Ленка, я тебя всегда помню.

Кто займет особое место в вашей душе, с кем вы будете разговаривать сквозь космос в минуты тишины не вам это решать. Богиня времени сама расставит приоритеты.

Она пришла к нам в класс после восьмого. Он был выпускным, и в 15 лет можно продолжить учиться дальше в техникуме, профучилище или еще два года в школе.

В соседней школе, в которой понтов «центральнийшей» на всю провинциальную столицу еще больше чем в нашей, произошел то ли слив, то ли забастовка, но из нее только к нам в класс, то есть через сквер, последовательно перевелись человек пять.

Я была крайне ненадежной соседкой по парте, потому что вечно отсутствовала на занятиях из-за турниров по шахматам. С учетом, что во многих кабинетах по 20 парт, а у нас в классе в связи с внезапным притоком 41 ученик, то именно я и оказалась сорок первой. Слава Богу, что в голове у меня уже тогда было так замусорено, что хорошо я хоть при ходьбе не спотыкалась, ни то что обратить внимание что у меня сплыло постоянное место в классе.

Сплыло, потому что к нам перевелась Ленка. И ее по дружеским связям усадила рядом Ира, с которой я последний год и сидела за партой и ходила домой. Она мне просто сказала:

-Пересядь туда, -и ткнула рукой.

В последствии Ира работала санитаркой в психушке и задатки, видимо, проклевывались с юности. Я пересела прямо впереди своего прошлогоднего места.

Нам тут же «приплыла» контрольная «для проверки памяти». Мне сзади вцепились в плечо и начали трясти. Барабанила по мне Ира, чтоб я немедленно дала Лене списать. То есть долги при разделе имущества за мной остались.

Листик с контрольной пришлось передавать раза три –по мере решения задачек. При этом я каждый раз задумчиво глазела на Лену, как на новые ворота. Она переписывала и возвращала. Мы вместе получили «пять». Лена дома удивила своих родителей, что в новой школе ее успеваемость по точным наукам резко пошла в гору. Так мы и познакомились.

Лена с Ирой образовали новую ячейку общества – стали сидеть за партой и ходить домой вместе, я иногда присоединялась к ним. Но нам с Леной, после Иры еще идти в два раза дольше. И мы на этой дистанции очень подружились. В основном рассказывала она.

И это продлилось на годы: в институте, и потом-потом. Теперь я общаюсь с космосом и, наконец уже всё рассказываю только я.

Ленын папа работал в Обкоме партии финансистом, и нам полагалось по дороге огибать здание Обкома партии, потому что:

-Я как ни иду, он всё “как раз я вставал достать документы из сейфа”.

То есть папа из окна “пас” как и с кем Лена идет домой, и это её раздражало.

Именно она первая рассказала мне треш о БХСС. Оказывается, ее папа учился в Высшей школе БХСС и еще на студенческой практике вскрыл серьёзное сетевое хищение. Поэтому по распределению мог выбирать из многого, но он твердо настоял: “только Луганск”, хоть его и отговаривали. Лена к тому времени еще не родилась даже, но выбор отца сильно не одобряла.

Папа уволился из БХСС через несколько лет в звании капитана потому что: «Проклятые алкоголики и взяточники не дают расследовать до конца ни одно дело». Это по моей реконструкции было еще в конце шестидесятых. И ему предложили возглавить КГБ Старобельского района. Он категорически отказался потому что: «И что я буду там делать? Шпионов в огородах ловить?». Жизнь сошлась на том, что папа стал главбухом Обкома партии. Он остался доволен: работа соответствовала всем его критериям. В те годы коммунистической гегемонии через бухгалтерию Обкома проходил контроль и распределение расходов на всё капитальное строительство в области, и многое другое.

Ленына мама преподавала в сельхоз- институте математику и ей как и всем-всем-всем в этом институте был «нарезан» участок “для практической полевой работы”. На этот участок по выходным периодически ездили всей семьёй: «Потому что мы не садисты какие-то».

Ещё с ними жила уже глуховатая бабушка –пенсионерка, в прошлом учитель украинского. Пенсия и стаж у нее были небольшими: «Бабушка пошла работать когда дедушка умер. Потому что сначала он содержал семью: мы ж не бесхозные какие-то».

Дом в котором они жили это “обкомовская” одноподъездная шестнадцати- этажка с планировкой: очень большой коридор –холл, и две комнаты. Чтоб не ранить отсутствием личного пространства тонкую душевную организацию Лены и бабушки большая родительская двух-спалка разместилась в этом самом холле. Лене досталась маленькая комнатка с лоджией, а бабушке диван в зале. И ни кто не ругался, не воевал против посягательств на свою ауру. Глубинная суть двухкомнатности очевидно сводилась к месторасположению квартиры возле папиной работы и остановки, с которой весь транспорт довозил маму до работы. Поэтому о перемещении в квартирку побольше, но в другом районе не было и речи.

И кстати, Лене чтоб добраться до института и обратно не приходилось ни единого раза переживать стресс от перехода проезжей части улицы.

У Лены ключи от дома отсутствовали потому что бабушка всегда на месте. И когда Лена приходила домой, звонила и барабанила, а ей никто не открывал, она проделывала сложное энергетическое упражнение:

–Расслабляешься и углубляешься в себя: если тебя не одолевают плохие предчувствия, то значит – спит, и надо тарабанить дальше.

Вообще система поиска интуитивного решения нашла в Лене благодарного последователя. Примеры:

1. Стоит Лена у киоска «Союзпечать» пока я выбираю чего бы и еще прикупить и думает с журналом в руках. Я говорю: «Плати уже и пойдем». Лена: «Подожди. Я решаю что лучше: три рубля или этот журнал». Потом Лена решает что все же три рубля лучше и мы уходим.

2. Я рассказываю, что в Киеве на Крещатике все пошли в магазин тканей, а я осталась ждать на лавочке. Лена удивляется почему я не пошла со всеми.

