Всего одно желание

Парень, сидевший на заброшенной спортплощадке, выкуривал одну сигарету за другой. В очередной раз вздрогнув от неободрительного взгляда, которым его наградил идущий по своим делам незнакомец, он снова погрузился в себя: припоминал что он сделал в своей жизни, что ему предстоит, какие у него перспективы и тому подобное.

Сегодня настроение у парня было отвратительным. Очередная, почти в ноль выкуренная сигарета полетела вниз, а ему становилось только хуже. Ему было неуютно, казалось, будто все на него смотрят. Как же его все раздражало. Его раздражало то, что он родился на отшибе мира в Бразилии, что жил в захолустной Лузиании, из которой, после двух часов езды на автобусе можно было попасть в столицу. Его раздражало, что этот город находится слишком далеко от восточного побережья, из-за чего он, за свои двадцать лет лишь дважды бывал на море. Он никогда не видел карнавал, ведь в Лузиании их не проводили, ну а зачем? Зачем кому-то тратиться на неудобную логистику и устраивать праздники в захолустье, где и трехсот тысяч человек не проживает, если в паре часов езды на севере Гояния и Бразилиа, города с миллионным населением? Пусть лузианци сами куда-то ездят.

Кроме того, парня раздражало, что Лузиания, при всей своей вторичности, обыденности и невзрачности оставалась тихой провинциальной дырой. Ни скандалов, ни преступности, ни, наоборот рая для местных жителей. Он бросил на землю следующий бычок, а в его голове возникали образы: Вот Лузитания становиться спецпроектом правительства, и все бразильцы мечтают здесь поселиться; какой-нибудь маньяк убивает жителей, и город моментально попадает во все новости; вот Лузитания становиться столицей преступности и он, петляя в трущобах, постепенно становиться крутым парнем на службе у местного короля мафии. Но все они разбивались об вид поросшей травой спортплощадки, и ощущение колючих взглядов людей, которые в любую секунду могли зайти и разрушить его одиночество. Как же его все раздражало, даже чертов год…

Демон Страданий лишь ухмыльнулся. Обычно, когда он поглощал человеческие страдания он чувствовал ровно ту же боль, что и тот, кому они принадлежали, из-за чего Страдание вынужден был быть очень осторожным. Но этот парень, Гильермо Сильва, был для него настоящей находкой. Его огромный поток незначительных самих по себе страданий быстро напитывал демона силами, почти не давая отдачи.

Ведь только этот бразилец во всем мире мог днями страдать из-за того, что он не сирота, воспитанный нелюбимыми дядей и тетей, что он не сломал ногу в девятом классе или отсутствия у себя второго имени, и приставки да в его фамилии.

Хотя в последнем Страдание был с ним солидарен. Его тоже раздражало обычное имя, данное ему отцом при рождении, так что став демоном, ну или мальчиком на побегушках у демона, он одной из первых вещей взял себе красивое, звучное имя.

Тем временем, полностью, под завязку напитавшись страданиями и сразу же превратив их в энергию тьмы, из которой он черпал свое могущество, он убрал легкую фиолетовую паутинку, окружавшую Гильермо. Именно она заставляла человека оценить свою жизнь, перспективы, удачи и провалы. То, что в основном люди концентрировали свое внимание на последнем было уже их проблемой.

Как только сила демона перестала влиять на него, Гильермо Сильва поднялся, потушил последнюю сигарету и в менее плохом настроении чем минуту назад направился домой. Нет, все-таки отпускать его без награды было как-то нечестно, в конце концов он целый вечер грустил из-за его, демона страданий, влияния. Да, влияние это было минимальным, оно не заставляло концентрироваться исключительно на негативе, а смаи поводы для уныния Гильермо были, мягко говоря, высосаны из пальца. Однако, Страданию было интересно, что может пожелать человек, недовольный вообще всем и как скоро он возненавидит момент, когда решился загадать свое, по любому глупое желание.

Через мгновение Страдание уже театрально появлялся пред парнем, окружив их чарами незримости. Под рукой был также камень, подаренный госпожой Страхов, впитывающий в себя страх человека. Который, однако, не пригодился.

То, что встреча будет необычной он понял уже сразу, увидев интерес и восторг в глазах парня вместо полагавшихся ужаса и неверья. Видимо его инстинкт самосохранения, в нормальных условиях требовавший бежать и не оглядываться дал сбой.

