ну, я могу хоть кофе тебе приносить.

Мина тихо заплакала у меня на груди. Последнее время наши встречи сводятся либо к безумствам и разрушениям, либо к слёзам. Что-то с нами всё же не так.

— Мы обязательно вернёмся, если захочешь. Есть целые семинары по осознанным снам.

Мина ничего не ответила. Наверное, сложно осознавать, что ты почти мертва и весь твой мир — всего лишь выдумка. Фантазия, ставшая ловушкой.

— Хорошо, — после долгой паузы ответила она, — но с тебя вкусный кофе и экскурсия по крышам.

Я вытер слёзы, стекающие по её щекам, и протянул её руку.

— Пойдём, — улыбнулся я, — я научу тебя жить.

Она взяла меня за руку и улыбнулась. Впереди нас ждало ещё много трудностей. Но, я уверен, мы сможем выбраться из сна.

***

Её лицо в фиолетовых солнечных лучах, окруженное бабочками, начало медленно растворяться и совсем скоро приняло несколько иные очертания.

— Вставай, — сказал её силуэт. — Эй, путешественник.

Её рука легла мне на плечо.

— Вставай.

Я открыл глаза и увидел перед собой Юлю. Она стояла надо мной, щелкая пальцами перед моим лицом.

— Вставай, давай, — улыбнулась она, — Кристина проснулась.

Я подскочил на стуле и замер в следующую секунду.

Кристина лежала на кровати всё с теми же трубками, выходящими из её тела. Её глаза были открыты. Она смотрела на меня, как на давнего друга, уголки её рта расползались в разные стороны. По её взгляду я понял, что она узнала меня, вспомнила все наши встречи под фиолетовым небом, вспомнила бабочек и снеговиков.

Я молча кивнул ей. Нам удалось поймать попутку обратно в реальность. Видимо, чтобы вернуться обратно, ей нужен был человек из этого мира, который смог бы указать ей путь. Ей было нужно знать, ради чего она возвращается. И я рад, что этим человеком стал я. Нам оставалось только проснуться.

В её глазах читались благодарность, счастье и умиротворение.

— Невероятно, — сказала её сестра, смотря то на меня, то на Кристину, — как, говоришь, попасть в осознанный сон?

Автор: Martis

123
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...
Понравилось? Поделись с друзьями!

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
1 Комментарий
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
Биная
Биная
1 год назад

Браво Автор! Ооочень понравилось! Вы-молодец!