– Потому что я ничего не понимаю в тканях.

– Если бы ты увидела действительно хорошую ткань, то моментально разобралась бы в этом.

3. В продуктовом магазине Лена решает что ей надо купить и я узнаю что тут двух-бальная шкала: что хочется ей и что хочет её организм. Верхний слой наносной, а вслушиваясь в организм она определила что не колбасу надо, а чернослив.

Дома у Лены разговаривали на украинском. Я очень удивилась.

Поскольку я очень серьезно отношусь к своей семейной истории, то конечно же рассказала про своих бабушек и дедушек и 1915 год. Мне тоже раскрыли эту тему с точки зрения украинских селян. Мне рассказали про Голодомор:

-Как тут можно было голод устроить: тут палку в землю воткни, и она корни пустит.

Я не смогла до конца поверить в такое, особенно про годы, но по крайней мере услышала. На моё:

– Почему же они не уезжали?

Добила объяснением:

-Так не выпускали. Оцепили и не выпускали. Тут страшне шо было.

Особым персонажем Лениных рассказов была её вторая бабушка: она и поныне жила в деревне. Семья носила именно её фамилию.

– В старые времена по ЗАГСам не бегали.

Когда вся семья ездила её проведывать, то упоминать части тела и внутренние органы не полагалось. Потому что когда бабушка слышала: «печёнка болит», «сердце прихватило», «почки набухли», то отвечала: «Як ви их разбираете? Я скильки рокив на свете живу, то доси не знаю где та печенка, де ти почки».

– Но ведь она так тяжело работает в поле.

– За то ей никто голову не морочит. Вот вышла бы она на работу в бухгалтерию, то быстро бы разобралась, где у нее сердце, где у нее почки.

Я удивлялась:

-Как она в таком возрасте там управляется.

-У нее всё в идеальном порядке. Она погостить к нам приехала, потому что ей скучно стало. Мы её на свою дачу повезли. Она как вышла:

-Шо ж вы тут всё так запустили!- и пошла как трактор по полю. Мы еле втроём за ней ползли.

Достойные примеры заведенных в их семье порядков заставляли задуматься о том как же заведено у меня дома. Примером служит веселая иллюстрация: моя мама напекла гору «рогаликов» с орехами и после этого вся семья собралась идти в кино, но мой брат передумал. Когда мы вернулись, то застали переевшего брата и немного рогаликов в миске. Он изрек: «Успевать надо».

У Лены дома всё сразу делилось на честные кучки, и каждый мог использовать свою долю как хотел во времени: хоть всю неделю есть, когда остальные уже шесть дней как забыли. Об этом я узнала чаёвничая за круглым столом у Лены на кухне, когда она заботливо поправляла салфеточку на “своей” вазочке с печеньками.

Её родители – пара: финансист и математик вели домашний учет на высочайшем научном уровне. У них имелась тетрадь для записи чего и сколько в каком году наконсервировано, какой урожай собран с дачного участка… У нас дома такого учета не было. Мой отец -строитель, прораб. Поэтому у нас имелись дом без короба под крышей, кролятник, адаптированный под нутрий, которых тоже не было и теплица, в которой выращивали помидоры и огурцы скорее чтоб вечером для развлечения поливать и иногда рвать на салат.

Со временем вскрылись истоки крышевания Лены со стороны Иры. Лена была почему-то скажем так: сильно закрепощенная и не могла представить как переходит в другую школу, в чужой класс. А в своей старой школе она дружила с Олей Шаблиной, Ирыной соседкой. Там в гостях девочки много лет назад и подружились. И Ира взялась шефствовать. Она сказала, что Лена будет сидеть рядом с ней. Лена удивилась:

-Но там место занято.

-Отсадим.

-А вдруг она не захочет?

-Захочет. Куда денется.

-А вдруг она скандалить будет?

-Вот увидишь- не будет.

Всё так и было. Отнесем это на мою легендарную покладистость.

В институте мы все годы сидели рядом на лекциях и возвращались домой, не редко что и пешком, а это почти часовая прогулка. В группы мы попали параллельные, а на лекциях плотно узурпировали последний ряд для мирных бесед.

По «советскому праву» лекции читала дама невероятно затянутая в корсет, всегда в костюмах черно-красного цвета, которая прерывала лекции на чтение нам своих стихов. “В костюме любви и печали” – шёпотом восхитилась Лена, задумчиво глядя на лекторшу.

По бух. учету Лидия Костырко –заместитель заведующей кафедры, которая прерывала лекции для отступлений о том что “наукой заниматься не всем дано” и дальше про то как она училась в Ленинградской аспирантуре, эти славные времена и как недавно уговаривали и отправляли туда уже ее ученицу, которая страдала: “Как же муж, дочь?”. “Муж там как раз совершенно не нужен”.

В эти отступления мы затихали, поднимали головы и начинали внимательно слушать опытного педагога.

Лена была не только в курсе всего, но и давала объяснения “скрытым механизмам” происходящего.

Когда заведующая кафедрой Инна Павловна, высокого роста, широкой кости, размашистых жестов и черно-каштановых волос яркая женщина, которая только -только защитила докторскую диссертацию по Анализу Хозяйственной Деятельности, вещала о значимости: “Докторская степень это прорыв в науке. Надо не просто что-то изобрести, а и внедрить в производство”, то Лена, глядя на нее, резюмировала что: “Такая стены прошибёт и заставит убедиться. Конечно, когда она уйдет со своей справкой о внедрении, то они потом выкинут всё что тут навнедряли, и будут дальше работать как и работали”.

Ещё был Сабир Абдулович, с интересным акцентом молодой крепкий и красивый преподаватель статистики, прерывавшийся на сплетни о Муслиме Магомаеве. Его сплетни сводились к тому что у Магомаева было трое детей, на которых он платил огромные алименты, на которые можно было бы жить и не работать. Эти сплетни не нашли ровно ни какого подтверждения во всей будущей желтой прессе. Но в те годы пресса была исключительно красной.