– Добрый вечер, молодой человек. Поздравляем, вы стали счастливым обладателем уникальной возможности. Я – демон, выполняющий желания, выбрал именно вас. Желать можно что угодно! – голосом циркового зазывалы декламировал Страдание. Поразительно, но это еще и сработало, парень тут же почувствовал облегчение и восторг. А ведь кто-то другой бы требовал доказательств, искал бы камеры или, хотя бы потерял дар речи. Но Гильермо Сильва ничего не терял. Более того он шокировал Страдание еще сильнее тем, насколько его речь звучала спокойно, разумно и четко.

– Тебе нужна моя душа взамен? – удивительно насколько мало людей задавали ему этот вопрос.

– Нет, за желание, можно так сказать, уже уплачено. На твоей душе это никак не отразиться.

– Душа существует? Следовательно, и рай с адом тоже? И Бог? В Библии написано правду? Почему я? Из какого конкретно ты круга? И каковы ограничения желания?

– Так, давай по порядку. О рае и небесах я тебе ничего сказать не могу, инстанция совсем другая. Но вроде они есть, по крайне мере я встречал тех, кто явно обладает силой, взятой не у преисподней. Библию я не читал, о жизни после смерти не знаю – профиль не тот. Я всего лишь выполняю желания и наблюдаю за результатом. Могу сказать только, что исполнение желания – привилегия за длительные страдания, и согласие на него никак не отразиться на твоей душе. Только последствия.

– Последствия?

– Ну, допустим, пожелаешь ты денег. Важно не то, что ты их пожелал, а то, как ты ими распорядишься.

– Ясно, я все понял. Благодарю за разъяснения.

Страдание выдохнул. Ему удалось уйти от самых скользких тем, например, о своей цели или имени своего хозяина, Владыки страданий Белиара. Тем временем парень молчал, тщательно обдумывая желание. Редкость в… да в любое время это редкость. Обычно вываливают первое, что в голову придет, а потом страдают. Хотя они всегда страдают, даже без его помощи.

– Значит, главное то, как я использую результат. Хорошо – медленно, с нехорошей ухмылкой протянул Гильермо Сильва, а в его глазах разгорался самодовольный огонек.

– Я желаю, чтобы ты отныне всегда выполнял мои желания – торжественно произнес он.

Страдание даже не сразу понял, о чем его попросили, а когда понял его кулаки сжались. Если бы он мог убивать взглядом Гильермо Сильва был бы уже мертв. Впрочем, он действительно мог бы убить его взглядом, вот только убивать простых людей таким как он было запрещено.

– Что? Ты хоть понимаешь кто мое начальство – злобно прошипел он, бросив красноречивый взгляд вниз. Лишь благодаря тому, что его нервные окончания давно онемели из-за регулярно поглощаемых страданий, ему удалось сохранить на лице некую невозмутимость.

– Думаю, в свободное от работы время ты мог бы изредка помогать мне – издевательски улыбнулся парень – думаю твое начальство против не будет. Ведь ты же не двадцать четыре часа в сутки работаешь?

– Что ж, позволь узнать причину, по которой я должен выполнить твою просьбу – осторожно поинтересовался Страдание. Ведь не исключено, что все это могла быть хитрая ловушка на него, подготовленная, к примеру, владыкой истин, с которым у него были свои счеты.

– Ты ходишь по миру и выполняешь желания людей уже достаточно долго?

– Да – подтвердил Страдание, все больше убеждаясь, что парня кто-то проинструктировал. По крайне мере это многое бы объяснило.

– Я все понял. Ты говорил, что приходишь к тем, кто больше всего страдает. И раз ты демон, то выполняешь желания людей ты не просто так, тебе это что-то дает. Предположу, что силу. Я не думаю, что ты бы стал делать людей счастливыми, как-то это не стыкуется с концепцией ада, а потому логично звучит теория, что выполняя желания людей, ты причиняешь им лишь новую боль, заставляя их отвернуться от света и разувериться в нем. И из этого их падения ты черпаешь могущество. Но со мной этот трюк не пройдет, я сам буду черпать из тебя могущество. И вершить с его помощью добро, ведь рай, оказывается, существует, а значит, я в него попаду, совершив с помощью твоих сил много добра другим людям, включая себя.