И по рассказу Ленки этому Сабиру, который жил в преподавательской общаге и “дружил” с пышной блондинкой, из родного аула прислали с детства “сговорённую” юную жену. Она однажды просто приехала к нему в национальной одежде и села под дверь.

-И?

– А куда ему деваться? Забрал, женился.

-Но!

– Он же не хочет чтоб его семья прокляла и отказалась.

Возможно что этот рассказ имел столько же оснований, что и рассказы самого Сабира о Магомаеве.

Вот интересно что в отличие от Костырко и Инны Павловны, Сабир говорил о своей кандидатской диссертации только исключительно как о “прибавке к зарплате” в три сотни. Научность вопроса он не затрагивал.

С какого-то момента в Ленкины рассказы вклинилось еще и пение. Да, Лена классно умела очень тихо петь. Она фанатела от Леонтьева, который каким-то образом стал певцом Луганской филармонии и ежегодно давал серию концертов в ДК Ленина. И Леонтьев даже однажды подходил к ее папе просить путевку в санаторий, назвал его по имени-отчеству. Ленка была счастлива.

Когда уже все мои приятели побывали у Леонтьева на концертах должное количество раз, то наконец выбралась и я. Мне тоже очень понравилось. Зал был абсолютно переполнен. Наша третья подруга Инна умудрялась ходить на почти все концерты и без билета. Она “просачивалась” с толпой. Её профессионализм в этом дошел до того, что когда у нее уже наконец был билет, то она все равно «просочилась» мимо контролера.

Лена почти окончила музыкальную школу. «Почти» это означает- за два месяца до окончания ее «накрыло» и она не пошла сдавать выпускной экзамен. Потом ее «накрыло» в обратную сторону и ей купили наворочанное трехпедальное пианино, и она реально дома играла классику. Но и подбирала и играла эстраду тоже.

Однажды она мне играла что-то «не заставляющее вслушаться в каждую ноту» произведения и я начала в процессе музыки ей что-то рассказывать. Она прекратила игру и сказала, что вот Инна дослушала это до конца, а я –нет. И я запомнила, что есть еще направления для моего совершенствования до уровня Инны.

Инна по сравнению со мной еще и сессии сдавала на порядок лучше. Она старалась ради стипендии, а за мной этой погони не было – мне её автоматом платили от кафедры физкультуры за шахматы. Но это же не обозначало что я не учила. И сидя рядом с Инной я прекрасно знала что ее конспект от моего был еще более краток. Лена пояснила, что: «Если бы у тебя голова была как пустой чердак, то ты что не смогла бы в ней на три дня «Финансы» удержать?» Чердак у меня всегда захламленный и засовывать туда всякие «Статистика» и «Калькулирование» печально и не формат.

О “краткости” конспектов лучше всего можно судить по расходу тетрадей. Была одна общая тетрадь на 96 листов, которая осталась так и не исписана за все годы. В ней последовательно конспектировались “Научный атеизм”, “Этика”, “Эстетика” и кажется “Научный коммунизм”. Тетрадь смогла вобрать это всё, и еще остались листы… очевидно для писем Богу или Деду Морозу.

Так вот преподаватель научного атеизма вызвал у Лены крайнюю озабоченность. Ей показалось что он, как и все другие “научные атеисты” не без греха. То есть в тайне верующие люди. И, кстати, наш препод в последствии по слухам таки -да с Перестройкой “переориентировался” в противоположный лагерь. Нельзя так близко шариться всуе вокруг света религий. Это я уже от себя.

В силу “семейных обстоятельств” все резонансные новинки литературы попадали и в Ленин книжный шкаф. Именно она мне первая зачитывала вслух избранные места из Эдуарда Лимонова. Я заглядывала в книжку чтоб убедиться что: “Да. Там так и написано”.

Однажды в 1983 зимой я зашла к врачу в нашем институтском профилактории потому что опоздала на первую пару, а при Андропове по утрам в без пяти восемь закрывали вход в институт. И открывали только через 40 минут. Зимой было холодно стоять на улице и не хотелось получать прогул, поэтому совместив высвободившийся утренний часик с насущной необходимостью, я отправилась к терапевту. Я ему сказала: “У меня в ухе стреляет”. Это была чистая, хоть и не проверяемая правда. Благодаря андроповским реформам запустить себя мне не дали. Опоздав на первый час первой пары на одну минуту, я отправилась на неделю домой лечиться. Чуден мир.

Неожиданно именно теперь Лена позвала меня в кино. Обычно я не могла ее допроситься составить компанию. Но я была дисциплинированным ребенком: раз болею по справке, значит сижу дома. И так раза три. Лена разозлилась: «Может они там в профилактории план по больным не выполняют».

Про запираемые в институт двери Лена тоже переживала именно с точки зрения преподавательской. Наверное из-за мамы. Она говорила что если студент не пришёл на первый час пары, то это его личное дело. А вот если препод на лекцию опоздал? Его в большой аудитории двести человек ждет. А дороги зимой какие? Троллейбус может сломаться и транспорт перегружен. К лету эту интересную практику прекратили, решив: ” Если студент захочет прогулять, то он и сам не придет и нечего искусственно не пускать их на занятия”. Так что как преподаватели через окна второго этажа затаскивали на простынях своих коллег в здание института осталось в дымке памяти как мираж- недоразумение.

Ближе к концу обучения Лена решила худеть. Даже вещи себе стала присматривать с учетом выдающихся достижений в этом. У нас на потоке одна девочка была на порядок упитаннее остальных, но при этом не комплексовала и обычно при себе имела чем подкрепиться. Вот сидим мы на переменке между парами, Лена на очередной диете грустит и смотрит как та достаёт термос и разворачивает пакет с бутерами: “Все чего-то боятся, худеют и одна N.N. ничего не боится.”