Эта сбивчивая, но в целом логичная речь дала понять Страданию, что Сильва не участвует ни в каком заговоре или ловушке против него, ведь если бы это был заговор темных владык, тогда Гильермо заранее знал бы как устроена темная энергия, а не городил бы бред о войне за никчемные людские души. А если бы руку к этому приложил свет, то его представители обязательно разъяснили бы для Сильвы, что рай устроен не так, и что вход туда нужно заслужить через жертвенность и смирение. По крайне мере Страдание слышал это от владыки Усердия. Раз так двадцать – тридцать. Значит парень просто самоуверенный наглец, считающий себя умнее других.

– Хорошо. Я подчинюсь. Загадывай свои желания, я заставлю тебя поплатиться за твою наглость – в его словах был вызов, что должно было лишь раззадорить бразильца.

– Это мы еще посмотрим. Думаешь я, зная, что ты постараешься направить мои желания против меня, допущу это? – естественно он принял вызов. Все, даже намного более осторожные люди принимали его, даже после того, как он их предупреждал.

– Ну, все так говорят, Гильермо Сильва. Пожелай, а там мы посмотрим, осознаешь ты, с какой силой играешь, или нет.

– Хорошо, в таком случае перенеси нас куда-то подальше от людей. Чтобы, когда я загадаю свои желания никто случайно ничего не узнал и не пострадал.

– Как пожелаете – поклонившись, Страдание переправил их на крышу девятиэтажного здания. Видя, как Гильермо, впервые столкнувшийся с магией удивленно оглядывается по сторонам Страдание выдохнул, окончательно убедившись, что имеет дело не с заговором, а с человеком, долгое время ожидавшем чуда и верившим в него. Такие люди редко, но встречались, а Сильва отличался от них разве что непомерной гордыней.

– Еще пожелания будут? – вяло спросил он, злясь, что не переместил их на дно океана. Там незадачливый Сильва бы точно не смог загадать второе желание. Вот только поздно он до этого додумался. Да и его могли бы обвинить в убийстве. Нужно придумать что-то другое.

– Миллион реалов – видимо первое, что пришло в голову Гильермо. Впрочем, за деньги можно было купить почти все.

Демон щелкнул пальцами и всю крышу покрыл толстый ковер купюр в десять реалов. В тот же момент внезапный порыв ветра сдул деньги с крыши, и они дождем посыпались на землю.

– Верни их купюрами большего номинала, упакованными в сумку – к его чести Гильермо быстро сориентировался в ситуации.

Хмыкнув, Страдание снова щелкнул пальцами и подхваченные ветром деньги исчезли, а перед Гильермо появились шесть больших спортивных сумок, набитых банкнотами по двадцать реалов.

– Думаешь это смешно? – угрюмо бросил Сильва. Видимо ему не особо нравилось иметь злого джинна, исполняющего твои желания слишком буквально.

– Очень. А если бы я обрушил на тебя град из монет по десять сентаво было бы еще смешнее. Глядишь ты бы умер, раздавленный своим богатством – уже тише пробормотал Страдание.

– Кстати, откуда ты взял эти деньги? – задумавшись над этим прослушал его бормотание Гильермо.

– У нескольких богачей стало по пару сотен тысяч меньше, но они решат, что дали лишние чаевые, или что-то типа того – пожал плечами Страдание – в любом случае никто не пострадал.

– Кроме тех богачей.

– Они этого и не заметят. Кроме того, я не причиняю страдания, я их собираю. А страдают люди и без моей помощи.

– Вот как – задумался Гильермо.

– Ага. Загадывай новое желание, у меня дел полно.

– Да кто бы сомневался. Не торопи меня, я формулирую желание так, чтобы никому не навредить.

Честно говоря, это было достойно похвалы. Мало кто, пусть даже и из эгоистичного стремления попасть в рай, так заботился о других. Страданию даже стало его немного жаль. Почти стало.

– Я желаю квартиру в столице этой страны… – взвешивая каждое слово медленно ответил Сильва.

– Большой пентхаус в центре с бассейном – поднял бровь демон, ехидно подняв бровь.

– Непримечательную двухкомнатную квартиру на окраине с электричеством, газом, Интернет-соединением холодной и теплой водой. И заплати за нее рыночную цену, оформи все бумаги, проставь на них мою настоящую подпись и имя, пусть хозяин помнит мое лицо и сам факт покупки и отправь нас туда. Так, чтобы я по дороге не распался на куски, не застрял в стене и не упал вниз. И сумки с деньгами прихвати, заплатишь за квартиру из кармана другого богача, естественно не забирай у него всю сумму, а распредели ее между большим количеством…

– Я понял – взвыл Страдание немного наигранно, одновременно подбирая квартиру и оформляя бумаги. Нет, безусловно он был приятно поражен тем, как быстро Гильермо Сильва учился подмечать все возможные лазейки. Однако парень был обречен. Он играл в игру где каждая ошибка могла привести к трагическим последствиям даже не зная ее правил.

Тем временем они перенеслись в обычную, ничем не примечательную квартиру. На столе в гостиной лежала стопка бумаг на которой красовалась его подпись и ключ от входной двери.

– Хозяин квартиры получил за нее приличную сумму, как ты и просил.

– А с тобой можно вести дела, если правильно загадывать желания – улыбнулся Гильермо, вертя в руках ключ. Вот про необходимость этого предмета он в желании указать забыл. Но демон не смог подловить его на ошибке, или не захотел.

– Ага, прекрасно, еще бы посидел с тобой, но уже поздно, так что если у тебя есть еще желание, то загадывай. Буду как золотая рыбка – три желания за вечер. Подъем на крышу не в счет.

– Хорошо, три так три. Не мог бы ты мне организовать досуг? – он даже подмигнул, но Страдание был неумолим.

– Разочаровываешь, Сильва. Я ведь могу организовать тебе экскурсию в преисподнюю. Там ты на всю жизнь наберешься впечатлений. “И мне даже не придется марать руки, после такого ты вряд ли сможешь членораздельно говорить”.

– Ты можешь привести сюда девушку? – упавшим голосом уточнил Сильва, обрадованный, впрочем, демон не стал пользоваться этой возможностью.

– Могу. Это для того, о чем я подумал? – мило попытался улыбнуться страдание, но как обычно смог растянуть в улыбке лишь правую, менее онемевшую половину лица.

– Я не знаю, о чем ты мог подумать, и снова рисковать не буду. Я хочу с ней переспать.

– А меня господин столичный миллионер просит, потому что…

– Потому что я в этом городе не знаю даже где продуктовый, не говоря о…сам понимаешь. Да и потом, как выбрать правильную девушку? Там много критериев.

– Хорошо, я весь во внимании – пообещал демон страданий

–Ну, она должна быть моего возраста, знать зачем ты ее зовешь, прийти добровольно, быть со мной вежлива, слушаться, ничем не болеть, не быть связанной с уголовниками…

– Быть водолеем, готовить фугу и цитировать Петёфи.

– Что? Зачем? – слегка растерялся Сильва.

– Я понял. Но тебе придется подождать. Найти такую и привести сюда добровольно – дело небыстрое – с этими словами он исчез в фиолетовой вспышке.

*******************************************************************

Его не было больше часа. Все это время Гильермо не знал куда себя деть и чем заняться. Он успел досконально выучить всю свою новую квартиру, хотя, собственно, изучать там особо было и нечего. Гостиная, спальня, кухня, балкон и раздельный санузел, всего где-то сорок квадратных метров. Как он и просил, все необходимое здесь было, кроме компьютера и телевизора. Его мобильный разрядился, и делать ему было совсем нечего. Холодильник тоже был пустой. Вскоре он выкурил последнюю сигарету и лежал, глядя в потолок. Несколько раз он звал демона, первый раз чтобы отменить желание, а второй – чтобы узнать как результаты. Но оба раза от демона отклика не было. Он весь сжался от нервов, а желудок был, будто связан узлом. Лишь после трех выпитых чашек воды из-под крана он немного пришел в себя и смог успокоиться.

Когда в углах комнаты вспыхнули фиолетовые огоньки, его сердце едва не выскочило из груди. Мгновения, пока из дыма собиралась человеческая фигура казались ему вечностью. Наконец, завершив свою трансформацию демон кивнул.