Лена тяготела к глубинному изучению шаблонных фраз. Услышав, что известная актриса “родила неизвестно от кого”, она задумывалась: “Кому неизвестно? Кто еще должен знать от кого она родила?” Или вообще углублялась: “Неудобно перед людьми!” “Перед кем конкретно? Перед соседом который вчера обрыгал площадку или перед тётей Машей, которая отбвает чужого мужа? Или … ” Ряд примеров длился долго.

В 1986 мы были на дипломной практике, но нас ловили в институте и заставляли давать подписку, что мы пить не будем. Концепция от опозданий мигрировала к алкогольной теме. И теперь как сказала Лена: «Лучше побить декана, чем выпить. Вот когда будет кампания что б не бить декана, то тогда можно лучше выпить”.

Выпускной был в формате “Огонька”. Из него помню только как кто-то очень плохо читал стихи Цветаевой. А перед этим ко мне прямо прицепились что ожидают этого именно от меня. Я сроду на публике стихов не читала, и вообще я на публике могу только в шахматы играть. И вот меня доставали-доставали, пока вместо меня Лена им не объяснила куда кому пойти от фразы: “Она что когда-то публично выступала? Ты где-то такое видела?” Было приятно. Лена еще так заботливо на меня посмотрела. Всегда приятно когда за тебя заступаются в жизни хоть в чем-то.

После Чернобыльской аварии в июле Лена пошла к врачу: у нее начались проблемы со здоровьем. Врач осмотрел её и спрашивает: «Вы случайно в зоне Чернобыля или поблизости не были?» Лена не была, и очень испугалась..

В стране в 1986 повытаскивали какие-то фильмы, которые некоторые считали непризнанными шедеврами, а другие склонялись что вредная муть. Лена смотрела-смотрела и изрекла: «Сколько я смотрю эти фильмы, то вот на полках они лежали? Там им и самое место». Не знаю что ее окончательно в этом утвердило, может: «Комиссар», но скорее «Долгие проводы».

Этот дом, в котором Лена жила еще и крайне замечательно охранялся. Там на первом этаже за столом круглосуточно дежурил вооружённый мент из-за квартиры первого секретаря Обкома партии. Однажды убегающего от преследования бандита занесло именно в этот в подъезд. Смешная невезучесть.

Интересно, что раньше этот мент дежурил в доме, где жила другая моя одноклассница -подруга. Я к ней тоже в гости захаживала. А тут прихожу -мента нет. Через пару дней прихожу к Лене -сидит. Он на меня посмотрел: “Это опять ты”. Я на него посмотрела: “Это опять ты?”

Вытянуть Ленку куда-то из этого охраняемого пространства было почти не реально. Как только у меня возникала такая идея, я звонила ей и слышала:

– Я только что помыла голову и не могу сейчас идти.

Мне было обидно. Я считала, что они все где-то ходят по вечерам, а я для них «не формат». Но вот однажды, когда Инна рассказывала о своих очередных похождениях между «Перником» и «Арктикой», я спросила:

– А Лена?

– Что Лена?-не поняла Инна.

– Лена что делала?

– Её с нами не было. Её вообще не вытащишь. Она вечно со своими: «Я только что помыла голову».

– Я думала она такое только мне говорит, – Мне стало намного легче: «Проблема должна быть озвучена».

Но иногда Лена все же выходила вечером “в свет” позаседать с девчонками в “Арктике”. Даже не знаю как она фильтровала свои идти/ не идти. Что именно мешало или звало. Такие прямые ответы можно получить только сто раз задав прямые вопросы и тьму проверочных косвенных.

Возможно простое объяснение: Лена была домоседкой. Чем она дома занималась я не знаю. Я не то что была домоседкой, но в компании не вписывалась, поэтому мне особо не с кем было и тусить. Обсуждая “вечернюю жизнь” Лена мне пояснила вопросами:

– Если тебе вечером не куда пойти, то какая твоя реакция?

– Ни какая. Буду сидеть дома.

– Вот. А некоторые если им сегодня вечером не идти в бар воспринимают как трагедию.

К зиме 1986 я засобиралась замуж и учитывая мой ограниченный круг приятелей попросила Лену быть дружкой. Лену в дружки пришлось уговаривать очень сильно. Моё предложение выходило для нее за все мыслимые рамки. Я ей рассказывала что там будет классный красавчик-дружок и он внешне похож на её тайно любимого одноклассника. И про то что если не она, то кто? В общем я ее «доконала». Она начала выбирать платье, вызвала к себе домой и предоставила для обзора варианты. Одно ей больше нравилось, но ее мама забраковала потому что в платье был использованы черные цвета. Я ответила что на нем много белых пятен и мы решили этот вопрос.

В день свадьбы мои родители уехали в Ровеньки на маршрутном автобусе, а за нами с Леной должен приехать жених. Вот сидим мы, ждем, а жениха все нет. Лена так разволновалась: что же делать? Я ей объяснила что подождем еще часик и начнем искать другого. Потому что это целиком его трудности.

Короче, приехал наш жених со своим другом, тоже одноклассником. Подуставшие, взъерошенные, где –то пришлось толкать машину. Дружок у нас был бывалый, реальный красавчик, и его все друзья приглашали на свадьбы дружком. По крайней мере раз пятнадцать. Он был от этого в шоке, потому что от дружка полагался подарок, а он-бедняга столько не зарабатывал. Он -постовой милиционер и студент- заочник.

Мы приехали, обе одеты в цивильное. И вот к нам подходят все Серегины гости и по очереди обеих поздравляют, потому что невесту никто в лицо не знает. Лена мне шёпотом сообщает что ее кажется поздравляют как невесту. Я посоветовала просто расслабиться и провести этот день с продуктами питания и музыкой.

Лена шепчет что впервые на свадьбе где знакома только с невестой. Я ей ответила что у меня примерно та же ситуация, но все что надо это- пережить этот день.