– Она поднимается по лестнице. Что тебе нужно о ней знать – ее зовут Каролина Буэно, ее брат тяжело болеет, и ей срочно нужны были деньги. Поэтому она согласна провести с тобой ночь за 15 000 реалов.

– Не дешево.

– Воспринимай это как благотворительную акцию. Ах, да, другие части желания по большей части я воспроизвел. Она пришла сюда добровольно, знает, что от нее требуется, и знакомых в криминальных кругах столицы, да и вообще в столице у нее нет. Но лучше не упоминай при ней про меня. Нет, то что она переместилась из Камасари сюда в компании говорящего тумана она понимает, просто под действием моих сил для нее это что-то обыденное, как на машине покататься. В общем, не мог бы ты не акцентировать на этом внимание, ладно? Ну а вот и она – таки успев высказать все, что хотел, он идеально подобрал момент и распахнул, секунду назад запертую на замок входную дверь.

Девушка была немного старше, и на полголовы выше Гильермо. При этом она была очень, худой, почти тощей. В ее смуглом лице явно было что-то дальневосточное, маленький нос, слегка суженый разрез карих глаз, чуть оттопыренные уши. На вид она казалась слегка старше Гильермо.

– Ну, думаю я здесь лишний – тая в фиолетовом дыму усмехнулся демон.

Девушка даже бровью не повела, всем видом показывая, что ничего необычного не происходит. “Ну, значит и не надо об этом говорить. Вопрос в другом, что вообще делать?”

В результате, не придумав ничего лучше, он начал расспрашивать о ее родном городе. Камасари был маленьким городом тысяч на пятьдесят жителей, расположенным на атлантическом побережье, и единственным, что держало город на плаву был автомобильный завод. Подавляющее большинство жителей либо работало на заводе, либо жило за счет этих работников, содержа кафе, магазины, сервисы и прочее. Гильермо представлял, как наверняка атмосферно в таком небольшом городе, и даже загорелся идеей купить этот завод и стать автомобильным магнатом. Они с Каролиной даже начали придумывать название и логотип будущего завода. Она была милой. Он уверял ее, что оплатит лечение ее брата Мигеля, чем заставил ее расплакаться.

Вскоре наступила ночь. Разговор все чаще стал обрываться и переходить в неловкое молчание. Наконец, улыбнувшись, Каролина сказала, что пора ей отрабатывать свои деньги и махнув ему рукой зашла в спальню.

Он проснулся от металлического лязга и холодного прикосновения. Рывком попытался подняться, но правая рука оказалась пристегнута наручником к быльцу кровати. Тут же что-то упало на него, а чья-то рука с силой засунула ему кляп в открытый для крика рот. Каролина! Он попытался оттолкнуть ее свободной левой рукой, но она перехватила ее своими двумя. Гильермо бешено извивался, пытаясь освободить руку и вырвать кляп, призвав на помощь демона. Послышался новый лязг – Каролина пристегнула один конец наручников к быльцу кровати, а вторым уже намеревалась зафиксировать его левое запястье. Но ему удалось вырвать руку и спрятать под тело.

К его удивлению, только его левая рука вырвалась из захвата, как Каролина моментально вжала кляп еще сильнее ему в рот, не давая ему ни малейшей возможности вытащить его, а другой рукой ткнула ему в глаз. Рефлекторно защищаясь он снова поднял руку и на этот раз девушка успела поймать и сковать его запястье.

Тяжело дыша, Каролина поднялась, закутанная лишь в одно одеяло, она стыдливо оглянулась по сторонам и тихо, неуверенно сказала; “Я все сделала, как и договаривались”.

Тошнота, подступившая к горлу Гильермо лишь отчасти была вызвана рвотным рефлексом, который провоцировали его собственные носки, использование в качестве кляпа. В большей степени ее вызвал разливающийся по всему телу ужас, при виде того, как фиолетовый туман водопадом стекает со стен и формирует фигуру. Впервые за день демон смог улыбнулся полностью, и его хищный оскал вызывал ассоциации с акульей пастью, которая вот-вот сомкнется на тебе.

– Браво, браво – издевательски аплодируя он подошел ближе и стал рядом с Каролиной. Еще днем Гильермо готов был поклясться, что рост демона слегка меньше его, но сейчас он был даже выше Каролины.

– Знаешь, дело еще не сделано – в его ладони вспыхнул аметистовый огонек, а когда он потух, в руке демона был нож – убей его и получишь деньги на лечение брата.

– А нет ли другого выхода? – робко спросила она, с опаской взяв нож.

– Я не имею права убивать людей. Собственноручно – сладким голосом протянул он – а хотя ведь тебя интересует не это. Ты спрашивала меня, зачем ему кляп. Так вот, сейчас расскажу.

Сложив руки за спиной он, явно наслаждаясь склонился над прикованным к кровати Сильвой, который отчаянно мычал, пытаясь привлечь внимание Каролины. Если он все ей объяснит, если она уберет кляп…

– Я слышал ваш трогательный разговор, в частности момент, когда он обещал полностью вылечить твоего брата и купить ваш городской завод. О да, он может, стоит ему только пожелать.

Демонстративно подергивая за кляп, он выпрямился и повернулся к Каролине и Гильермо спиной. Сильва даже затих, не веря своим ушам, демон сам рассказывал о своем слабом месте. А ведь Каролина просто очень любит брата, она не хочет его убивать…

– Но вот в чем дело, даже я не могу гарантировать безопасность юного Мигеля.

– Безопасность? Что ты хочешь с ним сделать? – удобнее перехватив нож злобно спросила она.

– Я? Ничего – с обидой в голосе возмутился демон – я ведь не могу убить человека. Но вдруг…Я не знаю, предположим, что в одно отделение с твоим братом положат любовника жены врача, а он в свою очередь, списав все на мышей или тараканов, просто отключит электричество. А без вентиляции легких твоему брату долго не жить. Либо, мясник, желая убить свою тетушку и получить наследство, отравит десять кусков мяса, один из которых купит твой брат. Или хозяин пристани, попросив твоего брата съездить в соседний порт на своем катере повредит его, и спровоцировав аварию, получит страховку…

– Ты не посмеешь – решительно возразила Каролина, подойдя ближе к Гильермо. Тот изо всех сил замычал, давая ей понять, что она может на него положиться.

– Как я уже говорил – в этот раз в его тоне явно читалось раздражение – я не могу убивать. И причинять страдания собственноручно тоже. Все эти, чисто гипотетические случаи – выбор людей. Быть может, врач не решиться убить любовника своей жены, может мясник не станет убивать невиновных, желая увести тот себя подозрение, может хозяин пристани решит добыть денег более сложным, но легальным путем. Или, может быть, Гильермо Сильва пожелает отказаться от своей власти надо мной, в обмен на защиту неизвестного ему Мигеля Буэно. Никаких больше квартир, миллионов, желаний.

Он повернулся и вгляделся в них обоих. Парень чувствовал страх, после мгновения отрицания он все же, не без внутреннего колебания был готов отказаться от своей власти над ним. Ради спасения своей жизни. А вот девушка была в раздумьях. Низко склонив голову, она сидела на краю кровати и с силой сжимала рукоять ножа.

– Во что ты поверишь больше, в демона, или в людей. Кому доверишь жизнь брата? Откажется ли Гильермо Сильва ради девушки, которую знает всего вечер от исполнения всех своих желаний? Лишь из-за возможности того, что с ее братом может что-то случиться? Как бы ты поступила на его месте.

Дальше он ее уже не подстрекал, она была на взводе. Ее вера в людей была…собственно, как и у всякого человека. Очень низкой, то есть. И пока все так и оставалось он всегда будет обеспечен работой.

Не говоря ни слова, она повернулась к Гильермо и приставила нож к его животу. Он из последних сил пытался выплюнуть кляп, он извивался, стонал и отрицательно мотал головой. И на какой-то момент казалось, ему удалось ее убедить.

Все так же держа нож у живота Гильермо, второй рукой Каролина взялась за кляп. Гильермо моментально перестал стонать и извиваться, лишь молча смотря на нее.

– Как думаешь, что он пожелает, когда ты вытащишь кляп – отказаться от власти или оказаться в безопасности? Ах, прости, я мешаю? И все же с моей стороны было бы нечестно, если я не расскажу еще кое-что. Видишь ли, существуют вещи похуже смерти, и защитить от них я не могу. Вот прикажет Гильермо мне защищать жизнь твоего брата, а он бац – и потеряет рассудок. О, сколько у меня вариантов, чисто гипотетических разуметься. В общем, предупрежден – значит вооружен. Решай.