В комнате невест в ЗАГСе не обошлось без прикола. Туда пришла какая-то женщина с дочерью и прямо на невестах стали осматривать платья, объясняли что скоро свадьба и они подбирают. Вот присматривали они на всех невестах их рюшки, а ко мне подошли и стали сразу предлагать продать. Рядом Лена улыбалась с этого момента атаки, потому что прекрасно знала что оно из проката. Я как-то отбилась, и не смогли они меня уговорить. Я их заверила что платье собираюсь хранить вечно.

Лена набрала себе кучу фоток со свадьбы, сказала что будет показывать их всем подругам как единственный образец, где по лицу жениха ясно видно что он очень хочет жениться.

В самом начале жизни в Подмосковье в Гарнизонном городке я стала писать Ленке письма, еще и снабжая их иллюстрациями. Очевидно это редкость в письмах. Когда она читала, то отец глядя издалека спросил:

– А то что?

– Картинки,- ответила она.

– А-а-а, — сказал её папа.

И там был ещё и какой- то мой стишок. Лена определила всё как “гусарщину”. Жаль что история не сохранила этих писем. Я сейчас бы с удовольствием их прочитала.

Наш телевизор принимал Ленинградский канал и там начались «600 секунд» Невзорова, которые потом все обсуждали. Там действительно был дикий треш, как например, мужик по скорой с откушенным любимой овчаркой любимым местом. Не смог уговорить, называется. Или горы колбасы свалены в лесу. Я стала Лене по телефону рассказывать эти сюжеты из «600 секунд». Она их тоже видела и сказала: «Разве ты не видишь, что Невзоров …» точно не помню, но его благородные качества Лена отрицала категорически.

Однажды в пять утра в квартире у Лены раздался телефонный звонок. Сказали что Лене звонит моя мать. У нее пролетело тысяча мыслей, начиная с “Что с ней случилось?”, потом “Но почему мне?” Взяла трубку, пришла в себя и подумала, что голос моей матери она с Божей помощью знает и спросила: “Вы точно её мама?”. Оказалось, что ей звонила моя свекровь с просьбой: «В автомагазин сейчас завезли кузова и могла бы Лена посодействовать его купить». Лена не могла.

Так же с безошибочностью деревенских ген Лена определила, что звонила моя свекровь по времени когда как раз собиралась первый раз идти «до свиней». Откуда у нее номер телефона человека, которого она видела два раза в жизни три года назад мне не известно.

Лена сказала что если бы у меня был выбор ехать в Афган или к свекрови, то я бы даже не задумывалась. Она знала в этом толк.

Лена способна была на действия, которые я в жизни не совершу. Первым её рабочим местом стала строительная контора на краю города- ПМК. Там уже в бухгалтерии какой-то коллектив устоялся. Базарили по-своему. Имелись и постоянные персонажи для обсуждения: рабочий, мастер, прораб. Было о ком поговорить. Оттуда Лена пополнила мой запас удивительных сексуально –строительных историй . Вот например: в перерыв крановщица уединялась в кабине башенного крана с хахалем, и кто-то что-то включил им для прикола. Кабина поехала. Дальше шли жуткие подробности последствий испуга.

Но вот Лену терзал вопрос: «Что они говорят обо мне?». И однажды она пришла резко пораньше, села за загородку, какие бывают в бухгалтериях для «архива» и стала ждать. Пришли сотрудницы, стали общаться, что-то уж говорили, отметили что Лена опаздывает… Примерно через час- полтора понадобилась старая папочка и кто-то наконец зашел за загородку, а там Лена сидит на сейфе, свесив ножки и листает документы. Я б до такого не дошла никогда.

Или Лена пошла с какой-то влюбленной парочкой на концерт на стадионе и уселась между ними. Я так задумалась о том какую же она цель при этом преследовала, что упустила остальной ее рассказ.

Или прийти на день рождения к парню и при большом стечении гостей зажигательно спеть из Алёны Апиной:

“За тобой весь вечер следую я тенью.

Я хочу тебя… поздравить с днем рожденья”

Или вот эпохальное ее путешествие в Москву в гости к Оле Шаблиной. К той самой Оле, с которой она еще с прошлой школы дружила.

Оля – дочь очень успешной в Луганске заведующей магазином. Но в брежнеские времена схемы работали несколько иначе. Оля училась в школе удивительно плохо: на все тройки. И после восьмого класса мама её отправила в Техникум Общественного Питания (ТОП), который местные юмористы расшифровывали как «тайное общество проституток», что конечно в некоторой степени отражает внутренний климат учебного заведения. Преподаватели там -подруги Олиной мамы- бывшие заведующие столовых или сотрудники ресторанов. Это уже для нее «своё поле» и девочка окончила техникум на отлично, что теперь давало ей право поступать в любой вуз страны на льготных условиях- с одного экзамена.

И мама отправила дочь учиться в Москву в Авиационный институт. Самое место для Олиных способностей. Там девочку по ходу трудоустроили поваром-кухаркой к ректору. Оля и сама по природе очень хорошо готовила –мама постоянно занята на работе и хозяйство вела дочь, а после кулинарного техникума- то вообще бомбово научилась. И стала она московской студенткой. Периодически брала академ-отпуска по неизвестным мне основаниям, но как-то за лет восемь она доучилась и между прочим опять с отличием. Получила по распределению работу в дежурной части МВД страны, там же как молодой специалист получила и квартиру. Очевидно, что ее мама действительно круто стояла на ногах. Во всяком случае легенда гласит, что она ездила «утрясать» дела своих московских друзей в Москву. То есть она из Луганска ездила в Москву чтобы помочь москвичам с их московскими проблемами.