Это стало последней каплей. Понимая, что это существо не остановиться, пока не отомстит ей и ее брату в случае неповиновения, она всадила нож в живот Гильермо и поднялась на ноги. В ее глазах стояли слезы. Страдание же швырнул на стол какой-то небольшой, черный с фиолетовым предмет.

– Я перенес все его деньги на эту карту. Код от нее – сегодняшняя дата, а тебе на электронную почту пришло сообщение с номером счета. Терминал за углом. Уже к утру деньги будут переведены на счет больницы, через три дня он придет в сознание после операции, а через неделю сможет сам ходить. Где-то в это время тело Гильермо Сильвы будет обнаружено и полиция, пользуясь записями с камеры у подъезда вычислит тебя, Каролина Буэно. Спустя три недели ты будешь арестована, а через месяц тебя посадят за решетку. Ты сядешь в тюрьму и будешь страдать, но твой брат будет жить. С чувством вины за твою судьбу.

Рука Каролины судорожно сжимала нож, из которого капала кровь. На кровати, выкатив глаза тихо истекал кровью Гильермо.

– Но, если желаешь, я бы мог избавить тебя…

– Никаких желаний – процедила девушка, направив на демона окровавленный нож – не подходи ко мне и к моей семье.

– Как хочешь – пожал плечами он и поднес ладонь ко рту. Легкое дуновение – и темно-фиолетовая пыль, покрывавшая ладонь окутала Каролину.

– Тебя выпустят лет через пять. Решат, что ты тяжело больна. Твое мнение меня не волнует – холодно сказал Страдание, видя, что Каролина собираться спорить – прими это как подачку, которая лично мне ничего не стоит. А если ты такая гордая, то можешь не пользоваться моим подарком и просто отсидеть весь свой срок.

Каролина Буэно даже не удостоила его ответом, торопливо одеваясь, чтобы уйти.

– Ну а теперь ты – голос заставил ее вздрогнуть. К ее удивлению, обращался демон к Гильермо – ну же, будут слова напоследок?

Растянув правую сторону своего рта в подобие улыбки, он двумя пальцами взялся за кляп и с силой вытянул его изо рта Гильермо.

– Спаси меня! Вылечи рану! Я желаю – казалось, этот сумасшедший крик услышал весь дом. Пораженная, Каролина так и застыла полуодетая, не понимая что происходит.

– Спасти тебя – растягивая слова нехорошо, до ушей улыбнулся демон – зачем? Ах да, ты, совершенно непонятно почему, решил, что я буду тебе подчиняться, и ты был в этом так настойчив, я сам на какой-то момент в это поверил. Вот только я не джинн, я не обязан выполнять желания, я делаю это добровольно. Знаешь, выполнять ваши желания и наблюдать за страданиями так…надоедает. Мне нужен был новый вызов, сражение, в котором мне пришлось бы напрячься, ограничить себя, действовать нестандартно, почувствовать себя живым. И вот, появился ты. Я мог бы просто отвернуться и пройти мимо, но ты задел мою гордость, бросил мне вызов. Это меня позабавило. И я решил, почему бы и не принять его. Убить тебя, выполняя твои желания. Да девчонка – повернулся он к Каролине – встань ты его, и я бы запомнил это, а когда игра бы мне наскучила уничтожил бы и тебя, и твоего брата, и Гильермо Сильву, решившего, что он выше и умнее демона Страданий. Ну а теперь я перестану поддерживать жизнь в твоем теле. Мы славно повеселились, но пора тебе умереть.

Кровь из раны заструилась быстрее, а кожа парня приобрела мертвенно-бледный оттенок. По щеке его скатилась одинокая слеза, а из рта, ушей и глаз заструился туман. Страдания умирающего. Весьма горькая, но очень питательная пища. Однако, с этим туманом было что-то не так. Почти на половину, он состоял из клубов дыма серебряного цвета, символа гордыни. Разумеется, Страдание и раньше видел страдание разбитой гордыни, но никогда серебренного не было так много.