Тут-то к Оле Лена и приехала. Муж у Оли –охранник в банке по суткам. Оля в дежурной части МВД на телефонах в конце восьмидесятых собирает сводки что где произошло. Если кто помнит: времена были удивительные, даже для нынешнего восприятия.: появились разбойные банды, всё взрывалось и валилось. В дежурную часть МВД СССР положено было сообщать только об особо резонансных происшествиях союзного масштаба. И Оля целыми днями это со всей страны выслушивала и записывала. Нервы у нее не железные, и она перед работой буквально выпивала полстакана валерианки и шла слушать.

Когда Лена в квартире гостевала одна, то несмотря на наличие многочисленных замков и цепочек на дверях, её инструктировали ни кому не открывать, выдавали газовый баллончик, газовый пистолет, топор и чуть ли не гранату и уходили. Тревожность у Оли зашкаливала.

Её муж, отсидев сутки на диванчике в прохладе коммерческого банка, следующие пару дней отдыхал дома и жаловался на тяготы работы. А Оля комментировала его тяготы со своей точки зрения: кожаный диван и задница.

Лена в гостях по большей части общалась с Олиным мужем. Она ему убедительно рассказала какая интересная работа экономиста и что они в банке делают. Пацан по итогам подал заявление на поступление на учебу в институт. То есть раз уж он все равно в банке, то можно и не охранником.

Но как-то сильно они переобщалась на фоне семейных скандалов: парень то ревновал, то периодически собирался от жены уходить, тогда она ложилась в коридоре на пол и рыдала: «Только через мой труп».

-И как? -затаив дыхание спросила я.

– Ну попробуй переступи, -Лена считала что это трудный шаг. И сделала сложный вывод что Оля в свои 26 уже достигла всех своих пиков. И дальше “роста не будет”.

Это для меня очень сложная мысль. Но оказывается, что теория об интуиции не единственная Ленина теория. Она считала что каждый человек запрограммирован на определенный рост достижений. И ее подруга Оля всей программы уже достигла: московская квартира, институт и работа в штабе МВД. Дальше только её пожизненное болото.

Не знаю почему, но Оля Лену больше в гости не звала и они прекратили общаться.

В ПМК Лене не очень нравилось. Я её спрашивала почему отец не поможет с другой работой. Она отвечала, что спрашивала его, но: «Он никого не знает». Я задумалась, потому что у меня дома мама знала лучше папы кого он знает и всегда когда возникала проблема прямо указывала ему куда он должен идти. И всегда все получалось, а по другому у папы просто не получалось попасть обратно домой. Но Ленин случай очевидно более серьёзный: «Да. Он вот никого в этом городе не знает. Нет у него знакомых». «Понятно»- закрыла вопрос я.

Со временем к Леныной формулировке о возможностях отца прибвилось: “В связи с отменой 6-й статьи Конституции”.

Летом Лена по путевке съездила подлечиться в санаторий, где ее поселили с венгеркой, нашей украинской венгеркой из тех поселков которые случайно перекочевали по итогам второй мировой на эту сторону украинской границы. Не знаю что Жужа лечила, но по Ленкиным рассказам сельский врач Жуже всё советовал лечить активным сексом. Так же после строительных историй Ленина коллекция пополнилась карпатскими секс-историями. Там были задействованы все виды животных, включая и домашнюю птицу (уток), которые от этого гибли. Как многообразен мир.

По итогам своего курортного лечения Лена решила что на западе украины живут люди по темпераменту крайне схожие с узбеками. Интереснейшее наблюдение.

Через пару лет Лена перешла из ПМК работать в этот знаменитый техникум ТОП методистом.

В ее обязанности входило из основных ею всегда перечисляемых: составлять расписание и выдавать ключи. То есть она теперь знала хоть что-то, но про всех. Соответственно и я вскорости узнала и полюбила её персонажей.

Например, работала там жена заместителя начальника областного ГСБЭП (БХСС). В ее обязанности входило обеспечивать студентов лабораторными материалами. То есть из чего готовить еду. И она ее нагло тырила: приходит группа работать с курицей, а ее нет. Преподаватель звонит этой даме, которая уже уехала домой. Та отвечает, что что-то не так подумала, но сейчас всё привезет обратно. И целая группа ждет, как мадам тащит из дома, вытащив из кастрюли, уже полу-вареную птицу.

Про то как техникум стал относиться к министерству угольной промышленности тоже ходила легенда. Угольное министерство в эпоху развитого социализма было на порядок богаче Министерства Образования.. И пригласили дамы к себе заехавшего в Луганск угольного министра. Кормили-поили, танцевали-пели, показывали- рассказывали и к утру практически на руках вынесли. Через пару недель этот техникум передали угольщикам. И с тех пор далеко не один очередной министр с удовольствием заезжал «проинспектировать» учебную точку.

Кто не мог найти нормальный язык с Леной, то получал расписание с «окнами». То есть занятия у него шли не подряд, а 1, 3, 5. А где ему и что делать на 2 и 4 ни кого не интересовало. Это издержки преподавательской профессии.

Через дорогу от ТОП располагается другой техникум, начало занятий в котором на 15 минут «сдвинуто» по сравнению с этим. И одна наиболее продвинутая преподаватель умудрялась работать в обоих техникумах одновременно. И когда возникали накладки в расписании, то Лена смотрела в окно, как начав работать с одной группой, и дав им самостоятельную тему, педагог переходила через дорогу начинать занятия в группе соседнего техникума. Таким вот квадратно –гнездовым методом выходила из положения, ни словом не беспокоя администрацию.

Луганск -маленький город, в котором мы крутимся в одном кольце. Примеров тому мильон. У Лены в техникуме работала преподавателем дама самых строжайших, регламентированных правил, о которой все считали что она -старая дева, иначе откуда такой характер. И вдруг убедились что у нее полная семья: муж и двое детей. Когда Лена углубилась в рассказ о ней, то я объяснила что ее дочь вышла замуж за сына маминой сотрудницы: стол к столу. И рассказала Лене всё что можно придумать об этой семье. В частности что -да- дама до такой степени странная, что её дочка предпочла свою добрую теплую свекровь и вот просто полностью к ней перебазировалась. Даже с маленьким ребенком -только к свекрови.

Директор техникума не меньше чем Лена в ПМК хотела знать что говорят когда её рядом нет. Но по шкафам не пряталась, а просто установила во всех ключевых точках, типа преподавательской, аппаратуру внутренней связи. И сидя у себя в кабинете прекрасно слышала всех. Это очень нервировало сотрудников:

– И представь себе: полный обзор.

Я не могу сказать что это особенность именно женского коллектива “стучать” не только на то что кто-то сделал, но и что подумал. Вот Ленка рассказывала:

-Подходит ко мне завуч и говорит что директриса заболела, а сама мне в глаза смотрит и ждет реакцию. Я ей отвечаю: “Ах! Лучше бы я заболела”.

И летом Лена ездила со студентами на сельхо-работы, как это водилось всегда в наших черноземных краях. Их поселили в опустевшем затеряном доме отдыха полуразоренного предприятия. И Ленкина коллекция удивительного секса пополнилась окончательной истиной. У них естественно организовалась своя кухня. И при ней прижился песик. Уходить от этих добрых людей в голодный мир для песика было бы безумием, но ему было ужасно одиноко. И тут прибился тоже мальчик -кот. Облезлый и несчастный. И его стали кормить: объедков на две скотинки хватало. И пес взял шефство над котом – таскал ему еду. Тот от него недельку перепуганный убегал, но с местности по известной причине не уходил. Потом они как-то между собой разобрались. Кот наконец понял что ничего страшного песик ему сделать не хочет. И сдался. Все юные студенты техникума общественного питания бегали смотреть на то что у нормы есть куча вариантов.

Когда я окончательно вернулась из своего Подмосковного пятилетнего путешествия мы стали встречаться практически каждые выходные. И она мне рассказала что когда прочитала в письме о моей болезни лимфогрануматозом, то с ней стало плохо. Я удивилась: «Почему?» И она мне ответила:

-Помнишь, я рассказывала что встречаюсь с парнем?

-Да.

-Знаешь куда он потом делся?

-Нет. Ты не рассказывала.

-Он умер. Теперь спроси: «От чего».

Короче, именно когда я лечилась, то ее парень очень скоропостижно умер от той же болезни. Буквально на пару месяцев.

И к этой истории прилагалась детективная версия: он был женат и находился в стадии разъезда и дележа квартиры. Однажды они с Леной пришли к нему домой, а жена на несколько дней куда-то уехала. Он открывает холодильник, а там на блюде лежит шикарно приготовленный кролик. Пацан очень удивился и обрадовался, он решил что это ему от жены типа сувенира. Вот на этого совместно съеденного кролика Ленка и грешила, что он был «заколдованный». Сразу после этого ее парень сильно заболел, а у нее начались проблемы с печенью. Я думаю что скорее чем «заколдованный» надо говорить «отравленный», с учетом несостоявшегося дележа квартиры.

Лично я ее раза три знакомила со свободными симпатичными парнями. Почему у нее с ними не складывалось, за то она втягивалась в какие-то грузные отношения с женатыми, я не знаю.

В те годы поднялся бум на собачек разной охотничьей породы и я очень захотела себе тоже вислоухого пёсика. Но они дорого стоили. Лена придерживалась других взглядов:

– Заведи себе обычную дворнягу.Через неделю ты уже не будешь помнить, а животное останется благодарно тебе на всю жизнь.
Проблема разрешилась сама собой – муж привез от свекрови маленького щенка карликового пинчера, которому явно не было даже месяца. Он легко вмещался на ладошке и я не могла разобрать это он Чапа или она Чапа. Лена сказала чтоб я несла его к ней домой и там специалисты определятся по моей проблеме. Я притащила и мама Лены категорически объяснила ей как работник сельхозакадемии что это девочка: “У мальчика должны быть еще такие шарики”. Потом мы с этим щеночком за пазухой отправились гулять на рынок. Лена уже несколько недель выбирала себе то ли куртку, то ли плащ. Я просто гуляла рядом. У меня тогда и на носовой платок не было. Обычно её изыскания заканчивались покупкой Сникерса, который мы поедали пополам.

Щенок сидел за пазухой очень тихо и не возмущался. Я удивилась этой покладистости. Лена выдвинула предположение что малыш решил что теперь так буде всегда.

Лена философствовала что с её работой можно и в фуфайке зимой ходить. Утром еще совсем темно, вечером уже свосем темно. Иногда она покупала одежду “на время когда я похудею. Я как раз села на диету”. Этого её мама масштабно не могла понять, удивлялась, качала головой и говорила: “Странно”.

Родители Лены все свободное время жили на даче. Я не знаю где это и как там, но о сельскохозяйственных экспериментах семьи наслышана. Они пытались выращивать и экзотические и субтропические растения. Что-то в кадках на зиму заносили на веранду. Там были алыча, айва… что еще бывает. Лена тоже очень увлеклась всем этим.

Она еще в своём ТОПе стала коллекционировать книги по кулинарии вне зависимости от языка написания. То есть покупала себе в “Глобус-книга” кулинарные книги на венгерском. Там возле каждого рецепта были огромные фото и Лена по фотографиям угадывала рецепты. Увлекательно. Можете попробовать. Я пробовала.

За тем Лена перебралась работать в «БрокБизнесБанк», куда ее пригласила приятельница по техникуму, которая стала там сначала главбухом, а за тем и и.о. управляющей. У нее были серьезные сексуальные тяги с луганским руководством Нацбанка и они плыли в верном направлении: кредиты, депозиты. Кредиты -друзьям, депозиты “свободные средства” от Госпредприятий, типа Облавтодора.

И Лена там встретила свою новую любовь -молоденького водителя.

Со своими пареньками Лена меня никогда не знакомила. Она даже уверяла меня, что когда мы идем по улицам рядом, то тоже как-то не всё так просто. У нее были хитрые комплексы по своей внешности, и к ним любопытные объяснения типа: губы бантиком от привычки их дергать при чтении. До Анжелины Джоли оставалось лет десять.

Я каким-то богом на фоне галопирующей безработицы смогла устроиться бухгалтером в ментуру, после того как мне в десяти местах отказали: я брала в Центре Занятости список вакансий и обошла с ним весь город. Поэтому когда мне досталась хоть какая-то работа, то я к этому отнеслась очень серьезно и вцепилась в то что имела. В милиции учет велся, естественно по системе «для бюджетных учреждений», а о ней в институте было сказано: «ну там немного по другому» и больше я не припоминаю. Так что было что поизучать. А вот о банковском учете мне было известно больше так как в Подмосковье я как раз в районном отделении Сбербанка и работала.

Мы стали обсуждать бухучет. Мой муж, который ревновал меня даже к телевизору, фырчал и злился. Но с Ленкиной формулировкой: «О чем с ним можно разговаривать? Он даже бух.учет не знает» Серега от наших чаев был отстранен.

Тем более Серёгины некоторые фразы меня удивляли. Так когда Лена сказала что я резко положительный персонаж, и не такая как все, не завистливая, то Серега нездорово оживился и сказал, что я страшно завистливая. Я очень задумалась. Не знаю где истина. Наверное где-то посредине, и всему есть предел, но с учетом что он вообще-то мой муж, то “гавкать” под руку может и не надо.

Лена видимо чувствуя какую-то ответственность за нашу совместную жизнь как свидетель со свадьбы переживала нашу грызню. И говорила: “Что ж вы делаете”.

Она была права. Так сложно что-то построить и рушить это без весомых причин такая глубокая глупость.

Мир в 1994 году играл новыми красками. Лена ездила на собрание филиалов БББ и слушала там объяснение что надо внедряться, действовать всеми методами. И: “Если вы не умеете давать взятки, то в конце концов наймите того кто умеет”.

В Леныном благополучном подъезде следы новых времен тоже проклевывались. Пока татары боролись за возвращение в Крым Лена рассуждала: “Не знаю как крымские татары, но у наших луганских все о’кей. У нас даже мэр татарин”.

Этот мэр жил в квартире напротив Лены и она жаловалась что соседи зачем то выставляют удивительные и интересные, но пустые бутылки прямо на площадку за дверь. И много. У меня в жизни был похожий случай, но мне выставляли дохлых крыс.

Когда у меня на работе возник конфликт, и я переживала, то Ленка задумалась:

-И много людей было вокруг?

-Откуда ты знаешь, что там вообще были люди?

-Один на один ты бы с ней Божьей помощью справилась бы.

Никто так не верил в меня как Лена… Что она имела ввиду? Папкой по голове?

Как Ленка переживала когда убили Листьева! Она умудрялась серьёзно влюбляться в тележурналистов или певцов. Как-то очень по девичьи. Я даже не знала как реагировать. Но потом она немного успокоилась и сказала что смогла пережить смерть своего парня, и уж Листьева как-то тоже сможет.

Через два года мне удалось перевестись в ГСБЭП, где создавался отдел по борьбе с уклонением от налогов. Для этого я полномасштабно задействовав теорию вероятности совершила около 10 попыток. То есть ГСБЭП моей целью не было, была цель просто аттестоваться. После получения отказов от разных функционеров из разных отделов: паспортного, УБОП, ревизионного, кадров, информационного, ГСБЭП, ГАИ… я таки “влезла”. Но у меня была одна большая выгодность положения: в бухгалтерии я вела зарплату и все штатные структуры были у меня перед глазами: вакансии, реорганизации, начальники подразделений.

Лена, которая еще с институтских времен говорила «потому что» может легко устроиться в БХСС, но категорически не хочет, очень удивилась тому что там оказалась я. Мы просто вышли в разные измерения.

В какой-то момент я абсолютно погрязла в своей новой работе в ГСБЭП и прекратила звонить ей: было и некогда и не было сил после работы кроме как припасть к еде и кино. Просто пересталось созваниваться лет на шесть. И следующий раз я ее видела уже в начале 2002 года на 20 лет окончания школы. Я тогда была вся в задумчивости и потерях, потому что переводилась по службе начфином в ГАИ. Пришла на встречу выпускников, чтоб посмотреть как вообще они выглядят- те кому 37. Очень нервничала, зашла для начала в соседнее кафе и «саданула» почти стакан водки, практически не заедая. Прошла еще пятьдесят метров и «окунулась» в своих одноклассников в кафе “Снежинка”. Некоторых не узнавая вовсе. К тому времени я из самой тощей превратилась во вполне себе упитанную и комплексовала. Сидела, всех разглядывала и достаточно рано ушла. Все что я помню, то что у Лены был странно большеватый живот и еще она мне сказала:

-Ты же была самая худая, что ж ты с собой сделала.

И на моё туманное объяснение где я нынче работаю, она сказала что знает. Блин. Я сама толком не знала еще где я работаю, а она знала. Я даже ей поверила. Больше я Лену не видела.

Через годы мне сказали одноклассники что узнали: она сильно болеет. Собрались и пошли ее проведывать. Она отказалась их принять. Просто закрылась в своей комнате.

Но моя космическая связь с нею никогда не прерывалась. И если раньше я думала, что в любой момент могу ей позвонить и прийти, то за тем боль этой утраты обняла мое сердце.

307
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
avatar
5000
Прикрепить фото / картинку
 
 
 
Прикрепить видео / аудио
 
 
 
Другие типы файлов
 
 
 
1 Comment threads
0 Thread replies
0 Followers
 
Most reacted comment
Hottest comment thread
1 Авторы комментариев
Оксана Последние авторы комментариев
новые старые популярные
Оксана
Гость
Оксана

Дружба самое важное достижение человечества