Ему было даже жалко поглощать столь уникальные чувства. Лучше сохранить на будущее. Очень осторожно, подбирая примерно похожие страдания из тех, которые он еще не трансформировал в энергию тьмы, и совершенно наплевав на отдачу, он начал процесс кристаллизации, превращая газообразные страдания в твердые камни. Не обращал он внимания на хлопнувшую дверь, извещавшую, что захлебывавшаяся слезами Каролина Буэно покинула квартиру. Игнорировал и бездыханное тело Сильвы, лежащее перед ним на кровати, в исступлении рассматривая результат своей работы.

Вместо горсти аметистовых камней с серебряными вкраплениями, которые должны были образоваться после подобной процедуры, на его ладони лежал небольшой серебряный кулон, в форме глаза. Цепочка была серебряной, но щедро украшенной небольшими аметистами. В центре же кулона было… В центре была лишь выемка для камня, однако самого камня не было.

Страдание неотрывно смотрел на кулон. Нет, в том, чтобы создать слабый волшебный артефакт не было ничего необычного, он не раз этим занимался. Но создать артефакт из сырых, не трансформированных в энергию тьмы чувств, да еще и принадлежащих к сфере влияния другого владыки, да еще и не желая этого. Здесь явно приложил руку кто-то еще.

Изумленный, он оглянулся, но комнату окутывали лишь всевозможные оттенки фиолетового, следов присутствия кого-либо еще ему обнаружить не удалось. Из странного кулона тоже выжать хоть что-то не получилось – незавершенный, он не обладал никакими волшебными свойствами. Понимая, что сейчас разгадать эту загадку ему не удастся, он, бросив последний взгляд на бездыханное тело человека, которого использовал для удовлетворения собственной гордыни, поспешил прочь из этой квартиры.

*****************************************************************

Ее бил сильный озноб, сигнализировавший, что силы практически исчерпались. Переведя взгляд туда, где хранились ее резервы, она пришла в ужас – из всех запасов удачи осталась, примерно, десятая часть.

В отличии от владык света или тьмы, черпающих силу в бесконечном океане людских чувств и эмоций, удача бесконечной отнюдь не была. Если, забирая для своих нужд упорство, твердость, страх или страдания других людей остальные владыки просто копировали их, оставляя оригинал у людей, то она могла либо забрать, либо отдать свою удачу. Еще одним серьезным недостатком было то, что рождение новой удачи слишком зависело от веры людей в эту самую удачу. И это в то время, когда оптимизм практически умирал.

Осмотрев резервуары, наполненные полу жидкостью, полу газом насыщенного пурпурного цвета, она пришла к выводу, что вся удача пропала из них по ее приказу, что могло означать только одно: активацию А-протокола, направленного на избежание конца света.

Выходит, сейчас в мире случилось что-то, что может вызвать конец света? Нет, ведь сила везения должна была его предотвращать, а значит в мире случилось что-то, что может предотвратить конец света! Но что случиться с миром, и где произошло это событие?

“Похоже у кого-то будет плохой день” – тяжело вздохнув она настроилась и призвала удачу со всего мира, стараясь брать небольшими порциями, но у всех. Ей необходимо было узнать, что произошло и восполнить запасы. “Это все ради вас, это на случай худшего” – убеждала она саму себя, хотя и понимала, что миллионы людей, у которых выдастся тяжелый рабочий день из-за ее манипуляций, имеют полное право ненавидеть ее.

И все-равно восполнить запасы удачи ей удалось лишь на половину. Еще часть везения, взятого у человечества она потратила на то, чтобы отследить, где же произошло интересующее ее событие. Активировав свои способность, она наугад открыла портал, который привел ее в пустую квартиру, с мертвым от кровопотери парнем, прикованным к кровати наручниками.

Оглянувшись и задействовав силу удачи, она заметила некие фрагменты чужой силы. Без везения, она могла бы перепутать их с теми, которые выделяла сама, но эти были чуть светлее и тяготели ближе к синему, чем к красному оттенку.

– Почему все всегда получается так, Всев? – грустно выдохнула она – Ну и кто же ты теперь – спаситель мира или вестник апокалипсиса, которого мне придется остановить?

Разумеется, пустая квартира не ответила ей, и вновь открыв портал, она покинула это место, не рискуя ни во что больше вмешиваться.

76
ПлохоНе оченьСреднеХорошоОтлично
Загрузка...

Читать похожие истории:

Закладка Постоянная ссылка.
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments